Александр Герда – Черный Маг Императора 22 (страница 64)

— Я постараюсь, — пообещал я ему. — Ты давай, дуй поскорее. Пока треплешься здесь, самое интересное пропустишь.

Градовский яркой зеленой стрелой мелькнул между деревьев в сторону главного корпуса, а я потопал в общагу. Судя по всему, Петр Карлович решил начать с медицинского блока и это было вполне логично. Я тоже подумал, что Прасковье очень захочется как можно скорее поделиться новостями с Огибаловым. Самое главное, чтобы еще не было поздно.

Эх… Лучше бы я сразу следом за Прасковьей призрака отправил… Ладно, черт с ней… В любом случае что-то узнаю, а там уже видно будет. Надеюсь, у них хватит ума закончить эту историю…

Глава 17

Отдав Градовскому поручение по слежке за Урусовой, я еще немного покрутил в голове разговор, которым она чуть было не испортила мне ужин. Хорошо, что к тому времени, как она уселась ко мне за стол, я уже заканчивал. Хотя было бы еще лучше, если бы она дождалась, пока я разделаюсь с булочками. Что-то в последнее время у меня застольные разговоры не клеятся.

Однако к тому времени, когда я оказался у Лакри, я уже пришел в себя. Правда для этого мне понадобилось ненадолго заглянуть в Берлогу, которая быстро приводила меня в порядок.

Стоило провести там совсем немного времени, как мысли в моей голове прекращали носиться как стадо бизонов и успокаивались. Для этого мне даже не нужен был бассейн. Достаточно было просто закрыть глаза и расслабиться.

Пользуясь случаем, я принял благодарности от Люфика, которому отнес подарки вчера вечером, сразу же после приезда в школу. Бумагу из грибов демоненок одобрил. Попросил купить ему пару ящиков, чтобы был запас.

Люфицер сказал, что с этой бумагой он будет работать в три раза быстрее. Врет, само собой. В три раза — это, конечно, явный перебор. Вообще-то, я и без этого не жаловался. Скорость его работы меня вполне устраивала. Однако, если он говорит, что из-за такой мелочи может работать еще быстрее, то почему нет? Куплю я ему этой бумаги, какие проблемы.

Лакримоза потратила на меня почти пять часов. К тому времени как мы с ней закончили, я уже был весь мокрый и попросту не мог воспринимать никакой новой информации.

Я и так, чтобы ничего не упустить, половину из сказанного записывал в Бесконечную Книгу Заклинаний, которая оказалась очень удобной штукой для этих целей. Можно было просто подумать о нужном мне материале, как она тут же сама находила необходимые страницы.

Очень полезная вещь, с учетом того, как много разной информации давала мне ведьма. Тем более, что большая часть из всего, что она считала важным, была для меня совсем новой.

В этом смысле они сильно отличались с нашей Бабой-Ягой. Каждая из них имела собственный взгляд, как именно нужно преподавать ритуалистику, и что на самом деле важно, а что нет. Пока я могу сказать, что с ведьмой у меня получалось лучше.

Ее я понимал на каком-то подсознательном уровне и мне не требовалось просить ее дважды повторить какую-нибудь штуку, которую я не понял с первого раза. С Бирюковой же подобные вещи происходили регулярно. Даже сейчас, когда я на самом деле пытался ее слушать, а не рассматривал ворон в школьном парке.

До рассвета я остался в Тенедоме, а остаток ночи провел в своей комнате в общаге. Выспался я с запасом и мне понравилось, как я провел ночь. Мало того, что получил такой большой урок, так еще и поспал как следует.

Пожалуй, начиная с сегодняшнего дня я буду делать так чаще, и не только с ритуалистикой. Благодаря подарку Люфицера, по которому я могу определять время суток в Тенедоме, это становится целесообразным.

Раньше я частенько оказывался там днем и приходилось задерживаться надолго, чтобы от вылазки в Тенедом был какой-то толк. Слишком много всяких дел появлялось, которые требовали моего участия. Чего стоила лишь обычная прогулка от полянки, на которой я появлялся после телепортации, до нашего с Дорианом дома.

Это были хорошие новости. Однако даже при этом слишком часто в Тенедом наведываться нельзя. Можно привыкнуть и окажется так, что к концу учебного года я буду выглядеть старше своих одноклассников. Тем более сейчас я почему-то рос как на дрожжах.