Сергей Костин

Мегаклон

1

— Подъём! Мясо! — крик стеганул Андрея по нервам. Он резко сел и попытался оглядеться. Яркий свет слепил глаза, Андрей закрыл лицо руками. — Все на выход!

Койка завибрировала. От вибрации и боли Андрей упал на пол. «Это же электричество», — подумал он. Дальнейшие рассуждения прервал хороший пинок под зад. В глазах ещё не прояснилось, но Андрей видел огромные ботинки, которые остановились возле него. Хозяин ботинок схватил Андрея за ухо и швырнул к выходу.

Увертываясь от ударов, наружу всеми силами пытались выбраться. Но кто? Пока, судорожно дергаясь, толпа выносила Андрея наружу. Он пытался рассмотреть, из кого она состоит. Индивидуумы одинакового роста, с лимонным цветом кожи. Немного успокоившись, Андрей рассмотрел, что все они неотличимы друг от друга: безволосые, идеальной, яйцевидной формы черепа, трёхпалые руки и ноги, зелёные глаза. Когда он попытался закрыться от удара чёрной дубинки, с ужасом заметил, что на его руках тоже было по три пальца. Вывалившуюся из двери толпу горилоподобные субъекты в тёмно-синей форме выстраивали в шеренгу по одному. Шеренга получалась длинная. Она тянулась вдоль строений с полукруглыми крышами. Наконец, горилоподобные с помощью дубинок добились, в прямом смысле слова, какого-то подобия порядка. На площадке перед строем остановилась четырёхколесная платформа. На ней в высоком кресле восседал горилоид, в таком же тёмно-синем мундире и надвинутой на глаза фуражке. В отличие от рядовых надсмотрщиков, его мундир покрывали пёстрые нашивки.

— И так, вам крупно повезло. Вам выпала честь послужить на благо империи Кари. С сегодняшнего дня вы являетесь солдатами её величества, несущей просветление и свободу всем разумным, императрицы Кари. Вы попали сюда из разных миров, отсталых и диких. Но милость императрицы велика, по её повелению вам даровали эти великолепные тела. Это — синтетические носители личности, проще говоря — синты, — выступление было прервано нечленораздельными возгласами. Один из синтов вышел из строя. Размахивая руками и что-то бормоча, он направился к платформе. Маршал дал знак надсмотрщикам не вмешиваться. Он вытащил из кобуры оружие, больше всего похожее на револьвер с неестественно длинным стволом, и выстрелил в бунтовщика. Раненый остановился, посмотрел на рваную дыру в груди, вытянул руки вдоль тела и столбом упал на спину. Больше он не шевелился.

— И, тем не менее, за невыполнение приказа — смерть, — продолжил маршал. — Выполняйте всё, что вам говорят, и с вами ничего плохого не случится, — казалось, что он был доволен происшествием.

Маршал упал в кресло. Платформа развернулась на месте и укатила прочь, подняв за собой столб красноватой пыли. После отбытия высокого начальства надсмотрщики вновь взялись за дубинки. На этот раз дело у них пошло быстрее — вид мёртвого тела действовал на всех угнетающе. Громилы разбили синтов на десятки и построили их в колонны по двое. Ударами дубинок и пинками горилоиды погнали синтов прочь от бараков.

Вскоре синты, оказались перед длинным каменным строением с множеством дверей. Надсмотрщики выстроили синтов в колонны по одному таким образом, чтобы каждая десятка стояла перед дверью. Началось томительное ожидание, солнце сияло в зените, было жарко. Горилоиды прохаживались между рядами синтов, периодически раздавая удары дубинками, не позволяя выходить из строя и смотреть по сторонам. Андрей оказался первым в колонне, он стоял, не шевелясь, опустив глаза в землю, не желая привлечь к себе внимания надсмотрщиков. Он вновь пытался понять, что же происходит, но вместо этого его охватила панику. Судя по звукам, доносившимся со всех сторон, похожие чувства испытывали и остальные синты. Горилоиды пытались успокоить их единственным известным и доступным им способом — дубинками.

Вдруг раздался оглушительный скрежещущий звук, и двери открылись, все одновременно. Андрей посмотрел в проём — там царила кромешная тьма. Подбежавший к нему горилоид что-то крикнул, ударил дубинкой в живот, и швырнул его в проём. Андрей встал на ноги, вокруг было темно и тихо. Где-то вверху зажёгся слабый свет, который позволил разглядеть ему небольшое помещение. На каждой стене этого помещения находилось по двери, точно такой же, в которую его швырнул горилоид. Одна из дверей, истошно скрипя, открылась наполовину. На этот раз Андрей не стал дожидаться приглашения, и сам вошёл в дверь. Пол под ним провалился, если он там вообще был. Опять темно, но не тихо, вокруг слышны слабые шорохи. Когда зажёгся свет, стало видно, что помещение больше предыдущего, и дверей было по две на стенке. А вот открывшаяся дверь скрипела так же истошно. Андрей приготовился к новому падению в темноту, но этого не случилось. Тусклый свет, позволял рассмотреть коридор с каменным полом. Коридор казался бесконечным. Порой приходилось идти на ощупь, так как светящееся сферы под потолком горели не все. Андрей почти обрадовался, когда увидел горилоида, который перегораживал выход из коридора.

— Ты понимаешь меня, мясо? — задал вопрос надсмотрщик.

— Понимаю, — ответил Андрей.

— Тогда садись в клетку и сиди тихо, — Андрей уже не обратил внимания на пинок, пославший его в нужном направлении.

Имелась в виду клетка, стоявшая прямо перед выходом. Клетки стояли на деревянных платформах с колёсами, сцепленные друг с другом, как вагоны поезда. Мест в импровизированном вагоне почти не было, но всё же Андрею удалось втиснуться на узкую лавочку. Поезд лязгнул и, подпрыгивая, покатился в неизвестность. В отличие от поездов, которые знал Андрей, этот двигался не по рельсам, а по наезженной в грунте колее. Колея петляла между деревьями, похожими на пальмы, но рассмотреть их не позволяла скорость поезда и густой подлесок. В другое время окружающий пейзаж можно было бы назвать живописным, но сейчас Андрея больше занимали пассажиры. Основное большинство синтов сидело, опустив голову, тупо уставившись в пол. Другие предавались самозабвенному рассматриванию собственных тел. И лишь немногие с интересом озирались вокруг.

Установить контакт с этими немногими Андрей опять не успел. Поезд резко остановился, как будто локомотив врезался в стену. Пассажиры повалились на пол. Справой стороны по ходу движения высилась стена, сложенная из красного кирпича. Через равные промежутки располагались вышки, с тростниковыми крышами. Поезд остановился как раз напротив массивных ворот в стене. Ворота распахнулись. Из них вышли горилоиды, чтобы вывести синтов из двух последних вагонов-клеток. Поезд останавливался ещё несколько раз, теряя на каждой остановке пассажиров очередных двух вагонов.

Стемнело, но движение продолжалось. Андрей не мог оторвать взгляд от панорамы ночного неба. Сквозь резные листья пальм, временами полностью закрывающие небосвод, мерцало несколько ночных светил. Казалось, что Луна размножилась и теперь представляла собой бусы из жемчужин, которые протянулись от горизонта до горизонта, чуть не доходя до зенита в верхней точке. Эти жемчужины были разного цвета и размера.

— Где я? — спросил кто-то.

Андрей посмотрел на говорившего. На вид он ничем не отличался от других. Синт сидел, задрав голову.

— Ты можешь говорить?

— Да. Ты я вижу тоже. Меня зовут Рин.

— Меня — Андрей.

— Андрэзз. Андезз. — собеседник не мог совладать со своим речевым аппаратом. — Это слишком сложно для меня. Ты не против, если я буду называть тебя Анд?

— Называй как хочешь.

— Спасибо.

Поезд опять судорожно дёрнулся и остановился. Стена с вышками и воротами, ничем не отличалась от тех, у которых поезд останавливался раньше. Горилоиды в этот раз не особо зверствовали, очевидно, из-за позднего времени. Синтов построили в колонну по трое, и повели через ворота. Несмотря на темное время суток, множество лун на небосводе давало достаточно света. Пока колонну гнали по дорожке покрытой утрамбованным гравием, Андрею удалось рассмотреть, что территория застроена одноэтажными унылыми бараками. Территория имела чёткую планировку. В центральной части находилась квадратная площадь. Вокруг неё стояли трёх- и двухэтажные здания. Колонна шла до тех пор, пока над крышами не появилась стена из красного кирпича. Здесь синтов разделили на три части, примерно по шестьдесят особей, и загнали в бараки, с земляным полом и трёхъярусными нарами, которые быстро заполнялись измотанными синтами. Андрей сделал несколько глотков тёплой воды из деревянной бочки, стоявшей в углу, и повалился на ближайшие нары.

— Подъем! Мясо! — на этот раз крик не сопровождался ударами электрического тока но, Андрей быстро оказался на ногах. Не дожидаясь неприятностей, он поспешил к выходу.

— Моё имя Угах, я сержант воздушного флота её величества императрицы Кари. Но для вас, мясо, я — бог, — перед строем расхаживал огромный горилоид, заложив руки за спину. — Просто бог. Потому что без моего разрешения вы не сможете ни есть, ни спать. Да что там, вы шагу без моего разрешения ступить не сможете. За неповиновение — смерть, — сержант похлопал по кобуре с револьвером, висевшей на ремне. — Но если вы будете слушаться доброго сержанта Угаха, то я гарантирую вам приличное существование.

— А когда нам дадут поесть? — раздался голос из строя. Горилоид остановился перед тем, кто говорил, посмотрел на него сверху вниз и без замаха ударил его в живот.

— Так вот, говорить без разрешения тоже нельзя.

Напоминание о еде вызвало громогласное урчание животов в строе синтов.

— Ладно, я сегодня добрый, продолжим беседу позже, сейчас мы идём на завтрак.

Подручные сержанта быстро перестроили шеренгу в колонну по трое, и повели к обширному навесу невдалеке. Под навесом находились бесконечные ряды столов и лавок, большинство из которых были уже заняты.

— Запомните эту цифру, здесь вы будете принимать пищу, — Угах указал дубинкой на дощечку, прикрепленную к стойке навеса, с намалёванным красным знаком.

Все расселись по лавкам. Перед каждым лежал лист растения размером с тарелку. На каждый стол синты в чёрных фартуках поставили по огромной корзине. Из объяснений доброго сержанта Угаха стало понятно, что жёлтомордым олухам необходимо передвигать корзину вдоль стола, и по мере её продвижения деревянной лопаткой накладывать на листья коричнево-зелёную массу. А после этого быстро её поглощать лежавшими тут же деревянными палочками. Далее следовало подробное описание того, насколько эта пища полезна и как она насыщена витаминами и микроэлементами. Всё вышеперечисленное относилось и к листку, который в конце трапезы следовало свернуть трубочкой и съесть. В конце речи было пожелание приятного аппетита. А так же пожелание того, чтобы пища понравилась, так как ничего другого из съедобного не будет ни сейчас, ни позже.

После завтрака жизнь уже не казалась такой мрачной. Подручные сержанта сопроводили строй синтов назад к своему бараку. В задней его части оказался такой же навес, как тот, под которым проходил завтрак, только гораздо меньшего размера. На полу в несколько рядов лежали циновки, с аккуратными стопками одежды. Горилоиды с помощью дубинок дали понять, что синтам необходимо надеть на себя серые комбинезоны с большими красными каракулями на спине и груди, грубые тапочки — шлёпанцы и кепки.

— Итак, теперь вы — не просто мясо, теперь вы — курсанты, — начал свою речь Угах, когда синты оделись и расселись на циновках. — Императрица Кари в знак благодарности за то, что вы откликнулись на Призыв, милостью своей, пожаловала вам тела, кров, одежду. И в ответ на свою милость она справедливо рассчитывает, что вы послужите ей верой и правдой. Вы явились на Призыв из разных миров, но цель у вас одна. Защитить императрицу и её подданных от нашествия жестокого и коварного врага.

— Я ничего не понимаю, я ни куда не собирался являться, — сказал один из синтов. Сержант, не прекращая прохаживаться перед синтами, резко выхватил из кобуры револьвер и выстрелил. Пуля попал в кепку, и сбила её на пол.

Промах вызвал целую серию гримас на физиономии сержанта Угаха. Он скалил зубы, дергал себя за ухо, тряс револьвером.

— Кто? Кто это сказал? — наконец произнёс он, совладав с собой.

Но найти синта, который перебил речь сержанта, было не просто. Сбитую выстрелом кепку, синт поднял с пола и судорожно натянул её на голову. Теперь он, как и остальные сидел, опустив глаза в пол.

— Так вот, если вопросов больше нет, я продолжу. После пробуждения, вы прошли отбор в лабиринте. Лабиринт не ошибается, он собрал вас в одну команду, а это значит, у вас примерно одинаковый уровень интеллекта. Не скрою, этот уровень достаточно высок, для того чтобы вам можно было доверить управление сложной техникой. Но право управлять этой техникой вы должны будете доказать. После обучения вы сдадите экзамены.

— Встань и говори, — сержант обратился к синту, который поднял руку.

— А что будет с тем, кто не сдаст экзамен?

— Хороший вопрос. Те, кто не сдаст экзамен, покинут эти тела. Чтобы их могли занять более достойные кандидаты.

— Скажите сержант, а куда денется личностная составляющая тел и, вообще, болезненная ли это процедура — освобождение тел от разума?

— Куда попадает разум после освобождения, я не знаю. А что касается болезненности процедуры — сынок ты второй день в армии. — По рядам курсантов пронесся вздох разочарования. — Но возможность вернуться на родину, в своё прежнее тело у вас есть. Эту возможность вам дарует императрица за верную и доблестную службу. По окончанию срока службы по моей рекомендации лучших из вас отправят домой.

— Так вот, вам выпала честь быть зачисленными в воздушный флот её величества императрицы Кари. Соответственно, вы будете пилотами истребительного дивизиона. После завтрака — теоретическая часть обучения, после обеда — практическая. Сегодня вы примите присягу, и начнётся ваше обучение. По всем вопросам обращаться ко мне.

Как и обещал добрый сержант Угах, на обед подали такую же размазню, что и на завтрак. Отличие заключалось лишь в том, что размазни было немного больше и она была светлее. После обеда курсантов строем повели в цитадель. Так называлась группа зданий в центре лагеря, обнесённая отдельной стеной. Отряд синтов, в состав которого входил Андрей, долго стоял под палящим солнцем в ожидании своей очереди. Когда, наконец, они оказалась внутри огромного помещения, все вздохнули с облегчением. Здесь было прохладно. Помещение имело полусферическую форму. В верхней части купола находилась башенка с множеством высоких окон по периметру. Свет, который проходил сквозь эти окна, освещал центральную часть, оставляя пространство у стен в полумраке. Освещение настраивало присутствующих на торжественный лад и, в то же время, успокаивало. Синтов построили полукругом в одну шеренгу. Чуть слышные звуки складывались в мелодию с непривычным, но четко различимым ритмом.

— Воины, вы собрались здесь, чтобы поклясться в верности и получить благословение на уничтожение врагов, — произнёс сержант. — Сейчас вы прослушаете обращение к вам императрицы.

— На колени, мясо, — процедил сквозь зубы Угах.

Строй рухнул на колени. Ритмичные звуки стали более интенсивными. Лучи света, падающие из окон башенки, принялись закручиваться вокруг одного места. Они уплотнялись и приобретали форму. Так в центре круглого зала появилась высокая фигура, созданная из света, но производившая впечатление вполне материального тела.

Красивее существа Андрей не мог себе представить. Эта была женщина в белоснежном платье. Он не смог бы описать её в деталях. Но с уверенностью мог бы сказать, что именно такой и должна быть императрица. Её добрые, всё понимающие глаза, казалось, видели синтов насквозь. Но она никого не осуждала, наоборот, всё понимала и всё прощала. О чем она говорила, синты так же не смогли бы вспомнить в деталях. Но смысл был понятен — её надо защитить. Этой божественной красоте угрожала опасность — опасность смертельная. Ужасный враг желал ей смерти, и не только ей, а всем мыслящим существам. Этот враг — разумные ящеры, превосходящие воинов императрицы числом и размерами. И только те, кто откликнулся на Призыв, могли защитить её от неминуемой гибели. Синты вместе с сержантом, тихо поскуливали от страха, рычали от ярости, плакали от умиления, били себя в грудь на протяжении всего обращения императрицы. Когда ритмичные звуки немного утихли, напряжение спало. Императрица плавным взмахом руки послала в сторону сержанта сноп искр. Искры пересекли центральную часть зала и упали в металлический кубок. Церемония закончилась дружным и громким криком синтов «клянёмся». Императрица растаяла, превратившись в свет. Чувство страшной потери овладело синтами. Казалось, они расстаются с самым дорогим и самым любимым существом.

— Я знаю, что вы чувствуете, но у императрицы много подданных, и все жаждут её видеть. Она всегда будет помнить о вас, как и вы о ней. В знак нерушимости присяги, принесённой вами сегодня, и личной встречи с императрицей вам будут выданы отличительные знаки, — сказал сержант.

Угах подходил к каждому, кивком давал понять, что курсант может подняться с колен. Затем он доставал из кубка маленькую серебристую звёздочку и прикреплял её к лямке комбинезона.

Дни тянулись однообразной чередой. Но совсем не скучной. Скучать не давали сержант Угах, и другие горилоиды. После присяги горилоиды допускали грубость к своим подчинённым только в редких случаях. На теоретических занятиях изучали строение планера, который приводился в движение с помощью туго закрученного жгута, натянутого от хвоста до носа. Жгут раскручивался и вращал пропеллер в передней части планера. Планер изготовлялся из фанеры и плотной материи. Вооружение планера составляли два огромных арбалета, подвешенных под крыльями. Арбалеты заряжались стрелами с взрывающимися наконечниками. Ещё на теоретических занятиях изучалась тактика воздушного боя и предмет под названием «знай своего врага». Тактика воздушного боя ничего сложного собой не представляла. Основной принцип боя был таков: подлететь поближе и выстрелить первым. Описание врага также было простым: большие злобные ящеры, передвигающиеся на двух конечностях. На занятиях подробно описывались их зверства. Демонстрировались рисунки, на которых изображались окровавленные жертвы и разрушенные города.

На практических занятиях отрабатывались построения планеров в воздухе. Предполагалось, что планеры будут действовать в группах по три машины. Синты надевали на себя картонные коробки, имитирующие планеры, с крыльями и защитными козырьками ветровых стёкол. Под громогласные наставления своих инструкторов они пытались построиться в тройки. Три такие тройки составляли звено. Казалось, прошла вечность прежде, чем что-то стало получаться. И, тем не менее, из беспорядочной толпы, кружащей вокруг барака стали вырисовываться стройные ряды звеньев. В тройках, а затем и звеньях быстро определились лидеры. Синты шли по пути наименьшего сопротивления — кому-то было проще идти вперёди, кому-то наоборот. Большинство решило, что спокойнее идти за кем-то и не высовываться.

Занятия тянулись бесконечной чередой, и синты быстро привыкать к распорядку дня. Но однажды привычный ход событий был нарушен. После завтрака синтов повели не к своим баракам, а к цитадели. Площадь практически целиком занимали синты. Они стояли вдоль зданий. Свободным оставался небольшой пятачок в центре площади. Солнце поднялось высоко и жарило во всю силу. Взмыленные горилоиды проталкивались между рядами синтов, раздавая удары направо и налево. Они спешили и поэтому не церемонились.

На балконе трёхэтажного здания появился горилоид. Он поднял руку вверх, и на площади наступила тишина. Все смотрели на балкон. Там появился седой, сгорбленный горилоид. Он подошёл к перилам и ухватился за них. Горилоид был стар, двигался он медленно. Над перилами возвышалась только его голова. Голова долго кашляла, затем высморкалась в платок и что — то просипела. К старцу подошёл адъютант. Он слушал, что говорит старый горилоид, а затем повторял его слова, так что его слышали в каждом уголке площади.

— Я - главнокомандующий воздушными силами империи Кари, генералиссимус Гумбаха! Властью данной мне императрицей, приговариваю пятерых дезертиров к смертной казни!

Генералиссимус замолчал. Он опустил голову и тяжело дышал. Произнесённая речь лишила его последних сил. Наконец он выровнял дыхание. Махнул своему адъютанту рукой и ушёл с балкона. Молодой горилоид заняв место старого продолжил:

— Генералиссимус Гумбаха поручил мне рассказать вам о том, что произошло ночью. Так вот, этой ночью пятеро синтов самовольно пытались покинуть территорию нашего лагеря! Под покровом темноты они вышли из бараков. Перелезли через забор и углубились в заросли. Но, негодяи не учли, что за периметром лагеря наши храбрые воины доблестно несут свою нелегкую службу. Дезертиры были задержаны нашим патрулём и доставлены назад. Теперь их ждёт суровое наказание. Они понесут наказание за то, что предали нашу императрицу! За то, что они швырнули ей в лицо те милости, которые она им предоставила! — горилоид прокашлялся, и продолжил. — И так будет с каждым, кто нарушит присягу, кто оскорбит императрицу!

На середину площади вышла процессия. Синты несли пять носилок, к которым были привязаны беглецы. Носилки поставили вертикально. Тела синтов покрывали светлые пятна — следы от ударов.

— Эти синты — собственность императрицы. Они будут сохранены. Но гнусные разумы, которые способны на предательство, будут уничтожены. Для остальных это послужит хорошим уроком. Надеюсь, вы поймёте, что наша императрица не только сама доброта, но и сама справедливость, — посчитав, что сказал достаточно адъютант ушёл.

Несколько синтов выкатили на площадь тележку. Деревянные колёса громко скрипели. На тележке стояла огромная бочка. Через её верх выплескивалась вода. Два десятка синтов с трудом справлялись с такой тяжестью. Наконец, они подкатили тележку к осуждённым. К тележке подошёл горилоид с нашивками сержанта. Вода в бочке всколыхнулась и на её поверхности появилась бурая полусфера. Она влажно поблескивала.

Когда на сфере появились глаза, синты издали вопль ужаса, и дружно подались назад. Горилоиды не пытались навести порядок. Они полностью разделяли чувства своих подчинённых. Все хотели быть как можно дальше от кошмарной твари. Над поверхностью воды поднялось несколько щупалец. Они колыхались в воздухе, меняя цвет. Затем скользнули обратно. Такая демонстрация ещё больше усилила панику. Строй снова подался назад, но бежать никто не мог. Все были, парализованы страхом.

Наконец, горилоид с нашивками сержанта переборол в себе страх. Он встал между бочкой и пленниками. В его руках появилась ярко-красная палочка. Сержант коснулся палочкой груди одного из синта. Из бочки вновь появилось щупальце и потянулось к синту. Несчастный начал извиваться в своих верёвках и жутко кричать. Его крик метался в замкнутом пространстве площади, вселяя в синтов ещё больший страх. Когда до груди синта оставалось не больше полуметра, щупальце сделало молниеносный бросок. Синт забился в судорогах. Ещё мгновенье, и он безвольно повис на верёвках.

Синты перекатили тележку к следующей жертве. При движении она издавала истошный скрип. В мрачной тишине, повисшей над площадью, скрип звучал особенно зловеще. У следующей жертвы уже не было сил на бесполезные попытки вырваться. Синт слабо пискнул, когда щупальце приблизилось к нему, и потерял сознание.

Пятеро дезертиров безвольно висели на верёвках. Казнь закончилась, и палач скрылся под водой. Появился горилоид. На его комбинезоне не было военных нашивок. Он подходил к синтам и прикладывал к ним деревянную палочку. К другому концу палочки он прикладывал ухо. Обследовав таким образом тела, он кивнул сержанту. Сержант дал знак синтам убрать тележку. Над площадью раздался вздох облегчения.

Синтов вернули в свои бараки и заперли там. Оказалось, что на площади они провели почти весь день, поэтому занятия на сегодня отменили. Так же отменили обед и ужин, но никто не жаловался. Все были потрясены увиденным, о еде никто не мог думать. Синтов выпустили только вечером, чтобы они могли подышать свежим воздухом. После долгого, жаркого дня Андрей стоял около барака и смотрел в ночное небо.

— Здесь это называют Ожерелье, — раздался голос сзади.

— Ты Рин? — спросил Андрей, оборачиваясь.

— Да. А ты Анд.

— Вот этот спутник очень похож на Луну.

— Вполне возможно, что это её точная копия. Может быть Ожерелье специально создано для того, чтобы синты могли найти здесь своих соплеменников.

— Твой номер мне кажется знакомым, — сказал Андрей, кивая на красный иероглиф, нарисованный на груди собеседника.

— Ещё бы, мы целую неделю ходим в одной тройке. Я впереди, ты справа от меня, а слева Гы.

— Как-то не обращал внимания.

— Мой тебе совет. Быстрей выходи из ступора. И больше обращай внимания на окружающее. А то мне стало казаться, что я в тебе ошибся.

— В чём ошибся?

— В том, что ты мыслящее существо, и не собираешься идти на поводу у обстоятельств. Ты не обращал внимания на планеры, на которых нас учат летать? На нашу одежду, на нашу пищу?

— А что на них обращать внимание? И так понятно, что это всё одноразовое. Как и мы. Мы погибнем в первом же бою. Большинство из нас даже стрелять не станет, а просто пойдёт на таран. Чтобы быстрее со всем этим покончить. На занятиях об этом прямо не говорится, но намёки инструкторов более чем прозрачны: «Если погибнете в бою, защищая императрицу, то сразу же окажетесь дома».

— Надеюсь, ты не веришь им?

— Нет, конечно.

— Хорошо. Предлагаю держаться вместе, со мной и Гы. Мы собираемся бежать отсюда при первой же возможности.

— Бежать!? После того что мы сегодня видели!

— Не шуми. Мы не собираемся делать это сейчас. Лучше всего это сделать, когда начнутся боевые действия. Сейчас сбежать практически невозможно.

— И куда вы собираетесь бежать? — спросил Анд.

— Куда конкретно бежать, мы пока и сами не знаем. Но то, что это место должно быть подальше отсюда, мы знаем точно. Мы не хотим, чтобы нас как скотину вели на убой.

— Марш в казарму! Отбой! — казалось, сержант вырос из-под земли. И друзьям ничего не оставалось, как выполнить приказ со всей поспешностью.

К хождению тройками вокруг барака вскоре добавились занятия по стрельбе. Курсант усаживался в ящик, повторяющий формой и размерами переднюю часть планера, и пытался попасть в мишень из арбалета. На том же тренажере отрабатывались навыки по управлению планером. Двое синтов раскачивали тренажер, а третий пытался с помощью рычагов и педалей удерживать его в устойчивом положении.

Андрей, по совету Рина, стал более внимательно относиться к происходящему вокруг. Занятия на тренажерах проходили так же в тройках, но они шли в очень быстром темпе, и общаться во время них было практически невозможно. Общение проходило после отбоя в бараке. Рин выдвигал разные версии и гипотезы происходящего, планы для побега и предложения, что делать после него. Андрей искал, в чём эти предложения могут оказаться несостоятельными. Гы большую часть времени молчал. Он лишь изредка выражал согласие с кем-то из спорщиков, всегда одним и тем же способом — произнося звук более всего похожий на «гы». Впрочем, каких либо других звуков он не издавал вовсе.

— Итак, у нас не осталось времени для того чтобы закончить обучение, — говорил сержант, прохаживаясь вдоль строя курсантов. — По плану у нас было ещё две недели. Но враг неожиданно перешёл в наступление. Поэтому прямо сейчас мы отправляемся в зону боевых действий.

После команды «кругом» ошарашенных курсантов повели через весь лагерь тем же путем, которым они пришли сюда. В воротах произошла заминка. Курсантам пришлось посторониться и ожидать, пока внутрь лагеря пройдёт новая партия синтов, очевидно, прибывшая на смену. За воротами их ожидал уже знакомый поезд из вагонов-клеток.

— Так что, ты с нами? — спросил Рин, когда они расселись по лавкам в вагоне.

— Да, я с вами, — ответил Андрей.

— Гы, — сказал Гы.

Поезд рывком тронулся с места и покатился. Ехали не быстро, но долго. Под палящими лучами солнца путешествие становилось просто мучительным. Ближе к вечеру поезд рывком остановился, синтам разрешили выйти из клеток. Под полотняными навесами их покормили привычной пищей, напоили тёплой водой, и путешествие продолжилось. Ночь была такой же жаркой, что и день. Любоваться Ожерельем ни у кого не осталось сил. Андрей лишь изредка поглядывал в ночное небо. Когда он в очередной раз бросил короткий взгляд наверх, ему показалось, что одна из бусин Ожерелья сместилась в сторону. Бусина была гораздо меньше остальных и отсвечивала серым светом. Андрей толкнул локтем дремавшего рядом Рина.

— Кажется, приехали, — сказал он, проследив взглядом указанное Андреем направление.

Рин не ошибся, через какое-то время поезд въехал на площадку очищенную от растительности. Поезд почти час ходил по кругу. Локомотив практически касался заднего вагона. Песок скрипел, напряжение нарастало. Вдруг с неба прямо в центр площадки ударил ослепительный луч света. Луч скачком увеличился в диаметре, поглотив весь поезд.

2

— Быстро выходим! Строимся вдоль белой линии! — знакомый голос сержанта Угаха привёл Андрея в чувства, но он по-прежнему ничего не видел.

— Я сказал, быстро, мяс…, курсанты.

Кто-то помог Андрею выйти из вагона. Когда он с трудом начал что-то видеть, оказалось, что он уже стоит в строю, на своём месте. «Кажется, это уже было со мной» — подумал Андрей, вспоминая первое пробуждение.

— Мы находимся на борту «Всемилостивейшего соблаговоления императрицы к своим коленопреклонённым подданным». Это авианосный крейсер, который в ближайшее время отправляется к месту боевых действий. Сейчас всем отдыхать.

Казалось, что коридоры и лестницы, по которым вели синтов, ни когда не кончатся. Они были разной длины и ширины, пересекались под разными углами, но объединяло их то, что они имели уклон вниз. В конце пути, синты оказались в огромном зале с бесконечными рядами столов и лавок. Зал заполняли синты, которые поглощали обычную размазню. Горилоиды кормились на большом удалении от синтов за полупрозрачными занавесками.

После обеда их опять повели по коридорам, на этот раз не очень далеко. Зал походил на тот, где они принимали пищу, но вместо столов и лавок был забит трёхэтажными деревянными нарами. Они стояли хаотично, оставляя свободными неширокие проходы, ведущие в центральную часть зала, где располагался резервуар с водой.

Крейсер представлял собой скальную глыбу, верхняя часть которой имела идеально ровную плоскую поверхность. Как будто, бесформенную картофелину, имеющую в длину около трёхсот метров, разрезали пополам гигантским ножом и пустили плавать по небу. Плоскость имела форму овала. В средней части овала находились две высокие башни. Сложенные из каменных глыб, они имели разную высоту. Единственное их назначение — отвлекать на себя внимание врага. По логике строителей, враг должен был считать, что эти сооружения представляют собой какую-то ценность. По левому борту палубы располагались площадки лифтов. От правого борта к площадкам лифтов чуть под углом в палубе были выдолблены неглубокие полосы. Углубления заполнялись маслянистой жидкостью и предназначались для посадки планеров. Предполагалось, что длины полосы будет достаточно для того, чтобы, проскользив на своих лыжах-полозьях, планер остановился. Как только планер закатывался на площадку, она сразу же опускалась в недра авианосца.

По бортам находились выходы с палуб для старта планеров. Старт производился по коротким туннелям, внутри которых располагались стартеры. Борта «Соблаговоления», как ёлка серпантином были увиты галереями, большими и маленькими. На них находились разнокалиберные арбалеты: сдвоенные, счетверённые, и так до бесконечности. Ближе к корме находились два ряда окружностей. Первый ряд окружностей представлял собой площадки, на которых заканчивали свой путь грузы, поднимаемые с земли. Так же как и поезд, в котором ехал Андрей. А второй ряд окружностей представлял собой площадки лифтов. Всю эту полезную информацию Андрей узнал после ужина. Сержант рассказывал и показывал детали крейсера на огромной модели, находящейся у дальней стены зала, где они принимали пищу.

Следующие три дня прошли однообразно. Крейсер двигался зигзагообразным маршрутом с частыми остановками. На остановках с земли подбирались грузы. В центре одной из площадок у кормы формировался светящийся шар, затем он с громким хлопком взрывался, и на площадке оказывался поезд с синтами, либо с грузами. Синтам приходилось разгружать поезда, перетаскивая груз на площадки лифтов. Грузы были не тяжёлые, но однообразная работа и жара сильно утомляли.

На четвёртый день сразу после завтрака их повели на стартовую палубу. Она протянулась от носа до кормы и хорошо освещалась. На стартовых желобах уже стояли планеры, за ними, дожидаясь своей очереди, стояли ещё по две машины. Посмотрев по сторонам, Андрей не увидел, где кончаются стройные ряды планеров.

— Итак, мы у цели, — говорил сержант Угах, по привычке расхаживая перед строем. — Враг близко. Что он противопоставит нам на этот раз, не знает ни кто. Помните, мы — главное оружие крейсера. Нам выпала честь входить в состав ударного эшелона. За нашим эшелоном пойдет ещё один. Вас обучали лучшие преподаватели воздушного флота. Учить вас больше не чему. Сражайтесь достойно, помните, императрица надеется на вас. Но я буду рядом с вами. Если потребуется, приду на помощь. Но, вместе с тем, я покараю любого, кто проявит трусость или не выполнит приказ.

Угах кивнул головой в сторону. Из ниши с противоположной стороны борта выкатывали летательный аппарат. Это был самолёт с парой крыльев, распложенных одно над другим. Самолёт выглядел крупнее планеров, и двигатель имел явно более совершенный, чем резиновый жгут. Ярко раскрашенный биплан выделялся на фоне грязно-жёлтых планеров. На капоте стоял пулемёт с толстым стволом и большим диском для патронов.

— Ну, всё, по машинам, — закончил напутствие Угах.

Анд забрался в кабину. Синты из обслуживающей команды прицепили крюки к посадочным полозьям. Концы верёвки уходили куда-то в пол тоннеля. Горилоид, стоявший справа от планера, махнул зелёным флажком. Верёвки с крюками дёрнулись, планер тронулся с места, и Андрей потерял сознание.

— Анд! Анд, держи строй. Да открой же ты глаза!

Андрей открыл глаза, судорожно дёрнул штурвалом, инстинктивно приводя планер в устойчивое положение. Он находился на своём обычном месте — справа и чуть сзади Рина. Но это было не учение, а реальный полёт.

— Анд, да что с тобой! — снова крикнул Рин.

Оказалось, что он опять утратил контроль над машиной, и чуть не столкнулся с планером Рина. Судя по всему, похожие проблемы испытывали и другие синты, стартовавшие с авианосца. Крики ужаса и отчаянья раздавались со всех сторон. Уже не один планер, беспорядочно кувыркаясь, отправился на встречу с землей.

— Анд, спокойно! У тебя получается, ты сто раз проделывал это на тренажёре. Здесь всё то же самое, — подбадривал его Рин.

— Гы! Гы-гы-гы, — не остался безучастным Гы.

Андрей и в самом деле успокоился. В скором времени успокоились и остальные, истошные вопли стихли. Синты сомкнули строй, заменяя выбывших.

Они двигались, так же как и на учениях вокруг бараков. Три тройки составляли звено, второе звено следовало немного сзади, слева и справа от таких пар звеньев находились другие пары, образуя двойную бесконечную линию из планеров. «Не меньше двух тысяч» — подумал Андрей. Но оглянувшись, увидел такую же линию планеров, летевшую сзади и чуть выше.

— Рин, может сейчас? — спросил Андрей.

— Нет, — ответил Рин, кивнув вниз.

Андрей посмотрел в указанном направлении. Внизу двигались самолёты горилоидов. Имея более совершенные двигатели, они свободно маневрировали, резко изменяя направление полёта и высоту.

— Когда начнется бой, держитесь как можно ближе ко мне. Действуем по обстоятельствам, — сказал Рин.

Видимость была отличная. Внизу от горизонта до горизонта раскинулся зелёный океан леса. Пропеллеры ровно гудели. Солнце светило сзади, предоставляя синтам преимущество в атаке. Всё было не так уж и плохо, если бы не чёрные точки впереди. Они появились внезапно и быстро росли в размерах. Вскоре точки превратились в пятна. От них навстречу синтам с пугающей быстротой понеслись искры. Искры при ближайшем рассмотрении оказались чем-то средним между торпедой и петардой. По две пары коротеньких крылышек спереди и сзади придавали этим снарядам сходство с ракетами. Они имели цилиндрическую форму с заостренным носом. На них, как на мотоциклах, прячась за прозрачными щитками, восседали существа, цветом кожи похожие на синтов. Но у них был хвост и несколько вытянутое вперёд лицо. Сначала нападавшие попытались атаковать первую линию планеров. Судя по всему, на ракетах не было оружия, так как их пилоты, громко вопя, сразу шли на таран. Слева и справа раздались взрывы, кое-где таран удался. Впрочем, ракеты плохо манёврировали, планеры от них легко увёртывались. Основная масса ракет проследовала дальше, даже не пытаясь развернуться для повторной атаки. Очевидно, их основной целью был авианосец.

За первой волной ракет последовала вторая и третья. Пилот ракеты из третьей волны атаковал планеры в звене Андрея. Атаковал весьма успешно, от взрыва один планер развалился прямо в воздухе. Второй попал в пламя от взрыва, вспыхнул как спичка и тоже упал вниз. Андрей видел, что планеры атакованной тройки, выстрели по врагу из арбалетов, но ни один не попал — ракеты двигались быстро.

Из-за атак ракет, никто не заметил, что размытые пятна на горизонте превратились в воздушные суда противника. Они выпустили последние партии ракет под управлением камикадзе. На этот раз ракеты имели целью именно планеры, и если кто-то промахивался с первого раза, то они возвращались и повторяли атаку. Всё вокруг полыхало огнём, поврежденные планеры сыпались на землю непрерывным дождём. Когда ракет больше не осталось и расстояние до их носителей сократилось до минимума, с них стали стрелять по планерам.

Суда ящеров были небольшого размера по сравнению с «Соблаговолением». Тем не менее, на их палубах помещалось по две установки, которые метали сети с прикреплёнными к ним ядрами. На носу судна находился многозарядный арбалет. Метателями управляли ящеры. Вокруг них, в качестве обслуживающего персонала суетились ящероподобные синты. Ящеры были гораздо крупнее синтов. На палубе они представляли собой хорошую мишень. Андрей поймал одного из них в перекрестье прицела и спустил курок. Планер дернулся всем корпусом, стрела пошла к цели. Ящер, в которого целился Андрей, превратился в облако серо-зелёного дыма. Это облако перевалилось через борт и исчезло внизу.

— Молодец, Анд! А теперь возвращаемся, красная стрелка уже на середине, — крикнул Рин.

Андрей посмотрел на панель под прозрачным обтекателем. Красная стрелка и в самом деле дошла до чёрточки, обозначающей, что половина ресурса резиномоторного двигателя уже израсходована. Кроме этой стрелки на планерах не было других приборов.

На обратном пути происшествий не случилось. По совету Рина друзья избавились от оставшихся зарядов арбалетов, чтобы избежать лишних вопросов по возвращению. «Соблаговоление» представляло собой жалкое зрелище — от башен по бортам ни чего не осталось. Галереи, опоясывающих крейсер, превратились в руины.

Рин выбрал полосу, наиболее пригодную для посадки. Палуба авианосца была завалена догорающими обломками ракет. Но они всё же сели. Проскользив по маслянистой жидкости, планеры остановились в десяти метрах от лифта. Синты из обслуживающих подразделений на руках донесли планеры до лифтов. На ремонтной палубе планеры тут же стали приводить в порядок. Обслуживающий персонал под присмотром горилоидов латал дыры, заряжал арбалеты. Механизмом с педальным приводом синты накручивали жгут двигателя. Латание дыр производилось с помощью кусков ткани и бочки с клеем. На один планер приходилось по десятку ремонтников. Работа на ремонтной палубе кипела. Из планеров первой волны назад вернулась едва ли пятая часть. Но, судя по косым взглядам седых горилоидов, руководивших ремонтными бригадами, и этого было необычно много.

Уцелевших синтов разместили в одной из полутёмных ниш. Они сидели там, на пустых ящиках, усталые и понурые. В нишу вкатилась четырёхколесная платформа.

— Воины, поздравляю вас с выполнением первого боевого задания. Мы нанесли врагу сокрушительный удар, но он ещё не повержен, — говорил горилоид, сидевший на платформе. Судя по обилию нашивок на его мундире, он занимал высокое положение. — Отдохните, восстановите силы. Пока крейсер занимает удобное с тактической точки зрения положение, у вас есть пара часов. После этого вы снова отправитесь в бой. Помните, императрица надеется на вас.

Платформа развернулась на месте и укатила. Место маршальской платформы тут же заняла другая. На ней также восседал горилоид, но в возрасте и совсем без нашивок. Платформу катили перед собой четыре синта.

— Обед! Кроме обычной пищи сегодня вы получите тоник, это поможет вам восстановить силы и взбодриться. Стаканчик, после того как выпьете тоник, съешьте, — прохрипел горилоид.

Получив свои порции, друзья удалились в самый дальний и самый тёмный угол ниши, на этом настоял Гы. Когда они расселись на пустых деревянных ящиках, Гы продолжил их удивлять. Он резким движением выбил из их рук стаканчики с тоником, после чего с невозмутимым видом принялся за размазню.

— Ладно, Гы, рассказывай, что там у тебя? — спросил Рин, когда с едой покончили.

Казалось, Гы ожидал этого вопроса, он переставил свой ящик так, чтобы сидеть напротив Рина и Андрея. Взял их руки за запястья и…

Андрей четко понимал, что сидит в нише. Но вместе с этим он ясно видел, правда, со стороны. Как будто он мысленно находился немного сзади себя и своих друзей. Он видел, как они встали и пошли. Они вышли из ниши, где среди синтов царило неестественное оживление — они что-то пели, размахивали руками, бегали друг за другом. Гы повторил движение рукой, которым он выбил стаканчики с тоником у них из рук, и указал на синтов. Очевидно, давая понять, что царившее здесь оживление — результат действия тоника. Пройдя нишу, они повернули направо. Пошли по ремонтной палубе вдоль планеров, выстроенных в ряд под яркими лампами для скорейшей просушки клея. Они ушли не далеко, метров пятьдесят, до следующей ниши. Дорогу им преградил горилоид с нашивками сержанта. Он что-то сказал, но звука в этом странном кино не было. Гы подошёл к сержанту вплотную и ударил его кулаком в живот. Сержант согнулся пополам, скорее, от неожиданности, чем от силы удара. Не давая горилоиду опомниться, Гы положил ему на голову руку, и тот отключился. Бесчувственного горилоида затащили в нишу и обыскали. Рину Гы отдал большой нож, Анду зажигалку, а себе взял револьвер. Дальше в этом странном кино произошёл резкий обрыв сюжета. Анд видел себя в планере на своём обычном месте в строю — справа и чуть сзади от Рина. Они подлетали к вражескому судну — носителю ракет с камикадзе. До них оставалось не больше сотни метров. Ящеры суетились у своих метателей. Но друзья были начеку и выстрелили первыми. Каждому отводилось по ящеру — стрелку за орудиями.

Дальше с кинофильмом опять случилась метаморфоза, время замедлилось. В замедленном показе было хорошо видно, кто и что должен делать. Рин двумя арбалетными стрелами должен поразить ящера за носовым орудием, а Гы с Андреем уничтожить тех, которые находились по бортам. Далее по сценарию они садятся на вражеское судно. Рин первым. Он использует в качестве амортизаторов тюки с сетками и свернутые паруса у рубки управления. Пока он освобождается от сетей и верёвок с помощью ножа, садится Гы. Рин помогает ему выбраться из обломков планера с помощью того же ножа. После этого Гы добивает из револьвера оставшихся в живых ящеров. Расправляется с ящером, который находится в рубке управления. Убивает вражеских синтов, если те окажут сопротивление. Последним садится Анд. Перетащив один из тюков на корму, поджигает его, создавая видимость пожара. В это время Рин и Гы должны разобраться с управлением. Имитируя крушение, друзья сажают судно в чаще леса.

— Скажи, Гы, ты всегда так умел? Я имею в виду, гипноз, которому ты нас подверг? — спросил Анд, когда немного пришёл в себя.

— Гы, — ответил он, пожав плечами.

Друзья помолчали, заново переживая и анализируя необычное предложение Гы.

— Ну, что же, пожалуй, другого способа выбраться отсюда, нет, — сказал Рин. — Во время движения на планерах нам не дадут сбежать сержанты, барражирующие внизу. А если и удастся сбежать, сесть нам негде. Внизу лес, и очень густой. За время полета, я не заметил ни малейшего просвета. Садиться на деревья на планерах из прутиков и ткани — верная гибель. План Гы опасный, но у нас хотя бы будет шанс.

— Я с тобой согласен. К тому же, если нам удастся выжить и после второй атаки, нас будут посылать снова и снова, пока мы не погибнем, — сказал Анд.

В этот раз, до встречи с противником, они отлетели от «Соблаговоления» совсем немного. Тоник всё ещё оказывал возбуждающее действие на синтов. Друзьям было не сложно затеряться в последних рядах ударной группы. Остальные, наоборот, рвались вперёд, чтобы первыми вступить в схватку с врагом. Безумство владело синтами с обеих сторон, превратив воздушный бой в одно сплошное побоище. Казалось, уже никто не помнил ни о тактике, ни о стратегии. Строй никто не соблюдал. Об арбалетах тоже забыли. А если кто и вспоминал, то прицелиться толком не мог. Воздушная схватка превратилась в серию таранов. «Похоже, этот тоник представляет собой адскую смесь» — подумал Андрей. Друзьям неразбериха была только на руку.

Ящеры у метателей в растерянности водили орудиями из стороны в сторону. Но поймать кого-либо в прицел им не удавалось. В беспорядочном мельтешении они не могли выбрать цель. Казалось, что они используют метатели как щит. Присев за ними, ящеры пытались выглядеть менее заметными. Друзья подлетели к вражескому судну. С расстояния не больше чем в пятьдесят метров Рин выстрелил сразу с двух арбалетов. Промахнуться было нельзя. Ящер у носового метателя окутался дымом и взвыл от боли. Он заметался по палубе, споткнулся и полетел за борт. Его вопль растворился в общем шуме боя.

От выстрелов планер Рина тряхнуло, он стал рыскать по сторонам. Рин боролся с машиной, когда Анд и Гы выстрели почти одновременно. Их стрелы нашли свои цели. Оба целились в головы ящеров, оба попали. Ящер Гы сполз под метатель и затих. Другой ящер в предсмертной судороге успел нажать на спуск. Четыре камня метнулись в воздух. Расстояние между ними быстро увеличивалось, заполняясь крупноячеистой сетью. Один из камней зацепился за крыло планера из соседнего звена. Сеть, как разумная, резко изменила направление, сжав машину в смертоносных объятьях. Сеть быстро сжималась, камни крушили легкий планер. Ещё секунда и бесформенные обломки полетели вниз.

На палубе ни кого не осталось, но сесть друзья уже не успевали. Они пронеслись над палубой, и пошли на разворот. В воздухе стало заметно свободнее. Большинство планеров первой волны лежало на земле. Но вторая волна была уже рядом. Рин вёл своих друзей по кругу. Они не успевали закончить круг. Уже можно было видеть перекошенные яростью лица синтов из второго эшелона. Рин заложил крутой поворот. Друзья повторили манёвр. Планеры угрожающе затрещали, но выдержали нагрузку. Друзья разминулись со второй волной буквально в десятке метров.

Вражеский ракетоносец вновь оказался прямо по курсу. Рин что-то крикнул. Анд не расслышал слов, но понял, что хотел сказать Рин. Анд поймал в перекрестье прицела тень, маячившую в окне рубки, нажал спуск. Планер качнуло, и последняя стрела пошла к цели. Стрела влетела в окно, и рубка окуталась густым дымом.

Рин пошёл на посадку. От первого касания с палубой планер стал разваливаться. До рубки Рин докатился кувырком, зато ему не пришлось долго выбираться из разбитой машины и верёвок. Гы сел идеально, его планер остался в целости, остановившись на середине палубы. Анду пришлось выпрыгивать на палубу. При посадке его планер зацепился за правую метательную установку, его стало сносить. Анд сильно ушибся при прыжке. Какое-то время он был без сознания. Придя в себя, Анд тут же бросился выполнять свою часть плана. Но оказалось, что жизнь внесла значительные изменения в сценарий Гы.

Анд пробегал мимо рубки, когда столкнулся с друзьями.

— Назад! — крикнул Рин.

За ними бежал ящер. Анд развернулся и бросился вслед за друзьями. После двух кругов вокруг рубки стало понятно, что ящер догоняет.

— Гы-ы-ы! — Гы резко остановился и толкнул друзей к верёвочным лестницам, тянувшимся от бортов к мачте.

Рин и Анд взлетели по лестнице вверх. Отдышаться они смогли только на площадке в средней части мачты.

— Что случилось? — спросил Анд.

— Твой выстрел не принёс ящеру вреда. Он остался жив. Когда мы вошли в рубку, он напал на Гы, — ответил Рин.

— Кстати, а где он?

Гы не было ни на площадке, ни на палубе. Ящер тем временем пытался добраться до синтов. Он прыгал, дергал за лестницу, но добраться до синтов не мог. В этот момент над палубой пролетел один из самолётов горилоидов и дал очередь из пулемёта. Горилоид промахнулся, но его атака заставила ящера забыть о синтах. Он со всех ног побежал в рубку.

— Смотри! Там Гы! — крикнул Рин.

Анд посмотрел в указанном направлении, там действительно был Гы. Он сидел верхом на ракете, и махал друзьям руками.

— Быстрее, пока ящера нет! — крикнул Рин.

Синты, воспользовавшись моментом, спустились с мачты и побежали к Гы. Ящер, заметив их манёвр, бросился на перехват. Гы следил за ситуацией. Когда между ящером и ним оставалось около двадцати метров, ринулся в атаку. Из задней части ракеты ударила тугая струя пламени, и она понеслась вперёд. Анд и Рин разбежались в разные стороны, пропуская ракету между собой.

Казалось, столкновение с ящером было не избежать, но он в последний момент успел пригнуться. Гы промахнулся. Чтобы избежать столкновения с рубкой он прибавил газу. Ракета взмыла в небо. Ящер щелкнул в сторону Гы зубами.

