Валерий Большаков – Спасти СССР. Легализация (страница 1)
Валерий Большаков
Спасти СССР. Легализация
Глава 1.
– Буэнос диас! – выдохнул я в распахнутую дверь, празднуя конец пути. Багаж оттягивал руки, а ноги гудели, как будто маршрут Гавана – Москва пришлось одолевать пешком.
Мама, прижимая к груди молитвенно сцепленные ладони, засияла с порога:
– Андрюшенька! Вернулся! – и стиснула меня так, что я забыл, как дышать.
– Ирочка, – улыбнулся папа, рея за маминой спиной, – задушишь совсем…
Мама хихикнула по-девчоночьи и плеснула руками, причитая:
– А загорел-то как! А похуде-ел…
– Да где ж похудел? – затрепыхался я. – Два кило набрал!
Отец состроил успокоительную гримаску: лучше не спорь, мама в своем праве.
Обласкан и оцелован, я ввалился в комнату, расставшись наконец-то с проклятым чемоданом – мягким, кожаным, но безобразно распухшим – словно внутри бочонок уместился. А в пузатую сумку, похоже, глобус втиснули – постарался Мигель, напихал целое ведро фруктов…
– Это гуава… Чем-то смахивает на грушу, только мякоть розовая… – Разгружая сумку, я чуть небрежно описывал съедобные диковины. – А это – вкусная и о-очень полезная папайя… Только у кубинцев это слово считается неприличным, и они говорят: «фрута бомба»! Три… нет, четыре лимончика… О, авокадо поспели – наделаем гуакомоле! Апельсинки пахнут… Маракуйя… Мам, да не дели ты, сама кушай! Я этими «витаминчиками» объелся, честное слово… О, это тоже тебе! – Гордо вручив матери изящную сумочку, добавил тоном пройдошливого торгаша: – Крокодил был самый настоящий! И… вот эти бусики тоже. Примерь. Натуральный черный коралл, между прочим!
Пока мама крутилась у зеркала, охая и восхищаясь, я одарил папу – презентовал набор лезвий «Жиллетт», купленный на обратном пути в Шэнноне.
– Йо-хо-хо, – нескладно завёл я, – и бутылка рому!
Под старинный припев выудил поллитровку «Гавана клаб». Это была инициатива Мигеля, и я даже не сопротивлялся. Да амиго просто не понял бы меня! Как это, покинуть Кубу, не прихватив в дорогу ром?!
– Всё! – ухмыльнулся отец. – Сбрею бороду!
– Давно пора! – живо откликнулась мама. – Борода тебя старит и… она жутко колючая! Каково это, целовать кактус?!
– Ну-у… Не знаю… – меня переполнили сомнения. – Я его и не помню без бороды… Как Фиделя Кастро.
– Ладно, подумаю еще над сменой образа… – заворчал папа, посмеиваясь. – …Попивая коктейль «дайкири»! А, нет, не выйдет…
– Почему? – рассеянно обронила мама, вертясь у трюмо.
– А там сок нужен… Не лимонов, а… этих…
– Ви хочете лаймов? – изобразил я одесского хитрована с Привоза. – Их есть у меня!
Настроение было бесшабашно-карнавальное – вокруг гулял горячий ветер странствий, еще вчера крутивший флюгера на шпилях Зурбагана, и веял нездешним духом. Возникало странное, томительное ощущение – чудилось, что дома я лишь телом, а душа всё витает в заокеанских далях…
– Ох, а я и поужинать не приготовила! – заохала мама. – Мы тебя и не ждали сегодня, думали, завтра приедешь!
– Не-не-не! Я как представил себе, что еще и в поезде трястись, так мне сразу в Пулково захотелось. Сутки высидеть на одном месте! На фиг такие подвиги…
– Ирочка! – благодушно хмыкнул папа. – Да сосисок отварим, и всего делов.
– О, точно! – возрадовалась мама. – Я и забыла про них… Сегодня достала в «Стреле»! – мимолетно похвасталась она, устремляясь на кухню.
– И выпить есть! – приободрился отец, довольно крякая. – Славно!