Владислав Март – Копейка (страница 1)

Владислав Март

Копейка

Жизнь человека может быть подобна фильму, двухсерийному художественному фильму о взрослении героя, становлении, укреплении в своих взглядах, их разрушению, смирению и затем ещё полсерии анализа опыта прошедших лет, никому не нужного и от того грустного. Печального для зрителя старшего поколения, участвующего в записи аналогичного собственного кино и скучного для тех, кто ещё ходит в кинотеатр не за шедеврами и не возможностью посидеть в темноте, без беготни и родственников. Все мы были теми, кто ходил в кино не за кино, а за хаотичной весёлой сказкой последних рядов. Жизнь может идти и пройти сериалом, где каждому периоду будет равное экранное время. Однако, при пересказе, при спойлерах, все неизменного заметят, что молодость и зрелость были лучшими сериями. Тогда как детство обычное, которое не можешь выбрать, как родителей и цвет кожи, отрочество – тупое, глупая комедия стыда и падений в глазах соседей и друзей. Старость, старость будто снял другой режиссёр. Грим нелеп, движения несоразмерны, долгие планы, сейчас так никто не снимает. Сейчас никто не снимает старость. Сериал, вообще говоря, оказался дерьмо. Это ясно, потому что не будет второго сезона. Нас не продлили на второй сезон. Жизнь человека может быть подобна фильму, только не хочется играть в массовке с почасовой оплатой. Как не хочется и быть убитым в начале первой серии, ради становления нервной системы и кошмаров другого героя. Не быть чьим-то воспоминанием, быть действующим лицом, пусть не в каждой серии, но возвращаться, возвращаться и играть. Получить свою роль, озвучить её самому. Быть в титрах. Хотя б так.

Может оказаться не фильм, а сон. Вариант, в котором столько скопилось необычного, не как у всех, как ни у кого, определённо. Жить чередой вопросов, не сон ли это? Ах, это сон, тогда нечего бояться, спрыгну, выстрелю, убегу, женюсь, спою, всё это сон. Я проснусь и буду делать совершено другие вещи, это сон, и он забудется, до того, как первая ложка коснётся моего рта. Жить как во сне версия не самая лучшая. Тебе же придётся пересказывать свою жизнь постоянно, оставаться в памяти людей, тратить время, убеждать их. Действительно, их было семеро, на самом деле операция закончилась остановкой сердца. Зрители твоей жизни не могут видеть твои сны, только если фильм, сериал. Сон – нет, не могут. Сон, так себе вариант жизни. Просыпаешься и врёшь, на ходу забываешь сюжет и чтобы рассказать нечто дельное, принимаешь снотворное раз за разом, проваливаешься в темноту и добываешь там уголь событий. Снотворное потом перестанет творить твой сон, привыкание, передозировка и конец. Из этих вариантов, пожалуй, кино предпочтительнее. Его уже умеют записывать на плёнку, на диски, потомки смогут прикоснуться и тем продлить что-то посмертное, крутануть колесо. Не то, что тот сон. Запись что-то даст тебе, что-то важное, как кажется сейчас. Со сном не так. Сон интересен лишь по пробуждении, его пересказ одноразов и скоротечен. Лучше жить как будто идёт съёмка и вечный день без сна, чем как будто ты проснёшься. Да, фильм выигрывает.

Бывает жизнь-книга. Оказывается, сам или не сам, страница за страницей, без иллюстраций, без ссылок, строкой вьёшься по годам. Готовишь ребус для незнакомца. Возьмёт он твою книгу, начнёт читать, включит воображение. И проживёшь ты столько переживаний заново, сколько людей прочитает текст. Всякий со своим скромным воображением сделает вклад читателя и раскрасит буквы по-своему. Произнесёт гнусаво в мыслях, то что у тебя было звонко. Пропустит что-то, допустим, страницы слипнутся. Читатель может не захотеть изучать предисловие, это очень часто бывает, не захочет и ссылки читать, словарь терминов, список сокращений. Читатели те ещё лентяи. Что они там по итогу понимают? Это как чёрно-белый фильм или раскраска, каждый пользователь создаст свой вариант. Фильм не будет лучше книги. Печатная жизнь даст веер возможностей. Будет и массовка, и героические сцены. Читатель напишет у себя в голове то, чего в книге нет. Жизнь, считанная с текста, это не готовый пирожок кино, это возможность получить любую начинку. Книга – это концентрат. Книга – это весомая жизнь, а не ширпотреб. Одна незадача. Кино твоей жизни сможет посмотреть, потребить даже тупой, даже слепой что-то разглядит-услышит. С книгой не так. Она будет вынуждена ждать не просто читателя, а того, кто дочитает. Потратит не час, а месяц своего времени, отвлекаясь от собственной фото- и видеосъёмки. У читателя должен быть фон, опыт, чтобы развернуть историю текста, налить красок, расшифровать слова, дописать, дорисовать, всплакнуть и улыбнуться. Читатель должен быть опытным, уметь всё это. Только тогда жизнь-книга выйдет на свет, а там, в нигде, в послесмертии или же при жизни героя, случится ему быть узнанным, любимым, иметь звон радости и послевкусие лет. Быть узнанным, быть человеком с жизнью. Не зря пишут книги вместо фильмов. Не зря жизнь-книга это лучшее, что можно оставить после себя. Зря только, что читателей способных дойти до последней страницы мало. Мало этих иголок, что скользят по граммофону, мало желающих знать чужое, обогащаться этим, пробегая не свои строки, брать себе интересное, новое, списывать в свою книгу лучшее, мало, совсем мало тех, для кого я собираюсь написать жизнь. Тем более не свою, тем более одного знакомого, что я знал, но потерял из виду, такая будет у меня незавершённая история. Для малого количества людей, кратко, незавершённо, не про себя. Выбирая текст, не фильм, не аудиозапись, я надеюсь, что найдётся внимательный чтец, который довставит в мою скромную рукопись пропущенное. То же, что вставить не сможет, те моменты, что упустил я потому как не был их свидетелем, там читатель вставит лучший вариант из возможных и тем склеит рассказ и сделает его лучше. У себя в голове сделает лучше. Задача, да.