Теперь внимание ящера переключилось на друзей. Его размеры и чрезвычайная подвижность позволяли ему контролировать всю ширину палубы. Неоднократные попытки проскочить мимо ящера, чтобы вырваться из западни ничего не дали. Друзья всюду натыкались то на щелкающую, утыканную зубами пасть, то на гибкий и сильный хвост. Через какое-то время они оказались у самой кормы, их пятки уже нависали над пропастью. Ящер медлил, он наслаждался беспомощностью жертв, и время от времени рычал в сторону друзей, обдавая их с ног до головы зловонной струей воздуха.

— Гы-ы-ы, — донеслось с неба.

Сзади на ящера пикировала ракета под управлением Гы. Снизившись до высоты одного метра над палубой, он выровнял ракету и полетел на ящера. В последний момент перед столкновением с ящером, Гы успел спрыгнуть с ракеты. Ящер на этот раз не был таким расторопным, ракета попала ему в грудь. Мощный взрыв встряхнул судно как щепку. Ящер размахивая лапами улетел за борт. После взрыва друзья лежали оглушенными, но Гы не дал времени на раскачку. Он начал тормошить Анда, приводя его в чувство. Он похлопывал его по карману, где у того лежала зажигалка. Очевидно, пытаясь напомнить, что нужно выполнить намеченный план. Анд взял тюк с сеткой и потащил его на корму, где поджёг его с помощью зажигалки. Гы и Рин удалились в рубку. В скором времени судно начало плавно снижаться.

Они выбрали место в бесконечном покрывале леса, где плотность листвы была чуть меньше. Еле заметная, тёмная полоска извивалась в листве от горизонта до горизонта. К этой полоске и направился Гы. Он управлял судном, стоя на груде ящиков в рубке. Трещина в зелёном массиве образовалась из-за того, что кроны соседних деревьев немного не дотягивались друг до друга. Гы мягко опустил судно в океан леса, и листва бесшумно сомкнулась над ними. Оказалось, что внизу, протекал небольшой ручей. Исполинские деревья почтительно расступались перед ним. Гы опустил судно к ручью, и повёл его вверх по течению. Рин стоял на носу и предупреждал Гы о препятствиях на пути. Анд без дела слонялся по палубе, осматривая окрестности. Деревья были огромными. Их пышные кроны сплетались между собой на большой высоте, образуя сплошной зелёный покров, который сверху казался бесконечным. Судя по пятнистым стволам, деревья принадлежали к одной породе. Окраска стволов, вместе с пятнами медленно двигающихся солнечных зайчиков, создавали атмосферу спокойствия. Огромное пространство между землёй и кронами заполнялось лишь косыми солнечными лучами, подлесок практически отсутствовал. Листва задерживала большую часть солнечных лучей, поэтому было прохладно. От деревьев исходил приятный, успокаивающий аромат. Но встречающиеся время от времени горящие обломки не давали забыть о реальности.

Беглецы уже достаточно долго пробирались по руслу ручья. Габариты судна позволяли беспрепятственно двигаться. Лишь изредка мачта касалось какой-нибудь ветки. Обломки перестали попадаться на пути, и друзья решили, что они достаточно далеко удалились от места посадки.

— Впереди какой-то камень, — подал голос Рин, вместо своих обычных возгласов «левее» или «правее».

Гы остановил судно у камня, который привлёк внимание Рина. Камень стоял чуть в стороне от ручья, посередине небольшой поляны. Светло-серого цвета он имел форму неправильного конуса. Сторона камня, обращенная к ручью, была почти плоской. В нижней части камня имелся рисунок — улыбающийся синт. Рин подошёл к камню ближе остальных. Поверхность камня, обращенная к ручью, задрожала и стала чёрной. Друзья отскочили на безопасное расстояние. Как только они оказались вдали от камня, его поверхность стала обычной. Дальнейшие эксперименты с камнем показали, что он становится чёрным, если к нему подойти ближе, чем на три метра. Поверхность камня становилась чёрной и по ней шла рябь, как будто она в одночасье превращалась в жидкость. Просунутая в камень ветка вернулась назад, без каких либо повреждений. Несмотря на надвигающуюся темноту, друзья решили продолжить путь, чтобы оказаться подальше от подозрительного камня.

Когда совсем стемнело, Гы посадил судно на берегу ручья. За день беглецы очень устали. Поэтому спать легли прямо в рубке. Ночь прошла без происшествий. Анд проснулся первым. Он решил обследовать судно. По широкой лестнице он спустился под палубу. Трюм имел высоту около четырёх метров. Но свободного пространства было не больше двух. Под потолком висели камни. Анд попытался передвинуть один из них, но у него ничего не получилось. В поперечном сечении судно представляло собой трапецию, большая сторона которой являлась палубой. Корпус судна набирался из грубых досок. На носу и корме находились обширные люки, предназначенные для стартов ракет. В бортах тоже были люки, но меньшего размера. В длину трюм имел не больше сорока метров. В ширину метров пять. Несмотря на приличные размеры, трюм пустовал: бочка с водой, бочка с размазней, две пустые бочки, с десяток ракет. При ближайшем рассмотрении оказалось, что ракеты склеены из нескольких слоев тонкой, сухой коры. Внутри такой трубы засыпался чёрный порошок. Позавтракав размазней, найденной в трюме, друзья выбрались на палубу.

— Ящеры кормят своих синтов той же гадостью, что и горилоиды, — сказал Анд, когда с едой было покончено.

— Что верно, то верно, — ответил Рин.

Гы достал револьвер, и откинул барабан. В нем осталось четыре патрона. Затем он показал рукой в сторону леса.

— Ты хочешь сказать, что нам надо разведать обстановку? — спросил Рин.

Гы утвердительно кивнул. Далеко разведчики не ушли. Через две сотни метров они встретили ящеров. Ящеры шли цепочкой вдоль ручья навстречу синтам. Друзья укрылись за упавшим стволом и стали наблюдать. Ящеры шли медленно, видимо они тоже проводили разведку, и такая разведка им нравилась. В передних коротких лапах они держали что-то вроде мачете. Ящеры не оставляли без внимания ни одну ветку или кустик в сфере досягаемости. Они шли как охотники, обходившие свои владенья. Внимание охотников привлекла птица, перелетевшая с ветки на ветку. Ящер, шедший в середине цепочки, видимо старший, поднял вверх арбалет и выстрелил. Стрела попала точно в цель. Птица упала на землю. Ящеры, хищно заурчав, бросились рассматривать добычу.

— Бежим, пока они заняты! — крикнул Анд.

Синты со всех ног побежали к своему судну. Судя по тому, что сзади не раздавались звуки погони, их никто не заметил. Как только Гы оказался в рубке, судно тут же стартовало. Они двигались вниз по течению, и как раз миновали камень, когда были обстреляны. Рин, стоявший на носу, вскрикнул и бросился в рубку.

— Горилоиды, их там сотни! — сказал он, задыхаясь от быстрого бега.

В подтверждение его слов в рубку вонзилось несколько арбалетных стрел. Пока Гы разворачивал судно, к стрелам добавились короткие пулемётные очереди. Гы показал друзьям жестами, что нужно держаться за поручни.

— Гы, ты уверен? — спросил Анд, когда понял, что он ведёт судно к камню.

— Гы, — сказал Гы, указав глазами на поручни.

Судно прошло в чёрный проём камня, как будто это была водная гладь. Лишь верхушке мачты не повезло — она не проходила в проём по высоте. Верхушка с оглушительным треском переломилась и осталась в гигантском лесу.

3

Перед друзьями расстилалась пустыня, безмолвная и безжизненная. Судно парило в нескольких метрах от камня, как две капли воды походившего на тот, в который они влетели. Воздух неподалеку от них стал струиться. Как будто один из миражей, искажающий реальность у горизонта, приблизился. Свет уплотнился, и перед синтами возникло существо. Трёхметровое цилиндрическое тело имело светло-жёлтый оттенок. На верхней части тела выделялись четыре тонких отростка, на концах которых, располагались крупные глаза. В средней части извивались отростки длиннее, они обвивали сучковатый посох, верхушка которого достигала глаз существа. Само оно восседало на чём-то вроде кресла, парившем в полуметре над землей. Матовый блеск, конусовидные отростки и коричневые узоры — предмет поразительно напоминал раковину морской улитки. Бахрома из множества ворсинок в верхней части тела зашевелилась, и в головах синтов прозвучал голос:

— Приветствую вас.

— Кто вы? — спросил Рин, первый кто пришёл в себя после неожиданного появления.

— Моё имя вы не сможете ни запомнить, ни произнести. Поэтому можете называть меня Встречающий. Считайте, что это моя должность.

— Это вы поставили камень? — спросил Анд.

— Да. Но давайте продолжим разговор в более удобном месте, если вы не против, конечно.

Встречающий не стал дожидаться согласия друзей. Воздух вокруг них начал струиться. Затем потемнело, земля под ногами исчезла, но тут же появилась снова. Они оказались в просторной пещере. Из проёмов овальной формы в одной стороне пещеры лился мягкий свет. У противоположной стены шумел небольшой водопад. Вода появлялась у самого потолка. Журча, она стекала вниз по стене. Затем вода скапливалась в неглубоком бассейне и, перетекая через дальний его край, исчезала где-то в полу. Мягкий свет, отраженный от светлых стен, журчанье воды, оптимальная температура воздуха — обстановка действовала успокаивающе.

— Располагайтесь, — Встречающий указал щупальцем на возвышенность. — Вам будет удобнее находиться ближе к свету и теплу. Там корзина со съедобными для синтов фруктами. Воду для питья можно брать из бассейна. Мне же удобнее находится подальше от того и другого, но поближе к воде.

Встречающий обвил посох щупальцами. Отталкиваясь от пола, он поплыл в своём кресле к бассейну. Там моллюск взял металлический сосуд. Проделав невероятные движения с точки зрения человеческой физиологии, несколько раз облил себя водой из бассейна.

— Кушайте, отдыхайте, а я начну исполнять свои обязанности. Обязанности встречающего. Я расскажу вам историю моей расы, историю этого мира, а потом вы зададите вопросы. Так вот, моя раса произошла от моллюсков. Большая часть поверхности нашей планеты — пустыня. Вода находится в подземных морях, где и зародилась жизнь. На нашей планете мало полезных ископаемых, а тяжелые металлы залегают глубоко. Поэтому развитие нашей расы в техническом смысле шло медленно. Прошли тысячи и тысячи лет, прежде чем мы научились использовать возможности нашего мозга. Мы создавали, используя гены наших тел, помощников. Мы наделили их мощным интеллектом, они помогали нам общаться друг с другом телепатически, и решать проблемы, связанные с вычислениями. Мы вели малоподвижный образ жизни, плохо размножались, а подземные моря, которых и так было мало, стали высыхать.

Прошли ещё тысячи и тысячи лет в борьбе за существование. Но, в конце концов, мы победили. Научились сами себе создавать среду обитания, добрались до тяжёлых металлов. И мы устремились в космос. Мы избороздили нашу галактику вдоль и поперёк. Мы встречали много разных рас. Одни были миролюбивы, другие воинственны, третьи общительны, четвёртые скрытны. Но, всех их объединяло одно — они были молоды. Нам с ними было не интересно, мы искали себе равных по разуму, равных по стремлениям, мы искали братьев. Но таких не находилось. Тогда мы вернулись на родную планету и стали делиться увиденным. Оказалось, что большинство цивилизаций гибнет. Гибнет по разным причинам. Путь к межзвёздным перемещениям тернист и долог. Чтобы научиться преодолевать скорость света, нужно не только знание техники и астрономии, нужен особый склад разума, нужно стать частичкой вселенной. Лишь тогда откроются тайны движения света. Но мало кому хватает времени, чтобы достичь такого уровня, многие расы становятся заложниками собственных планет, погибая в катастрофах. Многие цивилизации гибнут во время военных конфликтов. Причём часто бывает, что живых особей достаточно, чтобы вид продолжил существование, но в техническом смысле они оказываются на уровне паровых машин.

Как бы примитивными не казались обнаруженные нами расы, каждая по-своему была уникальна. У каждой можно было чему-то научиться. Нам стало досадно, что столько знаний и опыта гибнет безвозвратно. Мы долго обсуждали, что нам делать. И решение было принято. Мы решили дать ещё один шанс погибающим цивилизациям. Мы решили создать планету, на которой могли бы встретиться все разумы, желающие контакта. И мы создали такую планету и назвали её Мегаклон. Мы построили и запустили машину, которая помогает разуму переместиться на эту планету. Мы бросили по галактике Призыв. Это энергоинформационная структура, которая охватывает всю галактику. Структура выявляет разумы, потенциально готовые к перемещению. Обычно это разумы индивидуумов, недовольных своим настоящим положением, находящихся в смертельной опасности или на грани суицида. Вы видели части этой структуры — это Ожерелье. После перемещения разумы помещаются в синтетические носители…

— Так мы сможем вернуться домой, — перебил повествование моллюска Андрей.

— Конечно, сможете. Пожалуйста, не прерывайте меня, я скоро закончу. Так вот, структура Призыва сама выбирает синтов для откликнувшихся разумов. Гуманоиды помещаются в привычную для них формацию тела. Ящеры — в свою формацию, и так далее. Но мы не учли тягу молодых рас к решению проблем силой, их гипертрофированную расовую нетерпимость. В первые же годы представители рас, которым некуда было возвращаться, а так же расы, накопившие здесь достаточное количество индивидуумов, попросили о натурализации. То есть попросили нас предать синтам вид и качество их первоначальных тел. И тогда началась война. Всех со всеми. Эта планета создана по образу и подобию нашей родины, и полезных ископаемых здесь так же мало. Но воюющие приспособили наши изобретения. Конечно, мы могли бы остановить войны. Но соблазн контролировать взросление рас был очень велик. К тому же, разумы погибших синтов возвращаются в свои прежние миры.

— Значит, нам нужно было погибнуть в первом бою, и весь этот кошмар сразу же закончился бы? — спросил Рин.

— Вы правы, структура Призыва настроена таким образом.

— Но как вообще мы оказались в руках горилоидов? — спросил Анд.

— Дело в том, что иногда откликнувшихся на Призыв оказывается много. Дело осложняется тем, что они принадлежат к разным расам. И мы просто не в состоянии заниматься ими. Тогда мы просим помощи у натурализованных рас, чтобы они присмотрели за ними в обмен на что либо, — ответил Встречающий.

— Ничего себе присмотрели! Да ты знаешь, что нам пришлось пережить! — возмутился Андрей.

— Но, в конце концов, вы здесь. В худшем случае вы вернулись бы домой. Я знаю, что вы хотите отправиться в ваши родные миры. Но у меня будет к вам просьба. Просьба о помощи, — сказал моллюск после некоторого молчания.

— Вы просите о помощи нас всех? — спросил Рин.

— Да всех вас. Сначала я хотел попросить одного Анда. Потому что суть проблемы оказалась бы для него яснее, чем для вас. Но за время вашего путешествия вы хорошо научились взаимодействовать. Научились дополнять недостатки друг друга. Поэтому, если вы согласитесь помочь и пойдете вместе, шансов на успех будет больше.

— А я хотел бы вернуться домой, — сказал Анд.

— Пожалуйста, не отказывайтесь. Вы абсолютно ничем не рискуете. Кроме того, вы получите награду за свои труды.

— Какую же? — спросил Рин.

— Любую, всё что пожелаете. Но, естественно, награда будет не материальная. — В пещере наступила тишина. Каждый обдумывал предложение моллюска. — Не торопитесь с ответом. Отдохните, подумайте. А завтра мы с вами встретимся вновь. — Встречающий махнул щупальцем в сторону тёмного пятна на стене, а сам поплыл в противоположную сторону.

Синты пошли в указанном направлении. Тёмное пятно оказалось входом в туннель. Здесь царил полумрак. Туннель несколько раз повернул и окончился небольшой пещерой. В пещере было несколько ниш с мягкой зелёной подстилкой. Друзья догадались, что отдыхать нужно в нишах. Они забрались в ниши, после трудного дня они сразу уснули. Подстилки ожили и потянули к синтам тонкие ростки. Они буквально облепили синтов, полностью поглотив тела. Но друзья ничего не чувствовали — они крепко спали.

Проснулись они бодрыми и свежими. И сразу направились в большую пещеру. Им показалось, что вчера путь был короче. К тому же вчера им не встретилось ни одного ответвления в тоннеле, а сегодня они попадались через каждые десять метров. Но через какое-то время они всё же добрались до большой пещеры. У бассейна стояла корзина со свежими фруктами, но друзья были не голодны. Они сели в плетеные кресла. Ждать не пришлось. Из темноты выплыл Встречающий:

— Надеюсь, вы хорошо отдохнули? — друзья промолчали, но ответа и не требовалось.

— Ты сказал, что выполнишь любое наше желание, — Анд первый нарушил молчание. — Так вот, я хочу читать мысли людей.

— Это возможно. Но такая возможность будет дарована тебе только на три года, и применять ты её сможешь только к особям твоего пола, — после краткого раздумья ответил Встречающий.

— Я согласен.

— Я хочу знать, что такое огонь. Я хочу знать истинную его сущность, — сказал Рин.

— И это возможно.

— В таком случае, я тоже согласен, — ответил Рин.

— Я бы хотел остаться с вами и участвовать в наблюдении за планетой. Со своим желанием я определюсь позже.

— Гы, ты можешь говорить? — удивился Рин.

— Я обрёл эту способность сегодня утром, как только проснулся, — ответил Гы.

— Конечно, ты можешь остаться здесь. Я думаю, ты сможешь быть полезен нам. Награду ты можешь попросить и позже, когда поймешь что тебе действительно нужно, — сказал Встречающий.

— В таком случае, позвольте объяснить вам суть проблемы. Одну гуманоидную расу постигла природная катастрофа. На их планету упал астероид. Облака пыли и пепла от извержений вулканов взлетели вверх и закрыли планету от солнца. В результате этого наступило резкое похолодание. На данный момент неизвестно, выживет эта раса или нет. Но многие индивидуумы откликнулись на Призыв. Долгое время те, кто откликнулся, жили в резервации под нашей защитой. Но затем они попросили о натурализации. Кроме этого они потребовали предоставить им самостоятельность и средства обороны. Это обычные требования. Подавляющее большинство рас поступают таким образом. К этому времени индивидуумов этой расы собралось достаточное количество. И мы позволили себе надеяться, что они позаботятся о своем выживании. Мы выполнили их требования. Какое-то время о них ничего не было слышно. Но потом расы, обитающие по соседству стали жаловаться. Они утверждают, что их вытесняют с принадлежащих им территорий. Причем в качестве агрессора они описывают некое гигантское существо. После того как побежденные отступают, их место занимает вышеупомянутая раса гуманоидов.

— А какого рода средства защиты им предоставили? — спросил Рин.

— Обычные в таких случаях оборонительные средства. Это вид силового поля, полностью накрывающий определенную территорию. Такое поле абсолютно непреодолимо для любого материального объекта, а так же для представителей других рас. — Встречающий оттолкнулся посохом от пола и подплыл к бассейну. Совершая серию движений, он зачерпнул воду и вылил её на себя. Затем он вернулся к друзьям и продолжил. — Мы хотели, чтобы обмен между расами полностью исключил техническую составляющую. Мы бы хотели, чтобы расы обменивались идеями, концепциями, философскими взглядами.

— А почему вы сами не выясните, что происходит? — спросил Анд.

— Видите ли, дело в том, что мы не считаем инцидент достаточно интересным. На планете происходят гораздо более занятные вещи. Именно в этом случае нам жаль тратить время. Но, конечно, если ситуация обострится, мы вмешаемся. Кроме того, по опыту известно, что разобраться в ситуации с гуманоидными расами гораздо сложнее, чем с остальными. Вы слишком чужды для нас.

— Как же мы попадём туда? — спросил Анд.

— С этим проблем не будет. Элты с готовностью принимают к себе синтов. При условии, что те будут жить и работать по установленным правилам. Покинуть элтов так же не трудно. Нужно просто попросить их об этом. Кроме того, ваши синты смогут проникать сквозь защитное поле элтов. Для выполнения задания вам будет обеспечена такая возможность. Но советую проникать сквозь поле без свидетелей. Элты уверены, что поле проницаемо только для них. Есть ещё вопросы?

— А когда мы получим награду? — спросил Рин.

— Обещанную награду получите во время транспортировки в ваши родные миры, — ответил моллюск. — Ещё вопросы?

В пещере вновь повисла тишина.

— Раз вопросов больше нет, прошу вас проследовать по этому коридору. В конце его вы найдете уже знакомые вам ниши. Вам снова придётся провести там некоторое время. Пока вы будете отдыхать в нишах, ваши синты подвергнуться некоторым модификациям. Улучшатся ваши чувства, обострится реакция. Кроме того, вы усвоите информацию о планете и некоторых её обитателях.

После отдыха друзья вновь оказались в пещере с бассейном. Пока они завтракали фруктами, моллюск демонстрировал нечто вроде фильма. Изображение проявилось на поверхности воды, которая стекала по стене в бассейн. Не смотря на это, картинка получалась довольно чёткой. Пояснения к фильму давал сам Встречающий. Элты очень походили на людей. Форма головы у них была немного вытянута, уши слегка заостренны кверху. Жить элты предпочитали в сельской местности. На планете находился один крупный город. Большую часть поверхности занимали сады и поля.

— Пожалуй, это всё, — сказал Встречающий, когда изображение исчезло. — А теперь прошу пройти в арсенал и выбрать то, что вам покажется необходимым для выполнения моего поручения.

Арсенал располагался в большой пещере. Бесконечные стеллажи тянулись вдоль стен. Вещи на них лежали в беспорядке.

— Назначение большей части всего этого для нас загадка. У нас нет времени разбираться во всём. Поэтому советую брать только те предметы, которые вы сможете заставить работать, — сказал Встречающий. — О пище и воде беспокоиться не стоит, всё уже загружено на рейдер. Кстати, само судно, также несколько модифицировано. Думаю, что Гы легко с этим разберётся.

В стене арсенала зияло огромное окно. Судно парило рядом с ним. Из пещеры на палубу рейдера был перекинут деревянный трап. Анд сделал несколько рейсов от стеллажей к судну. Транспортом ему послужила деревянная тачка с одним колесом. Груз этой тачки по большей части составляло оружие. На стеллажах можно было найти всё, от ножей до пулеметов. Анд выбирал то, что находилось в приличном состоянии. Его добычей стали несколько поясов с ножами и револьверами, десяток гранат и несколько ящиков патронов. Больше всего Андрею понравились пулемёты. Они походили на те, что использовали горилоиды. Из-за дисковых магазинов они выглядели громоздкими и имели приличный вес, но Андрей почувствовал себя более уверенно, когда пулемёты оказались на борту. Анд уже давно разложил и закрепил привезённое оружие на нижней палубе, а его друзей всё не было. Наконец они появились. Они ни чего не смогли выбрать себе в арсенале. Следом за ними, отталкиваясь посохом от пола, плыл Встречающий.

— Ну что ж, я желаю вам удачи, — сказал моллюск. Он оторвал от своего посоха щепку и протянул её Гы. — Это компактификатор. — После этого он развернулся и поплыл в сумрак арсенала.

Гы привязал кусок посоха к верёвке и повесил его на шею.

— Предлагаю переночевать на судне, а рано утором тронуться в путь, — скал Рин.

Друзья с ним согласились. Пещеры действовали на психику угнетающе.

Солнце только всходило, а друзья были уже в пути. Судно, на котором они прибыли к моллюскам, также подверглось модификации. Оно стало двигаться быстрее и заметно плавней. Мачту починили, но судя по всему, она теперь играла чисто декоративную роль. Уцелевший планер разобрали и спустили в трюм. Анд и Рин сидели на носу судна, свесив ноги за борт. Предрассветные сумерки не позволяли рассмотреть, что находилось внизу. Было ещё не жарко, и друзья наслаждались прохладным ветерком.

— Скажи, Анд, зачем тебе знать мысли других особей? — спросил Рин.

— Дома мне очень трудно живётся. У меня нет своего жилья. Постоянной работы тоже нет. Девушки со мной не желают общаться. Если я смогу читать чужие мысли, мне легче будет устроить свою жизнь, — ответил Анд.

— Особи твоей расы так сильно отличаются друг от друга, что тебе трудно понять, о чём они думают?

— Да, мы очень сильно отличаемся друг от друга.

— Анд, ты молод? — вновь спросил Рин после продолжительного молчанья.

— Да, я считаюсь молодым.

— Скажи, Анд, а твоя раса знает, что такое огонь? — вновь спросил Рин.

— Ну, если мне не изменяет память, огонь — это плазма, — ответил Анд после продолжительного молчания.

— Анд, расскажи о своём мире подробнее? — попросил Рин.

— Невероятно! Я знал, что огонь — это великая сила! Но я даже предположить не мог, что его можно так хитроумно заставить работать на себя! — воскликнул Рин, когда Андрей закончил свой рассказ. Рин некоторое время молчал, осмысливая услышанное. Затем спросил. — Анд, ты нарисовал довольно благополучное общество. Как же ты оказался здесь?

— Ну…. Общество может и благополучное. Но мне живётся тяжело. — Анд помолчал. — У меня дома есть множество способов убежать от реальности. Одним из них я часто пользовался. — Глаза Анда затуманились, когда он начал вспоминать. — Похоже, что в последний раз я слишком увлёкся. Конечно, если всё это не глюк. — Анд встряхнул головой. — Рин, расскажи теперь ты о своём мире.

— Моя цивилизация, судя по всему, старше твоей, но она развивалась по-другому. То, что ты называешь техникой, для нас скорее философия. Мы не достигли больших успехов в технике, потому что не стремились к этому. У нас есть всё необходимое для комфортной и безопасной жизни. Мы живём в лесных общинах, не более тысячи особей в каждой. Свои жилища мы устраиваем на ветвях деревьев. Заселённую территорию огораживаем высоким частоколом. В питании предпочитаем фрукты. Очень редко занимаемся рыболовством. И лишь крайние обстоятельства могут вынудить нас охотиться и употреблять в пищу мясо животных. Но мы стараемся выбирать такие места для поселений, чтобы фруктов хватало для всех. По очереди мы выполняем общественные работы: охрана поселения, ремонт или строительство зданий, и так далее. Но заботы о своём существовании не отнимают у нас много времени. Пищи достаточно, климат на нашем континенте мягкий. Лишь изредка нам приходится отражать атаки стайных животных. Основную часть времени мы проводим в дискуссиях, чтении древних рукописей. Философские вопросы для нас предмет изучения. Главной темой нашей общины был огонь. По правилам нашего социума, мы не можем использовать то, чему не можем дать объяснения. Удовлетворительное это объяснение или нет, решает совет патриархов.

Что касается лично меня. Я был довольно уважаемым членом своего общества. Но честолюбие не давало мне покоя, я хотел достигнуть большего. Однажды я выступил перед своей общиной. В двух словах смысл моего выступления сводился к тому, что мы не можем эффективно изучать то, что видим только издалека. И что практически невозможно понять, что такое огонь, разглядывая головёшки. На следующее утро старейшина нашей общины сказал, что нам надо побывать у одного из патриархов. На равном удалении от каждых трёх или четырёх общин располагается святилище знаний. Это место, где обитает один из патриархов вместе с не большой охраной. Патриарх является хранителем множества рукописей и выступает в роли третейского судьи в спорах между общинами.

Патриарх рассказал мне о заветах наших предков. Рассказал о том, что когда-то наши предки были могущественными существами. Но их неуёмные амбиции погубили цивилизацию. Оставшиеся в живых насадили нашу планету фруктовыми деревьями, чтобы мы никогда не знали голода. Изменили климат, чтобы мы жили в комфорте. Дали нам заветы, чтобы мы не повторяли их ошибки. Один из главных заветов гласит, что нельзя использовать то, что мы не можем объяснить. В конце беседы патриарх пригрозил наказанием, если я не буду жить по общим правилам.

Как назло, через какое-то время недалеко от нашей общины ударила молния. Удар пришёлся в сухое дерево, оно загорелось. В общем, кончилось тем, что меня замуровали в пещере, недалеко от родной общины.

— И от безысходности ты откликнулся на Призыв? — спросил Анд.

— Да. Из пещеры я бы смог выбраться. Погребенье — это скорее символический акт. Но идти мне было некуда. Ни одна община не приняла бы меня. Я стал изгоем. И обрубленный хвост свидетельствовал об этом. Мне было лучше остаться в пещере, и умереть там от голода.

— У вас что, вообще не было никаких инструментов? — спросил Андрей скорее для того, чтобы нарушить тягостное молчание.

— Каменные и деревянные орудия. Их происхождение и сущность мы могли объяснить, — ответил Рин, не поднимая головы.

— Рин, а как ты выглядишь у себя дома?

— Ну, как выглядел? Примерно, как горилоиды.

— А ты? — в свою очередь спросил Рин.

Прутиком на пыльной палубе Анд нарисовал схематическое изображение человека.

— Гм. А шерсть у вас какого цвета?

— Шерсти у нас совсем нет, — ответил Андрей.

— Быстро! В рубку! — прервал разговор Гы.

— Что случилось? — спросил Рин, когда они забежали в рубку.

Гы молча показал направо. Там, проявляясь из предрассветных сумерек, показалась прерывистая линия. На одной из точек этой линии мигал яркий огонёк.

— Что это? — спросил Анд.

— Флот ящеров. Лидер группы понизил в звании капитана нашего судна. И требует под страхом смертной казни вернуться в строй, — ответил Гы. — Мы не сможем противостоять целому флоту. Я собираюсь подчиниться и занять место в их боевом порядке. Между судами они поддерживают приличное расстояние, но все же разумнее не показываться на палубе.

Гы проделал ряд маневров, в результате чего судно оказалось на левом фланге. До соседнего судна было около сотни метров. Но Анд заметил на нем ящера с подзорной трубой, поэтому друзья сидели в рубке и не высовывались. Со временем их догнали ещё несколько судов. Они пристроились слева. С вновь прибывшего судна замигал яркий свет.

— Чего он хочет? — спросил Рин у Гы.

— Просит представиться и сообщить о том, что нас ждёт, — Гы несколько раз дёрнул за рычаг, установленный на небольшом зеркале.

— И что ты ему ответил?

— Ответил, что меня зовут Гы, и что сам присоединился полчаса назад.

— Похоже, нам опять придётся участвовать в чужой войне, — сказал Рин.

В подтверждении его слов на горизонте появились три крупных объекта. Вскоре эти объекты окутались серым туманом. Ещё через некоторое время этот туман сформировался в две линии, одна над другой.

— Это же планеры! — воскликнул Анд.

— Быстро спускайте парус, берите пулемёты и укрывайтесь за бортовыми метателями. Нам придётся защищаться. Мы будем действовать с ящерами заодно. До тех пор, пока в воздухе не окажется достаточно дыма от торпед. Я хочу воспользоваться этим обстоятельством, чтобы скрыться. Для этого нам придётся подняться как можно выше. Вниз нам путь закрыт, там горилоиды на своих аэропланах.

— Анд, я не смогу в них стрелять! — сказал Рин, когда они спрятались за метателями по бортам судна.

— Это вернёт их домой, и только, — ответил Андрей.

— Я понимаю, но всё равно не смогу!

— Ладно. Веди заградительный огонь.

— Что вести?

— Стреляй куда-нибудь.

Со стороны планеров донесся жуткий вой. Он усиливался по мере их приближения.

— Похоже, горилоиды сразу стали накачивать синтов своим пойлом, — сказал Анд.

Рин лишь кротко кивнул в ответ и судорожно вцепился в рукоятку пулемёта. Суда справа и слева выпустили навстречу планерам свои кошмарные ракеты. Визга и воя стало заметно больше. Как будто, в этой войне побеждал тот, чьи солдаты громче орали. В считанные секунды ракеты достигли своих противников. Пилоты планеров не пытались избежать столкновения. Напротив, они поворачивали свои машины, если видели, что ракета пролетает мимо. Взрывы следовали один за другим. На землю сыпался непрерывный поток обломков. Уцелевшие ракеты понеслись дальше, к следующему эшелону планеров. У них была слишком плохая манёвренность, чтобы вернуться и добить уцелевшего врага.

— Рин, очнись. Мне нужна твоя помощь! — крикнул Анд, закрепляя диск с патронами.

Рин сидел, уткнувшись в колени. Он закрыл голову руками и на возглас Анд отреагировал лишь тем, что забился подальше в свой угол.

Андрей установил пулемёт на метатель и открыл огонь. Первая очередь срезала ближайшую тройку планеров, буквально распилив их пополам. Их пилоты, размахивая руками и ногами, полетели вниз. Уцелевшие планеры приблизились. Почти синхронно они дали залп из арбалетов. По палубе и рубке ударило несколько снарядов. Дым от взрывов застилал всё вокруг, сведя видимость до нуля. Первая волна прошла мимо и стала разворачиваться для повторного захода. Ветер немного рассеял дым. Стала видна, вторая волна планеров.

— Рин, вставай! — снова позвал Анд.

Рин опять не отреагировал. По палубе и рубке вновь застучали разрывы. Анд поймал в прицел ближайшее скопление планеров. Строй уже никто не соблюдал. Анд рассчитывал сбить несколько машин и тем самым отпугнуть остальных. Но вышло наоборот. Он привлёк к себе внимание. Те пилоты, которые собирались атаковать другие суда, изменили направление. Вокруг образовалась свалка. Желающих протаранить ненавистных ящеров, было хоть отбавляй. Планеры сталкивались друг с другом, разрушались и падали вниз. Некоторые всё же достигли цели. Мощный удар пришёлся в середину корпуса. Судно сильно накренилось на левей борт. Анду пришлось выпустить из рук пулемёт, чтобы держаться. Он заскользил по накренившейся палубе. Анд в последний момент успел зацепить ногой ремень пулемёта. Другой сильный удар попал в рубку. Но он был направлен по касательной. Рейдер сильно тряхнуло, рубка лишилась изрядного куска крыши. От удара планер рассыпался на куски. Пилот продолжил траекторию движения в той позе, в которой сидел в кабине, удерживая штурвал обеими руками. Третий таран пришёлся на метатель, за которым укрывался Рин. Планер проскользил по палубе наискосок. Снёс метатель и вместе с ним перемахнул за борт. Рин не пострадал каким-то чудом. Он лежал на палубе и двумя руками держался за обломок метателя. Казалось, он не заметил даже этого эпизода.

Сверху донёсся истошный вопль. На палубу пикировал очередной планер. После разворота возвращались остатки первой волны. Заряды в их арбалетах, очевидно, уже кончились. Один из пилотов, увидев какое-то движение на палубе, пошёл на таран. Анд передернул затвор и открыл огонь. Очередь срезала кончик крыла. Планер начал вращаться вокруг своей оси и упал на палубу. Из кабины, не переставая вопить, выскочил синт. Он набросился на Анда и стал душить его своим трёхпалыми руками. Анд пытался оторвать его от себя, но синт вцепился мёртвой хваткой. Они катались по палубе, пока Андрей не почувствовал, что теряет сознание. Вдруг синт отлетел в сторону. Когда Андрей пришёл в себя, он увидел Рина. Он стоял над ним и держал пулемёт за ствол как дубинку.

— Успокойся! Мы не причиним тебе зла! — крикнул Рин, обращаясь к обезумевшему пилоту.

Синт стоял на четвереньках и пытался навести резкость в глазах. Как только это ему удалось, он с удвоенной яростью бросился на Рина. За мгновенье до столкновенья Рин сделал шаг в сторону и синт, перемахнув через борт, полетел вниз.

— Держитесь! — донеслось из рубки.

Судно вздёрнуло нос вверх и стало стремительно набирать скорость. Рин ничком рухнул на палубу рядом с Андом.

— Почему ты не стрелял? — задал Анд вопрос, когда побоище осталось далеко позади.

— Я стрелял. Но ты же знаешь, как я отношусь к огню. После первого же выстрела я испытал шок. Когда я увидел огонь и осознал, что он несёт смерть, в моей голове что-то щёлкнуло, как будто вся родовая память проснулась и обрушилась на меня. Извини Анд, я на самом деле ничем не мог тебе помочь.

Остаток дня шёл дождь. Гы занимался управлением судна. Анд и Рин наводили порядок. Роботы было много. После сражения рейдер представлял собой жалкое зрелище. Обломки сбросили за борт, а чёрные пятна от взрывов отмыли. Пробитый борт и крышу рубки кое-как залатали. После того, как судно привели в порядок, Рин тренировался в стрельбе из пулемёта. Длина трюма в сорок метров позволяла это делать. Патронов было в избытке. В качестве мишеней использовали пустые бочки. Их устанавливали на краю кормового люка. И занятиям ничто не мешало. К концу дня Рин стал показывать приличные результаты. Когда стало смеркаться, друзья довольные, хотя изрядно оглохшие, поднялись в рубку.

— Мы почти у цели, — сказал Гы, кивнув вперёд.

Прямо по курсу фиолетовыми искрами мерцала полусфера. С высоты, на которой двигался рейдер, было трудно определить её размеры. Судя по всему, сфера накрывала огромную площадь. Вокруг купола на равных промежутках висели воздушные суда — охрана купола.

Гы снизился к самой земле и повёл судно по направлению к полусфере. Вскоре суша сменилась обширным водоёмом, но они продолжили движение на высоте двух метров. Солнце уже садилось, и над горизонтом стало подниматься Ожерелье. На поверхности водоёма плавали огромные белые цветы. Они источали терпкий, ни на что не похожий аромат. Судно скользило между цветами на минимальной скорости. Движение было практически беззвучным, но при приближении к цветам, с них тучами взлетали какие-то существа. Их крылья при взмахах светились разноцветными огнями. В наступающих сумерках они походили на радужные шары. Поэтому рассмотреть существа не было возможности. Взлетев с цветков, существа выстраивались за кормой в светящуюся процессию.

Приземлив судно на берегу, друзья устроились на ночлег. В трюме они натянули гамаки и после скромного ужина заснули. Местные обитатели больше не интересовались ими. Очевидно, неподвижный объект не представлял для них интереса.

— Не советую с собой ничего брать. У нас всё отберут, — сказал Гы на следующее утро, когда Андрей стал набивать карманы пистолетами и патронами. — Пойдём налегке.

Когда друзья отошли от судна достаточно далеко, Гы вернулся назад. Он снял с шеи щепку от посоха моллюска, положил её на палубу судна. Судно замерцало, стало полупрозрачным, потеряло форму и исчезло. На его месте появился небольшой холмик земли.

— Что это было? — спросил Рин, когда Гы снова вернулся к ним.

— Компактификатор, — ответил Гы. Он поднял щепку и повесил на шею.

4

Синты тронулись в путь. Шли не долго. Их догнала шестиколёсная телега метров двадцать в длину. Телега была битком набита элтами. Они оказались точно такими, какими их показывал фильм моллюсков, за исключением роста. Элты оказались на голову ниже Анда и его друзей. Одеждой им служили холщёвые штаны и рубахи. Ещё на них были толстые жилеты, сплетённые из каких-то растений. На головах круглые каски, судя по всему, также плетёные. Друзей жестами пригласили подняться по деревянному трапу. Но помещение, куда их посадили, и стражник у входа не оставляли никаких сомнений — они пленники. Стражник почти не обращал на них внимания, но арбалет в его руках выглядел грозным оружием.

Телега представляла собой деревянную конструкцию. Огромные колеса со спицами, борта, надстройка с несколькими метательными установками — всё было деревянное. Поэтому боевую колесницу нещадно трясло.

— Очень похоже на поезд горилоидов, — сказал Рин.

Стражник шикнул на них и потряс арбалетом. Больше заговорить никто не решался. Казалось, путешествию не будет конца. Но вот элты оживились, на горизонте показалось какое-то строение. Оказалось, они подъезжают к чему-то, что Анду напомнило форт ковбоев на диком западе — высокие стены, башни, перекинутый через ров подъёмный мост.

Прогромыхав по мосту, телега вкатилась в крепость. В тесном дворике стояло несколько наземных и воздушных судов. Всюду царила суета. Пленников перевели в полуподвальное помещение. Вскоре принесли корзину фруктов. Таких форм и размеров Анд не встречал. Рину так же эти фрукты были не знакомы. Друзья быстро разобрались с несъедобными частями и приступили к трапезе. Ужин длился долго. Анд и Рин сравнивали фрукты с теми, что растут на их родине и описывали их друг другу. Гы ел молча, однако прислушивался к совету друзей по части косточек и кожуры. После ужина пленники постояли немного у окна, забранного деревянной решёткой. Жизнь в крепости замирала, и с заходом солнца замерла совсем. В наступивших сумерках друзьям ничего не оставалось, как расположиться на ночлег на куче свежей соломы.

— Гы, расскажи о себе, — сказал Рин, когда совсем стемнело.

— Что ты хочешь узнать.

— Кто ты, откуда?

— На самом деле, расскажи. Мы во стольких передрягах были вместе. А о тебе ничего не знаем, — поддержал друга Анд, видя, что Гы не спешит рассказывать.

— Я не был рождён, я был создан, — начал Гы свой рассказ после долгого молчания. Когда Анд и Рин уже начали дремать. — Мои создатели очень похожи на элтов и на тебя, Анд. Я был создан в качестве искусственного интеллекта. Моей задачей…

— В качестве чего?

— Рин, заткнись! Я тебе позже все поясню, — сказал Анд.

— Да… Ладно. Извини, Гы. Продолжай, — проблеял Рин.

— Я занимался наблюдением и координацией космических аппаратов. Пилотируемых и нет.

— Что значит космических? — спросил Рин.

— Рин! — воскликнул Анд.

— Для наибольшей эффективности мой аппарат находился на самой высокой орбите. У меня было много работы. Вокруг планеты вращалось огромное количество коммуникационных спутников. Мои создатели изучали планеты своей системы, на ближайших они построили базы. Мне приходилось обеспечивать безопасность довольно интенсивного движения на орбите. Но с течением времени интенсивность полетов стала ослабевать. Уменьшилось количество спутников. И через какое-то время я обнаружил, что нахожусь на орбите один.

Тогда я стал интересоваться тем, что происходит на поверхности планеты. Я использовал собственные средства наблюдения, а так же подключался к информационным сетям. Информации поступало достаточно, но анализировать её я не мог. Тогда я стал изучать психологию создателей. Я скачал всю информацию, какую нашёл в базах данных. Но понять в чём дело мне не удалось. Тогда я напрямую задал им вопрос: «Что происходит?». В ответ меня попытались отключить.

Так год за годом я вращался по орбите и наблюдал. Мои создатели просто потеряли интерес к тому, что происходит за пределами планеты. А за тем и ко многому другому. Теперь их интересы переключились на другие вещи. Я пытался применить свои познания в психологии, но безуспешно. Я ни чего не мог понять. Например, почему программист, который мог рассчитать полёт к другой планете, бросает это занятие. И переучивается на парикмахера. Проводит целые дни, что-то делая с волосяным покровом других. Или вот другой пример. Стоимость некоторых предметов туалета сравнялась со стоимостью мощного компьютера, например, такого как я.

— А что такое…

— Рин! — снова одёрнул Анд.

— Мне трудно понять расстановку приоритетов живых организмов. Я считал, что это временное явление, и что это скоро пройдет. Но шли годы, а регресс продолжался. На планете остановились электростанции, аэропорты. Вновь появились болезни, которые были побеждены столетия назад. Но, казалось, этого никто не замечал. Все силы направлялись на изобретение новых нарядов, причесок, интерьеров. Любимым зрелищем стали рыцарские турниры. В конце концов, я снова попытался, установить контакт. Моим собеседником оказался монах. Я пытался выяснить у него, что происходит и когда это кончится. Он хотел узнать у меня рецепт лечения одной болезни. Эпидемия сократила численность населения планеты вдвое. Но наш диалог длился недолго. О нашем общении стало известно. Возмущенные горожане сожгли монаха на костре, обвинив его в общении с тёмными силами. Вместе с монахом сожгли и монастырь. Больше я не пытался установить контакт. Через какое-то время я зарегистрировал необычный сигнал. Я попытался перехватить его и расшифровать, но оказался загруженным в синта. Это был Призыв.

Я быстро освоился с новым носителем. Оказалась, что большая часть памяти не пострадала. Сохранилась возможность общаться посредством излучения с другими носителями, то есть синтами. Природа этого излучения сильно отличалась от электромагнитной. И радиус действия её был ограничен, но я справился и с этим. Я мог не только общаться с синтами, но и отдавать им команды. Проблемы возникли с речевым аппаратом. Мне было не понятно, как управляться с этим громоздким инструментом. С этим помогли моллюски. Они что-то сделали с настройками синта, и всё наладилось.

Гы замолчал, и Анд стал отвечать на вопросы Рина. Так за разговорами они встретили рассвет. С первыми лучами солнца дверь открылась. Вошёл заспанный элт. Поставил на пол корзину, наполненную фруктами. Забрал пустую и, буркнув, чтобы поторапливались, ушёл. Как только друзья позавтракали, элт отвел их к коменданту крепости. Комендант, седой и сморщенный элт, сидел за столом и читал свиток. Наконец, он отложил свиток в сторону. Бросив взгляд поверх очков с мутными линзами, спросил:

— Ну, и кто вы такие?

Рин начал рассказывать историю друзей, опустив при этом встречу с моллюском.

— Значит, идёте, куда глаза глядят? — подытожил рассказ Рина комендант, который вёл допрос.

— В общем, да, — ответил Рин.

— В таком случае, могу предложить вам работу, — сказал элт. — Нам нужны землекопы. Взамен предоставим кров, пищу и защиту.

— А если мы откажемся? — спросил Рин.

— Отпущу на все четыре стороны. Нам не нужны рабы. Затраты на охрану рабов и на их принуждение к труду слишком велики. Это не эффективно. Мы отказались от этого. Но хочу предупредить, вы находитесь в зоне боевых действий. Мой народ ведёт войну с ящерами. Судя по всему, с теми же самыми, с которыми вы воевали на планерах. Друзья переглянулись, и Рин дал согласие за всех.

Шестиколёсная повозка походила на ту, в которой их привезли в крепость. Сейчас она была заполнена ранеными. Повозка еле двигалась, чтобы как можно меньше беспокоить раненых. Защитное поле отчётливо виднелось на горизонте. Но к концу дня оно практически не приблизилось. Только немного стало шире у основания и стало светиться ярче в наступающих сумерках. Движение продолжалось всю ночь. Ожерелье и мерцание поля давали достаточно света. Впрочем, смотреть было не на что. Вокруг расстилалась каменистая безжизненная равнина. Ночью делали несколько остановок, чтобы похоронить умерших. Таким образом, друзья приступили к выполнению своих обязанностей.

Защитное поле заслоняло собой полнеба. Вблизи оно казалось стеной, вырастающей из земли и тянувшейся бесконечно вверх. Повозка подъехала вплотную и остановилась между двумя серыми камнями. С верхушек камней внутренности повозки тщательно осматривали стражники. Андрея и его друзей вывели из коморки, чтобы стражники их лучше видели. Только после осмотра стрелки на огромных арбалетах расслабились.

Повозка тронулась дальше. Проехав между камнями, она остановилась перед каменной плитой. Плоской стороной камень был плотно подогнан к мерцающему полю. Казалось, что камень прилип к полупрозрачной стенке. Вздрогнув, каменная плита медленно поползла в сторону. За плитой оказалась пещера искусственного происхождения, так как стены и потолок были сложены из крупных неотесанных глыб. Повозка закатилась внутрь. Все, кто смог идти, вышли. А тех, кто не смог, вынесли. Прибывшие построились в одну шеренгу. Из многочисленных бойниц их внимательно рассматривали. Прошло почти полчаса, прежде чем командиру повозки приказали подойти к стене. После недолгого разговора с невидимым собеседником он вернулся и приказал всем загружаться.

Противоположная от входа стена вздрогнула. С истошным скрежетом она поползла в сторону. Повозка выкатилась наружу. От проёма шла дорога, покрытая утрамбованным песком. Настроение элтов улучшилось. Они смеялись, шутили, хлопали друг друга по плечам. Все радовались возвращению домой. По хорошей дороге движение шло быстрей. Окружающий пейзаж резко контрастировал с тем, что был за куполом. Вокруг расстилалась сельская местность. Маленькие аккуратные домики утопали в зелени садов. Ровные делянки полей огорожены плетёными заборчиками. Незанятое пространство зеленело травой. Там паслись бесчисленные стада домашних животных. Повозка часто сбавляла скорость. Местные жители выходили на обочину и с радостью встречали повозку. Они протягивали солдатам корзины со свежими фруктами, бутыли с напитками, выпечку. Элты с наслажденьем уничтожали подарки фермеров.

— Эти фрукты ещё вкуснее, — сказал Рин, вытирая рукавом оранжевый сок со рта. Остальные землекопы согласно закивали. Каждый из них сам был занят новой пищей.

К вечеру показались высокие строения. Повозка остановилась в нескольких сотнях метрах от них, заехав под обширный навес. Здесь в ожидании стояли повозки поменьше. У них было по четыре колеса. Судя по внешнему виду они, как и шестиколёсные, изготавливались из дерева. Спереди у них громоздились двухместные кабины без стёкол, сзади кузова. Пассажиры из большой повозки пересели в несколько маленьких. Синты расположились в отдельном экипаже, в конце колонны.

— Добро пожаловать в город Љ8, - сказал элт, который вызвался ехать вместе с друзьями в кузове.

— И сколько же их всего? — спросил Гы.

— Для вас это не имеет значения, — вежливо ответил элт. — Так вот, вы будете жить, и работать в этом городе. Я ваш бригадир. Зовут меня Робус. Задание на работу будете получать непосредственно от меня. Четыре дня рабочие, один выходной. Питание трёхразовое…

Пока бригадир объяснял их права и обязанности, Анд рассматривал город. Он вспомнил слова Встречающего о том, что ему будет проще разобраться в ситуации. Теперь он понял, почему моллюск так считал. Город Љ8 сильно походил на тот, в котором жил Анд. Одинаковые двенадцатиэтажные коробки. Здания отличались между собой лишь окраской: бледно-розовые, бледно-голубые, бледно-зелёные. Они группировались вокруг зданий высотой более двадцати этажей. Кварталы соединяли идеально ровные дороги. В целом планировка города представляла собой квадрат. В центре города стояла решётчатая башня с плоской круглой площадкой наверху. Башня возвышалась над городом как дерево над кустарником. Анд успел всё это рассмотреть пока они проезжали из одного конца города в другой. Зелени в городе было мало. Газоны и низенькие кусты имели довольно чахлый вид. Деревья встречались только в небольшом парке, разбитом вокруг решётчатой башни.

