Александр Герда – Черный Маг Императора 8 (страница 12)

— Бог с ним, с волосом, — кивнул я. — Давай рассказывай дальше.

— Дальше я подумал, что будет очень неплохо и об этом сообщить Гвоздевой. В «Тигеле» почти все из кленовых классов, сам знаешь, — да, это я тоже знал. — Поэтому мне показалось, что это будет не самой плохой идеей.

С тарелки исчез еще один пончик и теперь уже на столе покачивалась башня из семи штук. Если на ней появится восьмой, то она уже запросто может рухнуть.

— Если башня стала выше, то идея была верной? — спросил я. — Из тебя хреновый актер, Леха, давай уже добивай меня своим величием. Или это еще не последнее звено в твоей бесконечной цепочке.

— Нет, это был последний, — сказал он, глядя на башню. — Больше ничего делать не потребовалось. Варвара пришла ко мне и рассказала, что ей сдали фамилии всех желающих купить твой волос, о которых ей удалось узнать. Они каждый по своим связям пытались его достать.

— Ты так говоришь «всех» как будто их там целый отряд.

— Трое.

— Я уже сгораю от нетерпения, — сказал я и взял себе второй пончик.

— Прежде чем я тебе начну фамилии называть, сначала пообещай, что в следующий раз, когда Варвара нас попросит ей помочь с каким-нибудь соревнованием, ты не откажешься.

— Что-то ты меня настораживаешь, дружище, — подозрительно посмотрел я на него. — С чего вдруг ты решил мне об этом сказать? Разумеется я ей помогу, или на этот раз она может обратиться с чем-нибудь экзотическим.

— Ну как тебе сказать… Учитывая то, что она ради этого попрощалась с двумя своими лягушками, я думаю, взамен она попросит от нас что-нибудь равноценное.

— Отдала лягушек? — удивленно спросил я и покачал головой. — Жесть… Вряд ли мы сможем отблагодарить чем-то подобным. Разве что почку продать, если она попросит…

— Вот поэтому я с тебя сразу обещание и беру, чтобы, когда придет черед расплачиваться, ты мне не говорил, что понятия не имеешь, о чем идет речь.

— Если такое дело, то согласен. Поможем Варваре чем сможем.

— Тогда переходим к самому интересному. Первую ты знаешь, это Серебрякова. Вторая, Агата Мансурова с четвертого курса.

— А-а, эта припадочная. Та, что по ночам в нашем школьном лесу воет? На нее Борис все время жалуется, между прочим. Она его рок-н-рольщиков перекрикивает своими воплями.

— Что ты понимаешь? Просто человек занимается в дополнительное время. Имеет право. Правил же она никаких не нарушает? Территорию школы не покидает, так что…

— Надо будет обрадовать нашего конструкта, что я его избавлю на некоторое время от этой дамочки. Думаю, ближайшие пару недель после нашего с тобой разговора ей будет не до ночных прогулок по школьному парку.

— Узнаю своего лучшего друга! — расплылся в улыбке Нарышкин. — Еще не успел всех обвиняемых услышать, а уже шашкой машет направо и налево.

— Ну хорошо, сделаю исключение, сегодня до конца дослушаю прежде чем начну. Кто там последний?

— Саша Крассовский.

— Это кто такой? — нахмурился я, пытаясь понять о ком идет речь. Мансурову я знал, а вот эта фамилия что-то так сразу не всплыла у меня в памяти.

— Ну такой… У него еще волосы сине-розовые.

— Теперь понял. Худой такой и мелкий?

— Макс, не тупи, у нас сколько в школе парней с розовыми волосами?

— Я на всякий случай спросил. Просто сначала не ожидал услышать в этом списке мужскую фамилию. Думал Алена чисто женскую компанию решила собрать. Но Крассовскому можно, он легко за девчонку сойдет, — скривился я. — Сопля разноцветная!

— Все трое из астральных классов, кстати. Обратил внимание? — спросил Лешка и начал разбирать свою пончиковую башню.

— Угу, все трое и получат. У них же тоже после обеда экзамены начинаются? Вот и я тянуть не буду.

— Что она им за это пообещала, как думаешь?

— Да мало ли что, — пожал я плечами. — Сопле могла просто поцелуй пообещать, как раз в ее стиле будет. Ты же его видел. Вряд ли он с кем-то хоть когда-нибудь целовался.