Вторая книга трилогии «Имение» открывает мир, куда не ведут двери. Здесь Дом перестает быть просто местом — он превращается в систему, которая адаптируется под дыхание Алисы, считывает её шаги и отвечает тишиной, более тяжелой, чем любой звук. Потерянный ключ оказывается не утратой, а пробуждением: метка под её кожей становится частью замысла, который жил в стенах задолго до её прихода.
Коридоры изменяют оси, плоскости становятся уравнениями, а тень внутри неё уже не просто следует — она ведёт. Алиса перестаёт быть гостьей. Она становится центром механизма, который выбирает её как свою новую форму.
Но чем глубже она проникает в Дом, тем яснее: найденный доступ — это не спасение. Это право увидеть то, от чего большинство бы ускользнуло. И когда пространство становится продолжением её тела, остаётся единственный вопрос — что именно Дом хотел открыть, пробуждая её имя.