— А это что? — спросил Анд, указывая на конструкцию, когда они объезжали вокруг неё.

— Пусть это вас не беспокоит, это совершенно безопасно для вас, — ответил Робус после небольшой заминки.

Несмотря на поздний час, по дорогам передвигалось множество повозок. Фар у повозок не было, но город освещался крупными шарами, которые висели на высоких мачтах вдоль дорог.

Путешествие закончилось у бледно-голубого здания. Элт проводил их в полуподвальное помещение. По бокам бесконечного прохода располагались двери. Робус толкнул одну из них, прошёл внутрь и коснулся шара, свисающего с низкого потолка. Тусклый свет наполнил комнату. В комнате кроме четырёх лежанок ничего не было. Одну из них занимал синт. Он лежал, отвернувшись к стене. На появление в комнате посторонних он никак не отреагировал.

— Это ваше жилище. Санитарные удобства в конце коридора.

— У нас есть пожелание, — сказал Рин. — Мы не хотели бы, чтобы нас разлучали во время работы.

— Как скажите. Располагайтесь.

— Подъём! — вопль сопровождался оглушительным металлическим звоном. — Приводите себя в порядок и на завтрак.

Друзья вскочили с лежанок. Они стояли посреди комнаты и испуганно смотрели друг на друга.

— Пошли, — первым опомнился Гы.

По коридору медленно шли синты. Друзья влились в поток и двинулись вместе с ним. После утреннего моциона последовал завтрак. Этот завтрак был настоящим пиршеством. Составляющие блюд имели растительное происхождение. Но их разнообразие, а также приправы придавали блюдам вполне приличный вкус. Кроме того, разрешалось взять с собой немного печенья.

После завтрака синты разместились в нескольких повозках. Колонна двигалась через город. Днём движение было ещё больше. На тротуарах также царило оживление. Жители города Љ8 выглядели все как один, молодо. Одевались они скромно, неброско. Мужчины были одеты в серые комбинезоны и куртки. На головах носили кепки. Женщины одевались так же, но использовали яркие аксессуары.

— Они тебе нравятся? — спросил Рин.

— Кто?

— Самки.

— Ну… в общем, да. Довольно симпатичные, — ответил Андрей.

— Ваша раса многое потеряла, расставшись в процессе эволюции с хвостом. Когда у тебя есть хвост, с помощью него легко общаться. Особенно с противоположным полом. Одно незаметное движение кончиком хвоста — и ты задаешь вопрос. Причем сам в это время смотришь в другую сторону. Ответное движение — и ты знаешь всё, что тебе нужно: «да, нет, позже, ты недостоин меня». Когда я смотрю на самок этого вида, то они мне кажутся бездушными куклами. Нет тех эмоций. Если хочешь, нет тех полутонов и оттенков эмоций. Теперь я понимаю, почему ты попросил у моллюсков такую награду, — добавил Рин чуть позже.

— Знаешь, Рин, если бы эти самки встретили тебя в твоём истинном обличье, они бы то же не были в восторге, — ответил Анд.

На этом дискуссию пришлось прервать. Колона остановилась недалеко от города. На краю большого котлована. Невдалеке находились несколько серых зданий. Там же стояла высокая труба, из неё шёл чёрный дым.

— Работа простая. Вы должны заполнять тележку глиной, — объяснял Робус. Когда тележка наполнится, я пришлю вам ящера. Пока он отвозит груз, вы отдыхаете. Норма пять тележек до обеда, пять после. Вопросы?

— Ты сказал ящер? — спросил Анд.

— Не волнуйтесь. Ящеры совершенно безобидны. Они сами пришли к нам и попросили взять их на работу.

— А если мы будем перевыполнять норму? — спросил Рин.

— Это только приветствуется. В случае перевыполнения нормы вы сможете получить одежду или украшения.

— Для чего нужна глина? — спросил Гы.

— Из неё делают панели, из этих панелей построены все дома в городе Љ8. Ещё вопросы?

Вопросов не последовало. Тележку наполнили быстро, несмотря на то, что деревянными лопатами было неудобно работать. Другие бригады так же успешно справились с заданием. Прозвучал сигнал, похожий на звук гонга. В котлован стали спускаться ящеры. Один из ящеров подошёл к тележке, Анда и его друзья. Он посмотрел на тележку, затем на друзей. И резко щелкнул в их сторону зубами. От неожиданности вся троица попадала с ног. Ящер довольно захрюкал. Короткими передними лапами поднял верёвку с земли. Закусил её пастью и похрюкивая, потащил тележку из котлована.

— Не обращайте внимания. Это он так шутит с новичками, — сказал подошедший Робус.

— Шуточки у него…, - пробурчал Рин, отряхиваясь.

На следующий раз шутка повторилась. Несмотря на то, что друзья готовились к провокации, когда раздался лязг челюстей, все дружно бросились за тележку.

— Да пошёл ты! — крикнул Анд из своего укрытия.

Казалось, это ещё больше развеселило ящера. Он захрюкал с удвоенной энергией и махнул длинным хвостом над тележкой.

До обеда шуток не повторялось. И друзья совсем успокоились, но оказалось зря. После обеда всё началось сначала. Ящер просто хотел усыпить их бдительность.

— Эта скотина просто выводит меня, — сказал Анд, когда пришёл в себя.

— Не злись. Он именно этого и добивается, — ответил Гы.

— Я понимаю. Но ничего поделать с собой не могу.

— Эмоции — вещь для меня недоступная, — сказал Гы после некоторого молчания. — Но если следовать логике, нам нужно дать ему ответ. Такой, чтобы он был понятен ему. Как будто мы говорим ему «Не тронь нас».

— Правильно! Нужно проучить его! — воскликнул Рин.

За размышлениями над тем как проучить ящера остаток дня прошёл быстро. Даже на выходки обидчика реагировали не так бурно.

Наконец рабочий день закончился, и синтов повезли назад. После душа и ужина синты вышли на прогулку. К зданию, где размещались спальни, примыкал небольшой парк. Чахлые деревца практически не давали тени. Тем не менее, большинство синтов расположились под деревьями на дощатых лавочках.

— Ну что, досталось вам сегодня? — спросил синт с соседней лавочки. — Ничего, ему скоро надоест и он оставит вас в покое, — сам себе ответил он, видя, что ни кто не собирается поддерживать с ним беседу.

— Итак, что ты можешь сказать об элтах? — спросил Гы, когда их компанию перестали обращать внимание.

— Впечатление такое, что мы находимся в военном лагере, — сказал Анд, собравшись с мыслями. — Всюду чувствуется какая-то напряжённость. В городе только молодёжь. Не видно ни стариков, ни детей. К тому же в фильме, который нам показал Встречающий, говорилось, что элты предпочитают сельский образ жизни. Здесь мы видим город. Из странного могу отметить, что элты в городе чувствуют себя не уютно. Видел как много народу на улице? Они как будто боятся этих многоэтажных коробок в весёленьких тонах. Газоны не ухожены. Парки чисто символические.

— Всё? — спросил Гы.

— Пока всё.

— Ты что скажешь, — обратился Гы к Рину.

— Ничего не скажу, для меня это дикость. Одинаковые коробки, заселённые бездушными куклами.

— Ну да, бездушные, потому что бесхвостые, — вставил Анд.

— Я привык, что если существо думающее и мыслящее, то это можно как-то увидеть!

— Ага, а если этого не видно, то этого и нет вовсе! — вспылил Анд. — Тебе больше подошла бы компания ящеров! У них-то хвост на месте!

— Ах так…

Гы молча встал и пошёл к зданию. Перепалка закончилась сама собой. Рин и Анд понуро последовали за Гы.

После рабочего дня все устали. Но никто не спал. Просто лежали в темноте на своих лежанках и молчали.

— Моллюски сами не взялись за это дело не потому, что у них мало времени. А потому, что при прочих благоприятных условиях цивилизации приматов всё равно гибнут. Как правило, они сами уничтожают себя. У них всегда находится веская причина, чтобы убить соседа, — нарушил тишину Гы. — В нашей галактике большая редкость, когда цивилизации приматов существуют настолько долго, что у них появляются паровые машины. В подавляющем большинстве цивилизации достигают бронзового века и на этом останавливаются в своём развитии. Сделанное из бронзы оружие оказывается решающим, численность населения сокращается настолько, что речь о цивилизации уже не идёт. Остаются отдельные группы особей, влачащие жалкое существование.

— А что, у ящеров дела обстоят по-другому? — спросил Рин.

— У них всё обстоит по-другому. В нашей галактике большинство разумных особей — ящеры. В эволюционном смысле они на порядок старше приматов. У них были миллионы лет развития до появления приматов. То есть, они могли несколько раз истребить себя в войнах, погибнуть в глобальных катастрофах, а затем вновь возродиться.

— Откуда ты это знаешь? — спросил Анд.

— В пещере моллюсков, где модернизировались наши синты, имелся выход к базам данных. Мне никто не препятствовал. Пока вы усваивали базовую информацию, я просмотрел эти данные. К сожалению, возможности синта по части хранения информации весьма ограничены. Но кое-что я запомнил. Так вот, по агрессивности ящеры ничем не уступят приматам. Но здесь дело в том, что они не социальные животные. К тому же большинство ящеров хищники. Убийство для них — необходимость. Добывание пищи. В случае борьбы за территорию или самку гибель побеждённого — редкость. Более слабый отступает, чтобы попытаться победить в другом месте. Для ящеров противоестественно собираться в большие группы для убийства себе подобных. И тем более подчиняться другим особям, как это делают приматы в своих армиях. В гуманоидных расах заложен слишком большой потенциал к самоуничтожению. Даже здесь на Мегаклоне гуманоидные расы часто гибнут. Жизнь таких рас коротка, и для моллюсков они менее интересны.

— Анд, извини меня. Я не хотел тебя обидеть, — сказал Рин после долгого молчания.

— Да, Рин, ты тоже извини меня, не знаю, что на меня нашло…

— Спать! Спать! Спать! — синт, занимающий четвёртую лежанку орал во все горло.

Он собирался и дальше призывать всех ко сну. Но в стены начали стучать кулаками и пятками разбуженные соседи. Друзьям пришлось прекратить выяснение отношений. Вскоре они уснули.

* * *

Завтрак подходил к концу.

— Я кое-что придумал, — ответил Рин на немой вопрос Анда, когда он взял со стола засушенный овощ и спрятал его в нагрудном кармане комбинезона.

Овощ представлял собой ёмкость для хранения довольно острой приправы. Гы и Анду такая приправа не пришлась по вкусу в отличие от Рина. Он готов был сыпать её во все блюда подряд.

После завтрака синты проделали уже знакомый путь до котлована. Когда друзья добрались до своей тележки, Рин первым делом обильно намазал верёвку приправой. Прозвучал сигнал для ящеров и друзья предусмотрительно скрылись за повозкой. Вскоре появился их старый знакомый. Он как обычно щёлкнул челюстями на синтов, сымитировав нападение. Затем успокоился, подхватил верёвку передними лапами, засунул её себе в рот. Сделал несколько шагов и встал как вкопанный. На весь котлован раздался жуткий рёв. Ящер, спотыкаясь, бросился прочь. Вернулся он только после обеда. Друзья сидели под навесом, когда в котлован спустилась одинокая фигура. Подойдя к своей повозке, они увидели, что ящер держит в передних лапах новую верёвку. Он положил верёвку на повозку и, отступив назад, замер.

— Ну что, мир? — спросил Рин.

Ящер ничего не ответил. Когда новую верёвку привязали, он взял её в зубы и потащил тележку из котлована. Инцидент был исчерпан. Но каждый новый день начинался с того, что ящер поднимал верёвку и вопросительно смотрел на друзей. Тогда вперёд выходил Рин. Подняв руку вверх, он произносил свое неизменное — «мир».

Как и обещал Робус, после четырёх рабочих дней наступил выходной. Друзья решили осмотреть город. Но ничего нового они не увидели. К башне в центре города их не пустили. Элты в фуражках с красными околышами мягко, но настойчиво оттеснили синтов от неё. Впрочем, также с друзьями поступали, когда они хотели проникнуть и в другие общественные места. Их отовсюду выпроваживали. Вечером уставшие, ничего не добившись, они вернулись в свой подвал.

Дни тянулись однообразной чередой. Днём работа. Вечером посиделки в парке. Предположений по поводу элтов возникала масса. Но что-либо подтвердить или опровергнуть было невозможно — не хватало информации. Друзья предприняли ещё несколько вылазок в город, но с тем же успехом.

Но однажды привычный ход событий был нарушен. Синты заканчивали завтрак, когда в столовую вошёл Робус. Он остановился посередине помещения и сказал:

— После завтрака расходитесь по своим спальням и сидите там. Считайте, что у вас сегодня выходной. С тем лишь отличаем, что выходить на улицу запрещено.

Синты загомонили. Кто радостно, кто возмущённо. Но спорить с Робусом никто не собирался. Разобрав печенье, синты разошлись по своим местам. Робус заходил в комнаты и пересчитывал синтов. Делал пометки в блокноте, уходя, говорил, что теперь можно перемещаться по подвалу. Но выходить наружу он по-прежнему запрещал.

— Похоже, происходит что-то интересное, — сказал Рин, когда друзья сидели в своей спальне.

Они находились в комнате втроём. Их четвёртый сосед, как и большинство синтов пошёл в столовую. Там намечался грандиозный турнир в домино. В домино обычно играли в парке после работы. Пользуясь подвернувшимся выходным, синты собирались провести за игрой весь день.

— Пойдёмте, — сказал Анд.

Друзья вышли из комнаты вслед за Андом. На площадке перед выходом за столом сидел Робус.

— Вы куда? — спросил он, увидев друзей.

Гы быстро подошёл к элту и положил ему руку на голову. Робус упал на стол.

Гы отодвинул задвижку на двери и вышел наружу. Друзья последовали за ним. Не смотря на ранний час на улице было сумеречно. Небо затянуло тучами. Длинные пряди плавно изгибались и сходились где-то в одной точке. В просветах между прядями виднелась защитная сфера. Обычно невидимая, она приобрела фиолетовый оттенок. По ней пробегали частые молнии. Между зданиями завывали короткие, но сильные порывы ветра. Казалось, ветер заблудился в лабиринте города и теперь метался в поисках выхода, кромсая сам себя на куски.

Друзья вышли на большую улицу, примыкавшую к их парку. Без привычных толп элтов, и бесконечного потока деревянных повозок она показалась не знакомой.

— Зайдём! — перекрывая свист ветра, крикнул Анд.

Друзья вошли в дверь ближайшего здания. Они оказались в длинном коридоре, погружённым в полумрак. Светящиеся сферы горели через одну. Анд прошагал по коридору мимо бесконечной череды дверей. Остановившись, он толкнул одну из них. Дверь легко открылась. Анд заглянул внутрь и сразу отпрянул. Затем он заглянул снова.

Анд осторожно протиснулся внутрь. За дверью находилась маленькая комната. В комнате висел мерцающий полумрак. Справа от окна стоял потёртый диванчик. На нем, взявшись за руки, сидели два элта — мужчина и женщина. Напротив них на деревянной тумбочке находился полупрозрачный шар, он и наполнял комнату мерцаньем. Поверхность шара переливалась всеми цветами радуги. Световые волны плавно перемещались снизу вверх. Элты, не моргая, смотрели на эти волны света с отрешенным выражением лица. На появление синтов они не отреагировали. Стараясь не тревожить элтов, друзья осмотрели их обиталище. Короткий коридорчик вёл в другую комнату. Примерно такого же размера, как и первая, с таким же маленьким окошком. Очевидно, вторая комната служила кухней. Из мебели здесь находились стол и два стула. На противоположной стене висел шкаф. Мебель была грубой работы. Без украшений и других изысков. Угол комнаты, противоположный окну, занавешивался куском ткани. За занавеской находилась вмонтированная в пол воронка. Над ней деревянная бочка с отверстием, заткнутым пробкой.

Друзья обследовали несколько комнат на других этажах. Комнаты были абсолютно одинаковые. В каждой сидели элты. В одинаковых позах, с одинаковым выражением лица. Друзья вышли на улицу. Ветер стал сильней.

— Пойдём туда, — сказал Гы, кивнув в сторону центральной башни.

Низкие тучи закручивались в спирали, сходясь в одну точку как раз над башней. Преодолевая порывы ветра, друзья тоже двинулись к ней. Они достигли последних зданий на краю площади перед башней, когда раздался крик: «Эй, жёлтомордые, вы куда!» К друзьям приближался элт. Его глаза были завязаны красной тряпкой, но судя по всему, она не мешала ему видеть. Элт приближался к друзьям, постукивая чёрной дубинкой по ладони. Он подошёл к ним вплотную, сунул два пальца в рот и свистнул. Из двери ближайшего здания выбежало не меньше десятка элтов с такими же повязками на глазах. Они окружили друзей. Помогая себе дубинками элты, затолкали друзей в дверь, из которой появились. Помещение, в котором оказались друзья, занимало весь первый этаж здания. Через большие окна хорошо просматривалась площадь и башня. У каждого окна находилось по несколько элтов. Но в отличие от тех, что сидели в комнатах, эти были очень оживлены, наблюдая за происходящим. Что именно происходило, друзьям рассмотреть не удалось. Их подвели к стенке и заставили сесть лицом к ней. Они сидели довольно долго. Наконец, когда оживление элтов спало, за их спинами раздалось грозное: «Повернитесь!».

5

К синтам шла женщина. По сравнению с другими женщинами — элтами она выглядела тоньше и изящнее. Чёрные волосы, пышным облаком окружали её голову, большие чёрные глаза, тонкие, правильные черты лица. Стройную фигуру окружало нечто из тёмно-синих лент. Впрочем, такое облачение оставляло много открытых участков тела. В частности её длинные стройные ноги. Светлая кожа проглядывала между лентами. При ходьбе ленты извивались, некоторые касались пола. Женщины двигалась плавной походкой. Поэтому казалось, что она летит над землёй. Изящная красота и яркое одеяние делали её центром внимания. Унылые комбинезоны элтов лишь подчеркивали контраст.

— С этим всё в порядке? — палец с синим маникюром, закрыл Анду нижнюю челюсть.

— А. Да, да. Просто… там… пупок, — простонал Анд.

— Что? — женщина округлила и без того большие глаза.

— Позвольте, — один из элтов сделал шаг к Анду и замахнулся дубинкой.

— Не нужно, я сама разберусь. Оставьте нас.

— Я Элил, эгреготесса голубого сектора. Город Љ8. А кто вы такие? — произнесла женщина, грозно сверкая глазами. — Ты, любитель пупков, почему молчишь? — обратилась она к Анду, видя, что отвечать никто не торопится.

— Я…, мы синты, — запинаясь, пролепетал Анд.

— Вижу, что синты! Откуда вы?

— Мы из бригады Робуса, — ответил Анд.

— Значит из моего сектора. Ну и что вы тут делаете?

— Ну, мы хотели…, хотели немного погулять и…

— И посмотреть, что тут происходит, — перебил объяснение Анда Рин.

— Как просто. Посмотреть, что тут происходит. А вам разве не говорили, что сегодня нельзя выходить в город?

— Говорили. Но нам очень хотелось.

— И что, вас никто не охранял?

— Нет, почему…

— Никто нас не охранял, — вновь Рин перебил Анда.

— Значит, просто вышли посмотреть? — Элил стояла над ними, уперев руки в бока. В её голосе звенел металл.

Друзья дружно закивали головами.

— А вот я думаю, что не всё так просто. Я думаю, что вы шпионы. И я собираюсь это проверить.

Элил резко развернулась, взметнув полосы своей одежды, и уплыла. Её место заняли три элта. Красные повязки с глаз они стянули на шеи.

— Слушай ты, жёлтомордый. Если я услышу ещё раз, что ты не почтительно отзываешься о госпоже Элил, я тебе сам сделаю пупок, сквозной, в нескольких местах сразу, — сказал один из элтов и ударил Анда ногой в лицо. — Ты меня понял? — спросил он, когда Анд убрал руки от лица.

Андрей кивнул.

— Вас это тоже касается! — бросил он остальным.

Вскоре вернулась Элил.

— Всё в порядке. Их бригадир просто заснул. А эти воспользовались случаем и улизнули. Я заберу их, — сказала она элтам.

— Ну, чего сидите? Слышали, что сказала госпожа Элил. Следуйте за ней, — на одном дыхании выпалил элт. По выражениям лиц элтов друзья догадались, что только присутствие женщины останавливает их, чтобы не придать ускорение синтам дубинками.

Троица, помогая друг другу, медленно встала. Ноги от долгого сидения затекли. Кое-как приведя себя в порядок, они последовали за Элил к выходу. Перед выходом стоял механизм обтекаемой формы. Элил села вперёд, синты под присмотром элтов загрузились в заднюю часть. Анд восхищённо осматривал аппарат. Каплевидная форма, короткие скошенные крылышки, большое полукруглое переднее стекло. Это больше всего напоминало произведение искусства, чем что-либо другое.

— Только ляпни что-нибудь про пупок, — прошипел элт прямо в ухо Анду.

Анд юркнул в открытую дверь аппарата следом за друзьями. Задний отсек был рассчитан на двух элтов. Гы и Рин сидели на диванчике, обитым голубой тканью. Анду пришлось разместиться у них на коленях.

— Сидите тихо, не раскачивайте универсал, я взлетаю, — сказала Элил.

Универсал, немного прокатившись, плавно оторвал колёса от мостовой и полетел. Он двигался вокруг башни, к которой друзья так и не смогли пройти. Затем Элил повела универсал более широким кругом, давая возможность синтам осмотреть весь город. Полёт продолжался недолго. Вскоре они приблизились к зданию, которое возвышалось над остальными. Такие здания друзья видели в центре каждого квартала, когда ехали от своего подвала к карьеру. Универсал на какое-то время завис над крышей, затем плавно опустился на неё. В центре крыши на постаменте находился шар, похожий на те, которые друзья видели в комнатах элтов. Но этот был гораздо крупнее. Сейчас он имел серый, унылый цвета. Рядом со стоянкой универсала находилось жилище Элил.

— Располагайтесь, — Элил махнула рукой в сторону низкого дивана.

— Здесь гораздо уютнее, чем в коморках простых элтов, — сказал Рин, когда Элил оставила их одних.

Просторное помещение было со вкусом обставлено мебелью. Горшочки с растениями и статуэтки украшали многочисленные фигурные полочки. На полу лежал оранжевый ковер с длинным ворсом. С черного потолка хаотично свисали круглые светильники. Задрапированные материей стены со стилизованным изображением вьющихся растений окружали помещение с трёх сторон. Четвёртая стена представляла собой окно от пола до потолка. В это окно хорошо просматривалась решётчатая башня.

— Анд, ты не должен так пристально рассматривать Элил. Из-за тебя у нас будут проблемы, — сказал Гы, когда друзья разместились на диване.

— На самом деле, Анд, держи себя в руках. Твоя реплика про пупок. У меня дома это восприняли бы как оскорбление, — поддержал разговор Рин. — Ты так её смутил, что она всё время держит свой живот закрытым. Хотя как она управляется со всеми этими лентами, мне не понятно.

— Да, я тоже заметил, что она стала вести себя более скованно.

— Я постараюсь. Просто я настолько привык к элтам и их комбинезонам, что не ожидал увидеть кого-то столь…, - Анд не закончил. В комнату вошла Элил.

Она успела переодеться в комбинезон, такой же, как у всех элтов. В руках она несла поднос с четырьмя стаканами. Она поставила поднос на стол перед диваном, взяла один стакан себе. Расположилась в кресле напротив, пригубила напиток, затем обратилась к друзьям:

— Это тоник. Пейте.

Друзья взяли по стакану. Затем снова попытались устроиться на диване. Он предназначался для худощавых элтов. Более крупным синтам на диване было не очень удобно, колени почти доставали до подбородка. Элил с улыбкой наблюдала за попытками друзей устроиться удобней, но другого места не предложила.

— Ну, с тобой всё ясно, — сказала Элил, кивнув на Анда. — Судя по всему, ты очень похож на нас.

— С тобой тоже, — она перевела взгляд на Рина. — Ты родственник горилоидам.

— А вот кто ты? — палец с синим маникюром показал на Гы.

— Я разумное существо, — ответил Гы.

— Не хочешь говорить — не надо, — не стала настаивать Элил.

— Элил, а как ты определила, что я горилоид? — спросил Рин.

— Госпожа Элил! Не забывайся!

— Прошу прощения, — понуро извинился Рин.

— Это не сложно. Когда ты боишься, ты инстинктивно сутулишься, оглядываешься по сторонам. Очевидно, в поисках подходящего дерева, чтобы забраться на него и переждать там опасность. Кроме того, ты всегда следишь за тем, как закрываются двери. Так может вести себя только тот, кто боится прищемить свой собственный хвост. С тобой мне все понятно. — Элил сделала маленький глоток и посмотрела на Анда. — С этим тоже все понятно. Далее у нас загадочный Гы. Остаётся вопрос, что такая пёстрая компания делает там, где им быть нельзя?

Рин сделал большой глоток из стакана, поставил его на столик, и заговорил:

— Дело в том, что нам действительно было скучно сидеть в подвале. У нас очень однообразная работа, мы землекопы. Большинство синтов играют в домино, а нас эта игра не увлекает. К тому же сегодня происходило что-то странное, и мы решили посмотреть.

— Всё это я уже слышала, — сказала Элил.

— Но это на самом деле так.

Вновь повисла гнетущая тишина. Элил пристально рассматривала друзей. Тишину нарушил Анд:

— Извините, госпожа Элил. От вашего тоника у меня всё плывет перед глазами. Не найдется у вас чего-нибудь на закуску?

— На столике в углу фрукты, принеси их сюда.

Анд поставил стакан на стол и начал вставать. Это ему почти удалось. Но когда он оказался на ногах, то начал шататься. Ухватился за спинку дивана и перелетел через неё. По пути выбил стаканы из рук Рина и Гы.

— Анд, что с тобой? — Рин резко встал, но не удержался на ногах и последовал вслед за Андом.

— Госпожа эгреготесса, Вы убили моих друзей? — ровным, безмятежным голосом спросил Гы.

Элил залилась громким смехом. Она долго не могла остановиться. Спазмы смеха периодически сгибали её пополам.

— Не убила. Они просто пьяны. С ними всё в порядке. А вот тебе, я вижу, это состояние не знакомо. Что ж, тем лучше, помоги им подняться.

Гы поставил пустой стакан на столик. Затем подхватил его, как будто опасаясь, что он упадёт. Немного подумал, потом утвердил стакан на столике. Медленно отвел руку, не веря, что стакан всё же сможет стоять. Попытался встать — не получилось. Затем он сполз на пол, встал на четвереньки и пошёл к своим друзьям на выручку. Перед тем как скрыться за диваном, он обернулся и сказал Элил:

— В данных обстоятельствах способ передвижения, при котором три точки опоры постоянно соприкасаются с поверхностью, гораздо предпочтительней любого другого.

Элил вновь залилась звонким смехом. Гы помог друзьям подняться. Теперь они стояли за диваном и держались рукам за спинку.

— Ну, как самочувствие? — спросила Элил, когда вновь смогла говорить.

— Тоник похож на шампанское. Дома я мог бы выпить и больше без всяких последствий. Здесь я просто не ожидал такого эффекта. Хотя мне это и понравилось, — сказал Анд.

— У меня дома есть некоторые ритуалы, где мы используем алкоголь, но, судя по всему, не такой сильный, — поддержал беседу Рин.

— Ну, еще бы, ведь вы не используете огонь, а значит, не знаете что такое перегонка, — ответил Анд.

— Нет, я не знаю что такое перегонка. Алкоголь мы получаем при брожении сока некоторых сладких ягод.

— Довольно странные ритуалы. Алкоголь доставляет столько неудобств, — вставил Гы.

Элил пригубила из своего стакана, чтобы подавить очередной приступ смеха.

— Ладно, пойдёмте на воздух. Вам надо проветриться, — сказала она. Взяла со стола корзину с фруктами и вышла.

Друзья, пошатываясь, последовали за ней.

— Анд прав, вам надо закусить. Похоже, у него самый большой опыт в употреблении алкоголя.

Друзья выбрали из корзины по фрукту и стали закусывать, осматривая панораму. Пока они сидели в гостях у Элил, на улице стемнело. На небе сияло Ожерелье, а на улицах зажглись светильники. Появились элты. Они медленно прогуливались поодиночке или парами. Площадь вокруг башни, в отличие от города, тонула в темноте.

— Считайте, что угощение тоником было проверкой. Теперь я уверена, что вы те за кого себя выдаете. И я этому рада. Приятно встретить разумных существ, которые хотят узнать что-то новое. Большинство таких как вы ничем не интересуются. Выполняют свою работу, едят, спят. Вечером сидят в парке, затем снова едят и спят. Зачем они живут?

Они стояли на крыше и любовались ночным городом. Друзья быстро приходили в себя после тоника. Этому способствовали свежий воздух и фрукты.

— Ладно, вам пора. Завтра вам снова на работу. Я провожу вас.

Они спустились по лестнице во двор. Элты, которых они встречали по дороге, бросали на компанию вопросительные взгляды.

— Всё в порядке, — говорила Элил, когда кто-нибудь из прохожих хотел подойти к ним. Очевидно, чтобы предложить помощь эгреготессе и проучить наглых синтов.

— Что ж, до свиданья. Надеюсь, вы хорошо провели время. Лично мне было с вами весело, — сказала Элил, когда они стояли перед дверью в подвал.

— Госпожа Элил, простите меня, пожалуйста. Я вовсе не хотел вас обидеть, — извинился Анд.

— Всё нормально. Пока. — Элил улыбнулась друзьям на прощание и скрылась в темноте.

— Скажешь, Элил тоже бездушная кукла? — обратился Анд к Рину, когда они распластались на своих лежанках.

— Анд, я же извинился. Но ты прав, Элил действительно особенное существо. Пожалуй, хвост ей и ни к чему. Её мимика, жесты. Она всё может сказать без слов. Кстати, ты ей сильно польстил своим возгласом про пупок.

— Элил сильно отличается от других элтов. Её эмоциональная организация и электрическая активность мозга на несколько порядков выше, чем у других. Я пробовал проникнуть в её мысли, но она каким-то образом защищена, и мне это не удалось.

— Интересно, есть ли у неё дружок, — продолжил разговор Рин. — Какой-нибудь эгрегатор…

— Спать! Спать! Спать! — четвёртый обитатель комнаты вновь был недоволен.

Следующий день начался как обычно, за исключением того, что Робус старался держаться подальше от друзей. Когда стали рассаживаться по повозкам, он сел в другую и за весь рабочий день ни разу не подошёл к друзьям. В карьере всё было по-прежнему. Ящер вёл себя примерно и не пытался напугать друзей. Он выглядел унылым, он откровенно скучал. Когда первую тележку нагрузили глиной, и ящер потащил её из котлована, землекопы присели передохнуть. Анд сказал:

— Наверное, Робусу досталось из-за нас.

— Мне жаль, что так получилось. Он хороший парень, — поддержал его Рин.

— Я с тобой согласен. Но вчера мы узнали много нового, — сказал Гы. — Анд, что ты можешь сказать об Элил?

— Что у неё красивый пупок, — перебил Рин.

— Она сильно отличается от основной массы элтов. Она ведёт себя и одевается так, чтобы привлекать внимание.

— Это заметно. Она принадлежит к другому виду, но есть в ней что-то притягательное. Даже для меня, — сказа Рин.

— Но она это делает не так, как большинство женщин в моём мире. Её поведение больше похоже на манеры кинозвезды. В тоже время она определенно обладает властью. Ей подчиняются беспрекословно.

День прошёл быстро. Как обычно, за время работы сменили несколько лопат. Деревянные орудия труда ломались быстро. После работы вернулись в свой подвал на ужин. Рин и Анд, как всегда, хотели немного посидеть в парке. Но Гы не пошёл, он сказал им:

— Ограничение коммуникативности. Большой объём обрабатываемой информации.

Пошёл в свою спальню и рухнул на лежанку. В парк Рин и Анд пошли вдвоём.

— Что это с ним? — спросил Рин, когда они сели на лавочку в парке.

— Похоже, он пытается найти объяснение тому, что мы видели вчера. А с мозгом синта это сделать тяжело. Вот он и пытается оградить себя от лишних раздражителей.

Друзья посидели немного, и пошли спать, разговор не клеился. Гы лежал в той же позе. Анд с Рином уложили его на спину, накрыли циновкой и заняли свои лежанки. Четвёртый обитатель так и не явился ночевать. Очевидно, он нашёл себе другую спальню с более спокойными соседями. Но в этот раз никто не собирался вести долгие беседы. На следующее утро Гы сказал, что так и не смог увязать события вчерашнего дня в одно целое.

Рабочие дни пролетели быстро, наступил выходной. Утром ещё до подъёма в спальню к друзьям зашёл Робус. Глядя в пол, сказал:

— После завтрака вас ждёт госпожа Элил. Идите к ней, не медля. Надеюсь, дорогу вы найдёте.

Анд кивнул за всех. Робус беспокоился напрасно. Здание, на крыше которого жила Элил, просматривалось из любой точки голубого района. Добрались быстро. Когда они вошли в здание, их остановил элт. Но узнав, что синтов ждёт Элил, показал лестницу, по которой нужно подняться.

— Вы уже здесь. Молодцы, — Элил встретила синтов у входа в своё жилище.

На ней был одет обычный комбинезон. Это слегка разочаровало всех, но каждого по своим причинам. Она с легкой улыбкой осмотрела друзей, затем сказала:

— У меня к вам просьба личного характера. Мне нужно побывать в одном месте, и я не хочу, чтобы кто-нибудь из элтов знал об этом. Сможете держать язык за зубами, или что там у вас во рту?

— Что сделать с языком? — спросил Гы.

— Никому ничего не рассказывать, — пояснил Рин.

— Сможем, — ответил за всех Гы.

— Хорошо. Я знала, что смогу на вас рассчитывать. К тому же у вас будет возможность удовлетворить своё любопытство, на некоторые вопросы я смогу ответить. Забирайтесь в универсал.

В салоне универсала произошли некоторые изменения. Переднее сидение стояло против хода. На нём разместился Анд. Рин и Гы на заднем диванчике. Было по-прежнему тесно, низкий потолок заставлял синтов сутулиться. Но всё же не так как во время первого полета, когда Анду приходилось ютиться на коленях у друзей.

— Так удобнее? — спросила Элил, обернувшись.

— Да, спасибо госпожа Элил, — в один голос ответили друзья.

— Тогда держитесь.

Универсал яростно затрясся, подскочил вертикально вверх и ухнул вниз через перила. Салон наполнился дружным воплем синтов. Элил озорно рассмеялась и выровняла машину.

— Гы, а ты-то чего кричал?

— Я… Ты знаешь кто я?

— Догадалась. Ты не такое уж и редкое явление на Мегаклоне, — ответила Элил.

— Ты видела таких как я?

— Нет, не видела, но слышала рассказы. Ты искусственный интеллект, оказавшийся в синте. Верно? — Гы промолчал. — Скажи, а ты сам кем себя ощущаешь?

— Не знаю. Но точно не искусственным интеллектом. Первое время органы чувств синта, просто загоняли меня в ступор. Ощущения, которые я получал от них, были очень не привычные для меня. Обоняние, осязание, слух — я просто не понимал, что нужно делать с таким количеством информации. Всё это поступало в таком объеме, что я не понимал как, до сих пор существую. Потом тело. Мне было трудно осознать, как действуют конечности. Например: я не отдавал команды ногам идти. Я просто хотел пойти куда-нибудь, и ноги сами шли. До этого я контролировал все процессы. То есть, в идеале я должен был отдавать команды ногам. Буквально: «левая нога, стой, правая нога, поднимись и сделай шаг». Теперь этого делать не надо. Но кто ими командует? Я? Более того, оказывается, что ноги — это тоже я. Теперь я хорошо с этим освоился. Разобрался, как что работает. Я понимаю, что теперь я — это тело синта, я — это разум. Понимаю, что должен разделять эти понятия. Но я — синт оказывает на я — разум очень большое влияние. Поэтому не могу сейчас ответить на вопрос, кем я себя ощущаю. Ближе к истине будет такое определение — разумное существо в новом мире. Там на крыше, когда ты спросила — кто я, я ответил правду, может не всю.

— Ух ты! Гы, почему ты нам ничего не рассказывал об этом? — спросил Анд.

— Вы не спрашивали.

— Гы, спасибо за откровенность. Я ценю это. Теперь держитесь, мы садимся.

Элил посадила универсал на заброшенную дорогу. Гравийное покрытие было разрушено. То тут, то там прямо на проезжей части рос кустарник. Элил приходилось довольно интенсивно маневрировать. Универсал сильно трясло, не все ямы и кочки удавалось объехать. Впереди показался деревянный щит. На нем надпись: «Город Љ8. Проезд запрещён».

6

— Что это значит? — озвучил общий вопрос Анд.

— Я обещала ответить на некоторые ваши вопросы, и я на них отвечу. Но давайте договоримся, что пояснения я дам вечером. А до того времени смотрите и делайте то, что я вам говорю. И ни каких вопросов! — в голосе Элил появилась неожиданная злость.

Планировка этого города Љ 8 не отличалась от планировки города, из которого только что прибыл универсал. На этом сходство между городами заканчивались. В запретном городе не осталось ни одного уцелевшего здания. Среди обломков зданий ещё можно было различить очертания улиц. На них лежало много крупных и мелких обломков. Элил свернула к ближайшим развалинам. Она загнала универсал в разрушенное здание. Остатки стен полностью скрывали машину.

— Выходите. Дальше пойдём пешком, — сказала Элил, и первой вышла наружу.

Пока синты выбирались, Элил обошла машину и открыла багажное отделение в задней части. Подождала синтов и когда те подошли, сказала:

— Нам может понадобиться оружие. Берите эти арбалеты и запас стрел к ним. Гы, ты возьмешь железный нож. Надеюсь, ты понимаешь, какую он имеет ценность. — Гы кивнул.

Под присмотром Элил друзья завалили заднюю часть универсала срубленным неподалеку кустарником. Вскоре приготовления были закончены.

— Смотрите в оба. Если заметите какое-нибудь движение, шум не поднимайте, но дайте мне знать. Без команды не стрелять, — Элил закончила инструктаж и пошла по направлению к центру.

Элил шла впереди. Друзья за ней. Повсюду валялись разнокалиберные обломки, поэтому шли медленно. Город не просто разрушили, его уничтожили. Не осталось ни одной стены выше двух метров. Обломки мебели и посуды добавляли уныния всей картине. Неуклюжие синты производили много шума. Элил то и дело шикала на них, призывая к осторожности. Они подошли к месту, где раньше стояло здание. Такое же, в каком живёт Элил. Судя по обломкам несущих стен, раньше оно тоже имело голубой цвет. Элил осмотрелась, и сказала:

— Рин, спрячься на самой высокой куче обломков. Следи за обстановкой, но так, чтобы тебя не видели. Остальным искать шар, такой же, как у меня на крыше.

Руины осматривали долго. Все устали и перемазались.

— Может быть, он находится под завалами, — сказал Анд, когда они присели передохнуть.

— Нет, он находился на самом верху. При разрушении здания он должен остаться сверху или откатиться куда-нибудь, — возразил Гы. — Если его здесь нет, значит, его кто-то забрал.

Все посмотрели на Элил. Она ничего не сказала.

— Возвращаемся к универсалу, — коротко бросил она.

То, что осталось от просторного помещения в здании рядом с универсалом синты освободили от мусора и обломков. Выбили пыль из чудом уцелевшего дивана и поставили его к стене. Пока синты переносили вещи из универсала, Элил сидела на этом диване. Она долго сидела так, уставившись в одну точку, затем тихонько заплакала. Синты смущенно отошли от неё. Лишь Гы продолжал перетаскивать из универсала вещи. Анд подошёл к Элил и сел рядом с ней. Немного помедлил, затем робко обнял девушку. Элил уткнулась ему в плечо и разрыдалась, не сдерживаясь. Истерика длилась не долго. Элил совладала со своими эмоциями, отстранилась от Анда и, вытирая слезы рукавом, сказала:

— Анд, пожалуйста, убери отсюда этот диван.

Пока Анд и Рин убирали диван, Элил совсем успокоилась. На месте дивана соорудили лежанку из уцелевших дверей.

— И чем ей диван не понравился? Почти не пострадал, — спросил Рин, когда он и Анд трудились над установкой лежанки.

— Может этот диван напомнил ей что-то. Помнишь элтов, которых мы видели в многоэтажках? Как они сидели, взявшись за руки, и смотрели в мерцающие шары?

— Эй, землекопы, пора подкрепиться, — Элил успокоилась и снова начала распоряжаться. — После ужина мы поднимемся на универсале, чтобы осмотреть окрестности.

Подкрепившись фруктами и отваром из трав, стали загружаться в универсал. Гы и Рин уже забрались вовнутрь. Анд хотел последовать за ними, но Элил задержала его. Она дёрнула его за рукав. Когда он обернулся, сказала:

— Спасибо, Анд.

Затем отвернулась и толкнула синта к машине. Машина завибрировала и плавно оторвалась от земли. Универсал медленно поднимался вверх, как будто из-под воды всплывал причудливый кит. Подъём остановился на высоте около ста метров. Синты принялись усиленно вертеть головами, стараясь что-нибудь увидеть.

— Отсюда ничего не видно. Нужно двигаться дальше, — сказал Гы.

Элил кивнула. Универсал двинулся вперёд. В салоне повисла тишина, друзья прильнули к окнам.

— Справа. Вижу отсветы огня, — Гы нарушил тишину.

Элил снова кивнула и повернула направо.

— Обломок плиты отражает свет. Очевидно, это свет от костра. Видите, какой он не ровный? Сам костёр укрыт обломками, поэтому мы его не видим.

— Гы, запомни это место. Завтра мы его осмотрим, — сказала Элил и повела универсал дальше.

Элил ещё долго кружила над развалинами, но больше ничего обнаружить не удалось.

На ночлег синты разместились на лежанке. Они надули себе по тюфяку и отключились сразу, как только легли на них. Элил ночевала в универсале. Ночь прошла спокойно.

— Вставайте, сони! — Элил стояла у лежанки и стучала по ней палкой. Она выглядела свежей и отдохнувшей. — Быстро собирайте дрова. У нас мало времени, а дел много. Друзья поднялись и разбрелись по окрестностям. Вокруг валялось множество деревянных обломков. Синты легко справились с задачей. Они свалили охапки дров в угол, и Рин спросил:

— А зачем нам огонь?

— Вот за любопытство вы мне и нравитесь. Буду готовить пищу. Вчера вы много работали, а ели мало. И сегодня день будет трудный. А мне вы нужны бодрые и сильные.

Под руководством Элил друзья разожгли костёр и подвесили над ним котелок. Рин с большим интересом учувствовал в разведении костра. Но когда появились первые языки пламени, старался держаться от них подальше. Когда вода закипела, Элил развернула промасленную бумагу, достала коричневый брикет и бросила его в котелок. Синты молча наблюдали. Наконец, Рин не выдержал:

— Что это?

— Думала, не спросите. Это мясо. Обычно синтам хватает растительной пищи, но иногда требуется большой расход энергии. В таких случаях синтов кормят мясом. — Во время объяснения Элил бросала в котелок то овощи, то приправы. Анд не слышал слов. Он просто любовался картиной. Женщина готовит пищу и не принужденно болтает, иногда смеется. Как будто они находятся на пикнике. Анду нравилась такая картина.

— Ты что, уснул?! — оказалось, Рин уже давно пытается привлечь внимание Андрея, чтобы вручить ему миску с готовым супом.

Синты и Элил расселись кружком на лежанке. Суп получился просто замечательный.

— Никогда ничего подобного не ел. Это просто не с чем сравнить. Очень вкусно! — Рин нахваливал, пока не подавился. Анд принялся стучать по его спине.

— Спасибо, госпожа Элил. Очень вкусно, — поблагодарил Анд, когда Рину больше не требовалась его помощь.

Элил слегка покраснела от похвал, но всё же сказала:

— Вы меня смущаете. Мне очень приятно, что вам понравилось. Заканчивайте быстрей — нам пора в путь.

Гы шёл впереди, указывая направления. За ним Элил, сзади Анд и Рин.

— Если вернусь домой, буду готовить пищу только на огне, и плевал я на всех! — сказал Рин Анду.

— Что понравилось? — усмехнулся Анд. Элил обернулась и шикнула на друзей. Дальше двигались молча и старались не шуметь.

Шли около часа. Элил перестала делать замечания, когда кто-нибудь спотыкался на камнях. Она тоже устала. Вдруг из-за завала прямо по ходу движения влетел камень. Гы в последний момент заметил угрозу и попытался уклониться, но было поздно. Камень попал ему в колено. Гы упал. Остальные прыснули в стороны и укрылись, кто как смог. Ползком и перебежками всем удалось собраться в развалинах подсобного помещения под лестницей. Уцелевшая лестница обеспечивала защиту сверху. Рана Гы оказалась неглубокой, но болезненной. Элил перевязала колено чистой тряпкой и уложила Гы на спину.

— Я пойду и разведаю обстановку, — сказал Анд.

— Никуда ты не пойдёшь. Это элты. И разговаривать с ними лучше всего мне. Отвернитесь, мне нужно переодеться.

Синты послушно отвернулись к стенке и стояли так несколько минут. Затем Элил вновь заговорила:

— Я выйду, и буду говорить. А вы следите за мной отсюда. Если что — прикроете.

Элил переоделась в свою синюю одежду. Ту, в которой друзья увидели её в первый раз. Элил выглядела решительной, глаза её сверкали. Она подобрала несколько лент своего одеяния и уверенно вышла наружу. Несмотря на обломки, Элил шла, ни разу не споткнувшись. Она двинулась в том же направлении, в котором они шли до нападения. Из-за завалов снова вылетел камень, но на это раз не долетел до цели с десяток метров. Элил остановилась и сказала:

— Я - Элил, эгреготесса голубого сектора. Город Љ 8.

— Города Љ 8 больше нет, — ответили ей из-за завалов.

— Кто ты?

На гребне развалин показалась фигура. Она немного постояла на вершине, затем двинулась к Элил. Когда она приблизилась, стало видно, что это женщина. Она подошла вплотную к Элил, долго рассматривала её, затем сказала:

— Меня зовут Тэсси, раньше я тоже была эгреготесса, — она достала из кармана ярко-синюю ленту.

— Эгреготесса не может быть бывшей, — ответила ей Элил.

— Не кипятись, — сказала Тэсси, пряча ленту в карман. — Зачем ты пришла?

— Я хотела найти шар голубого сектора. Все шары нашли кроме этого. Я хотела восстановить полную картину нападения. А для этого нужны шары всего спектра. Если будет известно, кто и как на нас напал, то можно попытаться разработать меры защиты.

— Шар разрушен. Я видела это сама. Разрушение началось с розового сектора и двигалось по кругу. Голубой сектор был последним. Когда волна разрушения дошла до голубого сектора, шар разлетелся на мелкие осколки. Мне нет причин обманывать тебя. Мне было бы спокойней, если бы все шары нашли, и развалины оставили в покое. Нам ни к чему лишнее внимание.

— Ты здесь не одна?

— Давай продолжим разговор в более удобном месте, — Тэсси сделала приглашающий жест в ту сторону, откуда пришла.

— Со мной синты, — сказала Элил.

— Пусть они подождут здесь. Им не к чему видеть, как мы живём.

Элил обернулась в сторону синтов и крикнула:

— Ждите меня здесь. Я скоро вернусь.

Затем она пошла за Тэсси. Ветер вздымал ленты её одежды, трепал волосы. Элил двигалась уверенно. Но Анду показалось, что серые развалины нацеливают на неё свои острые углы, желая покарать ярко-синий цвет и его носителя за то, что они обладают жизнью и красотой.

— Она лжёт. Она хочет сделать Элил что-то плохое, — сказал Рин.

— Так что же ты молчал! — Анд бросился за Элил.

Рин обхватил Анда сзади руками и прохрипел ему в ухо:

— Остановись, так ты ей не поможешь. И сам погибнешь.

Они стали бороться и упали на землю. Гы поднялся на одном локте и произнёс:

— Перестань, Анд. Рин прав.

Анд прекратил бороться. Он и Рин сидели на земле и тяжело дышали.

— Но мы не можем бросить её там, — сказал Анд, отдышавшись.

— Не можем. И не бросим, — ответил ему Гы. — Сейчас нам нужно как можно быстрее вернуться к универсалу. Здесь нам оставаться опасно. За нами придут.

Гы встал и, хромая, двинулся в путь. Анд пошёл за ним.

— Идите, я вас догоню, — сказал Рин.

Синты спешили, но Гы сковывал их движение. Он сильно хромал, и часто останавливался. Друзьям пришлось перекинуть руки Гы через свои шеи и повести его. Движение ускорилось, но не на много. Мешали завалы из обломков. Сзади послышался звук обвалившихся камней. Над тем местом, где друзья совсем недавно укрывались от камней, поднимался столб пыли. Рин хмыкнул и сказал:

— Преследователи близко. Я устроил им ловушку под лестницей, но её цель предупредить, а не задержать.

— У нас есть преимущество, они не знают, куда мы идем, — сказал Гы.

Они старались двигаться осторожно и производить как можно меньше шума. Это не всегда удавалось. Втроём идти было очень неудобно. Время от времени кто-нибудь спотыкался.

— Так нас быстро догонят, — сказал Рин, когда они присели передохнуть. — Я отвлеку преследователей, постараюсь увести их за собой. А вы тем временем направляйтесь к универсалу. Потом подберёте меня.

— Это опасно. Если тебя поймают, то сразу убьют. Они не станут церемониться с синтом, — ответил Гы.

— Не волнуйтесь за меня. У себя на родине я считался не плохим следопытом. Думаю, я смогу перехитрить элтов, ведь они городские жители. В противном случае, если верить моллюскам, я просто оправлюсь домой. — Рин рывком поднялся, снял с Гы арбалет и сумку с запасом стрел. Кивнув друзьям, он исчез в развалинах.

Вскоре послышался шум обвалившихся камней. Гы и Анд выглянули из укрытия. На границе видимости появились элты. Они шли, не скрываясь, очевидно, не ожидая нападения со стороны синтов. Когда шум обвала повторился, элты изменили направление и двинулись на шум.

Гы сполз назад в укрытие и попытался встать. Встать получилось, но на раненую ногу он опирался в пол силы. Затем сказал:

— Нам нужно спешить.

