Александр Герда – Седьмое правило дворянина (страница 15)

Ну и мерзость! Воняло так, будто меня посадили в бочку с тухлой рыбой. У меня даже голова закружилась от жутких миазмов.

Я откатился в сторону и сфинкс упал. Еще мгновение, и он бы придавил меня своей тушей. Перед тем, как окончательно испустить дух, он еще попытался было меня боднуть своими рогами, но это было слишком медленно для того, чтобы могло представлять для меня хоть какую-то угрозу.

Вокруг происходил полный кавардак. Я увидел троих мертвых сфинксов и еще больше дохлых саламандр, переливающихся всеми оттенками красно-оранжевого. Жаль только, что кроме монстров на песке было и несколько человеческих тел.

Зараза! Было бы хорошо посмотреть что с ними, но пока явно не до того — сражение еще не закончилось.

Где Василиса? Я поискал ее взглядом, не нашел с первого раза и разозлился. Тоже мне герой — не хватало еще, чтобы я проворонил тот момент, когда ей угрожала опасность.

— Володя! — услышал я жалобный женский крик за своей спиной.

Резко повернулся и увидел еще одного сфинкса, рядом с которым лежал кто-то из людей Бахрама. Всего в нескольких шагах от него была Василиса.

Воспользовавшись Кольцом Телепортации я словно ветер за долю секунды перенесся вперед и оказался между Соловьевой и этой тварью. Надо ли говорить, что сфинкс никак не ожидал увидеть меня перед собой? Ну а еще больше он не ожидал, что я рубану его Рассветом прямо промеж рогов.

— Держи, бычара! — прорычал я, вложив в удар всю свою злость, которая кипела во мне от одной только мысли о том, что еще несколько секунд и этот урод мог прихлопнуть Василису.

Его череп лопнул как переспевший арбуз и буквально раскололся на две половины. Нет, все-таки классный у меня меч! Не зря я за него отдал девять тысяч с хвостиком!

Я повернулся, чтобы помочь Соловьевой встать, но она уже и сама справилась. Более того, судя по ее полуприкрытым глазам, уже что-то колдовала.

— Они снова оживают! — услышал я дикий крик Бахрама.

Что там еще такое? Я быстро окинул поле боя взглядом и понял, о чем он беспокоится — мертвые сфинксы вновь поднимались на лапы. Вот только брели они в сторону своего последнего оставшегося в живых собрата, который наседал на жарящего его молниями Сазонова.

— Твоя работа? — крикнул я Василисе.

— Ты мне мешаешь! — недовольно ответила она, но это меня успокоило.

Она не смогла оживить только последнего сфинкса, которому я разрубил череп на две ровные половины. Все остальные вскоре вцепились в последнего собрата, не оставив ему никакого шанса.

— Они теперь за нас! — прокричал я брату султана и помахал ему рукой привлекая внимание.

Когда он посмотрел на меня, я указал ему на Соловьеву, и он понимающе кивнул — видимо знал, каким Даром она обладала.

Ну а мы тем временем заканчивали с саламандрами, которых осталось совсем немного — всего около десятка. Точнее сказать, что ими занимались практически все кроме меня — заклинания огня на них не действовали, а попытка разрубить саламандру Рассветом, тоже закончилась неудачей. Меч просто проходил сквозь них, как ни в чем ни бывало.

Воронов со своей стихией земли тоже оказался не у дел. Хорошо хоть Минин и аэромаги своими заклинаниями очень быстро с ними расправлялись.

Пока ребята заканчивали сражение, я подбежал к Подариной, чтобы проверить как там у нее дела. Но к счастью Анна оказалась толковой девчонкой и к этому моменту успела сама о себе позаботиться.

Рядом с девушкой валялось несколько пустых шприц-тюбиков, кровь она уже смогла остановить и даже нашла в себе силы улыбнуться:

— Со мной все будет в порядке, Владимир, лучше посмотри, что там с остальными.

Убедившись, что она не врет и не пытается строить из себя бессмертную героиню, я пошел к остальным. В данный момент это мне казалось важнее, чем присматривать за Бахрамом. Тем более, что дело шло к концу, а рядом с ним отиралась парочка Мироходцев из его команды.

Еще двое ребят из Бухарского Султаната признаков жизни не подавали и помочь им было никак нельзя. У одного из них была отрублена правая рука и он просто умер от потери крови, а у второго на груди были сразу три опаленные раны. Судя по всему, одна из саламандр проткнула его своим огненным трезубцем.