Александр Герда – Черный Маг Императора 20 (страница 35)

— В первый раз, что ли? — спросил я и начал разливать какао по чашкам. — Я на всякие разговоры давно уже внимания не обращаю.

— Правильно делаешь, — одобрила девушка и откусила кусок плюшки. — Кстати, поздравляю, ты в списках на уроки экстра-менталистики. Молодец!

— Что это еще за хреновина? — удивился я и поставил чайник на стол. — По-моему, я не записывался ни на какую экстра-менталистику. У меня и без нее всяких уроков хватает.

— Макс, на этот предмет не записываются, — усмехнулась Кречетникова и поправила волосы. — На него попадают лучшие ученики курса. С каждого класса Бобоедов выбирает несколько самых успешных, а потом в одну группу объединяет. Я вот, например, в прошлом году туда не попала. У меня с менталистикой не очень.

— Ну и хорошо, что не попала, — нахмурился Нарышкин. — Идиотский предмет. Я и от обычной менталистики не в восторге, а это вообще бредятина какая-то.

— Тебе-то откуда знать? — толкнула его в плечо Анна. — Тебя тоже Бобоедов не отобрал, если ты забыл.

— Ребята рассказывали, — ответил княжич, затем сделал щедрый глоток какао и облизал губы. — После таких предметов дурачком можно сделаться, так что я как-нибудь обойдусь.

— Так о чем предмет, собственно? — заинтересовался я.

— Макс, тебе точно понравится, — сказал Нарышкин и подмигнул. — Ты любишь всякое такое, странное.

— Не слушай его, Темников, — сказала Кречетникова и махнула рукой в сторону Лешки. — Очень интересный предмет. Я вот, например, очень жалею, что в прошлом году не попала в группу. На экстра-менталистике Бобоедов учит работать с памятью — как с собственной, так и с чужой.

— В каком смысле? — уточнил я. — Я вроде бы на память не жалуюсь, а как можно работать с чужой памятью? Мысли читать, что ли?

— Ну нет же, при чем здесь это? Такими вещами обычная менталистика занимается, здесь ничего необычного такого нет, — нетерпеливо ответила девушка. — На экстра-менталистике Бобоедов учит работать с собственной памятью, чтобы все хранилось на своих местах, в своего рода ячейках.

— Считается, что это позволяет твоим мозгам лучше работать, — пренебрежительно скривился Лешка. — На самом деле, полная ерунда. Лично я в это не верю. Я и без всякой экстра-менталистики отлично соображаю.

— Как знать, если бы занимался экстра-менталистикой, может быть, еще лучше соображал бы, — с улыбкой сказала Кречетникова, а княжич в ответ лишь покачал головой.

— Допустим, что значит работать со своей памятью, я понял, — прервал я их спор. — А про чужую ты что имела в виду, если не чтение мыслей?

Я думал, что Аня сейчас скажет про какой-нибудь продвинутый аналог Импульса или Ожога, однако она меня удивила и все оказалось совсем не так.

— Еще там учат считывать остаточные воспоминания с предметов и мест сильных эмоциональных событий, — ответила она, доела плюшку и сразу же решила меня предупредить. — Только не спрашивай меня как это работает, я понятия не имею. Просто знаю в чем там суть, и все. Если хочешь, можешь с Любой Охотниковой поговорить. Ты же с ней вроде бы занимаешься в «Артефакториуме».

— Хм… — сказал я и взял себе плюшку с тарелки.

Звучит заманчиво. Пока совсем непонятно как это все работает, но тем не менее очень интересно. Вот только с Охотниковой я на этот счет разговаривать не буду, лучше дождусь первого занятия с Бобоедовым.

— Согласен с тобой, темный маг Максим Темников. Кстати, кто такой этот Бобоедов? — подал вдруг голос Красночереп. — Впервые слышу эту фамилию…

— Ты что, глухой? Мой школьный учитель по менталистике, — ответил я ему, жуя плюшку с корицей. — С чего бы тебе о нем знать? Ты несколько сотен лет пролежал в пещере среди скелетов.

— Мало ли… Я знаком со многими талантливыми магами… — ответил артефакт-вампир. — Будет интересно узнать побольше об этой науке. Может быть, я даже смогу чем-то помочь тебе на сложном пути познаний. Все-таки я в менталистике знаю толк.

Кстати да… Красночереп может оказаться неплохим помощником в этом деле…

— Макс, ты в порядке? — услышал я Лешкин голос. — По-моему, ты завис.

— Ммм? Нет, просто задумался. Мне кажется, это будет очень интересный предмет, — я откусил еще кусок плюшки, запил его глотком горячего какао и посмотрел на Кречетникову. — Так где ты говоришь, этот список висит? На Доске Объявлений?