Анд перекинул руку Гы через шею, и они двинулись в путь. Движение всё больше и больше замедлялось. Гы почти целиком повис на Анде. Через несколько сотен метров они присели передохнуть. Сзади вновь послышался шум обвала. Рин исправно отвлекал на себя внимание. Отдышавшись, Гы снова попытался встать. На этот раз у него не получилось, он охнул и сел на землю.

— Я больше не смогу идти, — прохрипел он.

— Я понесу тебя, — Анд бросил на землю арбалет и сумку со стрелами. Взвалил на спину Гы и двинулся в путь.

— Какая это странная вещь — боль, — Гы оправился от шока и решил поделиться наблюдениями. — Я понимаю, что она существует для того чтобы предупредить тело об опасности. Я понимаю, что боль очень полезная вещь. Но сейчас я очень хочу от неё избавиться. Она поглощает меня целиком. Я ни о чём не могу думать, кроме неё. Иногда мне кажется, что меня самого больше нет, осталась только боль. Зачем она нужна, если я уже знаю, что с моим телом что-то не в порядке.

Анд свернул к бетонному блоку, посадил на него Гы. Задыхаясь, он повалился рядом. Затем прохрипел:

— Ты рассуждаешь как человек.

— Да, наверное, ты прав. Дело не в том, что я чувствую боль. Это функция синта. Дело в том, что я отношусь к боли негативно. Я не хочу, чтобы она была. Моё желание велико. Велико по сравнению. По сравнению…, - Гы затих.

— Это эмоции. Я же говорю, ты рассуждаешь и реагируешь как человек, — ответил Анд, тяжело дыша.

Вскоре Анд поднялся, взвалил Гы на спину и двинулся дальше. Гы молчал. То ли нога перестала болеть, то ли он переваривал новые ощущения. Анд не интересовался, у него была трудная задача — двигаться к универсалу и тащить Гы. Когда они, наконец, добрались до знакомых развалин, Анд совсем выбился из сил. По просьбе Гы он оставил его у машины, а сам упал на лежанку. Ему казалось, что временами он теряет сознание. Усталость заполнила каждую клеточку его жёлтого тела. Как немного раньше Гы жаловался на то, что от боли он перестаёт осознавать себя, то же самое сейчас испытывал Анд, но уже от усталости.

Анд не знал, сколько прошло времени, но его дыхание успокоилось, а конечности перестали дрожать. Почти совсем стемнело. На небосводе появилось Ожерелье. Анд лежал на спине и смотрел на его мерцающие бусины. Слева послышались шаги. Анд повернул голову на звук. Это был Гы, он подошёл ближе, протянул чашку и сказал:

— Это то, что нам варила Элил. Пей, это придаст тебе силы. — Пока Анд пил бульон, Гы продолжал. — Похоже, Элил ожидала, что нас ждут неприятности. Она хорошо подготовилась. Кроме мяса в багажнике я нашёл ещё кое-что. Вот, съешь это и запей бульоном. Это позволит нам видеть в темноте. — Гы положил рядом с Андом зелёную пилюлю. — К сожалению, ничего обезболивающего я не нашёл.

Гы медленно поднимал универсал вертикально вверх. Штурвал машины был рассчитан на изящные пальчики Элил. Гы приходилось трудно со своими трёхпалыми ладонями, но он как-то справлялся. Не поворачивая голову, он спросил:

— Непосредственная опасность Элил сейчас не угрожает, в отличие от Рина. Поэтому сначала мы спасём его. Как ты себя чувствуешь?

— Нормально. Бульон действительно придаёт физические силы. Если бы не он, я бы тебя не донёс до универсала. Видеть я тоже стал гораздо лучше. Сначала я почти ослеп, но теперь вижу отчётливо. Правда, цветов совсем не различаю. И на Ожерелье лучше не смотреть, его яркий свет причиняет боль.

— У меня аналогичные впечатления, — ответил Гы, повернул универсал и прибавил ход.

Рин перемахнул через укрытие, за которым отдыхали друзья и осторожно двинулся в обратном направлении. Вскоре он обнаружил преследователей. Около десятка элтов двигались цепочкой, пытаясь взять под контроль как можно большую территорию. В то же время они оставались в зоне видимости друг друга. У некоторых из-за спин торчали луки, большинство было вооружено длинными палками. Элты двигались не таясь. Громко переговаривались между собой, очевидно не ожидая нападения со стороны синтов. Они полагали, что синты просто подсобные рабочие, которые сопровождают эгреготессу. Рин взял большой обломок, поднял его над головой и бросил. Затем выглянул из-за завалов. Убедился, что его заметили, и побежал. Цепочка преследователей изменила направление, Элты двинулась за Рином. Элты, которые заметили жёлтую физиономию синта, принялись свистеть и бить палками по камням. Беглецы находились в их владениях и долго скрываться они не могли. Рин ещё несколько раз менял направление движения, стараясь держать элтов подальше от своих друзей. Вскоре элтам надоела игра в догонялки. Они решили поскорей покончить с этим и вернуться домой. Для этого они разделились на две группы.

Рин устал. Начало темнеть. На небосводе появились призрачные очертания Ожерелья. Но всё же он разгадал замысел элтов. Рин оказался зажатым в угол в буквальном смысле этого слова. Остатки стен разрушенного здания сходились под углом в девяносто градусов. Рин оказался в этом углу. Высота стен не позволяла перебраться через них. Преследователи заблокировали две оставшиеся стороны. Рин аккуратно разложил свои арбалеты и боезапас к ним на возвышении. Элты осторожно приближались к месту, где засел Рин. Рин не хотел кого-то ранить, но вместе с тем хотел дать понять, что просто так его не взять. Используя рукоятку, он взвёл арбалет. Вложил в него стрелу, прицелился и стал искать подходящую мишень. Такая вскоре нашлась. Элт выглядывал из-за крупного обломка и сам искал мишень. Казалось, он в серьёз не верил, что синт может представлять для него опасность. Рин отчетливо видел его фигуру на фоне светлого обломка. Он прицелился, зажмурился и нажал на крючок. Тетива взвизгнула и с лязгом ударила о рессору. Болт метнулся вперёд. Освободившийся от массы стрелы арбалет подбросило вверх. Лучник вскрикнул. Схватившись за предплечье, он упал навзничь. Рана была не опасной для жизни, но для других элтов это послужило предупреждением. Началась осада.

Между Рином и элтами образовалась полоса отчуждения. Никому не дозволялось пересекать её. Только стрелы и камни иногда нарушали безмятежность этого условного пространства. Одни свистели, другие жужжали, как бы озвучивая ту неприязнь, которая заполнила пространство между противниками. Впрочем, ни те, ни другие больше не наносили вреда друг другу. Обмен выстрелами длился довольно долго. Рин не мог не отвечать. Как только он пропускал свой выстрел, со стороны элтов следовала смена позиции, и кто-то из осаждающих оказывался ближе к нему. Рин прикинул соотношение сил. Осталось только три стрелы. Вывод был неутешительным. «К утру меня возьмут голыми руками. Наверняка убьют. Если верить моллюскам, я вернусь домой. Всё бы ничего, но скорее всего это будет больно». Размышления Рина прервал очередной выскочка со стороны элтов. Он выпрыгнул из своего убежища и, пригибаясь, побежал в сторону Рина. Рин выстрелил. Промахнулся. Стрела ударила о камни впереди бегущего элта. Тот повалился на спину, затем судорожно перевернулся и встал на четвереньки. Разбрасывая в разные стороны лук и стрелы, он пополз в укрытие. Элт спрятался за ближайшим обломком. Ему казалось, что он в безопасности, но Рин прекрасно его видел. «Стрелу на тебя жалко», — подумал Рин. Взял пригоршню мелких камней он бросил их в элта. Камни не долетели, но произвели ожидаемый эффект. Элт, предполагая, что к нему кто-то приближается, в панике встал во весь рост и побежал к своим. «Воин. Я десять раз мог бы тебя подстрелить», — с презрением подумал Рин. Солнце полностью село за горизонт. Плотные облака закрыли Ожерелье, лишь изредка пропуская немного света. Темнота опустилась на каменные обломки как толстое одеяло. Наступила тишина. Элты не рисковали напасть в темноте. Они зажгли факелы и расставили их полукругом. Целиком зону отчуждения они не могли осветить, но факелы давали достаточно света, чтобы заметить любое движение.

Рин сидел в своём убежище и тупо смотрел на последние два стрелы. Вдруг прямо перед его лицом упала верёвка. Рин с испугом посмотрел вверх, но ничего не увидел. В трёх метрах от земли верёвка терялась из вида, казалось, она свисала прямо из темноты.

— Рин это мы. Лезь наверх, — послышался сверху шёпот. Такой тихий, что его можно было принять за дуновение ветра.

Рин узнал голос. Он хотел захватить с собой арбалеты, но элты подняли шум. Похоже, они что-то услышали, или заметили какую-то тень. В сторону Рина полетели факелы и засвистели стрелы. Рин схватил верёвку и полез вверх. Страх предавал ему силы. Вскоре его руки встретились с руками Анда. Анд потянул Рина на себя, и они повалились на пол универсала. Гы сразу же начал набирать высоту, стараясь как можно быстрее покинуть опасное место. Рин, тяжело дыша, сел на диван. Отдуваясь, он спросил:

— Как вы меня нашли?

— За это надо сказать спасибо элтам. Они устроили целую иллюминацию из факелов. Сверху прекрасно виден полукруг из ярких точек. Гы предположил, что ты находишься внутри этого полукруга, и оказался прав. Если бы не эта подсветка, неизвестно, сколько времени мы бы тебя искали, — ответил Анд.

— Спасибо, я знал, что вы меня не бросите. Гы, ты как?

— Мне больно. Очень больно. Нога распухла и почти совсем не двигается.

— Терпи, Гы. Это удел всех живых существ — терпеть боль, — посочувствовал Рин.

— Я терплю. Больше мне ничего не остается. Но это так не рационально и не логично. Испытывать такие функциональные затруднения на физическом, и особенно на эмоциональном уровне, что я, я…, - Гы замолк, машина качнулась и стала терять высоту.

— Гы, не зависай! Не сейчас! — Анд кричал и толкал Гы в спину.

— Я в порядке, — Гы выровнял машину. — Просто очень большой массив информации. К тому же, разноплановой информации. Я пытался все это систематизировать…, - универсал снова клюнул носом.

— Гы, сосредоточься. Мы с Андом позже поможем тебе разобраться, — вмешался Рин.

— Да я в порядке. Мы почти на месте. Анд, дай Рину пилюлю.

— Что за пилюля?

— Это позволяет синтам видеть в темноте, — Анд протянул Рину пилюлю.

Отблеск костра, который друзья видели прошлой ночью, Рин и Анд заметили одновременно. Теперь его было хорошо видно. Более того, на него не получалось смотреть, не прищурившись. Пилюли делали своё дело. Гы старался удерживать машину не подвижно. А Рин и Анд открыли двери и изучали обстановку. Внизу ничего не происходило, и не было заметно никакого движения. Рин сказал:

— Гы, опускайся и высаживай нас. Затем поднимайся и зависни здесь, пока не увидишь, что нас пора забрать.

— Согласен, нам надо действовать как можно быстрее. Пока темно, мы имеем преимущество.

Гы остановил снижение в полутора метрах от земли. Стараясь как можно меньше шуметь, друзья выпрыгнули из машины. Универсал тот час же растворился в темноте.

Анд и Гы пригнулись к земле и огляделись. Как и предполагал Гы, мерцанье шло от наклонной плиты, которая отражала свет костра. Сам костёр находился под обширным навесом. Из обломков плит и деревянных щитов была создана искусственная пещера. Вокруг костра кипела жизнь. Над костром висел большой котёл, из него шёл пар. Но кроме котла, на камнях и на ветках располагалась посуда меньших размеров. Всё это кипело, жарилось, скворчало. По округе распространялся аппетитный запах уже готовых блюд. Вокруг костра суетилось множество элтов. Они находились в весёлом расположении духа. Без умолка переговариваясь, они что-то помешивая в кастрюльках, сковородках и прочей посуде. Большой котёл, казалось, кипел без надзора. Рин наклонился к самому уху Анда и сказал:

— Как же мы пройдём там? В свете костра нас легко заметят.

Анд ненадолго задумался, затем сказал:

— Нужно быстро подбежать к котлу и перевернуть его в костёр. Как только огонь погаснет, начнётся неразбериха. А мы, используя свое зрение, попытаемся найти Элил.

— Вода погасит огонь? — в голосе Рина звучало недоверие.

— Ещё как! Пошли. Скоро рассвет.

Друзья бросились к костру. Огонь слепил их глаза. Для ночного зрения он был слишком яркий, всё равно, что днём смотреть на солнце. Поэтому синты отводили глаза в сторону. Оказавшись у цели, Рин почувствовал жар от огня и остановился. Анду пришлось действовать самому. Подбежав к котлу, он ударил по нему ногой. Котёл перевернулся. Вокруг с шипением стали подниматься клубы пара. Как и предполагал Анд, началась суматоха. Женщины похватали детей и с визгом бросились врассыпную. Мужчины в свете мерцающих углей пытались организовать оборону. Они осторожно двинулись к входу в пещеру, желая не допустить врага внутрь. Защитников было немного. Очевидно, большая часть мужчин направилась в погоню за синтами. Никто не предполагал, что они сами явятся. Да ещё с агрессивными намерениями.

Рин успокоился. Костёр погас, и он стал прекрасно видеть. «Надо помочь Анду», — подумал Рин и направился в пещеру. Но случилось то, что и в первый раз — Рин опять испугался. Он подошёл к месту, где горел костёр, слишком близко. Пламя потухло, но жар был очень сильный. Рина охватила паника, он бросился в сторону. По пути он сбил с ног элта. Оба испугались и хотели как можно быстрее встать и освободиться друг от друга. На беду, над пепелищем взметнулся язык пламени. Элты, которые находились поблизости, увидели страшную картину. Здоровенный синт подмял под себя их товарища и бьёт его огромными кулачищами. Элты издали боевой клич и бросились на выручку. Анд оставшийся ни кем не замеченным, подбежал к костру и принялся заливать огонь из маленькой посуды. Вскоре ему это удалось. Наступила кромешная темнота. Анд, тяжело вздохнул и направился на помощь Рину. В этот момент что-то просвистело возле самого уха и больно ударило по плечу. Анд упал. Он быстро сообразил, что шуметь нельзя. Вокруг него сыпался град ударов. Сдерживая стоны и громкое дыхание, Анд метнулся в сторону. Над тем местом, где он только что лежал, стояли два элта и молотили длинными палками по земле. Естественно, они ничего не видели. Похоже, они заметили Анда, когда он тушил костёр. Когда последние языки пламени потухли, они стали ориентироваться на слух. Удар по плечу пришёлся вскользь, и вскоре онемение прошло. Плечо сильно болело, но рука хорошо слушалась. Элты тем временем устали махать палками. Тяжело дыша, они остановились передохнуть. Анд бросил камень в сторону от себя. Элты синхронно повернулись на звук. Анд подошёл к ним и одного за другим ударил кулаком в солнечное сплетение. Элты согнулись пополам. Анд добавил им ребром ладони в основание черепа. Они повалились на землю и больше не двигались. Анд подобрал палку и пошёл разыскивать Рина.

Рин стоял у стенки, распластавшись. Прямо перед ним извивалась куча мала не меньше чем из десятка элтов. Элты колотили друг друга кулаками и ногами. Потасовка сопровождалась криками и руганью.

Анд махнул рукой, привлекая внимание Рина. Тот не реагировал, стоял и по-прежнему пялился на кучу малу. Анду пришлось бросить в него камешек. Это вывело Рина из ступора. Он перевёл взгляд на Анда и несколько раз судорожно моргнул. В его взгляде появилась осмысленность. Наконец, он двинулся к Анду. Когда он подошёл к нему, то схватил друга за руку, припав губами к уху, яростно зашептал:

— Это так похоже на огонь! Такое же безумство, такая же энергия и не управляемая жажда разрушения. Если бы я…

— Рин, позже поговорим. Сейчас у нас мало времени.

Анд двинулся вглубь пещеры. Рину последовал за ним. Вскоре Анд остановился и сказал:

— Рин, иди осторожней. Ты производишь слишком много шума. По звуку нас могут вычислить.

Рин кивнул, и они двинулись дальше. Искусственная пещера была не очень большой. Но вся она делилась на отдельные закутки. Часто перегородки представляли собой занавесы из шкур. Пространства соединялись между собой длинным коридором. Таким образом, получился сложный лабиринт. Друзьям ничего не оставалось, как двигаться по этому лабиринту.

Повернув в очередной раз, они оказались в довольно большом помещении. Вдоль стен сидели элты. Женщины и дети. Дети жались к матерям. А те, как наседки цыплят, старались прикрыть их от опасности. Слепо тараща глаза в темноту, они пытались не производить звуков. Они не двигались, и поэтому это у них получалось. Очевидно, синты были услышаны. От стены отделилась фигура. Она сделала шаг вперёд, выставила перед собой нож и спросила:

— Кто здесь?

Это была Тэсси. Анд немного помедлил, затем сказал:

— Мы не причиним вам вреда. Мы пришли за Элил. Где она?

— Ты синт? Кто же она такая, что даже синты ходят за ней табунами! — она резко бросилась в сторону.

Друзья, не отставая, побежали за Тесси. Через несколько шагов друзья оказались у ниш, выдолбленных в стене. Там стояли деревянные клетки. Приглядевшись, Анд понял, что в клетках находятся козлята. В одной из клеток вместе с животными сидела Элил. Тэсси подбежала к этой клетке и начала наугад тыкать в неё ножом.

— Сдохни! Сдохни! — шипела он от ярости.

Анд бросился вперёд и сбил Тэсси с ног. Он подобрал нож и засунул его за пояс. Тэсси сжалась в комок и осталась лежать на земле. Друзья подошли к клетке и заглянули в неё сверху. Элил сидела, поджав колени к подбородку. Со всех сторон в поисках спасения от бушевавшей вокруг ярости к Элил жались козлята. Они дрожали всем телом и пытались как можно теснее прижаться к Элил. Она подняла глаза, когда услышала приближающиеся шаги, и спросила:

— Ребята, это вы?

— Это мы, — ответил Рин. — Сейчас мы тебя вытащим. — Он выломал из клетки несколько палок. Взяв Элил на руки, вынул её из клетки. Поставил её на землю и спросил:

— Как ты?

— Нормально. Я знала, что вы меня не бросите, — сказала она, поправляя прическу.

Со стороны входа послышались голоса. Затем на потолке появились блики огня. Элил нащупала в темноте руки синтов, пожала их и с улыбкой сказала:

— За клетками есть проход наружу. Возьмите с собой Тэсси. Если будет сопротивляться, можете не церемониться.

Анд пошёл первым. За ним Элил. Она ничего не видела в темноте и поэтому держалась за Анда. Рин замыкал шествие, он вёл под руку Тэсси. Тэсси не сопротивлялась. Понурив голову, она подчинялась всему, что требовал от неё Рин.

Узкий проход с каменистым полом плавно поднимался вверх. Поэтому двигались медленно. Шум сзади усилился. Появились блики от факелов. Похоже, элты справились с неразберихой и организовали преследование. Анд остановился, повернув голову, сказал через плечо:

— Впереди выход, но там какое-то движение. Подождите меня здесь, я пойду, проверю.

Анд осторожно двигался к выходу. Ночное зрение позволяло хорошо видеть неровности на полу и стенах. Анд двигался бесшумно. Вскоре показался выход. Облака поредели, и неяркий свет Ожерелья достиг поверхности планеты. Анд остановился, давая возможность зрению привыкнуть к новому освещению. Впереди послышались голоса:

— Вот опять! Слышал!

— Остынь, Мич. Никого там нет.

— Но я слышал, как скрипнул песок. Сюда кто-то идёт.

— Наверное, это крысы. Если бы Тэсси вздумала проверять посты, мы бы её издалека услышали. Она же пойдёт с факелом. Без света там можно шею свернуть.

Анд пулей вылетел из коридора, схватил палку и ударил элта в солнечное сплетение. Тот согнулся пополам, захрипел и упал. Второй элт, услышав стоны товарища, бросился в сторону. Анд побежал за ним. Сделав несколько шагов, элт присел. Анд не успел затормозить и перелетел через него. Больно ударился ушибленным плечом. Оказалось, что элт и не собирался убегать. Он решил до конца исполнить свой долг. Он поднял с земли какой-то продолговатый предмет и сильно дунул в него. Раздался звук, похожий на рёв слона. Боль в плече и ещё этот звук разозлили Анда. Он резко поднялся с земли и бросился к элту. Споткнулся, снова упал. Трубач протрубил ещё раз. Анд с силой выдернул предмет. Размахнулся и ударил им по голове элта. Сигнальное устройство брызнуло осколками. Элт упал на землю.

Анд вернулся к друзьям. Элил стояла у стенки. Она повернула голову на звук, когда услышала шаги Анда.

— Это я, всё в порядке, — сказал он.

— Анд, что это был за звук? — спросил Рин.

— Сигнальное устройство. Пойдёмте скорее, охранники переполошили всю округу.

Как только беглецы выбрались из подземелья, к ним сразу же опустился универсал.

— Хорошо, что подали звуковой сигнал. Я ждал вас на прежнем месте, — сказал Гы, когда беглецы разместились в машины.

Элил потрепала его по плечу и сказала:

— Гы, я рада тебя видеть. Ты хорошо освоился с универсалом, а теперь вези нас к месту, где мы остановились.

Когда Гы повёл универсал на посадку, уже рассвело. Вещи быстро собрали и сложили в багажное отделение.

Тэсси сидела на земле, опершись спиной о стену. Элил стояла рядом и молча смотрела на неё. Синты закончили погрузку, подошли к Элил и встали рядом. Как будто дождавшись их поддержки, эгреготесса сказала:

— Я здесь не официально. Иначе задушила бы тебя собственными руками. Но я не сделаю этого. Более того, я отпущу тебя. — Тэсси недоверчиво посмотрела на Элил. — Да, отпущу. И не стану никому говорить о тебе и твоих дезертирах. Но при одном условии, — Элил присела на корточки. — Я хочу знать. Почему вы здесь?

Тэсси медленно встала. Отряхнула одежду. Собрала волосы на затылке в тугой узел. Достала из кармана синюю ленту, связала ею волосы и сказала:

— Я принимаю твое условие, эгреготесса. Но ты будешь разочарована. Мы получим от этой сделки больше, чем ты. На самом деле всё очень просто. Мы здесь потому, что нам надоело жить как прежде. Нам надоело жить как муравьи в муравейнике. Жить в бетонных клетках. Любить друг друга по команде. Отдавать своих детей на воспитание другим. Мы хотим жить. Просто жить! — Тесси опустила голову, она тяжело дышала. Восстановив дыхание, она продолжила. — У меня нет больше сил использовать энергию, которой элты лечили друг друга, лечили животных, выращивали сады, для убийства! Понимаешь ты это, эгреготесса? — Последние слова Тэсси прокричала.

Элил долго молчала, затем сказала:

— Ты знаешь правила. В молодости мы работаем на благо нашего народа. В зрелые годы живём в свое удовольствие, так как привыкли элты. Если мы не будем этого делать, много элтов погибнет.

— Знаю, — Тэсси опустила голову и произносила слова почти шепотом. — Но так жить больше нельзя. Половины элтов здесь из других городов. Они пришли сюда, как только узнали, что город разрушен. Они, как и я, надеялись, что разрушенный город оставят в покое. Очевидно, они, ошибались.

Элил резко повернулась и пошла к универсалу. С силой захлопнула дверь. Дождавшись, когда синты займут места, резко стартовала вертикально вверх. Долгое время в салоне стояла тишина.

Тягостное молчание нарушил Рин, он прокашлялся и сказал:

— Элил, нам нужно…

— Я помню, что обещала ответить на ваши вопросы. Но теперь я передумала! Поверьте, у меня на это есть причины! — Элил кричала, её голос бил по ушам в замкнутом пространстве машины. — Никаких вопросов!

Рин немного помолчал. Подождал, пока Элил успокоится, затем снова заговорил:

— Я просто хотел сказать, что Анд и Гы ранены, им нужна помощь.

Элил затравлено оглянулась на друзей, глотая слёзы, она прошептала:

— Потерпите немного. Мы скоро прилетим.

7

Вскоре показался город. Элил направила универсал к голубой башне. Она мягко посадила машину на крышу. Анд сам вышел из салона. Он держал больную руку здоровой, но мог самостоятельно идти. Гы выглядел хуже. Его нога сильно распухла, это было видно даже через ткань комбинезона. Рину пришлось тащить его на себе.

Друзья следовали за Элил. Она обошла вокруг своего жилища. В боковой стене постройки находилась неприметная дверь. Элил открыла её и вошла внутрь. Стонущие и сопящие синты вошли в дверь следом за ней. Они оказались в просторном помещении. Большое окно открывало прекрасный вид на город. Помещение было абсолютно пустым. Синты расположились прямо на полу, опершись спинами о стену. Элил подошла к окну и долго смотрела на город. Вид из окна успокоил Элил. Свежеокрашенные здания, плотный поток деревянных повозок, деловито спешащие элты. Вид из окна напоминал хорошо отлаженный, несокрушимый механизм. Кошмар прошлой ночи показался Элил чем-то далёким и не реальным. Приободренная Элил обратилась к синтам:

— Я выражаю вам благодарность. От своего имени и от имени города Љ8.

Заслышав официальные нотки в голосе Элил, Анд попытался встать. Но Элил, усмехнувшись, взмахом руки остановила его. Затем ещё раз посмотрела на друзей и на этот раз с улыбкой добавила:

— Сидите здесь, скоро вам помогут.

Элил ушла. Несмотря на раны, друзья стали потихоньку дремать — сказывалась бессонная ночь.

Вскоре дверь широко распахнулась и комнату заполонили синты. Они тащили кровати, столы, стулья и прочую утварь. Руководила всем этим Элил. Её звонкий голос, не умолкая, звенел, раздавая указания. Вскоре всё было расставлено, расстелено, привинчено. Когда волна синтов схлынула, друзья обнаружили себя лежащими на кроватях. Причём кровати стояли в уютной комнате. Здесь были занавески на окнах, половички на полу, шкафчики на стенах и прочие удобства.

Элил прошлась по комнате, осматриваясь. Перевернула вазу на тумбочке, оказалось, что она стояла вверх ногами.

— Между прочим, убранство класса люкс. Полагается только обитателям башен и пенсионерам. Надеюсь, когда вы сможете нормально соображать, то оцените это.

В дверь постучали.

— Войдите, — разрешила Элил.

Дверь открылась, в комнату вошёл элт в белом халате.

— Синты, это ваш доктор. Доктор, это ваши синты, — у Элил было хорошее настроение.

Доктора явно смущало присутствие Элил. Он достал из наплечной сумки белую шапочку и надел её на голову. На шапочке был нарисован кружок лимонного цвета. Доктор от волнения надел головной убор задом наперёд. Элил разразилась звонким смехом.

— Доктор, соберитесь, эти синты хорошо послужили элтам. Теперь они нуждаются в вашей помощи, — сказала Элил сквозь смех.

Доктор всё же справился с шапочкой. Из той же сумки он достал белые ленты и разложил их на тумбочке. Освободив с помощью острого ножа своих пациентов от одежды, он стал заматывать больные конечности белыми лентами. Бинты были чем-то пропитаны. По комнате распространился терпкий аромат. Анд втянул воздух носом и сказал:

— Какой странный запах. Он кажется одновременно знакомым и незнакомым. Я точно знаю, что раньше встречал этот запах, но где, не могу вспомнить. Что это?

— Лучше тебе этого и не вспоминать, — угрюмо буркнул элт.

Вскоре доктор закончил свою работу. Попрощавшись только с Элил, ушёл. Элил проводила доктора до двери, затем вернулась к синтам и сказала:

— С этого дня у вас другая работа. Вы будете считаться личными помощниками эгреготессы голубого сектора, то есть, моими, — Анд снова попытался встать. И снова Элил остановила его движением руки. — С Робусом я всё улажу. Теперь отдыхайте и лечитесь. — Элил повернулась и вышла, осторожно прикрыв за собой дверь.

Друзья, измотанные событиями последних дней, одновременно закрыли глаза и провалились в сон.

Рин, как не пострадавший, по мере сил ухаживал за друзьями. В его обязанности входила доставка пищи и воды. Он спускался по лестнице на первый этаж, чтобы взять всё необходимое у коменданта башни. Пища была обычная — овощи и фрукты. Спустившись первый раз за продуктами, Рин взял приготовленную для синтов корзину. Заглянув в неё, спросил у коменданта:

— А мяса нет?

— Не положено, — ответил комендант, ухмыльнувшись.

Ещё Рин пытался помогать доктору, когда тот перевязывал Анда и Гы. Но чтобы он ни сделал, доктор был недоволен. То табуретку не так поставил, то ленту не там отрезал. Поэтому Рин старался держаться подальше от ворчливого доктора.

Вскоре раненые пошли на поправку. Однажды доктор пришёл, осмотрел Анда и Гы и не стал накладывать повязки. Сказал, что больше его помощь не нужна. Посоветовал чаще выходить на свежий воздух.

Элил друзья почти не видели. Лишь однажды после событий в разрушенном городе, она проведала друзей. Как обычно, без стука, она вошла в комнату, с улыбкой оглядела синтов и сказала:

— Ну, что же, вижу, вы поправились. Это хорошо. Продолжайте набираться сил, скоро они вам понадобятся. Доктор сказал, что вам нужен свежий воздух. Так что больше гуляйте, но не завтра. Завтра я вам запрещаю выходить из этой комнаты.

Следующее утро выдалось мрачным. Небо заволокло тучами. Рин посмотрел в окно и сказал:

— Такую погоду мы уже видели. В тот день, когда познакомились с Элил.

Анд подошёл к двери и толкнул её, дверь легко открылась.

— Не заперто. Она нам доверяет, — сказал Анд.

Рин согласно кивнул и сказал:

— Сегодня опять что-то происходит. Но нам лучше послушаться Элил и не высовываться. Не хотелось бы с ней расставаться. Находясь при ней, мы сможем больше узнать, чем если бы остались работать в карьере.

Друзья сидели на подоконнике и смотрели на улицу. Но там ничего не было видно. Только ветер гонял по пустынным улицам опавшие листья.

— Если мы выйдем на крышу, то башня окажется в прямой видимости, — сказал Гы.

— Рин правильно сказал, нам лучше не высовываться, — ответил Анд. Гы промолчал. — Кстати, Рин, давно хотел тебя спросить, как ты узнал, что Тэсси врёт Элил.

— Очень просто. В моём обществе основная часть информации передается языком тела. В общении учувствует всё: туловище, руки, ноги и хвост, конечно. Речь мы используем только для того, чтобы подчеркнуть какие-то эмоции. А так же для ведения деловых переговоров. Поэтому элты показались мне бездушными куклами. Но со временем я научился читать язык их тела, — Рин помолчал, затем продолжил. — Когда Тэсси начала говорить, её поза выражала угрозу для Элил. Угрозу и страх.

— А другие элты, там в развалинах? Что ты можешь сказать о них, — спросил Гы.

— Ничего не могу сказать. Слишком быстро всё происходило. А какие выводы сделал ты?

— Город разрушен в результате нападения. Причём, судя по словам Тэсси, кто-то ответил на агрессию элтов. Но что это может быть за оружие в условиях Мегаклона, сказать трудно. Анд утверждает, что этот город похож на военный лагерь. Я с ним согласен. Но мы до сих пор не видели никакого оружия. В городе я даже арбалетов не встречал. Из этого могу сделать вывод, что оружие находится в башне или она сама является оружием. С большой долей вероятности могу предположить, что изменения погоды, такие как сейчас, связаны с активностью башни.

Во второй половине дня ветер утих. На улицах стали появляться прохожие. Они вяло двигались по тротуарам и старались не глядеть друг другу в глаза. Разговор у друзей больше не клеился. Вечером они похрустели свежими фруктами и легли спать.

Рано утром, когда синты ещё спали, в комнату влетел ураган. Ураган звали Элил. Он вышиб дверь, носился по комнате в облаке синих лент. Стягивал с синтов одеяла, швырял им одежду, отвешивал пинки и подзатыльники. Под действием стихии синты быстро оделись, очень быстро оделись. Поплескали в сонные физиономии водой. Затем ураган увлёк их в комнату Элил. Там синты оказалась уже на знакомом низком диванчике. Элил расставила перед друзьями тарелки, затем принесла глиняный горшок и стала разливать по тарелкам дымящееся варево.

— Мясо! — воскликнул Рин.

— Ты прав, это мясной отвар. На дне тарелки найдёте немного мяса.

— Похоже, денёк будет напряженным, — сказал Анд.

— Сегодня у нас всех будет трудный день, — ответила Элил. — Надеюсь, мы справимся. К тому же, мы выступаем в составе больших сил.

Синты быстро расправились с завтраком. Элил их не торопила, но они сами понимали, что лучше поспешить. Рин облизал тарелку и с надеждой посмотрел на Элил.

— На добавку не надейтесь. В тарелках ровно столько мяса, сколько вам нужно. — Строго сказала Элил.

Элил юркнула за руль универсала. Друзья пытались не задерживаться, но захлопывать дверки им пришлось уже в воздухе. Элил спешила. Когда машина покинула пределы города, она повела её на посадку. Универсал приземлился на дорогу и покатил прочь от города. Не смотря на то, что они ехали, а не летели, скорость передвижения не на много замедлилась. Элил вела машину остро. Она обгоняла шестиколёсные повозки, набитые солдатами, нимало не заботясь о встречном движении. Некоторым приходилось съезжать на обочину, чтобы избежать столкновения. Синты видели, как из некоторых повозок на землю вываливались рулевые. Им не за что было держаться, кроме штурвала. При повороте, элты по инерции следовали за штурвалом и кубарем вылетели из повозок. Кроме штурвальных, другие элты с восторгом встречали ярко-синий универсал. Не смотря на задержку в пути, они махали руками и что-то кричали вслед. Элил не обращала ни на кого внимания и продолжала нестись вперёд, оставляя за собой столбы пыли.

— Мне плохо, — прохрипел Рин. — Меня выворачивает наизнанку.

— Закрой глаза и подтяни колени к подбородку. Попробуй только загадить салон — высажу! В город пойдёшь пешком! — ответила Элил.

Рин продолжил мучиться молча. Тем временем они добрались до шлюза. Элил объехала череду повозок и вкатилась внутрь. Для важных персон внутри каменного помещения предназначалась отдельная зона. У правой стены находилась ровная площадка, огороженная толстым канатом. Элил остановила там машину и велела синтам выйти наружу.

— Постройтесь в одну шеренгу, — сказала она.

Синты подчинились. Внутри шлюза царило оживление. Досматривалось сразу две повозки. Одна въезжала под купол, другая покидала его. Голоса слышались со всех сторон. В замкнутом пространстве пещеры они метались от одной стены к другой, словно испуганные птицы.

Вскоре к Элил подошла женщина. Она была одета в такой же, как у Элил наряд из лент, только белого цвета. Элил шагнула ей на встречу и сказала:

— Приветствую тебя, эгреготесса восточного шлюза. Я Элил, эгреготесса голубого сектора города Љ 8, по заданию совета направляюсь в рейд с ударной эскадрой.

— Приветствую тебя, эгреготесса сектора. Мне доложили о тебе. Тебе следует поторопиться, эскадра скоро стартует. — Женщина в белом вплотную подошла к синтам и стала их рассматривать. Вблизи синты увидели, что женщина старше Элил, в уголках её глаз прятались мелкие морщины. Она тщательно рассматривала каждого синта, и под её взглядом друзьям было не по себе. Наконец, она снова повернулась к Элил и спросила у неё, указывая на Рина:

— А с этим что?

— Укачало. Когда доберемся до места, с ним всё будет в порядке.

— Ты доверяешь им?

— Да, вполне. У меня была возможность их проверить.

Эгреготесса в белом ещё раз окинула троицу взглядом и сказала Элил:

— Ну что же, желаю тебе удачи, эгреготесса сектора.

Элил кивнула в ответ и поспешила к универсалу. Синты не стали дожидаться команды, они быстро заняли свои места в машине. Элил остановила универсал за повозкой, которая стояла перед воротами наружу. После утомительного ожидания плита со скрипом сдвинулась в сторону. Элил дождалась, когда она на половину уйдёт в стену и резко тронулась с места. Под весёлые крики солдат она обогнули повозку и выехали из шлюза. Миновав сторожевые башни, Элил увеличила скорость, мучения Рина продолжились.

Вокруг расстилалась безжизненная равнина. Вскоре, на радость Рина, на горизонте показался форт. Тот самый, в котором синтам предложили работу землекопов. Рин приободрился и сказал:

— До купола мы ехали почти сутки. А назад домчались меньше чем за час.

В сам форт они не заезжали. Эскадра стояла снаружи. Элил подвела универсал к флагману и по деревянному трапу заехала внутрь. Флагман представлял собой хаотичное переплетение деревянных брусков и канатов, которое покоилось на трёх огромных камнях, стоявших в углах равнобедренного треугольника. Элил проехала по просторному трюму и остановила машину у дальней стены. Трап сразу же стал подниматься и закрывать проём, через который въехал универсал. Полной темноты не наступило. Свет просачивался через многочисленные щели. Элил и синты добрались до узкой винтовой лестницы. Поднявшись наверх, они оказались на просторной квадратной палубе.

— Перейдите на левый борт. Ждите там и старайтесь не путаться под ногами у команды. Когда вы потребуетесь, я вас найду. — Элил резко повернулась, взметнув фонтан синих лент, и стремительно зашагала к большому строению в центре палубы.

Синты сделали, как сказала Элил. Перешли через палубу, заваленную канатами и досками, и расположились у самого борта. Вдоль борта тянулась стена из нескольких слоёв досок, доходившая синтам до груди. Вскоре флагман задрожал и отрывался от земли. Подъём сопровождался истошным скрипом досок и треском канатов. Каждая дощечка, каждая нитка канатов выражала свой протест, считая нагрузку слишком большой. Синтам показалось, что судно просто развалится, но вскоре вес распределился по несущим конструкциям, и наступила тишина. Флагман продолжал подниматься. Вслед за ним начала подъём эскадра. Остальные суда эскадры выглядели примерно так же, как и флагман — такое же нагромождение досок и канатов, только немного меньшего размера. Впрочем, сверху стало видно, что форма палуб у всех судов разная. Здесь были и треугольники, и овалы, и даже один круг.

Друзья стояли, облокотившись о фальшборт, и любовались фортом. С высоты он казался не больше блюдца. Анд повернулся к Гы:

— Гы, за счёт чего эта куча хлама поднимается в воздух?

— Не могу сказать. В базах данных моллюсков нет описания принципов этой подъёмной силы. Как и описания принципов движения деревянных повозок элтов. Очевидно, моллюски считают их настолько простыми, что не видят необходимости в записях. Могу лишь предположить, что подъёмную силу каким-то образом создают камни. Вспомните «Соблаговоление» — это был один сплошной кусок камня.

— Так, так, так. И что я вижу. Когда команда тратит последние силы на подъём, трое верзил любуются пейзажем и ведут светские беседы. — Синты обернулись на голос. Перед ними стоял элт. Судя по синей фуражке, офицер. Элт стоял, уперев руки в бока. Он старался смотреть на синтов свысока. Это ему плохо удавалось, так как синты были выше его ростом.

— Мы личные помощники эгреготессы голубого сектора Элил. Здесь мы выполняем её распоряжение, — ответил за всех Рин.

Элт опешил от уверенного тона Рина, но переспросил:

— И какое же это распоряжение?

— Находится здесь и не отвечать ни на какие вопросы, — невозмутимо ответил Рин.

Элт покраснел, насупился, но всё же сменил тон разговора на более миролюбивый:

— Нам, в самом деле, не хватает рабочих рук. Помогите, а? Вам не придётся далеко уходить от этого места. Если ваша эгреготесса появится, вы её сразу увидите.

— А что нужно делать? — спросил Рин.

— Да ничего сложного. Нужно очистить палубу от лишних досок и канатов. «Забияке» в прошлом рейде сильно досталось. Мы не успели с ремонтом, заканчивать будем на ходу. Вот до палубы совсем руки не дошли, а порядок навести нужно срочно. Вдруг опять заваруха, а по палубе пройти невозможно. Как на помойке, — элт обвёл рукой палубу.

Друзья осмотрелись вокруг. Некоторые доски палубы действительно были светлее других. Синты переглянулись, и опять за всех ответил Рин:

— Ладно, поможем. А с кем была заваруха?

— На это ответить я вам не могу, военная тайна, — элт немного помолчал. Затем, изменив тему разговора, продолжил. — А за помощь большое спасибо. Я в долгу не останусь. Я матрос третьей статьи, Дарт.

Друзья представились и пошли за Дартом. Они собирали доски и канаты. Под руководством Дарта, тащили их либо в небольшие надстройки на палубе, либо складывали их у люков. Снизу периодически появлялись элты и забирали нужные им материалы. Судя по звукам, работа под палубой кипела. Оттуда доносились звуки всех мыслимых плотницких инструментов. Дарт вместе с синтами таскал тяжести. За работой он охотно разговаривал с синтами обо всём, что не касалось военной тайны. К середине дня все устали. Дарт нырнул в один из люков, но вскоре появился с двумя объёмными сетками. В каждой стояло по нескольку горшочков. Дарт принялся расставлять горшочки прямо на палубе, затем, окинув синтов весёлым взглядом, сказал:

— На флоте паёк получше будет, — сказал он самодовольно.

Рин позаглядывал в посудины и спросил:

— Обычная пища. А мяса нет?

Дарт подавился и стал кашлять. Анду пришлось стучать ему по спине.

— Хватит! Хватит, я в порядке, — Дарт пытался увернуться от трёхпалой ладони Анда. — Мясо нам выдают только по праздникам. А вам что, часто приходилось кушать мясо?

— Не часто, но приходилось, — ответил Рин.

Обед прошёл в молчании. После трапезы немного передохнули и вновь занялись палубой. С работой покончили затемно. Дарт вновь принёс сетки с горшочками. После ужина Дарт пожелал всем спокойной ночи и ушёл. Синты расположились на ночлег в одной из надстроек. В качестве пастелей они использовали бухты канатов, сделав из них что-то наподобие гнёзд. Усталые, они быстро уснули.

Проснулись синты рано. Солнце ещё не оторвалось от линии горизонта, но дальше спать не давал свежий ветер. «Забияка» скрипел каждой доской, почти так же сильно, как при подъёме. В многочисленных щелях надстройки свистел ветер. Синты, ёжась, вышли на палубу. Вокруг судна висел густой туман. Земли видно не было. Казалось, «Забияка» попал в облако и теперь никак не мог выбраться из него.

Дарт не появлялся, а голод уже давал о себе знать. Синты решили спуститься с палубы. Несмотря на ранний час под палубой работа кипела. Тусклые светильники давали мало света, но никто не жаловался. Друзья по запаху нашли камбуз. Хмурый кок сидел на табуретке посередине своих владений и огромным тесаком счищал кожуру с морщинистых клубней. Кок был крупного телосложения. Рин подумал, что первый раз видит толстого элта. Рин прокашлялся, только тогда кок поднял голову. Он осмотрел незваных гостей и кивнул в сторону закопчённого очага.

Друзья взяли по большому листу, наложили на них уже привычную размазню, устроились на лавке и приступили к трапезе. Размазня уже остыла и покрылась коркой. Тем не менее, съели всё. Напоследок похрустели листами, заменяющими тарелки, попили воды из бочки и направились к выходу.

— Я не понял! Вы куда? — искреннее изумление округлило черты лица хмурого кока.

Кок встал с табуретки, вытер тесак о фартук и двинулся на друзей. Он подошёл к ним вплотную. Выставив вперёд челюсть, он поводил из стороны в сторону тесаком. Свет от светильников, отраженный от лезвия, зловеще посвёркивал. Кок повторил вопрос:

— Так вы куда собрались?

— Мы личные помощники эгреготессы Элил. Мы идём выполнять её задание, — Рин решил применить уже опробованную тактику.

Элт хмыкнул. Произведенный им звук больше походил на хрюканье. Он отвёл взгляд в сторону и резко ударил Рина рукояткой тесака в живот. Рин согнулся пополам. Анд хотел помочь ему, но получил такой же резкий удар в живот кулаком. В тот же миг кок отшвырнул обоих друзей от выхода. Посмотрел на оцепеневшего от страха Гы злобным взглядом и произнёс:

— Флотский закон обязателен для всех! Что мне эгреготесса!? Да хоть сам адмирал. Если ты последний на камбузе, ты обязан остаться и помочь! — голос кока гремел как набат. Каждая плошка дрожала на своей полке. — Вы что, не знаете об этом?

Синты дружно замотали головами. Кок сел на табуретку, поставил ноги на перекладины и продолжил:

— Понаберут всяких. Да кок главный человек на судне. Да что там, на судне, на всём флоте.

Синтам пришлось остаться. Они чистили, драили, скребли. Кок восседал на табурете и ни на минуту не умолкал. Его указательные пальцы двигались так быстро, что в какой-то момент кок напомнил Анду многорукого индийского бога. Через равные и дольно короткие промежутки времени голос кока звучал особенно громко: «Понаберут всяких». Так он выражал особенное неудовольствие тем, что делали синты.

— Если хотите знать, то кок — это единственный хранитель традиций на флоте. И если бы не мы, флот превратился бы неизвестно во что…, - красноречия коку добавляло содержимое большой глиняной кружки, которая появилась неизвестно откуда. Кок часто отхлебывал из неё. Иногда он забывался и начинал махать кружкой, на пол летели красные капли. К обеду работа была закончена. Деревянные поверхности очищены и сверкали первозданной белизной.

Вскоре появились первые матросы. Всегда весёлые, переступив порог камбуза, они замолкали. Украдкой бросали боязливые взгляды на кока и сочувственные на синтов. Синты пообедали в общей толкотне. Захватив с собой фруктов и воды на ужин, незаметно прошмыгнули в свою надстройку на палубе. Вокруг судна по-прежнему висел густой туман. Остаток дня синты провели, не показываясь на палубе. Быстро стемнело. Они лежали в гнездах из канатов и хрустели фруктами. На полу стоял глиняный светильник, он чадил коротким фитильком. По большому счёту, светильник освещал сам себя, но всё же он создавал определенный уют и был центром внимания маленькой компании.

— Огонь — это здорово. Можно часами вот так сидеть и смотреть на него, — сказал Рин мечтательным голосом. — Слушай Анд, помоги мне с огнём. Я хочу научиться зажигать его и поддерживать.

— Ну, если ты не будешь бояться и прятаться куда-нибудь с головой, то научу.

— Сейчас огонь совсем маленький, он не кажется опасным. Наоборот, он внушает доверие и покой.

Анд встал со своего гнезда, подойдя к огню, опустил в его пламя щепочку. Она сразу же загорелась.

— Как живое существо! Перешёл туда, где есть пища! — воскликнул Рин.

— Кроме пищи ему нужен кислород, — сказал Анд.

— Я же говорю, как живое существо!

Затем Анд достал спички, которые он вместе со светильником стащил на камбузе. Когда Анд показал, как пользоваться спичками, это вызвало у Рина новый приступ восторга. Но эксперименты со спичками пришлось прекратить, их было очень мало. Вскоре дверь распахнулась. В помещение ворвался Дарт. Он плюнул на пальцы и затушил огонь. Затем возмущенно зашипел:

— Вы что, смерти моей хотите!? Мы же в рейде! С наступлением темноты на судах действует режим светомаскировки. А вы тут целый костёр запалили. Да сейчас даже пукать громко нельзя! Смотрите у меня, — Дарт потряс в воздухе грязным кулаком и ушёл.

Анд уже засыпал, когда послышался голос Гы:

— Скажи Анд, когда кок ударил тебя, тебе было больно?

— Конечно, мне было больно! Когда бьют, всегда больно! Почему ты спрашиваешь?

— Я не могу понять, почему разумные существа причиняют друг другу боль? Тот, кто бьёт, понимает, что испытывает другой. Потому что он такой же организм, с таким же набором нервной ткани. В распоряжении разума столько способов коммуникации, что без труда можно было бы донести до оппонента свою точку зрения.

— Кок просто тупая скотина! Ему нравится бить других. Он получает от этого удовольствие, — вскрикнул Анд.

К разговору решил присоединиться Рин, он опёрся на локоть и сказал:

— Это только часть правды. Кок считает себя другим. Он считает себя высшим существом. И поэтому имеет право поступать с другими грубо.

— Я и говорю, скотина.

— Но почему он считает себя другим? Что в нём особенного?

— Вероятнее всего, потому, что он больше других знает о традициях флота. Помните, он говорил, что на нём весь флот держится.

— То есть, если какой-то индивидуум захочет возвыситься над другими, ему не обязательно обладать какими-то врожденными талантами или развивать силу или ум. Нужно просто сказать другим: «Я лучше вас», и если кто-то не согласится с этим, нужно сделать ему больно. А если не поможет и это, то убить его. Получается, что для доминирования необходимы самомнение и сила. Правильно?

В помещении надолго повисла тишина. Затем Анд сказал:

— У меня дома, в общем, так и происходит. То, что ты называешь самомнением, маскируется разными словами. Борьба за свободу, за демократию, за равенство, за жизненное пространство. Никто не хочет выглядеть скотиной, вот и придумывают благовидные предлоги. Но побеждает всегда тот, кто сильней. Ну, почти всегда.

— Это мне понятно. Я столетиями наблюдал за теми, кто создал меня. Я с тобой согласен, Анд. Одно дело, когда ты висишь на высокой орбите и наблюдаешь, а события разворачиваются далеко от тебя. И совсем другое дело, когда ты участвуешь в этих событиях. Когда от удара упал ты, затем Рин, я понял, что следующий буду я. Я получил большой поток информации, в основном от тела синта. Но ещё была информация из моей памяти, информация о боли, с которой я уже познакомился. Информации было много, и периферия отказалась подчиняться. Я снова стал просто наблюдателем, как большую часть своего существования. Поток неформатной информации не ослабевал. Но мне не хотелось возвращаться на электронные носители.

Анд расхохотался и долго не мог остановиться. Когда он смог говорить, то произнёс:

— Гы, дружище. Неформатный поток информации — это страх. Испугался! Наделал в штаны! Сел на измену! Не знаю, хорошо это или плохо. Гы, ты испытываешь эмоции. Ты становишься живым.

— Я тоже так думаю, — сказал Рин.

— Я не против стать живым. Но мне неприятно испытывать страх. Что приятно, а что нет, я различаю.

