Александр Герда – Черный Маг Императора 16 (страница 18)
Я прислушался к своим ощущениям, но источников темной энергии рядом с нами не почувствовал. Только с той стороны, где был тоннель, но это было вполне логично, учитывая, что там наверху топчется целая толпа мертвецов.
— Кстати, легенды врут, — сказала Полина, поднимаясь с пола. — Никакая она не красавица, эта жена Корфа.
— Во всяком случае то, во что она превратилась, — согласился я. — Вообще интересно получается…
— Что именно?
— Если предположить, что все твари, про которых нам рассказывает Терлецкий, существуют, то… Получается, что и драконы до сих пор где-нибудь водятся?
— Вот это точно нет, — улыбнулась Лазарева. — К сожалению, последнего давным-давно прикончили. Жаль конечно… Куска приличной драконьей кожи сейчас днем с огнем не найдешь, одни подделки вокруг. Эх…
— Тебе бы только с кого-нибудь кожу содрать, — сказал я и закинул рюкзак за спину. — Вообще-то, они умные были. Могли даже общаться ментально.
— Не факт, — пожала плечами Полина. — Это никем не доказано, и никто из ныне живущих их в глаза не видел, не то чтобы общался. А вот то, что драконья кожа ценный артефакт в моем деле, это я тебе с полной уверенностью говорю. Ну что, идем проверим склеп?
А больше здесь проверять было и нечего. Постаменты, на которых стояли охранные наги, теперь пустовали, баньши я лично прикончил, а кроме склепа с распахнутыми дверями других строений здесь и не было.
Внутри склеп оказался гораздо больше, чем выглядел снаружи. В самом центре стояла массивная гробница, которая тоже была сделана из черного кристаллического материала. На верхней крышке гробницы были розы, а также виднелась надпись: «Моей любимой Розе…».
— Цветы на крышке прямо как живые… Как думаешь, сокровище внутри? — спросил я, внимательно оглядывая гробницу на предмет каких-нибудь потайных отверстий.
— Вряд ли… — ответила она, внимательно осматривая стены и пол. — Если они здесь есть, то я думаю, Архитектор Корф прятал их с таким расчетом, чтобы при необходимости можно было бы что-то взять оттуда.
— С чего бы вдруг ему это понадобилось? — удивился я. — Это ведь вроде как ее вещи…
— На это могут быть разные причины. Допустим возникла необходимость их перепрятать или еще что-нибудь в этом роде, — предположила она. — Во всяком случае, я бы на его месте обязательно предусмотрела такой вариант.
— Возможно, — не стал спорить я. — Но ты же не сумасшедший великий маг…
— И это хорошо, я считаю, — хмыкнула она и присела. — О! Макс, сделай Светящийся Огонек немного ярче…
Я сделал и гробницу озарил яркий свет, от которого стало светло, как днем.
— Вот это уже интересно, — пробормотала Лазарева. — Смотри-ка, что я здесь нашла!
На задней стенке гробницы был узор из роз, который тянулся от верхней крышки до самого низа, затем переходил на пол, а следом за этим на стену. В том месте, где он останавливался, на стене виднелся прямоугольник с еле заметными краями. Он был абсолютно гладким. Никаких надписей, выемок, отверстий и полостей… Вообще ничего.
— Мне кажется, здесь, — уверенно сказал Полина. — Теперь нужно найти способ как-то вскрыть эту плитку.
— Можно попробовать энергетическим мечом, — предложил я и постучал по футляру, где у меня лежал меч размером поменьше. — Если это что-то типа стекла, то все должно получиться. Я могу попробовать аккуратно вырезать ее.
— Этот способ мы оставим на самый крайний случай. Можно повредить что-нибудь внутри, а этого не хотелось бы, — сказала Лазарева и со вздохом поднялась с корточек. — Давай осмотрим крышку. Больше ничего интересного я здесь не вижу.
Она была права. Розы на крышке гробницы и узор, который шел по ее задней стенке, единственное на чем здесь мог задержаться глаз. Все остальное было черным стеклом, абсолютно гладким и ровным. Понятия не имею, как этот тип Корф соорудил все это, да еще заключил в свой собственный домен. Какая-то сложная магия, принцип которой я пока не понимал.
— И не факт, что поймешь, — поделился своим мнением Мор. — Думаю, это иллюзия. Как известно, высшая форма иллюзии — полная материализация, а это доступно лишь единицам.
— Не городи ерунды… — посоветовал я ему, разглядывая крышку гробницы. — Придумал же такое…