— Как не крути, страх — самая сильная эмоция. Не удивительно, что твои ощущения начали просыпаться именно из-за страха. Страх не только сильная и, как ты выразился, не приятная эмоция, но и ещё очень полезная эмоция. Потому что страх, позволяет выжить, — сказал Рин.

— Пока мне знакомы только боль и страх. Боль — это реакция синта на внешний раздражитель. Это мне понятно. Я понимаю, почему боль не должна быть приятной. От неприятностей разум стремиться быстрее избавится, чтобы тело меньше страдало. Но почему страх тоже должен быть неприятным?

В надстройке опять повисла тишина. Потом заговорил Анд:

— Наверное, точно так же, как и боль, страх плохо действует на тело. И тело стремится быстрее избавиться от него и подгоняет разум. Во время стресса тело вырабатывает адреналин и другие гормоны. Это увеличивает реакцию и силу, что должно помочь быстрее избавиться от источника опасности. Может быть, в это время тело работает с перегрузками и поэтому стремиться избавиться от этого.

— Звучит логично, — сказал Гы.

Разговор стих, когда небо уже стало сереть, а Ожерелье из яркого материального объекта превратилось в череду призрачных пятен. Поспать синтам удалось совсем немного. Дверь открылась, в неё задом вошёл Дарт:

— Просыпайтесь. У нас сегодня много работы. Я принёс вам завтрак. Это избавит вас от посещения камбуза, — Дарт доставал горшочки из сетки и расставлял их на полу. — Хотя, если кто соскучился по коку, то, пожалуйста, пусть идёт на камбуз.

Друзья хмуро поблагодарили Дарта и принялись за еду. Дарт не обманул, работы было действительно много. Из-под палубы подавали разобранные на части метательные орудия. Затем части складывали у бортов и приступали к их сборке. На каждый борт приходилось по восемь метателей. Когда орудия собрали, из-под палубы начали подавать снаряды к ним. С короткими перерывами на обед и ужин работа шла весь день. Только с заходом солнца синты добрались до своих гнёзд и повалились на них. Гы собирался продолжить вчерашний разговор, но его никто не поддержал.

8

Проснулись рано. Было ещё темно, но с палубы уже доносились голоса. Синты не рискнули выйти наружу и узнать в чём дело. Вскоре пришёл Дарт, принёс горшочки с едой. Пока синты ели, он объяснял:

— Подходим к опасной зоне. Как только рассветёт, эскадра перестроится. «Забияка» будет на самом верху, остальные суда займут места ниже и чуть сзади. На флоте такое построение называется лесенка. Это даёт возможность прикрывать судам друг друга сверху и снизу, — Дарт вздохнул и продолжил. — А раз лесенка, значит, жди горилоидов. Как мы не пытались, а незаметно к ним не подберёшься. Наш «Забияка» будет в центре атаки. Планеры не очень хорошо маневрируют, а мы окажемся прямо у них на пути. Так что, другую цель они искать не станут. Все гостинцы достанутся нам.

На палубе царило оживление. Элты деловито сновали в разные стороны. Но вскоре последние приготовления были закончены. Наступила тишина. Метатели приготовили к бою. Вдоль бортов, в плетёных доспехах и круглых касках, выстроились стрелки.

— Вон там, чуть ближе к корме, — Дарт показал рукой, — три бочки с водой. Вам лучше укрыться там. Если увидите, что-то горит, хватайте вёдра и заливайте. Опять же, люк рядом, если что, ныряйте туда. Но внизу лучше не будет. Ну, я пошёл. Удачи вам. — Дарт нахлобучил на голову каску и побежал к своему месту у борта.

Друзья спрятались за бочками и стали ждать. Время тянулось медленно. Ничего не происходило, в воздухе висело напряжение. Солнце стояло высоко, но видимость оставляла желать лучшего. Вокруг плавала легкая дымка. Солнце поднялось ещё выше, потеплело. Туман не рассеялся, стало душно.

— Внимание, цель! Справа по борту! — крик раздался с крыши рубки.

Элты с левого борта перебежали на правый. Остались только те, кто обслуживал метатели. Справа приближались две линии планеров.

— Заряжай! На дальнюю дистанцию! — скомандовал тот же голос с рубки.

Обслуга метателей забегала вокруг машин. Элты развязывали холщёвые мешки с камнями. И высыпали их в ковши метелей.

Планеры приближались. В их построении ничего не изменилось. Когда на планерах уже можно было рассмотреть диски пропеллеров, послышался вой.

— Давай! — голос с рубки был усилен рупором.

Элты одновременно вышибли палками крепёжные сошки. Рычаги метателей описали дуги, одновременно ударились об упоры и освободились от снарядов. Через минуту в цепи планеров появились разрывы. Метатели тут же стали перезаряжать. «Забияка» сделал поворот на девяносто градусов вокруг своей оси и выстрелил с другого борта. Второй залп оказался менее результативным. Сказалась спешка при наведении. Все же несколько планеров развалились в воздухе. Превратившись в обломки, они полетели вниз. Планеры приблизились, и вой синтов стал оглушительным. Пришёл черёд стрелять планерам. Стало заметно, что построение больше никто не соблюдает. Уцелевшие планеры собрались в бесформенное облако, заботясь лишь о том, чтобы не столкнуться друг с другом. Пилоты открыли стрельбу. Большинство стрел взорвались, ударившись о борт. Но некоторые попали в фальшборт. Элты потеряли несколько стрелков ранеными и убитыми. Ни один метатель не пострадал. Несколько снарядов попали в рубку и палубу. Палуба загорелась, тушить её было не кому. Тем временем планеры приблизились на расстояние выстрела арбалета. Элты выстрелили, но без видимых результатов. Первая волна планеров, вопя, пронеслась над «Забиякой». Один планер врезался в рубку, но скорее всего это была ошибка пилота, а не намеренный таран. Раздался треск разрушаемой машины, и обломки упали на палубу. Жгут, приводящий в движение пропеллер, выскочил из-под обломков. Извиваясь, он запрыгал по палубе.

Метатели левого борта выстрелили вдогонку. Не меньше десятка машин рассыпались в воздухе и полетели вниз.

— Внимание, новая цель. Это что-то новое, сбить любой ценой!

Перед вторым эшелоном планеров двигались три точки. Через мгновение стало понятно, что это самолеты горилоидов. Они на длинных тросах тащили за собой планеры. Планеры выглядели гораздо крупнее тех, которыми управляла синты. Аэропланы отцепили тросы и резко набрали высоту. Сделали разворот по широкой дуге, ревя моторами, стали пикировать на «Забияку». Опустившись ниже, самолеты открыли огонь из пулемётов. В первый же заход они уничтожили все метатели. Хлесткие очереди искрошили дерево в опилки. Доспехи элтов не представляли для пуль серьёзного препятствия. Один за другим элты падали изрешечёнными. Укрыться от смертельного огня элтам было абсолютно негде. Палуба покрылась кровью. Некоторые пытались спрятаться в надстройках, но со второго захода пулемёты превратили строения в опилки вместе со всеми, кто там находился. Когда первый аэроплан пошёл в пике, Анд крикнул:

— Быстро за бочки!

Бочки с водой представляли собой неплохую защиту. «Жаль, что их только три» — подумал Анд. Первая атака прошла, и друзья поняли, что ещё живы.

— Гы, ты как? — спросил Анд.

— Без повреждений. Но эмоция страх ограничивает мои движения. Мне не понятно…

— Я понял тебя. Борись, Гы. Рин, а ты?

Рин лежал неподвижно. Крупная дрожь сотрясала всё его тело. Анд перевернул его на спину. Рин бессмысленно таращился в небо. Его челюсть ходила ходуном. Анд ударил Рина по щеке. Дрожь прекратилась, но больше ничего не изменилось.

— Видимых повреждений нет, — сказал Гы.

— Похоже, что так. Просто эмоция страх, — ответил Анд.

Сверху послышался рёв моторов. Горилоиды начали новую атаку.

— Нам надо перебраться за другую бочку. Так, чтобы она была между нами и самолётами. Помоги мне перетащить Рина, — сказал Анд.

Два первых самолёта пролетели, круша надстройки. Третий смёл элтов с крыши рубки и дал очередь по бочкам. Пули не смогли пробить их насквозь. Но в бочках появилось с десяток отверстий, чрез которые струйками полилась вода. Вода залила палубу вокруг бочек. Синты промокли. Вода привела в чувство Рина, он сел.

Анд выглянул из-за бочек. Аэропланы кружили высоко в небе. Большие планеры были совсем рядом с «Забиякой». Анд внимательно разглядывал машины. «Они гораздо крупнее обычных планеров. В чём же смысл?» — думал Анд. Наконец до него дошло.

— Быстро за мной! — крикнул он друзьям.

Анд побежал к рубке. Гы и Рин следовали за ним. Палуба горела в нескольких местах. Кроме этого, дым струился из щелей в палубе и застилал всё вокруг. Спотыкаясь о трупы и обломки, друзья добрались до рубки. Анд стал расшвыривать обломки планера.

— Что ты ищешь? — спросил Рин.

Анд вытащил из-под обломков тело пилота. Секунду он разглядывал его. Затем опустил руки ему на грудь прямо в жёлтое месиво. Тщательно измазал руки. Подошёл к Рину и стал вытирать руки об его голову. Рин отшатнулся от него. Анд пояснил:

— На больших планерах находится десант. Горилоиды собираются высадиться здесь. Мы можем претвориться мертвыми. Я считаю, это нам поможет.

Оглядев Рина, Анд сам приступил к маскировке. Гы, молча, последовал его примеру. На палубу набежала огромная тень. Затем послышался звук удара, «Забияка» качнулся.

— Ложитесь! И не двигайтесь! — крикнул Анд.

«Забияка» качнулся ещё дважды. Вооружённые револьверами и длинными ножами, из дыма появились три десятка горилоидов. Они быстро передвигались по палубе, добивая раненых. Один горилоид подошёл к синтам, бросил на них взгляд и удалился. Друзья облегченно вздохнули, когда горилоид ушёл. Десант быстро убедился, что на палубе только труппы. Горилоиды перенесли свое внимание на рубку. Они хотели проникнуть внутрь, но это им не удалось. Со всех сторон послышались воинственные крики элтов. Матросы выскакивали из всех люков. Дым мешал прицелиться из арбалетов. Противники вступили в рукопашный бой. Элты были вооружены деревянными дубинками. Горилоиды превосходили элтов физически, а также в военной подготовке. Тяжёлые длинные ножи горилоидов всё чаще находили своих жертв. В условиях ограниченной видимости горилоиды умело использовали огнестрельное оружие. Элты превосходили нападающих числом и яростно сражались. На одного горилоида набрасывалось по нескольку элтов. Они буквально висли на горилоидах, пытаясь их повалить. Тем не менее, численное превосходство элтов сводилось на нет.

Прямо перед синтами горилоид расшвырял защитников, наседавших на него. Выстрелил в одного прямо в упор, другого пронзил насквозь, третьего ударил рукоятью пистолета. В его плечо вонзилась арбалетная стрела. Горилоид тут же выстрелил и убил арбалетчика. Морщась от боли, он опустился на колени. Горилоид испуганно посмотрел вверх, и тут же упал ничком. Через мгновенье «Забияка» содрогнулся и подался куда-то в сторону. Над палубой пронеслась длинная жужжащая тень. «Второй эшелон» — подумал Анд. Через щели в палубе дым повалил с удвоенной силой.

— Синты, где вы!? — голос явно принадлежал Элил и звучал где-то поблизости.

— Вы слышали? — прошептал Анд.

Вновь загремели выстрелы, послышались крики. Битва продолжилась. Очевидно, элты вновь получили подкрепление из-под палубы.

— Анд! Рин! Гы! — на этот раз голос звучал совсем рядом.

Анд рискнул осторожно повернуть голову в сторону. Прямо над ним стояла Элил. Анд стал подниматься.

— Я здесь, — сказал он.

Элил смотрела на него. Её глаза, и так большие, стали просто огромными. Заикаясь, она спросила:

— Ты, ты в порядке?

— Да, в полном. Это маскировка, — пояснил Анд, указывая на перепачканную одежду.

— А где остальные?

Анд повернулся к обломкам и позвал:

— Вставайте, это Элил.

Обломки зашевелись, оттуда появились Рин и Гы.

— Мы в порядке, — сказал Рин.

— Хорошо. Теперь, держитесь ко мне как можно ближе. Мы спускаемся к универсалу. Похоже, «Забияка» обречён.

Элил вынула откуда-то из складок одежды небольшой жезл и двинулась к ближайшему люку. Видимость была нулевой. Всё вокруг застилал дым. Голоса, которые доносились из дыма, принадлежали горилоидам. Элил и синты шли медленно. Приходилось обходить очаги огня и погибших. Трупов было много, большинство принадлежали элтам.

Из люка шёл сильный поток воздуха и рассеивал дым. Вокруг люка стояли горилоиды и смотрели вниз. Очевидно, они собирались с силами, чтобы продолжить захват судна уже под палубой. Горилоид, который стоял лицом к Элил, заметил её. Он выхватил револьвер из кобуры и выстрелил. Элил ничего не делала, но шар на жезле сверкнул синим светом. Вокруг друзей появилась полупрозрачная сфера. В том месте, где пуля попала в оболочку, сфера вспыхнула яро-синим пятном. Пуля упала на палубу и откатилась в сторону. Элил вытянула руку с жезлом в сторону горилоидов. Сфера ринулась вперёд. Горилоиды как кегли разлетелись в разные стороны. Вокруг стояла тишине. Поэтому хруст костей звучал особенно зловеще. Элил опустила жезл вниз и синяя сфера исчезла. Больше препятствий на пути не было. Когда они спустились в люк, Элил спрятала жезл в складки одежды. Обхватив обеими руками столб, вокруг которого вилась лестница, она сказала:

— Держитесь, сейчас первый эшелон развернулся и готовится к атаке.

Синты ухватились за столб. Через мгновенье последовал удар. На это раз корпус «Забияки» ходил ходуном несколько минут. Повсюду слышался треск ломающегося дерева.

— Похоже, этот удар был самый сильный, — сказал Анд.

Элил вытряхнула мусор из прически и сказала:

— Удар был обычной силы. Дело в «Забияке». Он сильно повреждён. Крепления несущих балок ослабли, прочность корпуса уменьшилась, — Элил занялась своей одеждой. Привела в порядок ленты, уложив каждую на свое место. — Следующий удар «Забияка» не переживёт. Поспешим.

На нижней палубе дыма почти не было. Горели в основном борта. Огонь и дым поднимались наверх, оставляя среднюю часть не задымлённой. Опущенный трап соединял «Забияку» с другим судном. Элты покидали гибнущее судно. От экипажа осталась жалкая горстка. Почти каждый был ранен.

Элил подняла универсал на два метра от палубы и медленно полетела к проёму. Чуть не задевая головы элтов, машина вылетела наружу.

Рин тяжело вздохнул и сказал:

— Я подумал, что место в универсале найдется только для важных персон.

— Сейчас нет времени объяснять, но в этом рейде вы трое и есть самые важные персоны, — сказала Элил.

— Ничего себе, важные! Да мы тут вкалывали как проклятые. И на палубе и на кухне.

— На камбузе, — поправила Элил. — Я послала вам на помощь Дарта. — Элил чуть оживилась, отвлекшись от грустных мыслей. — В рейде каждый человек на счету, но мне пришлось одного оторвать от своих обязанностей, чтобы с вами ничего не случилось.

— Да, помощник хоть куда. Если хочешь знать, он нас заставлял работать.

Элил хохотнула:

— Ну, вы же не думали, что в рейде вы сможете бездельничать. В рейде каждый, находящийся на борту, должен использоваться максимально эффективно, — похоже, что Элил цитировала какую-то инструкцию. — В рейде каждый, кто… — Гы, быстро! Меняемся местами.

— Да быстрее ты! Увалень! — Элил пыталась пролезть под Гы.

Гы застрял. Он упёрся головой в потолок, а снизу ему мешали кресла. Элил всё же удалось пролезть под Гы, и он занял водительское место. Пока он менялся местами с Элил, универсал клюнул носом и стал падать. Гы быстро выровнял машину. Элил открыла маленький лючок на передней панели и стала там что-то искать.

— Поднимай универсал вверх. Барражируй над «Забиякой» метрах в ста, — сказала она, продолжая шарить в лючке.

Затем она вытащила из лючка какую-то штуку, похожую на рукоятку от мясорубки, вставила её в отверстие в стойке и крикнула Анду:

— Крути! Крути до упора!

Анд подчинился. После нескольких оборотов в потолке появилась щель. По мере того, как Анд крутил, щель увеличивалась. Через какое-то время универсал превратился в кабриолет. В салоне засвистел ветер. Гы поднялся на нужную высоту. «Забияка» представлял собой жалкое зрелище. Палуба в нескольких местах провалилась, и языки пламени вырвались наружу. Несколько горилоидов делали что-то у рубки. Впереди промелькнули вражеские аэропланы.

Элил встала ногами на сиденье. Она одной рукой держалась за верх лобового стекла, а другой сжимала жезл. Указав жезлом на аэропланы, она прокричала Гы:

— Заходи им в хвост и держись как можно ближе!

Гы увеличил скорость. Волосы Элил развевались на ветру, но она не стала укрываться в салоне. Вскоре показались аэропланы. Гы, прячась за столбами дыма, подобрался к ним вплотную. До вражеских машин оставалось не больше сотни метров. Элил вытянула руку с жезлом вперёд. Вдруг аэропланы один за другим спикировали вниз. Гы пришлось повторять манёвр. Элил крепче вцепилась в кузов, но не стала садиться. Ленты её платья взметнулись вверх. Они переплелись с волосами и вместе затрепетали на ветру, будто яростное чёрно-синее пламя. Анд с трудом отвел взгляд от стройных ног.

— О чем ты только думаешь! — в голосе Рина слышался упрёк.

Аэропланы пикировали на судно, которое проводило эвакуацию. На трапе находилось ещё много раненых. Первый самолёт открыл огонь. Это спутало планы Элил. Она изменила прицел. Шар на жезле взорвался синим светом. Полупрозрачная сфера отделилась от жезла и понеслась вслед за самолётами. В полете сфера стала вытягиваться. Анду показалось, что сфера принимает форму человека. Уже ясно различались голова, и руки с обрывками цепей на запястьях. Всё, что было ниже пояса, не проявилось в четкие очертания, а осталось размытым. «На джина похож» — подумал Анд. Обгоняя последний аэроплан, фантом повернул голову в его сторону и оскалился, но менять траекторию полета не стал. Догнав второй, он вытянул руку в сторону. От касания крыло самолёта рассыпалось в пыль. Самолёт закрутился вокруг своей оси и почти вертикально полетел вниз. Третий аэроплан фантом догнал точно по его курсу. Не снижая скорость, он набросился на хвост и в считанные секунды дошёл до пропеллера. По пути его следования самолёт превращался в пыль вместе с пилотом. При этом фантом сильно гримасничал и махал руками. Вскоре пыль рассеялась. От самолёта не осталось и следа. Оставшийся самолёт вышел из пике и резко стал набирать высоту. Фантом понёсся ему на перехват. Но преодолев лишь половину расстояния, растворился в воздухе.

Элил опустилась в кресло и тяжело вздохнула. Не поворачивая головы, она сказала:

— Анд, крути назад.

Анд не успел исполнить её поручение. «Забияка» стал разваливаться в воздухе. Середина палубы повалилась внутрь. По краям образовавшейся ямы, на всю её глубину, бушевал пожар. Через мгновение в это чудовищное жерло сползла рубка. Из строения выбежало несколько горилоидов. Они пытались удержаться на палубе, но участь их была предрешена. «Забияка» обрушился внутрь себя, в одно мгновенье он превратился в летящий к земле поток горящих обломков. На месте «Забияки» в воздухе остались висеть три каменные глыбы. Камни были обмотаны тлеющими канатами, в их петлях всё ещё торчали обломки деревянных балок. Элил показала рукой на одну из глыб.

— Гы! Туда! — скомандовала она.

Гы подвёл машину к указанному камню. Обломки балок торчали в разные стороны. На самом длинном обломке, замерла испуганная фигура. Элт обнял балку всеми конечностями и крепко прижимался к ней, как к самому дорогому существу. Балка с обломанного конца весело потрескивала от огня. Это походило на гигантскую сигарету, на которой по нелепой случайности оказалась букашка. Элт старательно изображал единое целое с балкой, но крушение судна ещё не закончилось. Балка накренилась, элт стал сползать в сторону огня. Он отчаянно пытался избежать встречи с огнём, угол наклона балки не позволял ему подняться выше. Он полз, но оставался на одном месте. Гы подвёл машину под погорельца, им оказался кок. Синтам пришлось силой размыкать его руки и ноги. Кок по своей воле не хотел расставаться с балкой.

— Ты почему не эвакуировался вместе со всеми? — спросила Элил.

— Согласно флотского устава я обязан потушить очаг, прежде чем покинуть судно.

— Судно горит. А он решил, что очаг представляет угрозу.

В голосе Элил слышался упрёк. Тон начальственной особы заставил кока отвлечься от своих переживаний. Он принялся наизусть цитировать параграфы флотского устава.

Эскадра разделилась на две части. Три судна поднялись на высоту, где раньше находился «Забияка» и заняли круговую оборону. Три других стали медленно снижаться. Элил догнала одно из снижающихся судов. Люк открылся, и универсал проскользнул внутрь. Элил вышла из универсала, пассажиры последовали за ней. В просторном трюме царил полумрак. Экипаж расположился вдоль бортов на многоярусных трапах. Матросы приникли к бойницам, сжимая в руках арбалеты. Они высматривали в небе врага. Элил свернула в сторону, отдернула занавес и вошла. Они оказались на камбузе. Навстречу Элил вышел местный кок. Он был такого же сложения, как и его собрат с «Забияки».

— Этот будет твоим помощником, — Элил указала на погорельца. — Синтов отмыть и накормить. К посадке они должны быть в полном порядке. Вопросы?

Кок осмотрел синтов и спросил:

— А что делать с их одеждой?

— Одежда им не понадобиться, — Элил повернулась и пошла к выходу. Уже взявшись за занавеску, она добавила. — Да, и выдай им паёк мяса.

— А почему это одежда нам не понадобится? — Рин озвучил общее недоумение.

— Разговорчики! Быстро раздевайтесь, — кок грохнул рукоятью ножа по столу.

Его помощник одобрительно хмыкнул. Синты быстро разделись. Бросили заскорузлые комбинезоны в ушат с водой. Кок проводил их за ширму, доходившую синтам до пояса. Поставил два ведра чуть тёплой воды и приступил к инструктажу:

— Воды больше не будет. Обходитесь этим количеством. Мочите дерюги и трите ими свои шкуры. Да, и следите за тем, чтобы не провалиться в сливное отверстие. До земли ещё далеко.

Кок, наконец, удалился и синты занялись мытьём. Сначала Рин и Анд помылись сами, затем помогли Гы. После нескольких попыток Гы заявил:

— Мне нужна помощь. В моей базе данных нет информации о том, как ухаживать за телом синта.

С помывкой было покончено. Кок всё же принес им куски мешковины. Синты, завязав их на поясе, вышли в большую комнату. Пока они мылись, их одежду выстирали. Теперь она висела под потолком. Синты взяли глиняные плошки и встали в очередь у раздачи. Кок одобрительно хмыкнул:

— Ну, кое-чему я вас научил.

— Да, сразу видно, что ими занимался профессионал. Я рад за вас, коллега, — сказал хозяин камбуза. — Ладно, кушайте. Надеюсь, вы оправдаете потраченное на вас мясо.

Синты с плошками расположились за столом. Они отошли подальше от элтов, которые продолжали нахваливать друг друга. В плошках вместе с вареными овощами плавало несколько кусочков мяса. Рин помешал почти прозрачный бульон и сказал:

— Мяса мало. Элил нам варила больше, — Рин попробовал горячий бульон и продолжил ворчать. — К тому же, у Элил пища получалась гораздо вкуснее. Анд, как так выходит, мясо одно и то же, а вкус разный?

— У меня дома приготовление пищи — целая наука, называется кулинария. Люди годами учатся готовить пищу.

— А в чём сложность?

— Сложность в том, что тот же кусок мяса можно приготовить по-разному. Можно сварить, — Анд кивнул в плошку. — Можно зажарить. Котлеты, тефтели, бефстроганов.

— И у всего этого разный вкус?

— Конечно.

— Анд, научи меня готовить, — в голосе Рина слышалась мольба.

— Я сам не очень много умею, но если появится возможность, кое-что покажу.

— Огонь — великая сила. И разум, который владеет огнём — великий разум, — сказал Рин.

С похлёбкой управились быстро. Синты приканчивали фрукты, когда появилась Элил.

К ней тут же подскочил хозяин камбуза:

— Госпожа эгреготесса, я всё сделал, как вы велели.

Кок повернулся в сторону синтов и гаркнул:

— Окончить приём пищи! Бегом ко мне! В шеренгу по одному стройся.

Синты быстро исполнили приказания. Элил критически осмотрела шеренгу и сказала коку:

— Тряпьё убрать. А так всё в порядке.

Кок неуловимым движением сорвал мешковину, и синты остались совсем голыми.

— Вот так самый раз, — сказала Элил, оглядев синтов. — Дай им по карпаджу и твоя миссия на этом будет завершена. Кок скрылся в недрах камбуза. Из-за переборки послышались глухие удары. Вскоре появился запыхавшейся кок. Он принёс с собой три крупных плода ярко-красного цвета. Синты знали, что плоды очень сладкие. Кок протёр их тряпкой и вручил синтам.

— Благодарю за службу, — Элил развернулась и пошла к выходу. Синты поспешили за ней.

— Посадка ещё не закончилась, но мы вылетим сейчас, — Элил говорила на ходу. — Для вас будет особенное задание. Надеюсь, вы меня не подведёте. Если вы не справитесь, весь рейд пойдёт насмарку. Гибель многих элтов окажется напрасной, — они сели в универсал. Элил мягко подняла машину и направилась к люку. — Так вот, наша эскадра отправилась в рейд за синтами. Это гуманоидные синты, такие как вы. Но эти синты принадлежат не нам. Здесь сфера влияния горилоидов. Мы должны захватить как можно больше их синтов. Через час после рассвета созревание синтов войдёт в завершающую стадию. Их мозг будет чист как лист бумаги. Кроме базовых рефлексов в их память ничего не закладывается. Созревшие синты стоят и таращатся по сторонам, до тех пор, пока за ними не придут. Как правило, синты в это время очень голодные. Вы должны будете с помощью карпаджа привлечь их внимание. В общем, сделать всё, чтобы они пошли за вами. Вы должны заманить их на судно через главный люк. Когда синты заполнят трюм, вы проскочите через малый люк. Он находится с противоположной стороны от главного. Затем судно начнет взлёт, а вы повторите этот фокус с другим судном. Затем ещё и ещё. Столько раз, сколько успеете до подхода горилоидов. — Элил немного помолчала, переводя дух. Глубоко вздохнула и продолжила. — Это то, что нужно сделать. Теперь то, что делать нельзя ни в коем случае. Нельзя пугать синтов. Необходимо исключить громкие крики и угрожающие жесты. Тем более, нельзя бить синтов. Если синты испугаются, то они впадут в ступор. И их никакими силами нельзя будет сдвинуть с места. В таком состоянии они могут пробыть несколько часов. На этом можно считать, что наш рейд провалился. Переноска синтов вручную на суда, займет слишком много времени.

Универсал мягко коснулся колёсами каменистого грунта. Ожерелье превратилось в призрачные полусферы у самого горизонта. Первые лучи солнца уже окрасили небо в алые тона. Элил и синты молча сидели в машине и смотрели на рассвет. Холодный порыв ветра ворвался в машину через открытую крышу. Элил вздрогнула, как бы очнувшись от сна:

— Ещё одно. Синты в этот период легко поддаются стадному инстинкту. Используйте это.

Элил вышла из машины. Синты выбрались вслед за ней. Элил подходила к каждому. Ненадолго брала за руку и смотрела в глаза, затем сказала:

— Ну, мои храбрые воины. Ваш час настал. Поле там! — Элил махнула рукой. Села в универсал. — Удачи вам. Сейчас я нужна эскадре. — Универсал рывком оторвался от земли и резко взлетел.

9

Синты стояли на том месте, где их оставила Элил. Подняв головы, они смотрели на удаляющийся универсал. Гы снял шнурок с компактификатором с шеи и привязал его к щиколотке. Очевидно, он опасался, что шнурок может помешать их заданию. Теперь никакие внешние атрибуты не могли указать на то, что друзья были разумны.

— Пойдемте, посмотрим на незагруженных синтов, — сказал Гы и пошёл в направлении, которое указала Элил.

Друзья преодолели небольшой пригорок. Перед ними открылся вид на обширную долину. Ровные ряды растений занимали низменность от края до края. Границы долины с трудом просматривались в предрассветных сумерках. Любоваться красотами друзьям не позволял свежий ветер. Без одежды было довольно холодно. Согреваясь ходьбой, друзья спустились вниз. Растения оказались высокими. Крупные зелёные листья образовывали крону на высоте около трёх метров.

Вдруг над долиной раздался глухой треск. Звук исходил от растений. Сверху посыпались листья, все разом. Несколько минут ничего не было видно из-за кружащих листьев. Деревья разом избавились от листвы. Теперь землю под ними покрывал мягкий зелёный ковёр. Деревья стояли абсолютно голыми. На каждом дереве находилось по три уплотнения, образованные переплетениями ветвей. В просветы между ветвями присматривалось что-то жёлтое.

Как только последний лист лёг на землю, деревья снова затрещали. Ветви с уплотнениями стали клониться к земле. Осторожно опустив свои плоды на землю, ветви расплетались и безвольно укладывались рядом. Довольно крупные плоды, формой напоминали дыню. Они недолго находились в покое. Одновременно, как и все предыдущие события, они начали раскрываться. Как кожура от банана, оболочка плода распадалась на четыре части и скручивалась в трубочки. Освободившись от кожуры, на мягких зелёных листьях, остались лежать синты. Они лежали в позе эмбриона. Колени поджаты к подбородку, руки обнимали колени. Кожа синтов влажно поблёскивала. Синты всё ещё соединялись с деревьями. Ветка, на которой висел плод, проходя сквозь кожуру, разделялась на два отростка. И эта рогатина соединялась с синтом чуть выше ягодиц. Метаморфозы продолжались. С чавкающим звуком ветки отсоединялись от синтов и падали на листья. Звук, с которым отсоединялись рогатины, повторился несколько сотен раз. Он нёсся со всех сторон.

Анд не удержался и поглядел на спину Рина. Две отметины, чуть темнее остальной кожи находились на своих местах. С лёгким потрескиванием деревья распрямились. Вскоре ветви поднялись с земли и заняли своё первоначальное положение наверху. Ряды между деревьями оказались заполненными синтами. На несколько минут наступила тишина. Но Анд чувствовал в воздухе напряжение. «Такое чувство, что находишься на какой-то гигантской фабрике» — подумал он. Напряжение в воздухе нарастало, и вскоре между ветвями вспыхнули молнии. Их становилось всё больше и больше. Молнии сверкали чаще и чаще. Энергии не хватало места в кронах. Она изливалась на тела внизу. Влажная кожа синтов отражала свет молний. Отдельные молнии не просто попадали в синтов, а буквально извивались на них, но видимых повреждений синты не получали. Сверкание молний пошло на убыль. Через минуту они исчезли так же неожиданно, как и появились.

Синты начали шевелиться и открывать глаза. Почти одновременно они сели. Ещё мгновение и они стали крутить головами, осматриваясь. На их губах играла легкая полуулыбка. Один за другим синты вставали. Встав, синты топтались на месте, смотрели по сторонам и что-то несвязно бормотали. Рин так же что — то пробормотал, отступил на шаг назад и спрятался за спиной Гы. Движение Рина привлекло внимание сразу нескольких синтов. Но Рин больше не двигался и синты отвернулись в другую сторону.

Гы сделал несколько шагов в сторону синтов и произнёс:

— Синты, слушайте меня. Я ваш друг, идите за мной. Я отведу вас туда, где тепло, где есть пища. — Гы осторожно поднял над головой карпадж.

Синты, все кто был в пределах видимости, обернулись к Гы. Бормотание стало громче, но синты остались на своих местах. Гы, неся в вытянутой руке плод, сделал несколько шагов назад, но безрезультатно. Напротив, внимание синтов рассеялось, многие отвернулись от Гы. Гы опустил руку, и в растерянности посмотрел на друзей:

— Что им ещё нужно?

— Попробую я, — сказал Анд и вышел вперёд. — Эй, вы, посмотрите на меня! — Синты разом повернулись к Анду. Наступила тишина.

— Анд, ты их пугаешь, — раздался шёпот Рина.

Анд пожал плечами. Медленно откусил смачный кусок от карпаджа. Шумно чавкая, стал жевать. Рубиновый сок тёк по подбородку, и стекал на грудь. Анд облизался и продолжил чавкать. Бормотание в рядах синтов обрело прежнюю силу. Вскоре появился новый звук. В утробах синтов стал раздаваться голодный рык. Вскоре рык окреп настолько, что кроме него ничего не было слышно.

— Они нас сожрут! — Рин стал пятиться назад.

Анд тем временем проглотил очередную порцию карпаджа. Ещё раз облизался, погладил живот и, растягивая гласные, простонал:

— Ка-а-айф!

Синты в переднем ряду услышали простое слово и подхватили его. «Каф! Каф! Каф!» — неслось со всех сторон. Синты вытянули руки вперёд и двинулись к Анду.

— Теперь ведём их за собой, — сказал Анд.

Друзья медленно выходили из долины. Синты шли неуклюже, но старались не отставать. Сначала в движение пришли шеренги, которые находились в непосредственной близости от друзей. Затем к ним присоединились дальние шеренги. Когда друзья остановились передохнуть на вершине холма, то увидели, что следом за ними движется огромный треугольник, состоящий из синтов. Треугольник был разделён на четкие ряды. Синты старались держаться в том ряду, в котором созрели. Многие держали друг друга за руки или за плечи. Синты двигались медленнее друзей, но без остановок. Анд поднял карпадж над головой и уже во всю силу закричал:

— Кайф!

Синты с новой силой загомонили «Каф! Каф!». Галдящий треугольник перехлестнул через холмы и устремился на плоскогорье. Гы тронул Анда за плечо и сказал:

— Судно находится несколько в стороне, нам необходимо скорректировать движение.

Анд обернулся и увидел, что одно из судов элтов уже стоит на земле. За ним, как будто гигантские ступени, одно чуть выше другого, висели другие суда эскадры. Друзья немного повернули в сторону таким образом, чтобы привести синтов прямо в распахнутый люк. Синты не возражали и послушно изменили направление движения вслед за поводырями. От ходьбы синты согрелись, настроение их явно улучшилось. Они выбрали какой-то, только одним им понятный ритм и теперь подчиняясь ему, во всё горло орали полюбившееся им «каф!». Физиономии их теперь просто сияли от счастья, они готовы были идти куда угодно.

Когда друзья вбежали по трапу на борт судна, их встречали. Капитан судна подошёл к каждому, и похлопав по плечу сказал:

— Молодцы, ребята. Сколько хожу в рейды за синтами, но такого никогда не видел. Чтобы вот так, за один раз вывести всю долину. Нет, такого не припомню! Элил будет довольна.

Друзья не отвечали. Им дали ковшик и всё их внимание было поглощено водой. Они жадно пили, передавая ковшик друг другу. В этот момент с плоскогорья донеслось чудовищное «Каф», судно содрогнулось, так что сверху посыпалась пыль.

— Ого! Чего это они? — спросил капитан.

— Жрать хотят, — ответил Анд.

— Ну, к этому мы готовы. Фруктов для этой оравы хватит до самого купола. Ну, ладно, ребята. Бегите дальше. В том конце трюма люк, вылезайте в него. И действуйте дальше. Мы постараемся как можно плотнее загрузить трюм, после этого сразу взлетаем.

На трапе уже гремели шаги синтов, и друзья побежали по трюму. Люк оказался совсем маленький. Очевидно, он предназначался для погрузки небольших грузов. Друзьям буквально пришлось выползать через него по одному.

Погрузка закончилась и люк закрылся. И тут началась неразбериха. Синты продолжали толпиться у закрытого люка. А задние ряды напирали. Перед люком образовался курган из тел. Послышались жалобные крики тех, кто оказался в самом низу. Положение несколько улучшилось, когда судно оторвалось от земли и стало плавно подниматься. Синты остановились, постепенно они успокоились. Они в недоумении провожали взглядами взлетающее судно.

— Нужно разделиться. И каждому вести свою группу. Если судно задержится с посадкой, нужно будет удлинить маршрут. Передвижение всей массой от судна к судну, занимает слишком много времени. К тому же у меня есть опасение, что в такой сутолоке многие синты могут пораниться, — сказал Гы.

Друзья разошлись в разные стороны и остановились на равном расстоянии. Вскоре со всех сторон послышалось громогласное «Каф!». Три колонны синтов продолжили движение вперёд, немного под углом друг к другу.

Ещё три судна успешно загрузили уже отработанным способом. Друзья выбрались через маленькие люки и поспешили встать во главе своих изрядно уменьшившихся колонн.

— Рин! Стой на месте. — Анд пытался докричаться до Рина.

Рин его услышал, но ему стало обидно, что его синты не попадут на судно. Синтов было слишком много, места для всех не хватало. Он стоял и смотрел, как две другие колоны исчезают в трюмах.

Вдруг сверху раздался рёв моторов. Аэропланы шли в атаку. Казалось, они пикировали на суда элтов. Но застучали пулемёты, и несколько синтов упало на землю. Аэропланы промелькнули и пошли на разворот. «Почему они стреляют по синтам?» — подумал Анд. Синты испугались. Они застыли, превратившись в жёлтые манекены. Погрузка прекратилась. «Вот почему. Они не хотят отдавать синтов» — сам себе ответил Анд. Люки синхронно захлопнулись, суда оторвались от земли. Сверху опять послышались завывания двигателей.

— Ложись! — крикнул Анд.

Гы и Рин рухнули на землю. Аэропланы быстро снижались. Первый уже рыскал носом по сторонам, выискивая цель. Вдруг сзади него повялить фигура фантома. Догнав врага, фантом ударил его кулаком в хвост. Хвост рассыпался в пыль. Аэроплан, кувыркаясь, полетел к земле. Фантом развернулся и понёсся навстречу другим самолётам. Оценив угрозу, аэропланы бросились врассыпную.

Высоко в небе промелькнул универсал. «Интересно, кто же за штурвалом» — подумал Анд. Эскадра набрала большую высоту и скрылась из вида. Наступила тишина. Друзья долго смотрели в точку на небе, где исчезло последнее судно.

— Нас что, бросили? — спросил Рин.

— Не знаю, — ответил Анд. — Сейчас Элил явно не до нас. Может быть, она вернётся за нами позже. Нам остаётся только ждать.

— Что же, давайте подождём, — согласился Рин.

Солнце поднялось высоко, стало жарко. Друзья расположились в тени чахлого кустика и приготовились ждать. Синты тем временем оправились от шока, но вели себя тихо. Они отошли от погибших подальше и сели на землю на самом солнцепёке. Раненые так же вели себя тихо. От убитых они отличались только тем, что лежали с открытыми глазами. Когда жёлтого сока из ран вытекало достаточно много, они просто закрывали глаза.

Жаркий день и стремительные события утомили друзей. Они задремали в тени чахлого кустарника. Вдруг, что-то изменилось. Анд открыл глаза. Перед ним стоял воин. Рост под два с половиной метра, зелёная чешуйчатая кожа. Когтистые лапы с четырьмя пальцами сжимали древко копья с каменным наконечником. В отличие от рептилий, которых знал Анд, с их большими челюстями, у этого они лишь ненамного выпирали вперёд. На коротких челюстях располагались два дыхательных отверстия, выше — пара маленьких глазок. Позвоночник и часть головы покрывали кожаные треугольники, которые торчали под прямым углом к шкуре. Хвост отсутствовал, но на его месте было довольно внушительное утолщение конической формы. Вместо одежды воин носил широкий пояс, да ещё два ремня пересекались на его необъятной груди. Ящер издал утробный звук и выжидательно посмотрел на друзей. Парализованные страхом друзья сидели неподвижно. Ящеру надоело ждать, он легонько стукнул Анда древком копья по ноге. Анд встал, за ним встали Рин и Гы. Воин достал из-за пояса сушеную ягоду, смачно плюнул на неё и стал растирать все это в кулаке. «Я ни за что это есть не стану» — подумал Анд. Но это была не еда. Когда ящер посчитал, что достаточно потрудился, он вытер полученную жижу о головы синтов. От этой процедуры друзья попадали на землю. Истекая фиолетовой жижей они, помогая друг другу, всё же встали на ноги.

— Что это значит? — Рин как всегда выражал общие мысли.

Ящер открыл пасть, ослепив друзей блеском многочисленных зубов. Махнул копьём и толкнул друзей в нужном направлении. Когда друзья остановились, ящер вновь добавил им ускорения. Вскоре друзья поняли, чего от них хочет ящер. Оказалось, что он был не один. Далеко не один. Пока друзья находились под впечатлением от «своего» ящера, его собратья подняли на ноги всех синтов, каких смогли найти. Синты плотной толпой шли под присмотром ящеров. На этот раз не было никаких стройных рядов и дружных выкриков. Ящеры следовали по периметру толпы, лишь изредка они махали копьями. Впрочем, особых проблем синты не доставляли, они покорно выполняли команды, конечно если могли их понять. Если не могли, ящеры применяли универсальный язык общения со слабыми. Друзья постарались как можно глубже проникнуть в толпу синтов, чтобы скрыться от надзирателей.

Какой-то синт повернул голову к Рину, посмотрел на его голову и произнёс:

— Каф?

Рин отвернулся от синта и через какое-то время обратился к друзьям:

— Нам надо вести себя как эти синты. Может, тогда у нас будет меньше проблем.

— Поздно притворяться. Нас пометили. Мы сразу обратили на себя внимание. Когда сели в тени куста, мы показали что имеем разум. А значит, наши синты загружены. Потом ты заговорил, и ящер сделал вывод, что мы отличаемся от других, — сказал Гы.

Он хотел ещё что-то сказать. Но связанная речь привлекала внимание синтов, они стали плотнее прижиматься к друзьям. Со всех сторон слышалось вопросительное «Каф».

Шли молча. Синты устали, но ящеры не позволяли останавливаться. Солнце уже миновало зенит, но жара не отступала. К тому же от пыли, поднятой сотней ног, было трудно дышать. Друзья вместе со всеми понуро брели в пыли. Они понимали, что их ждут большие неприятности.

К вечеру усталость появилась и в походках воинов. Весь день они без устали метались вокруг пленников. Но как только солнце склонилось к горизонту, они стали медлительными. «Рептилии. Их активность связана с температурой окружающей среды» — пояснил Гы.

Наконец-то синты остановились, ящеры позволили сесть. Друзья тут же плюхнулись в пыль и блаженно вытянули ноги. В нескольких метрах от того места, где они сидели, начинались заросли высокой травы. Вернее, это выглядело как заросли.

Гы, как будто услышав вопрос друзей, сказал:

— В моей базе данных это значится как буферная зона. Эти зоны бывают разных видов. Моллюски создают их с одной целью — затруднить контакты между натурализованными расами. Растения достигают в высоту четырёх метров и произрастают очень плотно. При известной доли настойчивости пройти сквозь хвощи можно, но это потребует много усилий.

— Как же ящеры прошли сквозь непроходимую зону? — спросил Рин.

— Судя по всему, они использовали этот механизм, — ответил Гы и показал рукой в сторону хвощей.

Механизм отдаленно напоминал боевые повозки элтов. Но лишь потому, что тоже был деревянным. Колёса возвышались над четырёхметровыми хвощами на половину своего диаметра. Они крепились к толстым балкам скрученными между собой верёвками. Внутри рамы на толстых канатах висел основной корпус. Спереди и сзади корпус имел по решётчатому колесу. В середине палубы возвышалась конструкция с круглой площадкой наверху. На площадке толпилось с десяток воинов. Наконечники их копий отражали свет заходящего солнца, и поэтому зловеще сверкали. Конструкция ощетинилась шестами разной длины, торчавшими под разными углами. Анд решил, что на реи для парусов это не похоже, так как на шесты покрывали не понятные бугорки.

Когда сооружение подкатилось ближе, стали понятны реальные размеры транспортного средства. Казалось, колесница заслонила собой полнеба.

— Что там написано? — спросил Анд у Гы, указывая на верхнюю балку рамы.

— Пожиратель…, очевидно следующее слово является жаргонным выражением. Потому, что в моей базе данных нет аналогии для перевода. Но применив интерполяцию, могу предположить, что это один из внутренних органов ящеров.

Решётчатые колёса на палубе медленно остановились. «Пожиратель» издал протяжный скрип и встал, как будто ударился о невидимое препятствие. Бугорки на шестах пришли в движение. Они встрепенулись, подвигались по шестам, затем дружно спрыгнули вниз. Вскоре они расправили крылья и стали набирать высоту. То, что пронеслось над синтами, иначе как птеродактиль Анд назвать не мог. Длинная зубатая пасть, перепончатые крылья с недоразвитыми пальцами. Крылатые ящеры пронзительно кричали. Крики и резкие движения испугали синтов, они впали в оцепенение. С «Пожирателя» спустили трап, по нему сошла важная персона. Это было видно и по металлическим доспехам, и по более высокому росту. Предводитель издал несколько щелкающих звуков и воины стали спешить. Они пытались поднять синтов, но те не реагировали даже на удары.

Ящеры осыпали синтов градом ударов, когда вновь раздалась щелкающая речь, избиение остановилось. Ящеры ринулись сквозь сидящих синтов. Они тщательно осматривали каждого синта и двигались дальше.

— Они ищут нас, — сказал Рин. — Вставайте, не нужно их злить.

Друзья последовали его примеру и тоже встали. Вскоре их обнаружили. Синтов подвели к предводителю ящеров. Им пришлось выдержать тяжёлый взгляд, который, казалось, проникал прямо в черепную коробку. Ящер указал на друзей, затем обвел рукой застывших синтов, сжал пальцы в кулак и швырнул воображаемую горсть чего-то в открытый люк. Затем, он неспешно удалился.

— Чего он хочет? — спросил Анд.

— Того же, что и элты. Чтобы мы заманивали синтов. Похоже, что на Мегаклоне синты нужны всем, — ответил Рин.

Рин подошёл к группе воинов и ладонью зажал свой рот. Воины минуту таращились на Рина, затем один из них что-то рыкнул. Рину оставалось предположить, что это был утвердительный рык. Затем он на несколько шагов поднялся по трапу и, подняв руку, громко произнёс:

— Каф!

По рядам синтов волной прокатилось оживление. Со всех сторон послышалось бодрое «Каф». Синты один за другим поднимались на ноги, и шли к трапу. В этот момент откуда-то издалека послышались пулемётные очереди. Высоко в небе вокруг нескольких аэропланов кружились птеродактили. Ящеры зашипели и стали показывать друзьям, что надо спешить. Анду хотелось посмотреть, чем закончится воздушный бой, но ящеры были настойчивы. Рин следовал указаниям ящеров, и вскоре синты оказались в просторном помещении трюма. Друзья стояли посередине трюма, их окружала галдящая толпа синтов и требовала каф.

На одной из стен открылось три небольших окошка, из них потекла серая дымящаяся масса. Оказалось, что под окошками стояло деревянное корыто, оно занимало всю ширину трюма, от стены до стены. Вскоре корыто доверху наполнилось серой массой. Синты притихли. Рин подошёл к корыту, зачерпнул пальцем оттуда и попробовал. Утробы синтов издали низкий рык. Рин почмокал ртом, скривился, затем нехотя произнёс:

— Ну, каф, каф.

Синты потянулись к корыту. Несмотря на то, что утробный рык не смолкал, давки не было. Вскоре синты выстроились в своеобразный хоровод. Они ходили по кругу и, оказавшись у корыта, зачерпывали полную ладонь месива. Проходя по кругу, они съедали свою порцию и зачерпывали вновь.

— Видел я конечно каф и получше, но выбирать не приходится. Пойдем, а то не достанется, — сказал Рин.

Друзья вклинились в живой конвейер и стали его частью. Размазня была такой же безвкусной, как и у горилоидов, но голод утоляла. После первой горсти в животах перестало урчать, а после второй синты почувствовали сытость. Вскоре корыто вновь стало чистым, в нём не осталось ни комочка размазни. Казалось не возможным, что ещё несколько минут назад оно было наполнено до краёв. Окошки вновь открылись, из них полилась вода. Синты вновь образовали конвейер. Воды хватило всем.

— Оригинально. И посуду мыть не надо, — сказал Анд.

— Действительно, оригинально. А как тут обстоят дела с удобствами? — спросил Рин.

— Пойдём, поищем, — после еды настроение у друзей немного улучшилось.

Удобства долго искать не пришлось. В противоположном от корыта углу в полу находилось с десяток отверстий. Друзья воспользовались отверстиями по назначению. В этот момент их маленький мирок содрогнулся и двинулся в неизвестном направлении.

— Похоже, мы отчалили, — прокомментировал происходящее Анд.

— Похоже. Знать бы, куда нас занесёт на этот раз. — Рин немного помолчал и добавил. — Как бы я хотел оказаться сейчас в городе Љ8 в нашей комнате на крыше. Где вкусная еда, удобная мебель и одежда, — Рин посмотрел на Анда. — Красавица Элил.

— Значит, ты признаешь, что она красавица? — спросил Анд.

— Конечно, признаю, это же очевидно.

— Что это сними? — Гы указал на синтов.

Синты укладывались на пол, застелённый тонким слоем соломы. Они ложились на правый бок, чуть поджав колени, плотно прижимались к соседу. На полу образовался паркет из жёлтых тел.

— Укладываются спать. Так теплее. Все же моллюски хорошо потрудились над синтами. Они практически самодостаточны, была бы пища, — сказал Рин.

— Мы последуем их примеру? — Спросил Гы.

— Нет, что ты! — возразил Анд, — мы разумные существа, мы не можем обниматься с кем ни попадя.

— Мне тоже кажется это неприятным, — поддержал друга Рин.

— Но это очень рационально. Такая компоновка поможет сохранить тепло, — сказал Гы.

— Нет, мне это не подходит.

— И мне, — сказал Рин.

— Не вижу в чем тут сложность, — Гы подошёл к ближайшему ряду синтов, лёг на пол и, поджав ноги, прижался животом к синту. Сзади Гы лёг другой синт и Гы растворился в безликом ряду.

В трюме было почти темно. Вскоре передвижения по трюму прекратились. Последний синт нашёл своё место. Пол трюма оказался полностью покрыт телами. Рин и Анд устроились на ночлег чуть поодаль. Они уже засыпали, когда дверь открылась, в неё вошёл ящер. Он держал в руке факел и водил им из стороны в сторону. Он был ниже ростом, чем те, которых видели друзья. Ящер жутко хромал и горбился. Одна рука висела плетью. Через всю морду тянулись три параллельных шрама, один пресекал глаз, и тот был почти не виден. Всё же ящер разглядел друзей. Он подошёл к ним и ткнул факелом. Чтобы ни обжечься, синтам пришлось вскочить на ноги. Ящер осмотрел друзей и показал им три пальца. Рин показал рукой в сторону спящих синтов. Ящер что-то хрюкнул и махнул факелом, подгоняя друзей к выходу.

Друзья шли за ящером тёмными коридорами, часто спотыкались и натыкались на углы. Помещение, где закончилось их путешествие, оказалось камбузом. В темноте трудно было что-то разглядеть, но огромный глиняный котёл мог находиться только на камбузе.

Ящер воткнул факел в стену и принялся раздувать огонь. Он сипел и свистел, и вскоре показалось небольшое пламя. Ящер протянул когтистые пальцы к огню и долго грел их. Затем, взяв какую-то палку, он пошаркал к синтам. Без замаха ударил Рина палкой в живот, другим концом палки досталось Анду. Синты повалились на пол. Пока они хрипели и восстанавливали дыхание, ящер вернулся к очагу.

Анд последний раз судорожно вздохнул и почувствовал себя лучше. Он встал на колени, перед ним возвышался ящер. Он сделал какое-то движение. Анда ослепил яркий свет. Затем острая боль прожгла череп Анда насквозь. Последнее, что он помнил, это свой собственный крик.

Анд проснулся и рывком сел. Он находился в незнакомом месте. Макушка почти касалась потолка. Прямо перед ним находился выход из этого странного помещения. Слева от него лежали синты. Их шеи плотно охватывали кожаные ошейники, к ним были привязаны верёвки. Другой конец верёвки пропадал в проёме выхода. Анд потрогал рукой свою шею, он ничем не отличался от собратьев по несчастью. Воспоминания о вчерашнем дне яркой вспышкой восстали из небытия. Анд дотронулся до лба. Острая боль пронзила голову.

— Если не трогать, то почти не болит, — сказал синт, который лежал рядом.

— Рин, это ты?

— Я. А ты что, не узнаешь?

— Как я могу узнать тебя? Ты выглядишь так же, как все.

— Ну, не скажи.

На голове Рина, почти у виска алело клеймо. Оскаленная пасть рептилии.

Анд с ужасом смотрел на друга:

— У меня такое же?

— Да. Только у тебя точно в центре лба. А я вырывался и вот теперь не такой как все.

Верёвки, которые связывали синтов, резко дёрнулись. Рин и Гы на четвереньках поспешили наружу. Они стояли в узком проходе. По обе стороны от него до самого потолка высились поленницы дров. Под дровами находились деревянные ящики, из которых выползли друзья. По проходу шёл Хромой, он дергал веревки справа и слева от себя. На концах веревки имели петли, а те в свою очередь продевались сквозь толстый канат, лежавший на полу. Из коробок для ночлега появлялись синты и выстраивались в проходе. Кое-где слышалась речь, но друзья её не понимали. Хромой издал серию щелчков и синты, подёргивая петли, чтобы они скользили по канату, двинулись вперёд. Толстый канат привёл их в просторное помещение, забитое ящерами. Они сидели за столами и что-то жевали. Один ящер наклонился и ударил Анда ногой ниже спины. Анд полетел вперёд, наскочил на Рина. Тот сбил с ног следующего. И синты как костяшки домино оказались на полу. Ящеры защёлкали зубами, завтрак больше не казался таким мрачным. Весёлые разговоры полились рекой.

Синты кое-как поднялись на ноги. Хромой, подгоняя рабов плёткой, заставил продолжить движение. Толстый канат привёл их в смежное помещение. Там колонна остановилась. Вокруг большого закопчённого котла хлопотали синты. Их верёвки от ошейников тянулись вверх и крепились там к толстой поперечной балке. Когда варево было готово, синты наклонили котёл и вылили его в тележки на колесиках. Хромой зорко следил за тем, чтобы никто не смел съесть хотя бы немного. Нетерпеливых он хлестал плеткой. Наконец все три тележки наполнились до краёв. Рабы стояли и молча смотрели на пищу. Хромой хрюкнул и синты потянулись к еде. Варево исходило горячим паром, синты отдергивали руки. Один из кашеваров сжалился и принёс своим собратьям по несчастью горку глиняных черепков. Хромой перестал шипеть, он замахнулся на доброхота плёткой. Ему было жаль, что испортили такую забаву. Синты быстро запихивали размазню в рот, но Хромой не спешил. Наконец он посчитал, что все наелись. Толчком он отделил группу синтов от остальных и плёткой указал на тележку. Первая тележка скрылась в узком проходе, за ней последовали остальные. Тележки были тяжёлые, колёса сильно скрипели. На радость синтов их не пришлось далеко толкать. По команде надзирателя тележки остановились и синты, которые делали эту работу раньше, открыли небольшие дверки в стенах коридора. Перед двёрками тележки перевернули, и размазня потекла в проемы. «С той стороны находятся деревянные корыта. А синты, наверное, уже построились в свой конвейер. А с ними Гы» — подумал Анд. Под хлопанье плётки Хромого синты повторили те же действия с тележками заполненными водой.

В работе наступила небольшая пауза и рабы сели передохнуть прямо на грязный пол. Друзья нашли в углу старые дерюги. Кое-как отчистив их от грязи, повязали на пояс. Хромой освобождал конец толстого каната из хитрого деревянного зажима, снимал несколько петель и уводил синтов в неизвестном направлении. Дошла очередь и до последней четвёрки, в которой были Анд и Рин. Хромой снял их верёвки с каната, намотал на руку, несколько раз сильно дёрнул, давая понять, что силы в одной здоровой руке у него достаточно, чтобы справится с четырьмя синтами.

Тёмными коридорами они поднялись на верхнюю палубу. Солнце ослепило синтов. Хромой привязал синтов к фальшборту и стал ждать. Несколько воинов опускали за борт большую клетку. Пока их оставили в покое, Анд решил осмотреться.

Несущая рама на несколько метров возвышалась над палубой. По длине рама была больше палубы. Она выступала за неё спереди и сзади. В четырёх углах рамы канатами были примотаны огромные камни. «Похожи на те, что позволяли летать «Забияке» — подумал Анд. Огромные решётчатые колёса медленно вращались. В них, как белки в колесе, от ступеньки к ступеньке медленно брели толпы синтов. Под живым весом ступеньки уходили вниз, и синтам приходилось переходить на верхнюю ступень. Чтобы движение не останавливалось, надзиратели усердно щёлкали плётками.

Один синт, замешкавшись, не успел вовремя перебраться наверх. Он упал на палубу и больше не шевелился. Не желая разделить судьбу товарища, синты зашагали бодрее. Ящеры решили воспользоваться этим и передохнуть. Они тоже устали, махать весь день плёткой на жаре было тяжело.

Вышка посередине палубы по-прежнему была занята птеродактилями. На шестах висели какие-то лохмотья. Приглядевшись, Анд понял, что это останки горилоидов. На многих еще сохранились кожаные шлемы с очками. Ветер нёс сверху ужасную вонь. Анд поспешно отвернулся от этого зрелища.

Наконец клетку опустили за борт и синтов заставили спуститься в неё. Следом за ними спустились два ящера. Они показали, что нужно делать. Хвощи возвышались над полом клетки метра на полтора. Ящеры принялись рубить растения длинными металлическими ножами. Срубленные стебли они откидывали назад, где двое других синтов собирали из хвощей объемные вязанки и привязывали их к верёвке. Затем вязанки втаскивали на палубу. Вскоре ящеры посчитали, что объяснений достаточно. Воткнув ножи в пол клетки, они поднялись на борт. Сверху защелкали плётки, и друзьям пришлось приступить к работе. Анд и Рин рубили хвощи, а двое других синтов собирали их в охапки. Как только темп работы немного замедлялся, сверху щёлкали плётки. И только в середине дня синтам спустили немного воды и позволили отдохнуть. После отдыха друзья поменялись с синтами местами. Работа продолжалась до самого вечера.

Солнце почти коснулось горизонта, когда ящеры дали понять, что рабочий день закончен. Синты привязали ножи к верёвке. И только когда подняли ножи, позволили подняться самим синтам.

Проделав обратный путь, друзья вновь оказались в помещении с котлом. Наскоро поев, синты занялись тележками. После этого им позволили вернуться в свои ящики на дровяном складе.

— Я так долго не выдержу, — сказал Рин.

Анд ничего не ответил, он уже спал. Следующий день начинался так же. Но потом Хромой не повёл друзей наверх. Их место заняли другие синты. Четвёрка, в которой оказались Анд и Рин, осталась под палубой в одном из тесных помещений. Синты измельчали хвощи. Для этого они использовали два плоских деревянных бруска. Один лежал на полу, другой синты поднимали, а затем бросали вниз. Между брусками хвощи расщеплялись. Затем синты отделяли верхний жесткий покров растений от мягкой белой сердцевины. Отходы сбрасывались в щель в полу. Белую мякоть собирали в мешки и тащили к котлу. Там её сразу высыпали в кипящую воду.

Анд попробовал мякоть, но вкус почувствовать не успел. Град ударов обрушился на него откуда-то из темноты. Хотя до этого Анд готов был поклясться, что в помещении кроме синтов никого нет.

За весь день друзья не обменялись и парой слов. Тяжелая и однообразная работа изматывала. К тому же сильно мешали верёвки с ошейниками.

Вечером друзья снова оказались в своем ящике, и Рин сказал шёпотом:

— Анд, нам надо бежать. Тяжелая работа и скудная пища лишают нас сил. Как только мы станем плохо работать, нас загонят в колесо. А оттуда один путь — разбиться о палубу. Помнишь того, который вывалился вчера из колеса. Так вот, у него на лбу было такое же клеймо как у нас. Анд, нам надо бежать! Ты со мной согласен?

— Согласен, — сказал Анд и уснул.

Следующий день начался как обычно — с завтрака и тележек. Потом друзей вместе с двумя другими синтами повели наверх. «Опять на сенокос» — подумал Анд, но ошибся. На этот раз синтам поручили уборку палубы. Рабам предстояло очистить палубу от останков горилоидов и синтов. Им дали деревянные лопаты для того чтобы соскребать нечистоты с палубы.

Ящеры длинными палками смахивали с шестов то, что осталось от горилоидов. Птеродактилям это явно не нравилось. Они отстаивали свою добычу всеми возможными способами. При этом они поднимали невообразимый шум, но открытого столкновения с воинами избегали. Птеродактили взлетели со своих мест и кружили над палубой.

— Как бы нам не оказаться на месте горилоидов, — сказа Анд подошедшему Рину и кивнул в сторону крылатых ящеров.

— Думаю, что об этом нам не стоит беспокоиться. Скорее всего, моллюски создали синтов не съедобными. Иначе нас бы давно сожрали. Я очень благодарен моллюскам за это, — ответил Рин.

Взвизгнули плётки, и разговор пришлось прекратить. Чтобы верёвки не мешали работать, синты обернули их вокруг пояса. Таким образом они получили некоторую свободу. Воины зорко следили за синтами и всякий раз, если им что-то не нравилось, били их плётками. На четыре синта приходилось не менее десятка надсмотрщиков. Работа продвигалась медленно. Неуклюжие орудия труда и жара не способствовали высокой производительности. Но ящеров это не волновало. Они прекрасно чувствовали себя при высокой температуре, а надзор за рабами доставлял им удовольствие.

После полудня синтам снова дали немного воды и позволили отдохнуть в тени. Работа продолжилась. Очищая палубу, Анд оказался не далеко от кормового колеса.

Колесо медленно вращалось, синты внимательно смотрели себе под ноги и покорно переходили со ступени на ступень. Вдруг один из них, подняв руки вверх, громко крикнул:

— Анд!

Анд остановился, но тут же получил несколько ударов плёткой. Гы досталось меньше, он смог укрыться в толпе рабов и они приняли на себя большую часть ударов.

Делая вид, что занимается работой, к Анду подошёл Рин. Он хотел что-то сказать, но со всех сторон посыпались удары и он отступил.

И вновь за монотонной работой медленно потянулось время. Синты мучились от жары. В какой-то момент Анд настолько отупел, что перестал замечать удары. Просто краем сознания фиксировал их. «Спасибо моллюскам. Наверное, они создали синтов такими, чтобы во время тяжелых испытаний они могли отключаться от боли и усталости» — подумал Анд.

10

Вдруг на палубу набежала тень. «Как хорошо» — подумал Анд. Когда он посмотрел вверх, то вместо тучи увидел знакомые очертания «Соблаговоления». Каменная глыба зависла в трёхстах метрах над «Пожирателем». Из средней части авианосца ударил широкий луч света. Он попал в вышку птеродактилей. На секунду вышка скрылась в ослепительном свете. Затем она появилась в двадцати метрах над палубой и рухнула вниз. Самим птеродактилям крушение вышки не принесло никакого вреда. Они, истошно вопя, разлетелись в разные стороны.

«Соблаговоление» повторил атаку, второй луч ударил в колесо. Когда луч исчез, колесо упало на палубу и покатилось. Колесо перевалило за борт и покатилось в сторону от «Пожирателя».

— Рин! Рин! — вопил синт, обхвативший руками и ногами одну из спиц колеса.

— Это Гы! — крикнул Рин и бросился за борт.

Анд побежал за ним. В этот момент прямо перед ним ударил третий луч света. На этот раз лифт «Соблаговоления» сработал так, как и был задуман. Когда луч исчез, на палубе, плотно прижавшись, друг к другу, стояло не меньше сотни горилоидов.

Пока горилоиды приводили в порядок зрение, ящеры бросились в атаку. Анда отшвырнули в сторону. Завязалась яростная схватка. Перед Андом упал горилоид, сверху на него навалился ящер, позабыв про дубину, болтавшуюся на поясе, он душил врага голыми руками. Сзади подскочил другой горилоид, и в упор выстрелил в затылок ящера. На месте морды ящера появилась красная дыра.

Действуя тройками, и прикрывая друг друга, горилоиды быстро продвигались по палубе. Подвижные горилоиды были лучше организованы и вооружены. Пистолетные выстрелы валили ящеров с ног. Горилоиды пытались избежать рукопашной схватки, так как гурхи были крупнее и сильней. Очевидно, тактика по захвату судна отрабатывалась на многочисленных тренировках. Ящеры несли огромные потери. Птеродактили носились над палубой и оглушительно вопили. Но помочь они, ни чем не могли. Горилоиды просачивались сквозь ряды ящеров и птеродактили их попросту не могли достать. Иногда им всё же везло. Стоило одной крылатой твари вцепиться в горилоида и хоть немного сковать его движения как на него бросались другие. По палубе уже каталось несколько копошащихся шаров.

С кормы «Пожирателя» раздался оглушительный рёв. Гурхи не раздумывая, бросились к своему предводителю. Они окружили его плотными рядами. Предводитель снова что-то рявкнул. В горилоидов полетели копья и топоры. Большинство горилоидов увернулось от метательного оружия. Но сверху на них ринулась чёрная лавина. Против множества мелких тварей револьверы и ножи были бессильны. Бросив оружие, нападавшие пытались оторвать от себя крылатых ящеров. Пока горилоиды отбивались, гурхи успели отдохнуть и перестроиться в линию. Грозно рыча, они двинулись на врага.

Анд понял, что рискует оказаться между двумя отрядами. Он перемахнул через борот в том месте, где это сделал Рин и упал на пол клетки. Рин лежал лицом вниз и не шевелился. Анд больно ударился, но остался в сознании. Он подошёл к Рину. Тот застонал, но глаза не открыл. Анд огляделся, на площадке, бросив работу, сидело четверо синтов. Анд забрал у них ножи. Синты не противились. Анд срезал веревки с их ошейников. Синты не оказывали никакого сопротивления, они безучастно наблюдали за действиями Анда. Потом Анд связал веревки вместе. На одном конце сделал петлю и затянул её под мышками Рина. Несмотря на повреждения, судно продолжало медленно двигаться. Рин тихонько стонал, когда Анд опускал его вниз. Почувствовав, что верёвка ослабла, Анд сбросил вниз ножи и прыгнул сам.

На земле Анд первым делом срезал с себя и друга ошейники. Анд глубоко вздохнул. Он почувствовал себя свободным. Рин приходил в себя после падения и вскоре встал на ноги.

Свернув верёвки, Анд повесил их через плечо. Затем он вручил один нож Рину и спросил:

— Ну как ты?

— Нормально. Спасибо Анд. Давай теперь найдем Гы.

«Пожиратель» медленно удалялся. Над ним словно стервятник плыл «Соблаговоление». Битва была в самом разгаре. В нескольких местах сухопутный крейсер горел, наполняя воздух чёрным дымом. Сверкнул ещё один луч. Но он ничего не захватил, очевидно, десанту горилоидов поступило подкрепленье.

Хвощи росли очень плотно друг к другу. Сильно мешали выступающие корни растений. Сцепившись между собой, они покрывали землю между стеблями. Ноги путались в корнях, кожу царапали стебли, но двигаться было можно.

Вскоре друзья обнаружили след от колеса, укатившегося в сторону. По следу идти стало легче, и друзья быстро добрались до колеса.

Гы сидел на земле, обхватив ноги руками.

— Гы, как ты? — Спросил Рин.

— Ты в порядке? — поддержал Анд.

Гы сидел молча и смотрел то на одного, то на другого. Дружеское похлопывание по плечу словно пробудило его ото сна. Он заморгал, в глазах появился осмысленный блеск. Затем он снова стал прежним.

— Это не Гы, — сказал Рин.

Друзья отступили на шаг, чтобы лучше рассмотреть синта. В глазах синта появился страх, он вскочил на ноги:

— Нет! Не уходите! Я Гы! — сказал синт.

— Докажи! — сказал Рин.

— Я Гы.

— Мы не верим тебе! Докажи!

— Ты Рин. А ты Анд. Мы были у элтов. Мы выполняли задания Элил. — Гы несколько раз глубоко вздохнул. — Не уходите. Не бросайте меня. Я испытываю эмоцию страх, это неприятно.

— Гы прости. Я с самого начала знал, что это ты. Просто я хотел тебя немного встряхнуть, — сказал Рин.

— Да, теперь я это понимаю. Теперь я снова загружен. Рин, Анд, никогда не бросайте меня. С тех пор как нас разлучили, со мной никто не разговаривал. Некоторые синты говорили между собой, но я не понимал их. А потом я крутил колесо. Со временем я перестал осознавать себя. В синте сработали какие-то настройки, он стал ограничивать поступление информации, в том числе и тактильной. Я стал растворяться. Исчезать. Не могу объяснить. Это я понимаю только сейчас. Я прошу вас, не бросайте меня. Я снова испытываю страх. — Гы немного помолчал, а затем продолжил излияния. — У живых существ много видов страха. Они так сильно отличаются друг от друга. Это чувство так неприятно испытывать, что я не понимаю, в чём смысл существования живых.

Рин сел рядом с Гы, положил ему руку на плечо и сказал:

— Гы, всё не так плохо. Просто ты только начал познавать ощущения и чувства живых существ. Боль и страх — самые примитивные и, наверное, самые сильные. Но есть масса других чувств. Они более сложные, более тонкие, если можно так сказать. Ты обязательно испытаешь их. И могу тебе сказать, что большинство чувств довольно приятные.

— До сих пор я испытывал только страх и боль. В какой-то мере сочетания. Страх боли и болезненный страх. Я думал, что это всё защитные механизмы живых. — Гы опять замолчал.

«Представляю, что творится в его голове» — подумал Анд. Гы переварил информацию и продолжил.

— Ты говоришь, что есть ещё?

— Да, есть много всяких чувств. Я бы не стал их называть защитными механизмами. Страх, да, безусловно, это защитный механизм. Но способность воспринимать более тонкие эмоции — это главное отличие разумных существ от животных.

Гы снова завис, на этот раз надолго. Потом очнулся и спросил, обращаясь к Рину:

— Кто я?

Взрыв со стороны «Пожирателя» избавил Рина от необходимости отвечать и вернул друзей к действительности. Анду первому наскучило любоваться чёрным столбом дыма, он сказал:

— Нам надо уходить. Если ящеры останутся в живых, они вернуться за колесом и найдут нас здесь.

— Да, — сказал Гы. — Нам нужно уйти как можно дальше. К сожалению сейчас нельзя развернуть компактификатор. В воздухе мы станем лёгкой добычей как для горилоидов так и для гурхов.

Друзья тронулись в путь. Направление они выбрали просто. Они пошли туда, где хвощи росли не так плотно. По общему согласию решили при движении не пользоваться ножами. Во-первых, так далеко не уйдешь, рубить хвощи очень трудно. Во-вторых, по следу их могли найти ящеры. Шли, пока жара не стала спадать. Пройденное расстояние было трудно оценить, так как приходилось часто поворачивать. Порой заросли хвощей становились абсолютно не проходимы.

Друзья без сил повалились в переплетение корней и долго лежали, восстанавливая дыхание. Первым поднялся Рин. Он срубил ближайший стебель. Выбирать не приходилось, растения как один имели одинаковую высоту и толщину. На помощь ему пришёл Анд. Вместе они нашли камень. Уложив стебель на камень, рукоятками ножей они расщепили жёсткий покров. В сыром виде мякоть оказалась довольно грубой, но имела сладковатый привкус и утоляла голод. Покончив с едой, друзья уснули.

Утром доели то, что осталось с вечера, и двинулись в путь. Через несколько часов они снова остановились на отдых.

— Надо как-то подняться над хвощами, чтобы осмотреться, — сказал Анд. — Так можно блуждать бесконечно. К тому же у меня такое чувство, что мы ходим по кругу.

— Наш путь представляет собой изогнутую кривую, но не замкнутую. Я отслеживаю наше передвижение, — сказал Гы.

— Это хорошо, что отслеживаешь, — ответил Рин. — Но Анд прав, нам пора выбрать направление. Гы, придумай что-нибудь.

— Начальные условия ограничены. Но если связать несколько хвощей верёвками, можно поднять одного из нас над растениями.

Работа закипела. Срубили шесть стеблей, связали их вместе. Приладили перекладину немного ниже верхушки. Конструкцию поставили вертикально. С одной стороны столб подпирал шест из трёх стеблей, с двух других сторон за верёвки тянули Анд и Гы. Когда всё было готово, Рин сказал:

— В прошлой жизни я был обезьяной. У меня большой опыт в лазанье по деревьям, поэтому наверх полезу я.

Рин ловко вскарабкался на самый верх. Он сел на перекладину, обхватил руками столб, его голова оказалась в полуметре над верхушками растений.

— «Пожиратель» совсем рядом от нас. Там идут ремонтные работы. «Соблаговоления» не видно. — Рин описывал то, что видит. — Больше ничего нет. Вокруг только хвощи. — Рин попытался подняться ещё немного. Это ему удалось. — Подождите, подождите, там что-то есть. Какая-то возвышенность. Выглядит как остров в океане.

— Покажи направление, — попросил Гы. Рин указал рукой. — Я запомнил, можешь спускаться.

Рин спустился вниз. От стеблей отвязали верёвки, было решено взять их с собой. Верёвки смотали, Анд повесил их себе на плечо. После этого друзья двинулись в путь. В течение дня несколько раз останавливались на отдых. Спутанные корни сильно осложняли передвижение. В тот вечер до возвышенности так и не добрались. Перекусив уже надоевшими хвощами, друзья устроились на ночлег. Корни по мере возможности собрали в кучу. Получилась довольно жёсткая, но упругая постель. Гы прокашлялся и сказал:

— Я понимаю, что все устали. Но я хотел бы вернуться к вчерашнему разговору. Это очень важно для меня. Я хочу, чтобы каждый из вас ответил. Кто я?

— Гы, я считаю тебя личностью, — первым заговорил Рин. — Ещё не зрелой, но всё же личностью. При общении с тобой я замечаю, что совсем перестал воспринимать тебя как мыслящий механизм. По уровню организации твоего интеллекта ты, конечно же, взрослая особь. Но по уровню эмоционального развития ты ребенок. Ты приобретаешь опыт переживаний. Пока неприятных переживаний. — Рин повозился на жёстком ложе и продолжил. — Думаю, что со временем тебе будет доступен весь спектр эмоций. Нравится тебе это или нет, но ты становишься живым. Какой бы ты не вкладывал смысл в это понятие.

— Благодарю, Рин. Очень взвешенно и информативно. Я так же фиксирую изменения. Изначальная структура переработки информации меняется без моего ведома. Новые массивы информации, то, что вы называете эмоциями, занимают слишком много места в мозгу синта. Этот процесс происходит в ущерб моей прежней структуре. База данных сильно пострадала.

— Ты хочешь сказать, что эмоции заставляют забыть тебя то, что было прежде? — спросил Рин.

— Нет, то, что со мной случилось до Призыва, я хорошо помню. Разрушению подвергается та информация, которую я скачал у моллюсков. Информация исчезает не потому, что для неё нет места. А потому, что я больше не понимаю, что это за информация. Она потеряла для меня всякий смысл. Например, я знаю, что эти хвощи — буферная зона. Знаю, что моллюски вырастили её для того, чтобы ограничить контакты некоторых рас между собой. У меня есть информация, почему эти контакты нежелательны, но я не понимаю, почему они не желательны.

— И какое объяснение содержит твоя база? — спросил Рин.

— Там сказано, что ящеры — очень агрессивный вид. Что как только они доберутся до горилоидов, то сразу их уничтожат. Чтобы дать им возможность сохранить себя и был устроен буфер. Так как в естественных условиях возможность контакта затруднена.

— Что значит в естественных условиях?

— В реальной жизни звёздная система горилоидов и ближайшая колония этих ящеров находятся на расстоянии пятисот световых лет.

— То есть, довольно далеко? — спросили Рин.

— Учитывая уровень технического развития ящеров, довольно далеко.

— Ты хочешь сказать, что ящеры могут летать от звезды к звезде?! — спросил Анд.

— Анд, сейчас не время обсуждать ящеров. Мы должны помочь Гы. — Рин повернулся к Гы и спросил. — Так что тут не понятного? Моллюски хотят дать шанс горилоидам.

— Я не понимаю зачем. Раньше в базе данных содержалось объяснение, и оно мне было понятно. Сейчас это набор бессистемных данных. Мозг синта устроен таким образом, что если долго не пользоваться какой-то информацией, он её стирает. Но это совсем другое.

Наступила тишина и Анд подумал, что собеседники уснули. Он перевёрнулся на другой бок и хотел последовать их примеру, но Рин заговорил снова:

— Кажется, я понимаю, в чём дело. Ты не можешь понять, почему в одной ситуации надо поступить так, а в другой иначе?

— Да, ты точно сформулировал мой вопрос. Теперь я понимаю, что хотел спросить.

— В таком случае, следующий твой вопрос должен звучать примерно так: «Почему у меня самого не возникает желания совершить какой-то поступок? Почему я всегда только реагирую на внешние раздражители?»

— Да, так. Рин, ты можешь просчитать мои мыслительные алгоритмы?

— Нет, Гы, просчитывать я ни чего не могу. В моём мире много внимания уделяется морали. Так вот, у тебя нет даже элементарного понятия об этом вопросе. Вернее стало появляться какое-то представление об этом. И твоя база данных сразу превратилась в «набор бессистемных данных».

— Я хочу в этом разбираться. Рин, ты научишь меня?

— Я постараюсь, Гы. Пойми, спорные вопросы в области морали возникают всегда. Мораль формируется поколениями. И, тем не менее, она не является величиной постоянной. В нашем теперешнем положении не всегда хватает времени на объяснения, поэтому пока просто наблюдай за мной и Андом. Как только появится время, я постараюсь ответить на твои вопросы.

— Хорошо, — согласился Гы. — Анд, что ты думаешь обо мне?

— Гы, давай спать. Я завтра отвечу на твой вопрос.

Синты проснулись, когда солнце поднялось уже высоко. Идти решили на голодный желудок. От мякоти хвощей внутренности синтов испытывали дискомфорт. Поэтому остановки приходилось делать чаще. То одному, то другому путешественнику требовалось уединение в зарослях. Ближе к вечеру стало понятно, что цель близка. Над верхушками хвощей показалась гора с плоской вершиной. Друзья решили больше не останавливаться на отдых и прибавили скорость.

Беглецы выбрались из зарослей, когда на небе появились призрачные пузыри Ожерелья. Они оказались на каменистом склоне. Гора действительно походила на остров, одиноко возвышавшейся в океане. Но в отличие от острова, на горе почти не было растительности. Лишь невдалеке от хвощей росли чахлые кустики. Анд осмотрел несколько кустов и принялся их срубать.

— Что ты делаешь, Анд? — спросил Рин.

— Эти хвощи мне уже поперёк горла стоят. Хочу их запечь.

— Ты что, собираешься развести огонь?

— Собираюсь. Из той ложбинки, — Анд показал рукой, — огня видно не будет.

Рин больше не отходил от Анда. Он стал его тенью, но старался не мешать.

— Гы, одолжи мне на время свой шнурок, — попросил Анд.

Гы отвязал шнурок от щиколотки. Снял с него компактификатор и отдал Анду. Анд привязал шнурок к гибкому прутику и таким образом у него появился миниатюрный лук. Серединой тетивы он перехлестнул сучок. Установил кроткий сучок в углубление плоского полена и начал вращать его тетивой.

Через какое-то время Анд запыхался и предложил Рину:

— Не хочешь попробовать?

Рин энергично принялся за работу. Вскоре над поленом появилась тонкая струйка дыма. Вскрикнув, Рин отскочил в сторону.

Анд подобрал инструменты и продолжил вращение.

— Прости, Анд, я снова испугался огня, — Рин опасливо выглядывал из-за плеча.

— На самом деле здесь нет ничего страшного, — Анд вращал сучок, не останавливаясь. — От трения дерево сильно нагревается. В этот момент нужно поднести легковоспламеняющийся материал и будет огонь. Вот сейчас в самый раз. Подай мне пучок сухой травы.

Рин подал пучок травы. Анд прижал его к полену, тот вспыхнул. Рин снова вскрикнул и отбежал в сторону. Пока костёр горел, друзья нарубили хвощей, а так же корней для подстилки. Анд закопал в угли нарубленные стебли и все расселись вокруг костра.

— Анд, ты обещал ответить на мой вопрос.

— Да, я помню. Гы, я тоже, как и Рин не считаю тебя компьютером, — Анд немного помолчал. — У меня дома есть легенда. Дословно я её не помню, но смыл в следующем. Одно сверхъестественное существо, то есть существо, которое не может существовать в реальной жизни, но обладающее фантастическими возможностями спросило у мудреца: «Есть ли у меня душа?». На что мудрец ответил: «Если ты интересуешься этим, значит есть». Я думаю, что ты, Гы, похож на это существо. — Анд помолчал. — И вообще, вопрос «Кто я?» ты должен задавать себе. Ты можешь выбирать, кем тебе быть. Ты можешь остаться компьютером, можешь стать живым существом. Сейчас всё в твоих руках.

— У моего народа есть похожая легенда, — сказал Рин. — Кстати, довольно глубокий анализ. Если честно, не ожидал от тебя. До сих пор я слышал от тебя рассуждения только на практичные темы.

— Спасибо, Анд. Я учту то, что ты сказал.

— Да чего там, всегда пожалуйста, — отозвался Анд. — Кстати, пора попробовать хвощи в печёном виде.

В печёном виде хвощи оказались очень вкусными. Анду они напомнили картофель. Внешняя оболочка, прокаленная в костре, легко отставала от мякоти. Внутренности синтов также оценили новое блюдо. После еды не слышалось их недовольного ворчания.

Анд и Гы легли на сваленные в кучу корни. Рин остался у костра. Он подбрасывал в костёр мелкие веточки и радовался как ребенок, когда они загорались.

— Гы, расскажи мне про ящеров, — попросил Анд. — Они выглядят довольно примитивными, а ты говоришь, что они путешествуют в космосе.

— Их история насчитывает миллионы лет. Но в техническом развитии они не ушли далеко. Цивилизация ящеров довольно типична для нашей галактики. Они весьма сообразительны, в меру агрессивны и любознательны. Однажды получив негативный опыт от технического прогресса, они решили, что техника — это зло. Они вернулись назад в средневековье. На самом деле это не так плохо. Феодальная система довольно устойчива.

— Потому что падать уже не куда, — вставил Анд.

— Может быть, — продолжил Гы. — Они успешно справлялись со всеми проблемами. Ресурсов им хватало, тем более что такой образ жизни не предполагает большого потребления. В особенности потребления тяжелых металлов и энергоносителей. Перенаселенность им тоже не грозила. Постоянные междоусобицы уносили много жизней. Так они существовали миллионы лет.

— Миллионы лет рыцарских турниров! И ничего не изобрели?

— Более того гурхи считали, что применение каких либо новшеств не допустимо. Если кто-то нарушал список разрешенных к применению предметов, кара наступала незамедлительно. Междоусобицы прекращались и все бросались на нарушителя. Имущество делилось между теми, кто восстановил справедливость. Нарушители встречались не часто. Жить согласно правилам считалось престижным. Самые рьяные почитатели средневековья могли надеяться на продвижение по социальной лестнице. Во главе каждого феода стоял Большой Гурх. Феоды раздавал Великий Гурх. Раз в несколько десятилетий Великие Гурхи собирались вместе и решали, существуют ли отклонения в их системе или нет. Свой образ жизни, свои обычаи и свои традиции гурхи именовали одним ёмким понятием — фарха. Один из основополагающих принципов фарха гласил: идеальному ящеру, не нужны ни какие, инструменты, идеальный ящер идеален во всём. Чтобы выжить в любой среде ему достаточно того, что дала ему природа. Допускалось только холодное оружие и только то, которое ящер сделал для себя сам.

— У нас были истинные арийцы, — перебил рассказ Анд.

— Так вот, — продолжил Гы. — Однажды их планету посетила более развитая цивилизация. Они тоже были рептилиями. И решили помочь братьям по разуму. Великие срочно собрались вместе. Они долго решали, что делать с пришельцами. С одной стороны, их следовало уничтожить, а их имущество поделить. Но с другой стороны, упускать такие возможности было глупо. Великие Гурхи долго совещались. Наконец, решение нашли. Гурхи овладеют техникой пришельцев. Но лишь для того, чтобы донести фарха до всех прозябающих во тьме неведения.

Великие Гурхи объявили священный поход на звёзды. Были выбраны молодые особи, их отправили вместе с пришельцами постигать технику.

Через несколько лет молодежь вернулась. И началось экспансия. Первой планетой, которую решили просветить и донести до неё свет фарха, была планета учителей. Население планеты не ожидало нападения, тем более от тех, кому оно так сильно помогло. Ученики оказались весьма прилежными. За время обучения они овладели не только техникой. Но и узнали всё об образе жизни учителей. Об их военном потенциале. Во время войны Великие Гурхи объявили, что раса учителей неполноценна, и они не смогут понять священное учение. Что они слишком давно отошли от естественной жизни. И больше того, они могут извратить священное учение фарха. Военные действия быстро закончились. Вскоре учителя стали перед выбором: либо погибнуть, либо стать рабами. Позже оказалось, что у тех, кто выжил, выбора тоже не было. Рабы долго не жили. Кто-то погибал от тяжелой работы, кто-то от болезней, кто-то во время обучения основам фарха.

Планету быстро поделили между собой Великие Гурхи. Отличившиеся в войне получили свои феоды. На время заселения новых владений междоусобицы объявили вне закона. Численность быстро росла. Когда новое поколение начало обучение, им говорили об учителях как о злых коварных существах, не знавших фарха. И о том, как ящеры вели войну с ними, защищаясь от их коварных планов. Опровергнуть слова захватчиков было не кому, к тому времени на планете не осталось ни одного учителя. В течение одного поколения фарха достигла самого удаленного уголка планеты. И планета погрузилась в средневековье.

Оставалось одно противоречие — техника учителей. Но и его быстро разрешили. Молодым особям, которые по происхождению не имели права на свой феод, такая возможность предоставлялась. Им предлагалось некоторое время служить в технологичной армии. По истечению определенного срока, большинство из молодежи получало титул Большого Гурха и свой феод, как правило, на захваченной планете. После этого им больше не приходилось иметь дело с ненавистной техникой. Они становились хранителями фарха. Нанимали следующее поколение для охраны и захвата новых территорий. Шли годы, фарха завоевывала одну звезду за другой. Самки гурхов откладывали яйца, шесть штук в одной кладке. В новобранцах недостатка не было. С развитыми в техническом смысле расами, гурхи расправлялись жестоко. Тем, кто не хотел умирать, дозволялось быть рабами. Сотни цивилизаций исчезли. Фарха ни кто не мог остановить.

Но однажды они получили отпор. На Призыв откликнулись множество гурхов. Раньше гурхи практически не попадали на Мегаклон. Теперь они прибывали сотнями. Согласно правилам моллюсков вскоре они прошли натурализацию. Моллюски поселили гурхов рядом с элтами.

— Так что, элты и гурхи встречались в реальной жизни? — спросил Анд.

— Скорее всего, нет. Но судя по всему, они соседи, их звёздные системы расположены не далеко. Это обычная практика моллюсков. Они поселяют натурализованные расы рядом друг с другом. И таким образом они могут проследить взаимоотношение между расами. Как правило, такая модель даёт довольно точное представление о будущем рас. Конечно при условии, что они когда-нибудь встретятся.

— Но моллюски по-другому объясняли, зачем они создали Мегаклон.

— Моллюски древняя раса. Они слишком сильно отличаются от других. Их морально-этический комплекс имеет несколько уровней. Правду о Мегаклоне никто и никогда не узнает.

— А кто эти крылатые создания, которые сосуществую вместе с гурхами.

— Птеродактили, как ты их называешь — это первая стадия развития гурхов. Из яиц выводятся птенцы. Они растут, развиваются. Как только они набирают достаточную массу тела, с ними происходит метаморфоза, и они становятся гурхами. На ранних стадиях развития такая форма взросления помогает виду выжить. Дело в том, что молодые ящеры слабы и очень глупы. И они часто становятся добычей собственных сородичей. А когда у молодежи есть крылья, это помогает им избежать неприятных контактов с взрослыми особями. Когда начались захваты чужих планет, крылатые армии были очень кстати.

Последние угли костра затухли, Рин присоединился к друзьям на ложе из корней. Ожерелье стояло уже высоко. Печеные стебли хвощей благотворно повлияли на внутренности синтов, и они погрузились в сон.

11

Анд проснулся от грубого толчка в плечо. Он открыл глаза и рывком сел. Подняться на ноги ему не позволила длинная палка, которая уперлась ему в грудь. Палку держал один из десяти синтов, окруживших друзей плотным кольцом. Анд посмотрел вокруг в поисках ножей и обнаружил их в руках незваных гостей. Анд растолкал Рина и Гы.

Один из синтов показал жестами, что теперь можно встать. Синты произносили фразы на разных языках, но ни один из них друзья не знали. Поняв, что договориться они не смогут, синты мягко, но настойчиво стали подталкивать их к середине острова. Друзьям пришлось подчиниться.

Далеко идти не пришлось. В нескольких сотнях метрах находился округлый вход в гору. По еле заметной тропинке синты вошли внутрь. Внутри было темно, идти приходилось, ориентируясь на светлое пятно впереди. Пятно оказалось таким же округлым отверстием, как и вход. Но дорога здесь обрывалась. Туннель выходил к водоёму с идеально прозрачной водой. В диаметре водоём имел не меньше пятидесяти метров. От пола туннеля поверхность водоёма отделял какой-то метр. Со всех сторон поднимались отвесные стены скал.

Синты оставили друзей у деревянных перил и поспешно удалились. Друзья смотрели на гладь воды, на солнечные зайчики на поверхности. Как вдруг вокруг что-то изменилось. Эффект присутствия был настолько силён, что друзья крутили головами на триста шестьдесят градусов.

— Моё тело находится на дне водоёма, — сначала у синтов начинал вибрировать низ живота. Затем вибрация поднималась вверх, в голове она накладывалась сама на себя, и появлялся голос.

— Кто ты? — выкрикнул Рин, стараясь спрятаться за спинами друзей.

— Гуманоидные синты называют меня Голос. Просто Голос.

— А на самом деле ты кто? — не унимался Рин.

— Что именно ты хочешь узнать?

— Кто ты!?

— Кто бы ты ни был, пожалуйста, измени форму общения с нами. Такой формат очень не приятен, — вмешался в беседу Гы.

— Так лучше? — теперь голос звучал на самом краю восприятия.

— Так слишком тихо. Чуть громче.

— Так?

— Так оптимально, — ответил Гы. Теперь голос звучал, так как обычно в голове возникают мысли.

— Обычно гуманоиды не проявляют неудовольствия, когда я разговариваю с ними. Ведь вы гуманоиды?

— Да, мы гуманоиды, — ответил за всех Анд. При этом он положил руку на плечо Гы, видя, что тот несколько замялся.

— Пусть гуманоиды, мне всё равно. Что вы хотите?

— Что мы хотим? — переспросил Рин.

— Ну, конечно, вы. Это же вы ко мне пришли, а не я к вам.

Друзья недоумённо переглянулись. Затем Рин вышел из-за спин друзей и спросил:

— Сначала скажи кто ты?

— Опять! Существо, какой смысл ты вкладываешь в свой вопрос? — в ментальном поле голос прозвучал на два тона выше, чем предыдущая беседа.

— Не ори, — сказал Анд.

— Просто я хотел, чтобы на мои слова обратили больше внимания, — голос звучал по-прежнему.

— Мы гуманоиды. Загружены в синтов. — сказал Гы. — Последние время нас насильно удерживали ящеры. Во время столкновения ящеров с горилоидами мы бежали. Мы шли, не придерживаясь какого-то направления, и набрели на это место. У нас не было цели встретиться с тобой, тем более что до последнего времени мы не подозревали о твоём существовании.

— Синты всегда что-то просят у меня. Поэтому я и спрашиваю, что вы хотите от меня.

— И ты всегда выполняешь всё, что они просят? — спросил Рин.

— Почти всегда. К тому же, в большинстве случаев просьба одна. Как можно скорее вернуться домой.

— То есть ты просто убиваешь синтов? — подключился к беседе Анд.

— Так вы в курсе? — опять вопрос на вопрос.

— Мы в курсе, — сказал Рин.

— Я делаю то, о чем они просят. И не за просто так. Чтобы получить желаемое, синты должны какое-то время поработать на меня. А чего хотите вы?

— Мы бы хотели продолжить свой путь.

— Вы можете продолжить свой путь. Я не буду вам мешать. Но сначала мне бы хотелось, чтобы вы поделились со мной информацией.

— А что мы получим взамен? — спросил Рин.

— Как с вами трудно разговаривать. Я думаю, что информацию будет логично обменивать на информацию.

— Хорошо, — согласился Рин. — Что ты хочешь узнать?

— Всё, что с вами приключилось.

Рин начал рассказывать с самого начала. О том, как они очнулись в бараках. Как горилоиды учили их летать на планерах. Как они захватили судно ящеров. Здесь Рин не стал подробно описывать способности Гы. Дойдя до того места, где друзья встретились с моллюсками, Рин остановил рассказ.

— Пока хватит. Теперь твоя очередь. Скажи, что находится вокруг зарослей хвощей? — спросил он.

Какое-то время стояла тишина. Затем Голос ответил:

— В той стороне, где восходит солнце, доминирующий вид — ящеры. Не те, с которыми сражались горилоиды в небе. Более примитивные. Они везде носят с собой громоздкое холодное оружие. Далее по ходу движения светила, поля, где растут синты. Дальше территория под контролем горилоидов. Дальше…, теперь твоя очередь.

Рин продолжил свой рассказ. Он совсем не упомянул о моллюсках. По его версии выходило, что друзья каким-то чудом выбрались из гигантского леса, где с одной стороны были ящеры, а с другой горилоиды. Затем Рин довольно правдоподобно описал мнимое крушение их судна и знакомство с элтами. Здесь Рин опять остановился и предложил Голосу продолжить описание местности.

— Дальше обитают остатки расы, с представителями которой я не встречался. И, похоже, встретиться не придётся, какая-то неизвестная сила их почти полностью истребила. Дальше живут синты. Они загружены личностями. Но все они с разных миров, хотя говорят на одном языке. Зачем моллюски собрали разных гуманоидов в одном месте, я не знаю. Теперь ты.

Рин рассказал, что он с друзьями работал землекопом. При этом ни словом не обмолвился об Элил. Дальше из его рассказа следовало, что их взяли в рейд в качестве приманки для синтов. Последние события описывались Рином со стопроцентной достоверностью.

— Дальше ты, — сказал Рин.

— Дальше я не знаю.

— Ты врёшь! — возмутился Рин.

— Не больше, чем ты.

— Что ты этим хочешь сказать?

— Я же не знаю, какая часть из твоего рассказа, правда.

— Зачем мне врать?

— В любом случае…, - Голос замолчал.

Друзья немного постояли, но Голос больше не говорил. Они вышли по тоннелю наружу. Им ни кто не препятствовал. Они направились к ложбине, в которой ночевали.

— Куда они все подевались? — Спросил Рин, ни к кому не обращаясь.

— Никого нет, и ножей наших тоже не видно, — сказал Анд. — Гы, что ты обо всём этом думаешь?

— Ничего не могу сказать. Существо очень мощное, если такое определение применимо к живому. Все его мысли экранируются. В первые минуты общения я мог понять, что голос идёт со дна водоёма, но позже это понимание исчезло. А вот нас он изучал довольно тщательно. Вплоть до рентгеновского излучения. Одно могу сказать точно — Голос пытался взять нас под контроль. Но легко это ему не удалось, а настаивать он не решился. Очевидно, Голос понял, что наши синты модифицированы моллюсками. До этого момента Голос легко подчинял себе синтов. Ситны, которые живут на острове, находятся с Голосом в постоянной связи. Он видит их глазами, слышит их ушами, говорит…

— Понятно, понятно, Гы. Ты описал довольно кошмарное существо. Так ты понял, куда нам нужно идти? — спросил Рин.

— Если Голос говорит правду, то идти нужно туда, где живёт исчезающая раса. Думаю, что это работа элтов. Считаю, что нам надо торопиться. Когда я попытался в ответ просканировать его сознание, то получил мысленный разряд тока. Это было предостережение.

— Ты прав, Гы, нам стоит поспешить. Будь моя прежняя шерсть на месте, сейчас бы она стояла дыбом, — сказал Рин.

Друзья почти добрались до своей ложбинки. Они вышли из-за валуна и увидели, как «Пожиратель» передними колёсами выбрался на остров из зарослей хвощей. Судно дёрнулось и остановилось. Трап с грохотом упал на каменистую почву. По трапу плотным потоком побежали воины. Вдруг со стороны возвышенности в них полетели быстрые упругие струи воды. Воины как кегли повалились на землю. Анд оглянулся, но успел лишь заметить, как с вершины исчезает что-то чёрное и гибкое.

На палубе появился предводитель ящеров. Свесившись через фальшборт, он что-то яростно протрещал. Воины поднялись с земли и быстро исчезли внутри «Пожирателя». Трап поднялся, закрыв собой проём. Судно вздрогнуло и медленно покатилось назад. Когда колёса оказались в зарослях, оно снова рывком остановилось.

На палубе, сияя металлическими доспехами, появился предводитель. Он взобрался на фальшборт, держась одной рукой за канат, застыл как статуя. Затем он выхватил из-за пояса меч, взмахнул им над головой и что-то проревел в сторону острова.

— Что происходит? — спросил Рин.

— Они угрожают друг другу, — ответил Гы. — Теперь они торгуются. Голос просит у ящеров одно из летающих созданий. Предводитель просит…, не могу понять что.

На долгое время наступила тишина. Ничего не происходило. Друзья сочли за лучшее оставаться за валуном. Вдруг в полной тишине раздался удар трапа о землю. К трапу со всех сторон спешили синты. Вернее, спешили не все, а только те, кто вёл пленников. Сами пленники совсем не хотели попасть на судно, населённое свирепого вида воинами. Они сопротивлялись, впрочем, достаточно вяло.

Анд обернулся на звук. Оказалось, что поглощенные событиями друзья не заметили, что происходит у них за спиной. Они были окружены десятком синтов. В сторону беглецов топорщились длинные палки. К двум из них крепились ножи. Ударами палок, друзей погнали в сторону трапа.

У трапа друзей схватили гурхи и зашвырнули внутрь судна. Когда их проводили мимо конструкции птеродактилей, там поднялся страшный гвалт. Затем один из ящеров свалился вниз. Он раскрыл крылья у самой палубы, чудом не разбившись. Птеродактиль сделал круг над судном, он собирался вернуться на своё место. Вдруг он затряс зубатой головой и снова стал падать. На этот раз координация была быстро восстановлена. Ящер несколькими сильными взмахами набрал высоту и уверенно полетел прочь от судна.

Вскоре друзья оказались в колесе. Щёлкнула плётка и они перешли на следующую ступень колеса. «Пожиратель» привычным рывком тронулся в путь. Рабы автоматически шли вперёд, озабоченные лишь тем, чтобы не упасть между ступенек адского колеса. Вместе с синтами здесь находились горилоиды и элты. Соперники на воле, здесь они не вспоминали о вражде. Иногда они даже помогали друг другу подняться с колен.

Монотонный ритм отуплял. Казалось, что прошла целая вечность с тех пор, как друзья попали сюда. Гы старался держаться ближе к друзьям. Он переместился так, чтобы оказаться между Рином и Андом.

— Не бросайте меня, — сказал он.

Ответить не удалось из-за свистнувшей плётки. Удар, предназначавшийся Гы, достался Анду. На голове и плечах у него появился светлый след. Такие следы украшали почти всех, кто шёл в колесе. Анд согнулся от боли, но прикоснулся к руке Гы. Весь долгий день друзья следили за Гы. Как только они замечали, что глаза у того становятся стеклянными, кто-то их низ брал Гы за руку и легонько тряс.

С заходом солнца со ступенек всё чаще и чаще стали срываться элты. Гурхи остановили колесо. Под щёлканье плёток рабов выгнали из колеса. Какое-то время они находились на палубе. За это время колёса заполнились новыми рабами. Защёлкали плётки и «Пожиратель» снова двинулся в путь. Мрачными коридорами толпа измученных рабов добралась до знакомого помещения. Рабы поели из деревянных корыт, попили оттуда же воды и повались на пол.

Дни слились в один серый поток. Днём колесо, ночью сон. Друзья продолжали следить за Гы. В какой-то момент Анд осознал, что необходимость заботится о Гы, ему самому сильно помогает.

12

Наконец, «Пожиратель» приблизился к концу своего путешествия. Стояло ясное утро. Дневная смена только что приступила к работе. Птеродактили подняли гвалт, их возбуждение росло. Затем они дружно снялись с места и унеслись вперёд. Прошло довольно много времени, но птеродактили не возвращались. Теперь возбуждение предалось гурхам. Несколько воинов полезли на надстройку птеродактилей. Достигнув верхней площадки, воины возбужденно затрещали и стали показывать лапами куда-то вперёд. Воины спустились вниз, их плотным кольцом обступила команда сухопутного крейсера. Когда рассказ был окончен, на судне начали наводить порядок. Палубу скребли деревянными лопатами. Из внутренних помещений выносился мусор. Когда судно привели в порядок, гурхи занялись собой. Они чистили своё оружие и амуницию.

На горизонте появился небольшой холмик. По мере движения судна холмик рос в размерах, но очень медленно. Понадобился целый день, чтобы стали видны детали. Это было циклопическое сооружение. Высокая стена, сложенная из необработанных каменных блоков. Камни не скреплялись раствором, и местами просветы между ними были сквозными. На равном удалении друг от друга в стене находилось несколько высоких башен. Из центра сооружения поднималось ещё недостроенное здание. Его оплетали строительные леса. Средневековый замок — самое точное название этому сооружению. Анд вспомнил, что Гы рассказывал ему о гурхах. Фарха устанавливала строгие правила к размерам и форме замка в зависимости от титула предводителя. Очевидно, фарха не допускала наличия защитного поля, его и не было. Над стенами замка поднялись чёрные точки. Сбившись в плотную тучу, они ринулись к «Пожирателю». Птеродактили практически закрыли солнце, проносясь над судном. Хлопанье кожистых крыльев стало просто оглушительным. Но неприятности на этом не кончились. Молодёжь сделала разворот и снова помчалась к судну. Их целью была горстка командиров во главе с предводителем, стоявшая на носу «Пожирателя». Птеродактили выстроились в ряды и стали пикировать на воинов. В нижней точке пике они открыли пасти, вниз полетели камни. Воины пытались закрываться щитами. Но камни сыпались сплошным потоком и вскоре ящеры попадали на палубу. Они закрывали головы лапами, вопя от боли и ярости. Наконец, у птеродактилей закончились камни. Молодёжь сделала ещё несколько кругов над «Пожирателем» и улетела к замку.

После налета судно представляло собой жалкое зрелище. Палубу завалило камнями и щепками от разбитых конструкций. Повсюду свисали обрывки канатов. «Пожиратель» остановили, команда вновь взялась за деревянные лопаты. Рабам в колесе представилась возможность отдохнуть. Они сели на ступеньки и молча смотрели в пол. Анд в который раз мысленно поблагодарил моллюсков за то, что они создали синтов такими выносливыми. Когда последствия нападения птеродактилей устранили, судно снова двинулось в путь. На подступах к замку хвощи отсутствовали. Причина была проста. Растения вырубались, как только они появлялись из земли. Этим занималась целая армия синтов под присмотром гурхов.

«Пожиратель» остановился в нескольких метрах от стены. Вблизи огромные стены замка производили просто подавляющее впечатление. Казалось, что они заслоняют собой весь мир. Рабы облегченно вздохнули, когда гурхи скомандовали остановиться. Отдышаться не дали, всех выгнали из колеса. По дороге к трапу к тем синтам, что были в колесе, присоединялась ночная смена. Под щёлканье плёток рабов загнали в широкие ворота замка. Дальше, не давая опомниться, всех затолкали в обширные клетки, пристроённые к стенам. Стена клетки, которая выходила во двор замка, была построёна из брёвен. Крышу перекрывали такие же брёвнышки, на них лежали высушенные хвощи. Клетки тянулись в половину окружности замковой стены. Их плотно забили синтами и другими существами.

Солнце садилось, в клетках началось оживление. Узники перемещались ближе к бревнам. Вскоре по доскам, настеленным вдоль клеток, заскрипели деревянные тачки. Из них синты выливали уже привычную хвощовую кашу. Корыта стояли через равные промежутки по всей длине загона. Голодные рабы не успели разобрать кашу, как в корыта полилась вода. Собратья по несчастью спешили быстрее справиться со своей работой, чтобы не нарваться на удары плетью. Несмотря на толкотню и неразбериху, каши и воды хватило всем. Друзья почувствовали сытость в желудках. А когда освежились несколькими глотками воды, немного приободрились. Синты стали укладываться спать. Как и на судне, они прижимались к соседу животом к спине и немного сгибали ноги в коленях. В такой паркет вместе с синтами охотно укладывались и элты и горилоиды.

— Не бросайте меня, — тихо прошептал Гы. Очевидно, паркет напомнил ему события на «Пожирателе».

— Не бойся, Гы, мы тебя не бросим. Наверное, такой способ отдыха позволит не замерзнуть ночью. Ведь нам придется спать практически под открытым небом. Как ты считаешь, Анд?

— Пожалуй, ты прав, но мне бы не хотелось, чтобы ко мне кто-то прижимался, особенно сзади.

— Я тоже не в восторге от этого. Моё воспитание не допускает такого тесного телесного контакта с незнакомцами, но синты существа бесполые. Даже если в них загружен разум, — сказал Рин и первым подал пример товарищам. Он лёг рядом с последним синтом, согнул ноги в коленях и прижался к нему.

Рядом с Рином устроился Гы. Анд повторил движения друзей. Проваливаясь в сон, он почувствовал, что сзади к нему кто-то прижимается. Вдоль клеток всю ночь сновали гурхи. Физиология ящеров не позволяла им быть такими же активными ночью, как и днём. Гурхи, проходя мимо клеток, вели древками копий по брёвнам. Было не понятно для чего они это делают. Для того чтобы подбодрить себя или для того чтобы пугать синтов. Впрочем, на рабов эти звуки не производили особенного впечатления, они спали.

Лишь только солнце поднялось над горизонтом, в замке началось оживление. Гурхи бросились к клеткам и копьями стали будить рабов. Похоже, что в побудке принимало участие всё население замка. Ящерам доставляло огромное удовольствие сбивать с ног ещё сонных синтов. Они громко обсуждали особенно ловкие удары. Когда обитатели клеток проснулись, наружу вывели небольшую часть рабов. Им предстояло накормить и напоить остальных. Вскоре по доскам заскрипели деревянные тачки с кашей и водой. После завтрака те, кто уже давно жил в клетках, чтобы не дожидаться неприятностей, стали подтягиваться к выходу. Но двери не открылись. Тем временем на площади перед недостроенным зданием синты начали складывать доски и неотесанные стволы деревьев. Из досок гурхи соорудили помост метра в три высотой. На небольшом расстоянии от помоста вкопали столб. Как только синты сложили деревья между помостом и бревном, их загнали в клетки. Гурхи двинулись к центральному зданию. Внутри замковых стен повисла тревожная тишина. Перед дверью гурхи сели на землю. Более знатные и крупные сидели впереди. Менее знатные и, соответственно, менее крупные позади. И так в порядке убывания. Пока в последних рядах не оказались самые молодые воины. Их отличал более светлый оттенок зелёной чешуйчатой кожи. После долгого ожидания массивная дверь цитадели медленно открылась. На ступени вышел король всех гурхов. Существо было гораздо крупнее других ящеров. Даже предводитель «Пожирателя», который встал на встречу Великому Гурху, уступал ему в росте. Великий Гурх имел почти чёрную шкуру. Его голову и позвоночник покрывал ярко-красный гребень. Было не понятно, что это. Украшение, или гребень имел природное происхождение. Великий что-то коротко щёлкнул.

— Зачем вы здесь? — перевёл Гы.

— Великий Гурх. Я Трет, Большой Гурх. Вчера я вернулся из похода. Я захватил много рабов. В том числе и тех, кто не сможет принять фарха.

— Ты проверял?

— Да, я проверял. Они потеряны для фарха. Собственности у них нет, но они могут послужить истинным служителям фарха, — последовала пауза, затем Трет продолжил. — Дай нам Чёрного Судью.

Над площадью вновь повисла зловещая тишина. Наконец Великий Гурх изрёк:

— Смертный может ошибиться. Чёрный Судья — никогда. Я дам вам его. Но помните, всех, кого он вернёт живыми, будут жить, и следовать фарха вместе с нами. Все, кто останется в нём, пойдут на пользу гурхам. И не забудьте мою долю.

Великий повернулся и прошествовал в цитадель. Через некоторое время воины поднялись с земли. Они пошли следом за Великим Гурхом. Какое-то время ничего не происходило и рабы стали потихоньку переговариваться. Напряжение, которое держало всех в оцепенении, понемногу отступало. Но вот в темноте цитадели началось движение. Затем послышался скрежет — воины что-то тащили. По обе стороны от массивных ворот появились знатные гурхи, они с усилием тащили за собой толстые канаты. Ящеры друг за другом продолжали появляться из мрака. Рабы вновь испуганно замерли. Затем они отошли подальше от решёток. Гурхи тянули и тянули. Первые, кто вышел из дверей, уже достигли помоста. Среди рабов напряжение нарастало. Вскоре послышались болезненные вскрики. Кричали те, кого живая масса придавила к стенке. Все хотели оказаться как можно дальше от того, что вскоре появится.

Канаты натянулись и стали как струна. Гурхи сильнее уперлись ногами в землю, поднатужились, зашипели ещё громче. Канаты подались, из дверей на каменные ступени вылетел закопчённый котёл. Столько металла в одном месте друзьям ещё не приходилось видеть. Котёл покачивался из стороны в сторону и тихонько гудел как колокол. Это был низкий звук, в какой-то момент переходящий в неслышную вибрацию. Она проникала в каждую клеточку любого живого организма. Вибрация поселяла в рабах ужас, который лишал воли и мыслей.

Первыми пришли в себя горилоиды, сбившись в кучу, они обнимали друг друга и жалобно поскуливали. Элты, напротив, старались держаться друг от друга как можно дальше.

— Мы не вкусные. Мы не вкусные, — лихорадочно шептал Рин.

Тем временем, следом за котлом на ступени вылетел Великий Гурх. Он, в отличие от котла не остался там, а продолжил движение. Как чёрный смерч он метался между воинами и шипел, разбрызгивая слюну. Анд готов был поклясться, что видел, как из-под когтей ящера вылетают искры. Его глаза яростно горели, его острые зубы оставили отметины на каждом, кто оказал непочтение Чёрному Судье. Наконец, Великий посчитал, что виновные получили достаточное наказание. Он подошёл к котлу и раскинул лапы, как будто хотел обнять его. Это ему не удалось, котёл был просто огромен. Ящер постоял так с раскинутыми руками у котла и величаво удалился в сумрак цитадели.

Когда высокое начальство удалилось, гурхи вновь оживились. Они некоторое время зализывали раны, в буквальном смысле слова, а затем вновь взялись за дело. Они повесили котёл на перекладину между столбом и помостом. Выстроившись в цепочку, стали наполнять его водой. Гурхи спешили, и вскоре котёл должен был наполниться.

— Что это за бред? Вы что, собираетесь нас сварить? Мы что, по-вашему, еда? — элт кричал во всю мощь легких. Он тряс деревянные прутья и всё больше впадал в истерику. — Немедленно освободите нас! Мы разумные существа!

Очевидно, гурхи и в самом деле считали другие расы всего лишь едой. Они замерли с вёдрами в руках. Как будто человек занятый своими делами на кухне, вдруг услышал требования колбасы из холодильника отпустить её на волю. Замешательство ящеров быстро прошло. Из цепочки вышел молодой гурх, поднял с земли копьё и направился к клеткам. Взбунтовавшегося элта пытался оттащить от прутьев его друг. Но не успел. Гурх подошёл к клеткам, сделав выпад копьём, и пронзил обоих. Элты рухнули на землю.

Вскоре котёл наполнился. Гурхи разожгли под ним огонь и ринулись в клетки. Из рабов они выбирали элтов и горилоидов. Гурхи превратили поход в клетки в весёлое развлечение. Палками они избивали всех, кто подвернется им под руку. Когда горилоиды и элты вывели наружу, в клетках много синтов остались лежать на полу без движения.

Большой Гурх с головы до пят натёрся какой-то грязью и стал абсолютно чёрным. Надев на голову ярко-красную хламиду, он двинулся вокруг котла. По ходу движения он подпрыгивал и клацал зубами, совершая ритуальный танец. Так он ходил по кругу, пританцовывая, пока над котлом не появился пар.

С рабов стали срывать одежду и затаскивать по помосту наверх. Сопротивления уже ни кто не оказывал. Все были морально подавлены и, похоже, смирились со своей участью.

Большой Гурх что-то прошипел, и первый раб полетел в котёл. Раздался истошный вопль. Остальных смертников охватила паника. Они пытались бежать. Ящеры были к этому готовы. Они хватали рабов, затаскивали их на помост и швыряли в котёл. Вопли ужаса и боли стояли над замком.

— Традиция употреблять в пищу врагов…, - начал пояснять происходящее Гы.

— Гы, заткнись! Если я от тебя услышу хотя бы слово, то сверну тебе шею! — оборвал его Рин.

Гы замолчал. Он стоял у решётки и наблюдал за происходящим. Пожалуй, он был единственным из рабов, кто наблюдал за этим. Остальные отвернулись лицом к стенке. Многие зажимали уши руками. Даже незагруженные синты не могли на это смотреть. Они, вместе со всеми стояли лицом к стенке, иногда прикасаясь руками к своим товарищам по несчастью, как бы ища поддержки.

Вскоре крики смолкли. Похоже, что Чёрный Судья не нашёл достойных следовать фарха. На площади началось пиршество. Отвратительное чавканье и рычанье звучало до самого заката.

День подходил к концу. Синты, измотанные большими эмоциональными нагрузками, укладывались на землю. Незагруженные пытались устроить свой обычный паркет, но это им не удалось. Не хватало места, потому что рабы старались держаться подальше от решётки. Каши в этот вечер не было. Но об этом никто не вспомнил. Наверное, никому бы не полез кусок в горло. Может, всем кроме Гы. Наконец, длинный день закончился, и наступила тишина.

Утро началось с криков. Гурхи будили рабов полюбившимся способом — палками и копьями. Когда с едой покончили, всех выгнали из клеток. После отдыха и тёплой каши вчерашний день казался кошмарным сном. Тем более что на площади не было ничего, чтобы напоминало о вчерашней вакханалии. Гурхи убрали и котёл и помост.

Рабов согнали в одну большую толпу и погнали к выходу из замка. «Пожиратель» стоял на прежнем месте. На нём кипела работа. Жёлтые синты предавали мрачному нагромождению дерева весёлый, даже праздничный вид. Удар плетью по спине вернул Анда к собственным проблемам.

Рабов подвели к обширному котловану. На его краю горкой лежали корзины, сплетённые из молодых побегов хвощей. Синты, которые уже знали что делать, похватали корзины и стали наполнять их глиной. Те, кто впервые оказался у котлована, следовали примеру бывалых. Работа была простой, даже пустые синты быстро разобрались, что к чему. Тем не менее, гурхи проявляли недовольство. Плётки щёлкали не умолкая.

Корзины были без ручек, и нести их было очень неудобно. Часто они выскальзывали из рук, и глина высыпалась на землю. На несчастного тут же набрасывались с плётками. Синту под градом ударов приходилось быстро собирать глину.

— Ничего не напоминает? — спросил Рин, когда они шли назад к замку.

— Мне нет. А на что это, по-твоему, похоже? — ответил хмурый Анд.

— Примерно тем же самым мы занимались у элтов.

— Ну, не скажи. Там я за весь день так не уставал. А здесь мы не прошли ещё и половину пути до замка, а я уже с ног валюсь. А кормили нас элты просто по-королевски. И вкусно и разнообразно.

— Я с тобой согласен. Но я же не говорю, что мы здесь делаем то же, что и у элтов. Я говорю, что мы добываем ту же самую глину.

— Похоже, что это самый распространенный строительный материал.

— У элтов организация труда была лучше, — вмешался в разговор Гы. — Я заметил, что многие синты набирают корзины не полными. Это резко снижает эффективность труда.

Анд посмотрел на синтов, идущих по соседству, и понял, что Гы прав. Свист плётки снова вернул Анда к действительности, он потёр след на руке и сказал:

— И с плётками у элтов над нами никто не стоял.

— Это верно, — поддержал его Рин. — Похоже, элты были абсолютно правы, отказавшись от рабского труда. Один Робус, прекрасно со всеми нами справлялся. А здесь целая армия надсмотрщиков, а корзины наполовину пусты. К тому же, за надсмотрщиками следят другие надсмотрщики, — Рин кивнул в сторону.

Анд посмотрел в указанном направлении. Гурх более темного окраса и высокого роста бил своих младших сородичей толстой палкой. Удары он сопровождал злобным шипением, при этом показывал лапой на синтов. Когда начальник закончил распекать подчиненных, он фыркнул и удалился. Гурхи недолго приходили в себя и зализывали раны. Им было на ком отыграться. Началось массовое избиение. Ящеры больше не казались разумными существами. Они остервенело избивали всех, до кого могли дотянуться. Друзьям повезло, они находились рядом с теми синтами, которые уже давно жили в замке. Они заметили, что когда гурхи вышли из себя, некоторые синты легли на землю, прикрыв головы корзинами. Друзья последовали их примеру и избежали самых сильных ударов.

Когда гурхи выбились из сил, движение продолжилось. На месте избиения осталось несколько тел. Гы посмотрел на скорченные тела и сказал:

— Для чего они это делают? Такое неэффективное использование трудовых ресурсов невозможно объяснить.

— Это называется эмоция злость, — сказал Рин.

— А ты испытывал такую эмоцию? — спросил Гы.

— Все когда-то испытывают злость, но в моём обществе считается дурным тоном проявлять её. Даже по отношению к рабам.

— В твоём обществе есть рабы? — удивился Анд.

— Конечно, есть. Рабы есть везде.

— В моём обществе тоже есть рабы. Но у нас это является преступлением, — сказал Анд. — Если рабовладельцев ловят, их судят и сажают в тюрьму.

— Ну, это если существо стало рабом в случае насилия, как мы. В таком случае рабство, конечно, преступление. А если, например, ты проигрался в азартную игру, а платить тебе нечем. Что тогда? Или если ты убил кого-то, как ты рассчитаешься с родственниками?

— Если у нас совершается убийство, то убийцу сажают в тюрьму.

— А за менее тяжёлое преступление?

— Тоже сажают в тюрьму, но на менее длительный срок.

— И что? А если убит кормилец семьи? И у него остались дети? Что толку детям и их матери от того, что убийца где-то там сидит? — Рин перехватил корзину удобнее, отдышался и продолжил. — У нас преступника осуждают в присутствии всей общины. Объявляют его прегрешения и то, что он должен сделать во время своего рабства. Срок, за который он выполнит то, что ему обязали, как правило, не имеет значения. Раб по-прежнему живет своей жизнью и в удобное для него время выполняет повинность. Единственное отличие от других — это белый платок, повязанный ему на шею.

За разговорами обратный путь прошли незаметно. В замке рабы высыпали глину в огромную кучу за цитаделью. Гурхи не дали им передохнуть, они защёлкали плётками и погнали уставших синтов обратно к котловану.

— Вам не кажется, что гурхи испытывают ещё какие-то эмоции кроме злости, когда бьют синтов? — спросил Гы.

— Думаю, что они получают от этого удовольствие, — ответил Рин.

— Это нормально?

— В моём мире нет. Бить, кого бы то ни было у нас запрещено. А получать удовольствие от истязания других разумных существ, это, по меньшей мере, аморально.

— У нас также, — поддержал разговор Анд.

На друзей со всех сторон посыпались удары, оказалось, что увлекшись разговором, они отстали от толпы. Друзья быстро исправили свою оплошность, они юркнули в гущу рабов. За весь день синты только два раза успели сходить за глиной. В конце дня они снова оказались в клетке. Съели свою порцию каши, выпили тёплой воды и легли спать. На этот раз против паркета никто не возражал.

13

— Анд! Да проснись же ты! — Рин шипел в ухо Анду и сильно тряс его.

Наконец Анд открыл глаза и рывком встал. Было темно, вокруг стояла тишина. Анд повернулся к решёткам ожидая увидеть там гурхов с палками. Рин дернул его за руку, заставляя сесть на землю.

— До рассвета ещё далеко, меня разбудил Гы.

— Да, я разбудил Рина. Я не мог отключиться, как вы. Я анализировал ситуацию и пришёл к выводу. Нам надо бежать. Здесь мы долго не продержимся. Как только мы станем терять силы, нас убьют. Мне не хочется не…, не…, не быть. Во-первых, это больно, а во-вторых, страшно….

— Гы, ты живое, мыслящее существо. Ты должен говорить так «Я не хочу умирать», — сказал Рин шёпотом.

Анд медленно приходил в себя после тяжелого сна. Он тупо смотрел, как живой паркет смыкает ряды, заполняя собой пустоту, которая образовалась, когда друзья встали. Наконец, Анд понял, что происходит и спросил у Рина:

— Так что ты предлагаешь?

Рин озадаченно посмотрел на Анда и, помявшись, сказал:

— Я ничего не предлагаю. Я сам проснулся за пять минут до тебя.

— Нам надо бежать как можно скорее. Лучше всего прямо сейчас, — сказал Гы. — Я всё предусмотрел. Ночью ящеры ведут себя пассивно. Они медлительны и рассеянны. Нам нужно воспользоваться этим. Мы выберемся из замка и как можно дальше уйдём от этого места. Там я активирую компактификатор, для его развёртки понадобится час. После этого мы легко доберемся до элтов.

— Хороший план. А как мы выберемся из клетки? — спросил Анд.

Рин принялся крутить головой, осматривая клетку. Ожерелье стояло в зените и давало достаточно света. Наконец, он произнёс:

— Единственный путь наружу — это через крышу. Горизонтальные жерди находятся на большом расстоянии друг от друга. Судя по всему, они предназначены только для того чтобы выдерживать вес хвощей. Если вы встанете в угол, я попробую взобраться по вам и дотянуться до крыши.

Пригибаясь как можно ниже, друзья добрались до угла. По пути им пришлось наступать на спящих синтов. Никто не проснулся, синты очень устали за день. Лишь несколько слабых стонов раздалось, когда друзья были особенно неаккуратны. Гы и Анд стали в угол и прижались друг к другу спинами. Рин, придерживаясь за прутья решётки, забрался друзьям на плечи. Он вытянул руки вверх, но не достал до крыши. Тогда Рин обхватил руками жердь, а ногами уперся в каменную стену и полез вверх. Он добрался до крыши, ухватился за горизонтальную перекладину. Рин раскачался на ней и ударил ногами в хвощи. Растения разошлись в стороны, Рин повис на жерди, свесив руки по разные её стороны. Затем он обхватил вертикальный шест и соскользнул вниз. Друзья бросились к двери. Рин лихорадочно пытался развязать верёвку.

— Здесь столько хитрых узлов, к тому же верёвка очень толстая. Я ничего не смогу сделать, — Рин тяжело дышал. — Это бесполезно! Попробуйте сделать как я.

Гы забился в угол. Анд полез ему на плечи. После нескольких попыток ему это удалось. Но на этом его успехи закончились. Как он не пытался подняться вверх, как это сделал Рин, ему это не удавалось. Анд сорвался и упал на землю.

Гы не стал помогать ему подняться. Вместо этого он пошёл к синтам. Гы присел рядом с последними синтами в паркете и положил, двоим из них руки на головы. Синты встали на ноги. Не открывая глаз, они прошли в угол. Анд успел отскочить в сторону. Синты всё шли и шли. И вот в углу их собрался уже десяток. Гы не останавливался. Синты подходили к своим собратьям и карабкались им на плечи. Всё происходило в полной тишине, синты по-прежнему действовали с закрытыми глазами. Анд почувствовал, как от страха у него по спине поползли мурашки. В верхнем ряду оказалось четыре синта, и только тогда Гы остановился. Он вернулся к Анду и сказал:

— Лезь, потом поможешь мне.

Анд влез на первую живую ступеньку и подал руку Гы. Так, помогая друг другу, они выбрались наружу. На последнем участке пути, когда нужно было скользить по шесту, Гы сорвался. К счастью, серьёзных повреждений он не получил.

Как только Гы оказался на земле, живая пирамида вновь пришла в движение. Сначала начал двигаться синт, который пришёл последним, он спустился по своим товарищам на землю и вскоре стал дощечкой в паркете. За первым синтом последовали остальные. Вскоре от пирамиды не осталось и следа. Анду показалось, что она и вовсе ему приснилась.

Друзья вдоль стены поспешили к выходу. Стена давала густую тень от Ожерелья. Проём ещё не был забран деревянными воротами. Гигантские створки только собирались. Рин заглянул за угол и резко подался назад.

— Там гурхи. Посередине проёма горит большой костёр, вокруг него сидят воины. Их много. Они на самом деле выглядят довольно вялыми, но их много. Нам не удастся проскользнуть мимо них. Мы пропали, нам….

— Ворота, — сказал Гы, показывая рукой на створки, они лежали неподалеку от входа на половину готовые. — Там должны быть инструменты.

— Понял, — сказал Рин и исчез в темноте.

Рин долго не появлялся. Анд уже начал беспокоиться, когда в его сторону метнулась тень. Это был Рин, он что-то принёс.

— Вот! — сказал Рин, протягивая инструмент Анду. — Больше я ничего не нашёл. Там внутри есть что-то металлическое. Оно довольно острое, но наружу выступает лишь немного.

Анду инструмент напомнил рубанок. Он взял камень и выбил деревянный клин. На землю выпал небольшой кусок металла. Анд поднял его с земли и направился к клеткам. Он перерезал верёвки, которые связывали дверь из жердей. Гы проскользнул внутрь. Он шёл по синтам, не заботясь о том, что мог кого-то поранить, дотрагивался до голов. Вскоре синты один за другим поднялись и пошли к выходу. Синты шли с закрытыми глазами, но толкотни не было. У Анда вновь по спине поползли мурашки. Синты выбрались наружу. Собравшись в плотную толпу, они остановились.

— Быстрее за мной! Сейчас они пойдут, — Гы, подавая пример друзьям, забрался в самую середину толпы.

Друзья протиснулись следом за Гы, это было не так просто сделать. Синты стояли не шелохнувшись. Кое-как они добрались до Гы. Как только они оказались рядом с Гы, он шёпотом произнёс «сейчас». Как будто услышав команду Гы, синты одновременно тронулись в путь. Друзьям пришлось приспособиться идти в ногу в этом жутком строю.

— Приготовитесь! Сейчас они побегут! — сказал Гы.

Синты не сговариваясь, чуть наклонили корпус вперёд и потрусили. Друзья приспособились и к этому. Достигнув проёма в стене, синты повернули и прибавили скорости.

Гурхи, наблюдая за странным явлением, застыли в оцепенении. Только когда первый ряд синтов пересёк пятно света от костра, командир караула опомнился. Рослый гурх как в замедленном кино поднялся на ноги и дико заорал. Ему ответили с «Пожирателя» металлическим звоном, там зажглись факелы. Командир широко расставил руки и двинулся навстречу синтам. Его подчинённые последовали примеру командира, они сразу взялись за копья. Синты обтекали командира, как бурный поток воды. Он свёл руки вместе и схватил двух синтов, но остальные побежали дальше. Воины караула били синтов древками копий. Несколько синтов упали, об них стали спотыкаться задние ряды. Под аркой образовалась огромная куча мала. Синты поднимались на ноги, падали, снова вставали. Поток синтов замедлился, но не остановился. Гурхи орали, хватали синтов лапами, в толкотне больше нельзя было использовать копья. Но остановить движение они не могли.

Друзья вместе с синтами падали и поднимались, но избежали лап гурхов. Наконец, они выбрались из замка. Синты образовали строй и снова пошли в ногу. Половина гурхов осталась у костра сторожить жалкую горстку пленников. Другая половина бросилась в погоню. К ним присоединились несколько воинов с факелами со стоящего рядом судна. Казалось, ящеры спят на ходу. Пробежав немного, они и вовсе остановились. В темноте ящеры видели плохо. С «Пожирателя» взлетело несколько осветительных ракет. Но разогнать темноту они не могли. Ракеты с шипением описали в небе крутые параболы и упали на землю. Синты резко остановились. Рин и Анд по инерции налетели на передние ряды. Некоторые синты упали, но тут же поднялись на ноги.

— Быстро выходим из строя! — торопил Гы.

Друзья выбрались из толпы и остановились рядом с Гы.

— Что теперь? — спросил Рин.

Гы не успел ответить. Синты синхронно повернулись на сто восемьдесят градусов и не спеша пошли назад.

— Теперь в хвощи. Нам нужно уйти как можно дальше, — сказал Гы.

Друзья обернулись и увидели, что они стоят в нескольких метрах от тёмной стены хвощей. Гы первый ринулся в заросли. Друзья последовали за ним.

Шли, пока Ожерелье не скрылось за горизонтом, а небо не стало сереть. Используя лезвие от рубанка, Анд нарезал жестких корней и сложил их в кучу. Беглецы забрались в эту кучу. И вовремя. Задевая верхушки хвощей, на большой скорости пронёсся птеродактиль.

— Нас что, ищут? — шёпотом спросил Рин.

— Думаю, что нет, — ответил Гы. — Гурхи не считают рабов. Вряд ли они заметили, что кто-то пропал. Но возможность побега они очевидно не исключают. Тем более что перерезанная верёвка заставит их подозревать диверсию. Думаю, что таким образом они хотят испугать возможных беглецов и выдать себя.

Гы замолчал, прямо над ними на небольшой высоте плавно кружило несколько птеродактилей. Когда они улетели, Гы продолжил:

— Надеюсь, что с теми синтами обойдутся гуманно. Я знаю, какими жестокими могут быть гурхи и поэтому отправил их назад в клетки. Я испытываю новую эмоцию, когда думаю о тех синтах. Это что-то неприятное и неудобное.

— Это стыд. Гы, тебе стыдно за то, что ради собственного спасения ты подверг опасности других. Могу только поздравить тебя, ты приобретаешь понятия о морали, — сказал Рин.

— Да, ты прав. Мне стыдно. Но другого пути выбраться из замка у нас не было.

— Гы, ты опять нас спас, — сказал Анд. — Спасибо.

— Спасибо, Гы, — сказал Рин.

— Нет нужды в благодарностях. Если бы Рин не инициировал побег, я бы никогда не стал думать над тем, как нам выбраться.

— Я инициировал! Да это ты разбудил меня посреди ночи и стал жаловаться, что от монотонной работы ты снова впадаешь в ступор и теряешь себя.

— Да, это так. Но ты бы мог отмахнуться от меня и продолжать спать. Ты этого не сделал, ты разбудил Анда. Каждый сделал что смог и вот мы на свободе. — Гы немного помолчал и продолжил. — Мне казалось, что я знаю всё о взаимоотношениях гуманоидов. Когда я был загружен в спутник, я много наблюдал за своими создателями. Я имел неограниченный допуск к их базам данных. Но оказавшись на Мегаклоне, я понял, что не знаю ничего. Одно дело парить в нескольких сотнях километрах над событиями, и совсем другое принимать в них непосредственное участие. Когда в тебя летят камни, когда тебе больно, когда тебе страшно, что опять будет больно… — Гы замолчал на полуслове. Над хвощами, истошно вопя, пролетел птеродактиль. Следом за ним ещё один. — Но больше всего мне не понятно, как индивиды взаимодействуют между собой. Особенно такие разные как мы. Не смотря на это, мы действуем эффективно. Мне это очень приятно. Это моя самая первая положительная эмоция, я особенно буду дорожить ей. Так приятно чувствовать поддержку других. Знать, что ты делаешь всё правильно. А если ты ошибаешься, тебе помогут. Знать, что тебя не бросят как ненужную вещь. Знать, что ты кому-то нужен.

— Моллюски были правы в том, что из нас получится не плохая команда, но как они об этом узнали, мне не понятно, — сказал Рин. — У каждого из нас есть свои недостатки, но мы дополняем друг друга. И пока нам везёт.

— Возможно, мы созрели на одном дереве, — сказал Анд. — И моллюски знали об этом. Может быть, те, кто вырос на одном дереве, лучше понимают друг друга.

— Вполне возможно, — согласился Гы.

Солнце поднялось высоко. Измотанные ночным побегом друзья согрелись и уснули. Весь день над хвощами летали ящеры. Но беглецов надёжно укрытых жесткими корнями не обнаружили. Под вечер животы синтов басовито заурчали. Анд выбрался из корней, лезвием рубанка срезал несколько молодых побегов. На вкус они были немного кисловатыми и голод совсем не утоляли. Зато помогли избавиться от жажды. Наступили сумерки, Гы решил, что пора действовать. Он углубился на несколько метров в хвощи, отвязал от щиколотки верёвку с щепкой-компактификатором. Находясь в рабстве, он снял шнурок с шеи и привязал его к ноге. Так щепка не привлекала к себе не нужного внимания. Гы положил щепку на землю и вернулся к друзьям. Через некоторое время появилось мерцание. Оно становилось интенсивнее и стало разрастаться. Глазам стало больно смотреть на быструю смену света и темноты. Друзья повернулись к нему спиной.

— Надеюсь, это не привлечёт внимание гурхов, — подумал вслух Анд.

Как будто услышав его слова, в небо с шипением устремилась осветительная ракета.

— Мы совсем не далеко ушли от замка, — сказал Рин.

— Верно. Но опасаться нам не чего, — сказал Гы. — В темноте птеродактили не рискнут взлетать. А пешие воины не успеют сюда дойти. Компактификатор скоро закончит работу. Мерцание напоследок полыхнуло особенно ярко и исчезло.

— Всё, пойдёмте, — сказал Гы.

Пройдя немного, друзья поняли, что хвощи впереди исчезли. Вместе с ними исчезло и несколько сантиметров грунта. На земле образовалась довольно обширная пустошь. В её центре стоял рейдер. Рин споткнулся и упал.

— Откуда здесь яма?

— Компактификатору нужно брать материал для создания объекта. Хвощи и грунт вполне подходят, — сказал Гы.

— Но дерево не похоже на грунт, — Рин постучал по борту.

— Компактификатор разбирает исходный материал на атомы, а из них потом собирает то, что заложено в программе.

— А что такое атомы? — спросил Рин.

— Давайте убираться отсюда, — вмешался в разговор Анд.

Анд первый вошёл в широкий кормовой проём и скрылся в трюме. Гы сразу же поспешил в рубку.

Гы мягко оторвал судно от земли и стал набирать высоту. Ожерелье своими разноцветными бусинами уже хорошо освещало окрестности. С высоты был хорошо виден замок и «Пожиратель», припаркованный у входа.

Рин и Анд зажгли в трюме светильники, первым делом надели свежие комбинезоны. Одевшись, друзья взялись за фрукты, они нисколько не пострадали от метаморфоз, которые совершал компактификатор.

— Я совсем отвык от одежды, — сказал Анд.

— Признаться, носить одежду довольно удобно, — ответил ему Рин. — У себя дома мы носим только набедренные повязки. Но если кто-то будет ходить и без неё, его никто не осудит. Одежда даёт чувство защищенности и всё-таки позволяет несколько отделяться от природы. Я на удивление быстро привык к одежде, мне она очень нравится.

— У меня на родине одежде, как и кулинарии, придается большое значение. Это целая индустрия. Одежда позволяет не только выделяться на фоне природы. Она позволяет показать окружающим твой социальный статус и материальное положение. Да много чего.

— Весьма громоздкий метод невербального общения. Будь у вас хотя бы хвост, всё было бы гораздо проще. Я уже не говорю о мимике и жестах. Но если вам природа не дала таких возможностей, то вполне можно использовать и одежду. — Рин прервал свои разглагольствования. Он откусил большой кусок зелёного плода и усиленно принялся жевать. Проглотив, он продолжил. — Ты меня иногда просто ставишь в тупик, я буквально зависаю, как Гы.

Анд ненадолго оторвался от фруктов, вытер с лица сок и спросил:

— В смысле?

— Например, когда сказал, что не узнаёшь меня без одежды.

— Но я на самом деле не узнал тебя. Когда мы очнулись поле того как эта тварь нас заклеймила. — Анд потёр шрам на лбу. — Я открыл глаза и увидел, что рядом со мной лежат синты, все одинаковые, все без одежды.

— В моём мире такое утверждение являлось бы изысканным оскорблением. За ним последовал бы вызов на поединок. — Рин похрустел очередным фруктом и продолжил. — Когда ты говоришь, что не можешь отличить меня от других, ты говоришь, что я не вижу разницы между тобой и врагом. Соответственно, ты можешь напасть на меня без предупреждения и убить. Я легко могу отличить тебя от других синтов. Будь ты в одежде или нет. У каждого индивидуума есть свои характерные только для него движения тела. Это очень хорошо видно и просто запомнить. Я удивлен тем, что ты не можешь этого заметить.

— Рин, ты тоже много чем меня удивляешь. — Анд вдоволь напился прохладной воды из кувшина. — Ладно, давай что-нибудь отнесём и Гы.

Друзья взяли ещё один комбинезон, фрукты, воду и поднялись в рубку.

— Сейчас мы двигаемся на север. Это направление нам указал Голос. Двигаемся не очень быстро. Когда взойдёт солнце, прибавлю скорость. Но считаю, что Голос сказал нам неправду. Когда мы двигались на «Забияке», стоял густой туман. А потом я попал в колесо и чувство направления мне ничего не говорит. Поэтому придётся лететь наугад. — За время разговора Гы оделся и перекусил фруктами.

Беглецы хорошо выспались днём и сейчас не чувствовали усталости. Гы вёл судно. А Рин и Анд стояли рядом и любовались окрестностями. Света Ожерелья было недостаточно, чтобы рассмотреть ландшафт, расстилающийся внизу. Но общая, хотя и смазанная картина представляла собой довольно красивое зрелище. Равнину покрывали не высокие округлые холмы. Ещё встречались одиноко стоящие деревья.

— Гы, что это за деревья? — спросил Рин.

Гы бросил короткий взгляд на равнину и сказал:

— Это пищевые комплексы. Моллюски расположили их на равнине, чтобы путешественники не страдали от голода. Эта область не заселена.

— Подожди, — перебил объяснение Анд. — Совсем рядом находятся хвощи, ты сказал, что это буферная зона. Что она создана для затруднения общения между расами. А здесь уже пищевые комплексы для комфортного передвижения.

— Здесь моллюски, наоборот, поощряют общение между расами. Недалеко живёт раса дружественная горилоидам. Кроме того, комплексы предназначены для того, чтобы дать беглым синтам вроде нас шанс на спасение. Моллюски предполагали, что из рабства побежит много синтов. Но основная цель — обеспечить общение между двумя видами. В реальной жизни они скоро встретятся. Очевидно, моллюски хотят проследить их взаимоотношения.

Светало, и видимость улучшилась. Даже с высоты полёта было понятно, что деревья настоящие исполины. Анд заметил внизу движение и сказал:

— Гы, спустись ниже, там что-то происходит.

Гы снизился и выровнял полёт на высоте около десяти метров.

— Это синты. Они ели ноги придвигают, — сказал Рин.

Между холмами вилась жиденькая цепочка синтов. Они часто падали, но тут же поднимались и продолжали движение. Синты часто оборачивались. Анд посмотрел туда, откуда пришли синты и воскликнул:

— Смотрите, там гурхи!

На некотором расстоянии от синтов шли гурхи. Солнце пригревало, и их активность увеличилась. То один, то другой ящер с шага переходил на бег. Гурхи медленно, но верно настигали беглецов. Рейдер ушёл далеко вперёд и Анд сказал:

— Гы, разворачивайся, мы должны помочь. Если это те синты, которые помогли нам бежать, то их ждёт верная смерть.

Гы заложил крутой поворот и вскоре они вернулись к синтам. Беглецы оказались в безнадежном положении. Они не знали, что навстречу им движется другой отряд гурхов. Синты взбирались на холм. Это всё что им оставалось. Анд спустился в трюм, взял два пулемёта и вернулся назад.

— Рин, ты сможешь стрелять? — спросил Анд.

Рин посмотрел на пулемёты и вздрогнул, опустив глаза, сказал:

— Нет, Анд, не смогу. Стрелять по бочкам это одно, а по живым существам совсем другое.

— Я смогу, — сказал Гы. — Рин, встань на моё место. Поворачивай штурвал, так чтобы мы барражировали вокруг холма. Больше ничего не трогай. Справишься?

— Справлюсь. С этим справлюсь, — в голосе Рина слышалось явное облегчение.

Рин на самом деле справился. Он вёл судно против часовой стрелки, вовремя поворачивая штурвал. Рычаги скорости и высоты он не трогал. Траектория судна практически совпадала с линей, где холм вырастал из земли. Анд повернулся к Гы и сказал:

— Я думаю, что нам не придётся много стрелять. Мы просто дадим ящерам понять, что с нами шутки плохи. А когда они разбегутся, подберем синтов.

Анд передернул затвор, прицелился и дал длинную очередь. Фонтанчики пыли от пуль прочертили хорошо видную границу на земле. Гурхов это не остановило. Они плотнее сомкнули ряды, немного пригнулись и перешли границу.

— Теперь я, — сказал Гы.

Он вскинул пулемёт, прижал приклад к щеке. Долго целился, затем спустил курок. Пулемёт коротко простучал. Трое первых гурхов, самых крупных, рухнули как подкошенные. Остальные яростно зашипели, подняв морды вверх. Ещё плотнее сомкнули строй, но не остановились.

Рин сделал поворот. Рейдер оказался на другой стороне холма. Здесь ситуация была похожая. Не меньше двух десятков ящеров стояли у подножия холма. Задрав морды, они смотрели на приближающееся судно. Анд повторил очередь. Пыльные фонтанчики вновь выросли из земли. Пулемёт щелкнул и Анд принялся менять диск. Гы передёрнул затвор. На этот раз он почти не целился. Подняв пулемёт, он сразу же выстрелил. Трое самых крупных и самых тёмных упали на землю. Как и раньше, других это не остановило.

— Мы не сможем их остановить, — сказал Гы. — Фарха запрещает им отступать перед техникой.

— Значит, мы их уничтожим! — ответил Анд.

Рин снова повернул, и они оказались у первой группы. Гурхи добрались уже до середины холма. Увидев судно, они стали шипеть ещё громче. В борт вонзилось несколько стрел. Гы вскинул пулемёт и открыл огонь короткими очередями. Вновь появились фонтанчики, на этот раз красные и появлялись они не из земли, а из плоти ящеров. Гы не делал промахов, и половина гурхов упала на землю, когда в диске кончились патроны. Пока Гы менял диск, Анд продолжил истребление. Гурхи теперь не шипели, а истошно выли. Казалось, их маленькие глаза вот-вот выскочат из орбит. Они срывали с себя ремни и перевязи и бросали их на землю. Следом летело их оружие. Оно было им ни к чему. Скрюченными пальцами невозможно держать рукояти копий и мечей. Гурхи в какое-то мгновение превратились из разумных существ в животных. Анд стрелял, но чувствовал, как от кошмарного зрелища мурашки бегут по его спине. Раненые ящеры, казалось, не замечали своих ран. Они продолжали тянуть лапы к судну, как будто они на самом деле думали, что смогут добраться до врага. Гы оказался прав, гурхов можно было только уничтожить. Это они и сделали. Следы от пуль на земле позволяли быстро и точно корректировать стрельбу. Впрочем, Гы это и не требовалось. Анд был уверен, что каждая пуля, которую выпустил Гы, попала в цель. Вскоре последний гурх упал на песчаный склон.

— Здорово вы их! — кричал Рин. — Будут знать, что на силу всегда найдется сила!

Уставшие Анд и Гы вернулись в рубку. Гы взял управление на себя и повёл судно на посадку. Анд рухнул на пол рубки и сказал:

— Рин, пожалуйста, принеси воды.

— Да, да, конечно. Я сейчас.

Рин быстро вернулся с кувшином прохладной воды. Анд поблагодарил и стал жадно пить. Утолив жажду, он предал кувшин Гы. Тот махом опорожнил кувшин. Остатки вылил себе на голову. Не обращая внимания на стекающую воду, Гы сказал:

— Мы сейчас приземлимся. Постарайтесь как можно быстрее погрузить синтов. Думаю, что это не последние преследователи.

— Из-за горстки синтов столько шума? — удивился Рин.

— Ящерам нравиться охотиться. Особенно за теми, кто слабее их. А здесь такое происшествие. Думаю, что в погоне участвуют все воины из замка.

Судно вздрогнуло от касания с землёй. Анд и Рин спрыгнули за борт. Синты стояли, плотно прижавшись друг к другу.

Анд подошёл к ним, но синты попятились. Анд улыбнулся, поднял руку, и над холмом пронеслось знаменитое «каф». Синты оживились, они стали легонько дергать друг друга за руки и заглядывать в глаза. Над толпой не смолкало вопросительное «каф», но произносилось оно шёпотом и очень не уверенно.

Анд плюнул и стянул с себя комбинезон. Он со злостью швырнул комбинезон на землю и спросил у синтов:

— Ну, теперь каф?

«Каф» на этот раз синты орали во всё горло. Анд подхватил комбинезон и поспешил к рейдеру. Синты весёлой гурьбой ввалились в кормовой люк. Гы поднял судно и повёл его, полагаясь лишь на своё представление о местности. В трюме ещё долго звучало «каф». Каждый синт подходил к друзьям и гладил их по рукам. Затем они обследовали трюм. Вскоре все предметы были осмотрены и ощупаны. Во избежание неприятностей оружие и патроны друзья подняли в рубку. Затем друзья поставили на середину трюма корзины с фруктами и открыли бочку с водой. В считаные минуты запасы исчезли. Насытившись, синты расселись вдоль бортов. Друзья поднялись в рубку.

— Всего двадцать восемь синтов. Из них пять загруженных. Говорить со мной они не стали, — сказал Рин. — Пока не понятно почему. Между собой они общаются, но на каком языке я не слышал. Когда мы отыщем элтов, они могут рассказать им о нас.

— Не расскажут, — ответил Гы. — Я сотру им память.

— В таком случае у нас ещё одна проблема. Синты съели все фрукты, и выпили всю воду. Если наши поиски затянутся, то нам придётся очень плохо.

— Это проблема тоже решаема. Как только мы немного удалимся от этого места, я посажу судно недалеко от одного из пищевых комплексов. Там мы найдем и пищу и воду.

В полдень Гы посчитал, что они достаточно удалились от места, где произошло побоище. Он посадил судно недалеко от дерева. Снизу дерево выглядело просто гигантским. Толстый, серого цвета ствол поддерживал крону. Она походила на большое зелёное облако. Гы понял, что ошибся в оценке размера дерева. Оказалось, что он опустился в ста метрах от него. Гы поднял рейдер и на высоте около двух метров повёл его к стволу. Как только судно оказалось в тени пышной кроны, из густой листвы вылетел продолговатый предмет. В палубу вонзилась стрела. Она была украшена красными перьями и хорошо выделялась на серой палубе. Гы тут же приземлился.

— Похоже, дерево занято, — сказал Рин. — Попробую наладить контакт.

Рин вышел из рубки. Он поднял обе руки вверх и повернулся вокруг своей оси. Из кроны послышался крик на незнакомом языке.

— Я вас не понимаю! Вы говорите на этом языке? — в свою очередь прокричал Рин.

В ответ послышался другой возглас, но Рин опять его не понял. Зато этот язык оказался знаком пяти загруженным синтам. Они загомонили и поднялись на палубу. Синты скакали по палубе, размахивали рукам и что-то громко орали в сторону дерева. Они получили ответ из кроны, зашумели ещё громче, перемахнули через борт и понеслись к дереву. Синтам спустили верёвочную лестницу, и они ловко забрались наверх. Вскоре из листвы показалась корзина, она опускалась на верёвке. Следом за ней спустились два синта, подхватили корзину и понесли её к судну. Рин опустил трап, синты поднялись на борт. На них были пёстрые набедренные повязки. Кожу покрывали изысканные татуировки. Они поставили корзину у ног Рина, дотронулись до его плеча и вернулись на дерево.

— Похоже, на этом их благодарность закончилась, — сказал Рин, вернувшись в рубку. — Там фрукты, но их мало.

— Поищем другое дерево, — ответил Гы.

Он поднял судно и повёл его на небольшой высоте. В нескольких километрах стоял другой исполин. Гы сделал над ним круг. Затем опустился до уровня кроны. Ничего не происходило. Гы посадил судно рядом со стволом.

— Гы, мы с Рином пойдём на разведку, а ты подстрахуй нас, — сказал Анд.

Рин недовольно вздохнул, но промолчал. Анд надел ремень с кобурой, вложил туда револьвер, прицепил нож и лихо спрыгнул на землю. Оружие придавало ему уверенности, но она быстро покидала его по мере приближения к дереву. Анд неосознанно стал выбирать путь так, что бы между ним и деревом росли кусты.

— Лучше идти открыто. Если там кто-то есть, это покажет им, что мы не собираемся нападать.

Анд последовал совету Рина, выпрямился и зашагал к дереву. Ствол походил на колонну, гладкую, высотой до неба. Разведчики двинулись кругом. Далеко идти не пришлось, друзья обнаружили, что из кроны по стволу спускается нечто наподобие сети, сплетённой из множества гибких лиан. Анд подошёл к сети вплотную и подергал её.

— Рискнём? — спросил Анд.

Пожав плечами, Рин полез вверх. Зелёная крона раскидывалась высоко над землёй, но Рин ловко передвигался по хитросплетению лиан, и вскоре скрылся в листве. Анду потребовалось гораздо больше времени. Он постоянно путался в лианах, один раз чуть не упал. Тяжело дыша, он всё же выполз на горизонтальную поверхность. Рин стоял на круглой площадке и поджидал друга. С внешней стороны площадка ограничивалась густой листвой. С внутренней — полукруглой стеной из материала, похожего на корни хвощей, такого же чёрного и спутанного. Рин подошёл к мохнатой стенке, потрогав её, сказал:

— Очень мягкий материал, похож на пух.

Анд, потрогал занавес и согласился. Затем он попытался просунуть руку внутрь, это ему удалось. Анд продолжал давить на стенку всем весом. Материал не выдержал и Анд провалился.

— Анд, что с тобой!? — закричал Рин.

— Со мной всё в порядке, — голос Анда звучал приглушенно. — Давай ко мне. Навались посильнее, у тебя получится.

Рин последовал совету и тоже провалился сквозь стену.

— Это что, дупло? — Рин поднялся на ноги и стал осматриваться.

— Я тоже сначала так подумал. Видишь просветы между ветвями? Тот ствол, который мы видели снаружи, служит этим ветвям основанием. До определенной высоты ствол представляет собой единое целое. А дальше он расщепляется на отдельные ветви, они растут по периметру. Внутренняя часть остается полой. Относительно конечно. На самом деле внутреннее пространство не такое и большое. Вертикальные отростки встречаются и посередине. Плюс к этому горизонтальные ветви пересекаются в разных направлениях.

— Да, теперь я тоже вижу, на дупло это мало похоже, — согласился Рин. Это очень похоже на наши общественные здания. Здесь нет такого яркого света, как снаружи. Листва приглушает яркий свет. Внутреннее пространство имеет сложную геометрию. Что, во-первых, позволяет в одном объёме создать несколько отдельных помещений. Во-вторых, всё это находится на разной высоте, и вокруг плавные естественные линии, а не те коробки, которые строят элты. Бр-р-р…. Как будто, тебе на голову надели ящик и он отсёк всё, что не поместилось в него.

Друзья немного постояли, привыкая к мягкому освещению и сложному пространству вокруг. Всё здесь действовало успокаивающе: и свет, и тихий шелест листвы, и терпкий, но не навязчивый запах.

— Мне здесь нравится, — сказал Рин. — Но давай всё же выясним, почему Гы называет такие деревья пищевыми комплексами.

Анд согласился с Рином, и они двинулись в путь. Несмотря на то, что прямых направлений здесь не было, заблудиться друзья не боялись. На каждом шагу встречались разнообразные фрукты. Они висели поодиночке и гроздьями. Порой на одной ветке зрело несколько видов фруктов одновременно. Разведчики пробовали всё подряд, вскоре передвигаться им стало трудно.

— Сотворить такое моим предкам было бы не под силу, — сказал Рин, когда они присели передохнуть. — Моллюски достигли впечатляющих успехов. Если бы они сделали что-то подобное у меня на родине, их почитали бы как богов. На этом дереве беззаботно могут прожить около тысячи особей, таких как я. Всё есть, живи и радуйся.

— Точно, живи и думай, а что такое огонь, — усмехнулся Анд.

— В том числе и это.

Немного отдохнув, друзья продолжили путь. Теперь они поднимались. В хитросплетении веток и лиан невозможно двигаться прямо, поэтому приходилось делать множество поворотов. Преодолев один из поворотов, друзья оказались пред обширным пространством, которое находилось посередине ствола. Внутри цилиндрического объёма парило несколько алых шаров диаметром около метра. Шары крепились тонкими стеблями к полу. Создавалось впечатление, что не будь их, шары взмыли бы в воздух и улетели.

— Это съедобно? — Спросил Анд, указывая на шары.

— Не уверен. Всё съедобное моллюски создали такого размера, чтобы его удобно было съесть. А эти шары очень крупные. К тому же, видишь эти чёрные точки на них? Они не вызывают у меня желания съесть их. Неподалеку раздался резкий стрекочущий звук.

— Это пулемёт! — всполошился Анд.

Друзья бросились назад к мягкой занавеси. Они спотыкались и падали, но продолжали спешить. Проникнув сквозь занавес, они остановились у сетки из лиан.

— У нас все нормально! Поднимайся, — крикнул Рин.

Гы мягко поднял судно и подвёл его к дереву. Затем он бросил друзьям верёвку. Рин привязал её к ветке. Гы перекинул трап и перешёл по нему на дерево.

— Вас долго не было. Я подумал, что у вас неприятности.

— Извини, Гы. Здесь столько всего не обычного, что мы просто потеряли чувство времени. Мы исследовали дерево, но смогли осмотреть только малую часть.

— Ничем не могу помочь, в моей базе данных только общая информация.

— Я предлагаю использовать синтов, чтобы загрузить трюм провизией, — сказал Анд.

— Ты сможешь объяснить им, что нужно делать? — спросил Гы.

— Думаю, что смогу, — Анд направился в трюм.

Гы опасался напрасно. Более того, Анду ничего объяснять не пришлось. Синты один за другим появлялись из трюма и как только увидели перед собой дерево, сразу же бросались к нему. Их внутренности издавали басистый рык, а из ртов капала слюна.

— Похоже, моллюски заложили в синтов информацию о пищевых комплексах, — сказал Гы.

Синты уверенно сновали между ветвей, срывали плоды и тут же съедали их. Когда голод был утолён, синты принялись срывать грушевидные плоды. Оторвав от них зелёный хвостик, они пили из них сок. Пиршество подходило к концу и синты стали укладываться на отдых.

— Эй, мы так не договаривались, — Анд подходил к синтам и заставлял их подняться.

Синты тут же поднимались и следовали за Андом, ожидая указаний. Когда Анд собрал всех вокруг себя, он начал объяснять:

— Срываете, — Анд сорвал крупный фиолетовый плод. — Несёте на судно. Там складываете. Идёте обратно, повторяете всё сначала.

Синты хорошо поняли объяснения. Даже очень хорошо. Первым делом они сорвали крупные листья. Свернули из них кульки, закрепили черенки так, чтобы они не разворачивались. И только после этого они срывали плоды, заполняли ими кульки и носили их на судно.

— Кто кого здесь должен учить? — усмехнулся Рин.

Трюм заполнили фруктами на треть, когда Гы посчитал, что этого достаточно.

— Дальнейшее увеличение массы негативно скажется на скорости и манёвренности судна.

— Дней на пять этого хватит, — сказал Рин, осмотрев трюм.

— Не думаю, что наше путешествие продлится так долго.

Анд жестами дал понять синтам, что фруктов достаточно. Но это не остановило их деятельность. Синты переключились на мягкую стену. Они обрывали волокна и таскали их огромными охапками на судно.

— Это ещё зачем? — удивился Анд.

— Думаю, что они готовят себе постель, — сказал Рин. — На голых досках спать довольно жёстко.

Когда Анд остановил заготовку подстилки, синты переключились на добывания себе одежды. Они устремились куда-то вверх, но быстро вернулись. Их торсы были перехвачены разноцветными листьями. На этот раз они успокоились.

— Ну что, сюрпризы закончились? — спросил Анд.

— Количество сюрпризов на этом дереве зависит от уровня интеллекта, — сказал Гы. — В базе данных есть информация о том, что этот комплекс может произвести абсолютно всё. Нужно лишь правильно попросить его об этом.

— Даже металл? — спросил Анд.

— Металл — исключение для всего Мегаклона, — ответил Гы.

Сверху послышался шум, к ногам друзей выкатился синт. Он встал на ноги и протянул к лицу Анда ветку. «Каф» сказал он обалдевшему Анду.

— Ты что, объелся? — Анд пытался отклониться от ветки.

Но синт не отступал. Он преследовал Анда и продолжал тыкать веткой ему в лицо.

— Да отстань ты от него, — Рин встал между Андом и синтом.

— Каф! Каф! — теперь синт тыкал палкой в лицо Рину.

Гы подошёл к синту и положил ему ладонь на затылок. Тот закрыл глаза и застыл на месте.

— Он хочет помочь вам. Моллюски заложили в них понятие о взаимопомощи. Этот синт нашёл ветку с целебным соком, он хочет, чтобы вы натерли им свои шрамы от ожогов.

Гы убрал ладонь от головы синта. Синт открыл глаза и стал хлопать ими. Рин взял ветку из рук синта. Капнул на палец маслянистую жидкость и стал втирать её в кожу там, где было клеймо. Рин протянул ветку Анду, тот повторил процедуру.

— Синт считает, что завтра от ожогов не останется и следа.

Синт внимательно наблюдал за действиями друзей. Наконец он посчитал, что загруженные сделали всё правильно и оставил их в покое.

Солнце садилось, начались сумерки. Синты вновь проголодались и отправились пастись.

— Переночуем здесь, — сказал Гы. — Нет смысла лететь в темноте. Я загоню судно прямо сюда. Снаружи его будет не видно.

Гы аккуратно двигал судно вперёд. Нос раздвинул ветки и продолжал медленно продвигаться. Гибкие ветви разошлись в стороны, обтекая борта, и рейдер целиком заполнил собой площадку перед мохнатым занавесом. Гы мягко опустил судно.

Тем временем солнце скрылось за горизонтом. Но настоящей темноты не наступило. Некоторые ветви стали светиться мягким фосфоресцирующим светом. К ветвям присоединились некоторые плоды и листья. Мелодичные потрескивающие звуки иногда складывающиеся в трели только добавили окружающей обстановке таинственности.

— Похоже на новогоднюю ёлку, — сказал Анд.

Терпкий аромат, который весь день стоял вокруг дерева, сменился другим, чуть сладким. Синты надергали из занавеса волокна и сделали из них лежанку. А затем принялись укладываться в привычный паркет. Гы спрыгнул с палубы и присоединился к синтам. Следом за ним последовали и Анд с Рином.

Анд давно так не спал. Казалось, энергия просто бурлит в каждой клетке его синтетического тела. Он поднялся с мягкой подстилки и огляделся вокруг. Оказалось, что синты давно уже встали и хрустели фруктами.

— У тебя клеймо исчезло, — Рин протянул Анду карпадж.

— У тебя тоже. Осталось светлое пятно, но его почти не видно.

Синты насытились и расселись на ветках.

— Пора в путь, — сказал Гы.

Друзья жестами стали заводить синтов в судно. Синты быстро поняли, чего от них хотят и потянулись к носовому люку.

— Может, лучше их оставить здесь? — спросил Гы. — Здесь они будут в безопасности.

Рин остановится в нерешительности, но потом сказал:

— Не думаю, что это пойдет им на пользу. Если сюда кто-то явится, с ними могут поступить грубо. У элтов им будет хорошо.

Гы осторожно вывел судно из кроны кормой вперёд. Солнце палило нещадно, но на той высоте, на которой двигался рейдер, дул прохладный ветер, и жарко не было. Движение продолжалось до полудня. Характер местности изменился. Гигантские деревья исчезли, уступив место высоким густым кустарникам. Кустарник рос небольшими рощицами, между которыми оставались пустыри. Друзья перекусили фруктами, выпили сока из желтых плодов, и тогда Гы сказал:

— Мы достаточно долго летели в эту сторону. Считаю, что мы должны увидеть ящеров или следы их деятельности. В кустарниках есть какая-то активность, но на крупных ящеров это не похоже. Думаю, что Голос нам сказал неправду.

— Сволочь! — воскликнул Анд, — почему он нас обманул?

— Наверное, у него были на это свои причины, — ответил Гы. — Мы возвращаемся назад. — Гы заложил вираж. — Вернемся туда, где пищевые комплексы уступают место кустарникам, поднимемся выше и полетим в сторону, противоположную движению солнца. Если Голос солгал в одном, то он наверняка солгал и в остальном.

Первые деревья появились на горизонте, когда солнце уже клонилось к закату. Вместо того чтобы повернуть как и планировалось раньше, Гы продолжил движение и стал снижаться.

— Там что-то происходит, — Гы показывал вправо и вниз.

Друзья посмотрели в указанном направлении. Вокруг одного из деревьев кружился рой точек. Гы сбавил скорость. Когда друзья подлетели ближе, точки превратились в пятна, а затем в треугольники. Над каждым треугольником висела гроздь алых шаров. Такие Анд и Рин видели внутри кроны. Тогда они ещё спорили относительно съедобности шаров. На меньшей стороне треугольников находились два мерцающих диска. Подлетев ближе, друзья поняли, что диски — это быстро вращающееся лопасти. Очевидно, их приводили в движение множество сгорбившихся фигур, которые усиленно вращали что-то ногами. Сумерки не позволяли рассмотреть, кому принадлежали эти фигуры. Казалось, что треугольники совершают хаотичные движения вокруг дерева. Присмотревшись, друзья поняли, движение подчинено строгому порядку. В сумерках дерево начало светиться фосфоресцирующим светом. Этот свет не позволял рассмотреть детали, но пилотам треугольников его было достаточно, чтобы принимать решения. На треугольниках произошла серия резких движений. И в сторону дерева с огромной скоростью полетели камни.

— Это катапульты! Они стреляют! — закричал Анд.

Треугольникам ответили. Из кроны полетели заостренные колья. Оборона дерева сосредоточила стрельбу на одном треугольнике. Попадания в корпус не приносили видимых результатов. Колья вонзались в корпус и торчали там, зловеще вибрируя. А вот алые шары не пережили обстрел. Один за другим они лопались, как перезрелые арбузы. Колья поразили все шары, но скорее благодаря своей многочисленности, чем точности наводки. Нос треугольника клюнул. Затем ещё раз. По мере уменьшения количества шаров треугольник проваливался всё глубже и глубже. Наконец, оставшиеся пять шаров не смогли выдержать вес судна и треугольник стремительно полетел к земле. По пути от него отделялись маленькие точки. Точки оглашали окрестности криками ужаса, воздушное судно теряло свой экипаж. Треугольник ударился о землю и рассыпался в пыль.

Выбывшее судно нарушило отлаженный строй военной машины. В рядах треугольников случилось несколько столкновений. Они усиленно пытались восстановить боевой порядок, но низкая манёвренность судов мешала им. Вдруг треугольники оставили свои попытки. Они повернулись в одну сторону и стали удаляться. Было видно, что экипажи стали усерднее работать ногами, стремясь предать своим судам максимальную скорость. Гы сбавил скорость до минимума и сказал:

— Похоже, очертания нашего рейдера здесь хорошо знакомы. — Гы развернул судно и стал набирать высоту. — Не будем вмешиваться — это чужая война.

Друзья решили не останавливаться на ночлег. Тем более что Ожерелье давало достаточно света. Они разбили ночь на вахты и, сменяя друг друга у штурвала, летели всю ночь.

— Ночью купол мерцает. Он отражает свет Ожерелья и поэтому в темноё время суток его будет проще обнаружить, — сказал Гы.

Ночь прошла спокойно. С рассветом, стало видно, что гигантские деревья исчезли. Внизу расстилался сплошной зелёный ковер.

— Это похоже на тот лес, где мы хотели спрятаться от горилоидов, — сказал Рин.

Спускаться ниже, чтобы убедиться в этом друзья не решились. Они помнили о том, что сбежав от горилоидов, встретили ящеров.

Гы выдернул несколько волосков из подстилки и привязал их к тонкому прутику. У него получилась кисточка. Затем он разломил карпадж пополам. Макая кисточку в сок, он изображал на задней стене рейдера карту местности, над которой они пролетали. Получалось довольно внятно.

Полёт проходил без происшествий. Синты вели себя спокойно. Неудобства доставлял ветер, который свободно врывался в оконный проём рубки. Тот, кому приходилось нести вахту, успевал изрядно замёрзнуть.

— Я что-то вижу, справа по курсу, — Рин стоял на вахте.

— Это определенно купол защитного поля, — Гы вскарабкался на крышу рубки. — Но не тот, что мы ищем. Этот купол отливает красным цветом.

От купола отделилось несколько точек и полетело в сторону рейдера. Гы встал за штурвал и прибавил скорость, преследователи отстали. Так прошёл день и ещё одна ночь. Держа курс таким образом, чтобы хвощи всегда остались слева в зоне видимости, рейдер почти закончил описывать половину окружности. Утром после порции свежих фруктов Гы сказал:

— Мы у цели. Это купол элтов.

Справа по борту показалась возвышенность. По мере приближения она приобрела очертания защитного поля.

— Держитесь! Я буду резко снижаться, чтобы нас не заметили.

Друзья забежали в рубку и схватились, кто за что смог. Пол тут же ушёл из-под ног. В трюме послышались звуки падающих тел и недовольные крики. Друзьям пришлось пережить ещё несколько толчков, прежде чем всё кончилось.

14

— Дальше не полетим, — сказал Гы. — Рисковать не стоит.

Рейдер замедлил движение и остановился. Судно плавно опустилось на грунт. Под днищем скрипнули камешки, и наступила тишина. Синтов вывели наружу. Анд с сожалением снял с себя пояс с револьвером. Синты отошли на несколько метров от судна. Гы бросил компактификатор на палубу и присоединился к друзьям.

Несколько минут ничего не происходило. Затем рейдер ярко вспыхнул и исчез. Гы подошёл к продолговатому холму, образовавшемуся на месте судна, взобрался на него. Некоторое время он прохаживался по холму взад и вперёд. Потом нагнулся, поднял шнурок со щепкой, повесил его на шею и объявил:

— Нам туда.

Весь день цепочка синтов двигалась по направлению к куполу. Солнце нещадно палило. Идти было тяжело. Гы не разрешил взять с собой фруктов, чтобы не вызывать подозрений. По пути не встретилось никакого укрытия от солнца. Синты шли без остановок несколько часов.

Друзья почти обрадовались, когда на горизонте показался столб пыли. Столб быстро приближался, и вскоре можно было рассмотреть знакомую шестиколёсную повозку элтов. Повозка двигалась под углом к маршруту синтов.

— Они не видят нас! — сказал Анд.

— Похоже на то, — ответил Рин. — Нужно привлечь их внимание. — Рин стал прыгать и махать руками, при этом он громко кричал.

Друзья последовали его примеру. Чуть позже, повторяя их движения, присоединились незагруженные синты. Повозка уже начала удаляться, но вдруг резко остановилась. Медленно развернулась и также медленно направилась к друзьям.

— Эй, заткнитесь! — сердитый элт обращался к орущей толпе синтов. Он перегнулся через борт и пытался понять, что происходит.

Анд повернулся к синтам и поднял руки вверх. Наступила тишина. Рин выступил вперёд и произнес:

— Мы помощники эгреготессы Элил из голубого сектора города Љ 8. Мы учувствовали в рейде вместе с эскадрой, но во время нападения горилоидов отстали от неё. Теперь мы возвращаемся. У нас есть важная информация для эгреготессы.

— Что, вы все помощники? — спросил элт.

— Нет. Только мы трое, — Рин показал рукой на себя и друзей. — Остальные незагруженные, увязались за нами.

Элт задумался. Сдвинул на бок плетёную каску и шевелил губами. Наконец он принял решение.

— Ладно, сдам вас командору, он решит кто из вас кто. Но, так как вы незаконно проникли на территорию элтов, объявляю вас задержанными.

С боку повозки опустился трап, и друзья поднялись на борт. Их заперли в тесном помещении на самой нижней палубе. Синтов расположили здесь же, но запреть их было негде. К ним приставили четырёх элтов с арбалетами и путешествие началось. Повозку, как и первый раз, нещадно трясло. Элты не давали синтам ни пищи, ни воды. В душном пыльном помещении время тянулось медленно. Только глубокой ночью повозка остановилась. Синтов вывели наружу. Друзей провели через пустынный двор форта и грубо втолкнули в полуподвальное помещение. Через окно, забранное деревянными прутьями, ярко светилось Ожерелье. В его свете друзья обнаружили ведро с тёплой водой. На поверхности воды плавал мелкий мусор, но это не помешало пленникам утолить жажду. Друзья легли на жидкую охапку соломы и попытались устроиться как можно удобнее.

— Большую часть времени на Мегаклоне я либо раб, либо пленник, — Гы потянуло на философию. — В ваших мирах происходит то же самое? — Ему ни кто не ответил. Все спали.

Утром открылась дверь, вошёл элт. Он поставил на пол два ведра и сказал:

— Здесь вода, её пьют. А это, когда освободите от фруктов, будете использовать для другого, — элт хохотнул, вероятно, он считал себя остроумным. — Смотрите не перепутайте. А впрочем, как хотите. — Элт залился звонким смехом и ушёл.

Фрукты в ведре были плохими. Одни подгнившие, другие сушёные. Но выбирать не приходилось, и друзья съели всё.

— На нашем рейдере остались просто восхитительные фрукты. А здесь мы питаемся отбросами, — сказал Рин, когда фрукты кончились.

— Будь они свежими, с фруктами гигантских деревьев им всё равно не сравниться, — поддержал товарища Анд.

— Я с тобой полностью согласен. Если элты — мастера по выращиванию фруктов, то моллюски — боги. Кстати о фруктах и рейдере. Нам надо договориться о том, какую историю рассказывать.

— О судне нельзя упоминать. Без рассказа о моллюсках мы не сможем объяснить его происхождения. В то же время ложь должна казаться правдоподобной, — сказал Гы.

Рин вытер сок, стекающий с подбородка, и сказал:

— В таком случае, предлагаю такой вариант. Мы пробыли в замке гурхов два дня. Затем нас загнали обратно на «Пожиратель» и мы в качестве тягловой силы снова отправились в путешествие. Через несколько дней случился пожар, и мы бежали. Во время побега к нам присоединились незагруженные синты. Поблуждав несколько дней в хвощах, мы вышли на патруль элтов.

Весь оставшийся день друзья провели, отрабатывая придуманную версию того, что с ними как будто бы случилось. Они несколько раз пересказали друг другу придуманную историю, пока не выучили ее наизусть. Ближе к вечеру дверь снова открылась. Два элта вывели пленников наружу, и повели к самой большой башне форта.

— С командором разговаривать почтительно. Отвечать только на те вопросы, которые он задаёт. А самим ни о чем не спрашивать. — Синты стояли у стены в длинном коридоре. Элт прохаживался вдоль них и проводил инструктаж. — И смотрите у меня, жёлтомордые.

Охранник заглянул в дверь и кивнул синтам, чтобы те зашли. Синты вошли внутрь. Обстановка кабинета была точно такой же, как и в том форте, куда их привезли в первый раз. Обитатель кабинета тоже мало чем отличался от своего коллеги. Пожилой элт с морщинистым лицом, в мутных очках сидел за заваленным свитками столом. Оторвав взгляд от бумаг, он спросил:

— Коротко и подробно. Кто вы и чего хотите?

Рин слово в слово повторил то, что сказал командиру деревянной повозки. Во время рассказа Рина командор сидел, уткнувшись в лист бумаги.

— Что за информация? И почему вы считаете, что эгреготесса тоже посчитает её важной? — задал вопрос командор, когда Рин замолк.

— Эгреготесса предполагала, что мы можем оказаться в подобной ситуации. Она дала нам четкие инструкции.

Командор долго рассматривал друзей. Поправив очки на носу, сказал:

— Я решу, что с вами делать.

— Проклятый бюрократ, — Анд ударил кулаком в стену. Синтов вернули в подвал и там они дождались вечера.

— Не так всё и плохо, — сказал Рин. — Лучше нашу участь пусть решает «проклятый бюрократ», чем Чёрный Судья.

— Элты не намного лучше гурхов. Ящеры хотя бы кормили нас два раза в сутки.

В подвал прокрались сумерки. Друзья сидели молча, каждый думал о своём. Тишину нарушил Гы:

— Иногда я просто теряюсь. Не знаю, что менее опасно, однообразная работа или устремления моего тела. И то и другое заставляет меня виснуть. Когда я пытаюсь разобраться в своём теле, то понимаю, что это целая химическая фабрика. Я понимаю, что конечный продукт этого производства — гормоны. Но то, для чего они производятся, не поддаётся никакому логическому объяснению. Я хорошо понимаю, что делают гормоны, которые необходимы для функционирования тела. Но остальные?

— Наше тело устроено так, чтобы в момент опасности оно само могло принимать решения. Если к принятию решения подключать мозг, это займёт много времени, за которое тебя могут убить, — ответил Анд.

— И что, по-твоему, я должен был испытывать, когда убивал гурхов из пулемёта?

— А что ты испытывал? — присоединился к разговору Рин.

— Я ощущал удовольствие. Это было похоже на то, как будто после жаркого дня я смог напиться. Чем-то похоже на чувство сытости. Сейчас меня это пугает, я разрушал тела разумных ящеров. Рвал их на части, и мне было приятно. Сейчас мне страшно. Опять страшно. — Гы замолчал, и какое-то время сидел неподвижно, с отрешенным взглядом. Затем глубоко вздохнул и продолжил. — Я злой?

— Гы, в этом случае гормоны не причём, — Анду стало жаль Гы. — Я чувствовал примерно тоже самоё. Мы много натерпелись от гурхов и мы отомстили. Представь себе, чтобы сделали с нами гурхи, если бы смогли добраться до нас?!

— Анд прав. Твоя реакция вполне нормальна. Конечно, если ты будешь чувствовать удовольствие от страданий других — это отклонение. Но я не думаю, что с тобой такое случится.

— Я тоже надеюсь, что со мной такого не случится. Вы оказываете на меня большое влияние. Я замечаю, что невольно копирую ваше поведение, смотрю на мир вашими глазами. Без вас мне будет трудно, — Гы замолчал. Вместо него заговорил Рин:

— Кто кому помогает, большой вопрос. То, что мы с Андом помогаем тебе, на нас самих влияет благотворно. Помнишь, как мы поддерживали тебя на «Пожирателе». — Гы кивнул. — Если бы нам не приходилось всё время следить за тобой, наши мучения были бы ещё сильнее. А так мы меньше обращали на них внимание. Ты говорил, что тебе приятно, когда о тебе заботятся. Поверь мне, Гы, заботится о другом существе не менее приятно. — Анд хмыкнул. Этим он привлёк к себе внимание Рина. Он повернулся к Анду и сказал. — Почему ты стараешься показать себя хуже, чем ты есть на самом деле?

— Ничего я не стараюсь показывать, — зло ответил Анд.

— Я видел, как ты вместе со мной помогал Гы. Ты совсем этого не стеснялся. А сейчас ты ведешь себя так, как будто тебе стыдно за это? — Повисла тишина. Затем Рин воскликнул. — Кажется, я понял! Тебе не часто приходилось помогать другим! Верно?

— Представь себе, не часто! До меня никому нет дела! Всем наплевать на меня! Почему я должен относиться к другим лучше?

— Эй, вы чего там разорались, — донёсся из-за двери сердитый голос. — Немедленно успокойтесь! А то я сейчас вас сам успокою!

Рин подсел к Анду вплотную и стал шептать в самое ухо:

— Я не верю, что всё так плохо. Ты описал свой мир как довольно развитое общество. Если ты не можешь правильно взаимодействовать с другими людьми, значит, у тебя есть проблема и её надо решать.

— Когда я смогу читать мысли других людей, я быстро разберусь с проблемами, — зло прошипел Анд.

— Я думаю, что дар моллюсков тебе ни к чему, — с улыбкой сказал Рин. — Ты уже многое понял.

Гы приблизился к друзьям, взял их руки за запястья, и в их головах зазвучал голос Гы:

— Я не понимаю, почему забота о других может быть приятной для меня. Но я вам верю. Я понимаю основные принципы взаимопомощи. Надеюсь, я вскоре испытаю такую эмоцию. Мне приятно испытывать положительные эмоции. Это так, так…, так приятно. Появляется желание испытывать приятные ощущения чаще и чаще. — Гы оглушил сознания друзей быстрой сменой бессвязных образов, но это длилось несколько секунд. — Извините. Иногда эмоции захлестывают меня, и мне хочется рассказать вам об этом. Когда я сообщаю вам о своих переживаниях, они становятся мне более понятными. После этого мне легко их обрабатывать. — Гы помолчал, передавая друзьям серую пустоту. — Я уже просил вас, но хочу повторить. Не бросайте меня! — Добавил Гы и отпустил руки друзей.

— Гы, мы тебя не бросим, — сказал Анд вслух и похлопал Гы по плечу.

— Мы тебя не бросим, — подтвердил Рин тоже вслух.

Гы успокоился. Друзья допили тёплую воду из ведра и легли спать.

— Встать! Прижаться к стене, — элты подкрепляли свои окрики ударами ног.

Синты, помогая друг другу, спешили выполнить то, что от них требовали. Они стали к стенке спиной и замерли. Элты направили на пленников арбалеты.

— Только шелохнитесь и получите стрелу в брюхо.

В помещении повисла гнетущая тишина. Когда элты переступали с ноги на ногу, помещение заполнял скрип их новых сапог. Этот скрип звучал просто оглушительно громко. Наконец, в коридоре послышались шаги. В открытую дверь вошла Элил. Она остановилась между синтами и их конвоем и холодно посмотрела на пленников. На Элил была её официальная одежда из ярко-синих лент. Анд почувствовал, как в его голове подул ледяной ветерок, но через мгновенье это ощущение исчезло.

— Старшина, оставьте нас, — сказала Элил конвою.

— Но госпожа эгреготесса…

— Я снимаю с вас ответственность за мою безопасность, — сказала Элил.

Элты вышли, и старшина закрыл за собой дверь.

— Расслабьтесь, — Элил улыбнулась друзьям. — Я вижу, что вы — это вы. — Элил подошла к Анду, положила ему руку на плечо, заглянула в глаза. — Сильно досталось?

— Порядком, — ответил Анд, смутившись.

Элил подошла к Гы и так же дотронулась до плеча:

— Гы, за тебя я переживала больше всего.

— Мне помогали друзья. Приятно, когда ты прикасаешься ко мне.

— Ты сильно изменился, Гы. Это хорошо.

Элил перешла к Рину:

— Ну, с тобой точно полный порядок. Ты же умница.

— Я как все, — Рин был явно польщён.

— Я рада, что с вами всё хорошо. Я с самого начала знала, что вы вернётесь. Хотя это было практически не возможно. Пойдёмте. Элил открыла дверь и сказала:

— Старшина, эти синты обладают важной информацией. Я забираю их, — Элил подняла руку, прервав старшину на полуслове. — Они не представляют для меня опасности. — Эгреготесса обернулась и бросила синтам. — За мной.

Элил шла впереди, синты держались как можно ближе к ней. Элты почтительно расступались перед эгреготессой и они быстро добрались до универсала.

Элил вырулила за ворота форта и прибавила скорости. Она вела машину и слушала рассказ Рина о приключениях. Они миновали шлюз, когда Рин закончил.

— Вам крупно повезло, что вы добрались сюда, — сказала Элил. — Ещё один повод убедиться в том, что я была права относительно вас. Вы весьма незаурядные личности. Кстати, вы появились очень вовремя. Совет поручил мне ответственное задание. Для его выполнения нужны синты. И я уже приступила к поиску подходящей группы. А тут как раз вы объявились.

Миновав шлюз, Элил ещё увеличила скорость. К вечеру они подъехали к городу. Элил резко подняла машину в воздух. Сверху город походил на объёмный макет. В городе Љ 8 наступил час пик. Деревянные повозки плотным потоком ползли по улицам. Регулировщики в белоснежных костюмах были видны даже с такой высоты. Они стояли на перекрёстках и вращали своими жезлами как пропеллерами.

— Похоже на хорошо отлаженный механизм, — сказал Рин. — Странно, но мне всё больше нравится этот город. Чувствую себя здесь спокойным и защищенным.

Элил звонко рассмеялась и, заложив крутой вираж, повела машину на посадку.

— Ну что, рады сюда вернуться? — Элил стояла посередине их комнаты, уперев руки в бока.

— Конечно, рады, — Рин как всегда отвечал за всех. — Впервые за столько времени спать на мягком. — Рин указал на постели. — И никаких плёток.

— И регулярное питание, — Анд первый заметил корзину с фруктами.

— Меня больше всего угнетало колесо, — вставил Гы.

— Ну что ж, отдыхайте, — Элил выпорхнула за дверь.

На следующий день Элил по одному вызывала к себе друзей и заставляла повторно рассказывать о приключениях. Всё что они говорили, Элил записывала на бумагу.

— Думаешь, она нам не доверяет? — Спросил Анд у Рина, когда вечером они собрались в своей комнате.

— Если бы она нам не доверяла, нас бы здесь не было, — ответил Рин. — Наверное, элты хотят получить более подробный рассказ о наших приключениях. Вероятно, для них эта информация очень важна.

Утром, едва синты доели свои фрукты, в их комнату ворвалась Элил.

— Уже готовы. Хорошо. Пойдёмте!

Друзья только успели занять кресла в универсале, как Элил резко стартовала. Дверки захлопывали уже в воздухе. На этот раз путешествие долго не продлилось. Едва универсал набрал скорость, как Элил повела его в крутое пике. Подняв облако пыли, она приземлилась на окраине города рядом с навесами, где элты пересаживаются с шестиколёсных махин на городские повозки. Элил закатила универсал под навес на огороженную площадку.

— Выходим, — бросила она.

Друзья вышли и помогли выбраться Рину. Его шатало из стороны в сторону, бедняга не мог стоять на ногах.

— Что с тобой? — спросил Гы.

— Мне плохо. Сначала быстро вверх, потом быстро вниз.

— У синтов очень хороший вестибулярный аппарат. Тебе не может быть плохо.

— Плохое самочувствие Рина, — Элил улыбалась, — лежит в области психологии. Рин знает, что будь он в своём теле, ему обязательно стало бы плохо. Поэтому он и в теле синта чувствует себя плохо.

— Спасибо за понимание. Мне гораздо лучше.

— В таком случае, пойдёмте. — Элил быстро шла под навесом. Ветер трепал ленты её наряда и казалось, что эгреготесса парит над землей. — Как я уже говорила, у меня есть важное задание. Я отправляюсь в место, которое называется Пирамида. Со мной отправляется охрана, секретари, переводчики. Но все они — элты. А элтов на Пирамиде нет. Поэтому за нами легко будет проследить. А вот синтов там много. Вы сможете оставаться не замеченными. — Элил замолчала и Гы спросил:

— С какой целью нам нужно скрываться?

— Я хочу получить как можно больше информации о Пирамиде. Всё что вы сможете узнать, не подвергая себя опасности.

— То есть хозяевам Пирамиды не очень понравиться, что мы будем везде ходить и задавать вопросы? — спросил Рин.

— В этом вся сложность. У Пирамиды нет одного хозяина. Там нет централизованного управления. Части Пирамиды принадлежат отдельным расам, или даже отдельным индивидуумам. В каждой части действуют свои законы.

Тем временем они вышли из-под навеса. Прямо перед ними находилась бесформенная серая масса. Вокруг неё кольцом располагались охранники с арбалетами.

— Эти со мной. — Элил кивнула на синтов. Охранники почтительно склонили головы и расступились перед эгреготессой.

Внутри оцепления царила суматоха. Элты сновали в разных направлениях. Из толпы вышел элт с очками на носу и двинулся к Элил.

— Начинайте! — крикнула ему Элил.

Элт кивнул головой. Достал из кармана свисток и свистнул в сторону серой массы. Хаотичное передвижение элтов остановилось. Они стали в две цепочки, взяли в руки канаты и замерли. Раздался ещё один свисток и элты потянули канаты. Серая масса оказалась грубой тканью, под действием канатов она стала сползать. Сначала появился голубой конус, по мере сползания ткани он становился длиннее и шире. Вскоре ткань рухнула на землю. На свет появился старший брат универсала. Причём старшим он был во всём. И в размерах, и в совершенстве линий обвода. Веретенообразный корпус располагал на себе три ряда иллюминаторов. Верхняя полусфера имела несколько широких проёмов. Кормовая часть оканчивалась изящными рулями, с четырёх сторон охватывающих два двухлопастных пропеллера. По бокам судна находились четыре небольших крыла. Не было даже намёка, что судно сделано из дерева. Корпус блестел как новая галоша и производил впечатления монолита.

— Это произведение искусства. Это статуя, олицетворяющая собой скорость, — всхлипнул Рин.

— О, благодарю вас. Весьма лестно слышать такое о своей работе. Но посмею заметить, в отличие от статуи, «Консул» может передвигаться в пространстве, и замечу весьма быстро. — Элт, который свистел в свисток, стоял сзади и весь светился от гордости. — Госпожа эгреготесса прошу вас.

Элил кивнула и пошла к судну. У самого борта ей подали карпадж. Она размахнулась и со всей силы бросила плод. На голубом борту «Консула» появилась красная клякса. Элты радостно взревели. В корпусе появилась трещина, она росла, и вот на землю опустился трап. Элил поднялась по нему до последней ступени. Она помахала рукой, дождалась, когда наступила тишина и сказала:

— Поздравляю вас с вводом в строй этого замечательного судна. — Элты вновь радостно закричали. Дождавшись тишины, Элил продолжила. — Оно быстрое и манёвренное, вооружено новейшим оружием. С его помощью мы быстрее достигнем нашей заветной цели. Тем более что на наших верфях строится целая флотилия таких. — Элты вновь подняли шум. Элил стояла и с улыбкой дожидалась тишины. — А сейчас я хочу сказать отдельное спасибо инженеру Фитцу и попросить его подняться сюда. — Толпа вновь зашумела, извергла из своих недр элта в очках, того самого, который свистел в свисток.

Под одобрительные возгласы инженер стал подниматься по трапу. По пути он споткнулся и упал, вызвав тем самым оглушительный смех у элтов. Наконец, он поднялся. Элил смеясь, помогла ему привести одежду в порядок. Во время падения он разбил стёкла в очках, но снимать их наотрез отказался. Наконец, наступила тишина, инженер Фитц сказал:

— Спасибо, спасибо друзья. Право же, мои заслуги в постройке этого красавца минимальны. Если бы не усилия всех вас, он никогда бы не был построен. Я благодарю всех вас за бессонные ночи. Кто-то провел их у чертёжной доски. Кто-то со столярным инструментом в руках. Но есть и те, кто отдал жизни за то, что бы мы смогли построить такого красавца. Я говорю о наших храбрых разведчиках. Но я верю, что смерть их не напрасна. И вот колоссальный труд позади. Тем более что элты никогда не строили что-то столь грандиозное. Первый раз всегда трудно. По ходу строительства «Консула» нам пришлось изобретать целые отрасли в науке и технике. У нас не было механики, не было химии, да много чего у нас не было. Но теперь всё это у нас есть. У нас появился опыт постройки крупных судов. Это великолепное судно, оно справится со всеми трудностями и принесёт нам успех в нашем нелегком деле. Я с радостью и гордостью передаю «Консул» в руки капитана Брамса. Капитан прошу вас.

Толпа вновь заревела. Сквозь её ряды прошел низкорослый элт. Перед ним все расступались. Никто не хлопал его по плечу, как инженера Фитца. Несмотря на низкий рост, к капитану относились уважительно. Капитан энергично поднялся по трапу, кивнул Элил и повернулся к толпе.

— Спасибо за доверие. Я и экипаж сделаем всё, чтобы оправдать его. Госпожа эгреготесса, прошу вас первой подняться на борт.

Элил скрылась внутри. За ней последовал капитан и инженер. Потом на борт поднялось не меньше пятидесяти матросов. За ними делегация дипломатов. Потом солдаты и обслуживающий персонал. А за ними все желающие. Последними по трапу поднялись синты. Пройдя внутрь, друзья оказались на нижней палубе. Прямо перед пандусом, который спиралью поднимался вверх.

На нижней палубе размещались кубрики матросов. В кубриках стояло по две двухъярусные кровати и столик. Те, что располагались ближе к иллюминаторам, заняли бывалые матросы. А те, что стояли ближе к проходу, достались молодым. Матросы доставали из холщёвых мешков свои вещи и раскладывали по многочисленным полочкам. Кубрики матросам понравились. Со всех сторон доносились восхищённые голоса. С другой стороны пандуса находился камбуз. Новый хозяин уже осматривал свои владения. Он имел такую же крупную комплекцию, как и те, которых друзья видели раньше. Друзья поспешили покинуть камбуз, помня о том, что здесь может быть много работы для синтов.

Вместе с галдящей толпой синты поднялись по пандусу на следующую палубу. Здесь в носовой части располагались каюты дипломатов. Им полгались двухместные апартаменты. Каюты меблировались изящной мебелью. Переборки, забранные цветной тканью, украшались картинами и растениями в горшочках. В целом каюты выглядели уютными. По счастливым возгласам дипломатов было понятно, что каюты им тоже нравятся. Каюты выходили в просторную комнату, где находился большой стол. Вокруг него стояли стулья в белоснежных чехлах. Здесь же располагалось несколько столиков в окружении мягких кресел. На потолке висела полусфера светильника.

За пандусом находились каюты обслуживающего персонала. Они имели меньший размер, чем каюты дипломатов и не так роскошно обставлялись, но так же выглядели уютными. На самой корме находилось машинное отделение, но посетителей туда не пускали. Третья палуба считалась оружейной, туда так же никого не пустили. Офицеры объяснили, что оружейная палуба сообщается с рубкой, которая находится на самом носу. Но и без запрета офицеров на оружейную палубу пройти было не возможно. По задумке конструкторов расчётам орудий и десанту полагалось размещаться здесь же. Считалось, что расчеты должны находятся рядом со своими орудиями. И поэтому третья палуба оказалась самая населённая. Но теснота нисколько не смущала бравых воинов. С оружейной палубы доносились самые громкие восторженные возгласы.

Везде царила праздничная атмосфера. Внутри судна всё сверкало свежей краской и лаком. На жилых палубах были постелены красные дорожки. Всюду расставлены цветы в горшочках, висели картины. Внутренняя обстановка совсем не походила на обстановку боевого судна. Анду она напоминала обстановку зажиточного купеческого дома девятнадцатого века, какой он себе её представлял. Шумная толпа ринулась вверх по пандусу и увлекла за собой друзей.

Четвёртая, самая маленькая палуба, имела крышу и широкие застеклённые окна. Ни какого оборудования здесь не располагалось. Инженер Фитц находился на четвёртой палубе, со всех сторон его окружали любопытные слушатели.

— Палуба предназначена для прогулок пассажиров и отдыха экипажа. А во время боевых действий стёкла убираются, вдоль бортов становятся стрелки. Видите эти кронштейны на фальшборте? Они предназначены для крепления метателей. Кроме того, с этой палубы удобнее всего будет действовать нашему самому мощному оружию — госпоже эгреготессе. — Инженер поклонился Элил.

Элил, проходившая мимо, улыбнулась инженеру и продолжила свой путь. Она увидела друзей, подошла к ним и сказала:

— Я предупредила капитана на счёт вас. Он проинструктирует экипаж. На камбузе вам работать не придётся, — Элил улыбнулась. — Но и вы в свою очередь не наглейте. Сейчас вам лучше занять одну из кают для персонала и сидеть там. Скоро мы начнём подготовку к старту, посетителей начнут выпроваживать. Как бы вам не оказаться в их числе. — Элил снова улыбнулась и повернулась к капитану, который уже давно пытался привлечь её внимание.

Друзья послушались совета Элил и спустились на вторую палубу. Двери в каюты были распахнуты настежь. Они вошли в одну из них, посчитав, что каюта свободна.

— Но здесь только два спальных места, — сказал Анд, остановившись посередине каюты.

— Должны быть ещё два дополнительных, — Рин что-то делал у стенки. — Ты что, совсем не слушал инженера? — Рин отскочил в сторону, на него упала часть стены.

— Ого, как в купе, — сказал Анд. — В моём мире есть поезда. В них такие же полки.

— Анд, ты самый молодой, значит это твоё спальное место, — Рин потирал плечо. Полка всё-таки его достала.

— Вот так всегда и говорят в поездах, когда дело доходит до делёжки. Молодой, значит лезь наверх.

— С каких это пор ты стал таким ценителем комфорта? Ещё совсем недавно ты довольствовался корнями хвощей. А теперь не устраивает вполне приличная кровать. Ну, может, она немного выше других.

— Не спорьте, наверх полезу я. Мне безразлично, где спать, — сказал Гы. Он забрался наверх. Повозился там и затих на какое-то время. — Устраивать свары — это отличительная черта приматов. Если они не воюют, то спорят. Устраивают состязания, соревнования, турниры. Они всегда выясняют кто сильней, кто умней, у кого хвост длинней или не хвост.

— Ого! Это что, чувство юмора?! — спросил Рин.

— Это факты, — ответил Гы. Ни один другой вид так не ведёт себя. Те же гурхи. У них тысячелетиями сложившаяся система взаимоотношений. Если ты с чем-то не согласен, выходи на личный поединок. Но ты должен помнить, что можешь погибнуть. Для приматов нет такого правила, которое они не смогли бы обойти. Я до сих пор не понимаю, почему гуманоиды совсем не исчезли. Гурхи мне понятны, они логичны.

— Гурхи, ящеры, у них нет высшей нервной деятельности, — сказал Анд обиженным тоном.

— Но высшая нервная деятельность предполагает наличие целого спектра эмоций. Таких как любовь, нежность, привязанность.

— Ну, не всё так мрачно, — вмешался Рин. Эти свары, как ты их называешь, помогают приматам лучше узнать друг друга. Понять, на что способен твой оппонент. Если тебя в чём-то превзошли, можно изменить правила игры и попробовать победить в другом. Так мы получаем более полную картинку о возможностях других. И, в конечном счете, это позволяет нам лучше взаимодействовать.

— Гы нарисовал слишком мрачную картину. А ты, Рин слишком радужную. В моём мире если кто-то сильнее другого, он обязательно отберёт у слабого то, что ему нужно. Обязательно ляжет на нижней полке.

— Но я не применял к тебе силу!

— Ты пытался обхитрить меня. Показать, что сильнее меня в интеллектуальном плане!

— Пожалуйста, не спорьте. Мне неприятно, когда вы так враждебно настроены друг к другу, — сказал Гы. — Вы пытались опровергнуть мои суждения о приматах, а вместо этого вступили в новую конфронтацию.

В каюте повисла гнетущая тишина. Каждый думал о своём. Рин сказал:

— Наверное, ты прав. Приматы очень плохие существа. Злые и мелочные.

— Я не примат, — сказал Анд, угрюмо поглядывая на Рина.

— Думаешь, если у тебя хвоста нет, то сразу и не примат!

Гы издал звук, очень похожий на стон. В этот момент в дверь постучали.

— Это, наверное, чай принесли, — шутку никто не понял и Анд пошёл открывать дверь. В коридоре стоял матрос с толстым блокнотом.

— Назовитесь, — буркнул он.

Синты представились. Элт записал что-то в блокноте и сказал:

— Раз вы заняли двадцать четвёртую каюту, то и оставайтесь здесь до конца рейса. Сейчас из каюты выходить запрещено. Скоро взлёт, поэтому возможна тряска.

Элт отошёл к соседней каюте. Друзья расположились на полках и стали ждать. Старт прошёл незаметно. Обещанной тряски не было. Появилась легкая вибрация. Анд, выглянув в иллюминатор, сказал:

— Мы летим. Земля уже далеко.

«Консул» парил в сотне метров над дорогой. Выше не давало подняться защитное поле. Друзья поочередно заглядывали в иллюминатор. Внизу проплывали игрушечные фермы. Крошечные фигурки махали «Консулу» руками. У шлюза ожидали прилет судна, поэтому пробок из повозок не было. Но проходили шлюз долго. Судно не предназначалось для маневрирования в таком ограниченном пространстве. Кроме того, мешали порывы ветра. Со всех сторон слышались крики наблюдателей, усиленные раструбами. Все очень переживали за сверкающий корпус «Консула». Когда судно прошло во внутренние ворота, команда облегченно вздохнула. Немного передохнув, матросам пришлось повторить тот же манёвр с внешними воротами. Но теперь у них появился опыт, поэтому с внешними воротами справились гораздо быстрее. После шлюза «Консул» набрал высоту и начал своё путешествие. Полёт проходил на большой высоте. Поверхность виделась плоскостью, лишенной каких либо подробностей. Скорость судна друзья не смогли определить, её не с чем было сравнить. Ветер посвистывал, соприкасаясь с бортами. Но происходило это из-за скорости или ветер свистел сам по себе, сказать было нельзя. «Консул» постоянно издавал потрескивающие и поскрипывающие звуки. Но по сравнению с истеричными звуками, которые издавал «Забияка», можно было считать, что здесь стояла мёртвая тишина. Друзья откровенно скучали, когда раздался звук колокола.

— Надеюсь, это сигнал на обед, — оживился Анд. — Он открыл дверь каюты и увидел, что элты плотным потоком двигаются к пандусу. — Пойдёмте. — Сказал Анд.

Друзья пошли за ним следом и натолкнулись на его спину. Анд стоял в проходе и смотрел в сторону, противоположную движению элтов. В нескольких метрах от их каюты, в кормовой части, там, где располагалось машинное отделение, была открыта дверь. В тесном помещении несколько матросов, мокрые от пота, вращают какую-то рукоятку. Заметив, что за ними наблюдают, один из матросов резко захлопнул дверь.

— У «Консула» что, ручной привод? — спросил Анд, когда они вместе с элтами спускались по пандусу.

— Не думаю, что это так, — ответил Гы. — Из всего, что я видел, логично сделать вывод, что пропеллеры — это бутафория, призванная ввести в заблуждение возможных шпионов. Слишком велико несоответствие между затраченной энергией и мускульной силой.

— Держаться правой стороны! — окрик предназначался синтам. Увлекшись разговором, друзья не заметили, что элты спускаются, придерживаясь правой части пандуса, а они шли посередине. Навстречу им поднимались другие элты и катили перед собой изящные тележки. Они были уставлены эмалированными горшочками с крышками. Но из-под них всё равно доносился аппетитный запах пищи.

Добравшись до камбуза, друзья увидели, что на обед им полагалось несколько сырых фруктов и теплый травяной отвар. Они шли вместе с вереницей элтов вдоль раздачи. Поднос постепенно наполнялся фруктами. Со всех сторон слышались недовольные голоса элтов. Впрочем, не очень громкие.

— Нечего ворчать! — На середину помещения вышел толстый элт, типичный кок. — Судно новое, мы только что взлетели, у нас не было времени что-то приготовить.

— На тебе это никак не отразилось, — выкрикнул кто-то из толпы.

Кок разозлился и бросился вдоль очереди. Он метался вдоль элтов и кричал: «Кто это сказал? Покажись». Элтов это сильно веселило, они хохотали, уже не скрываясь. Запыхавшийся кок удалился на камбуз.

— Чем зубоскалить, взяли бы, да помогли нам, — бросил он напоследок.

Обед прошёл весело. Кто-нибудь из элтов вставал с места, начинал бегать и кричать, имитируя повадки кока, и смех раздавался с новой силой.

После обеда друзья поднялись на смотровую палубу. Но быстро ушли. Там было холодно, и ветер свистел особенно зловеще. Кроме того, тучи заволокли землю, и смотреть было не на что. К вечеру кок навел порядок в своем хозяйстве. И на ужин выдали размазню. Но никто не жаловался, экипаж понимал, что кок делает всё что может. Постепенно жизнь на судне налаживалась. Пища стала сытной и разнообразной. Команда занималась устранением мелких недоделок. Матросы всё время что-то подстругивали, подпиливали, подкрашивали. Свою работу они выполняли с каким-то благоговением. Они искренне любили своё судно и относились к нему как к живому существу.

15

На пятый день «Консул» вздрогнул всем корпусом, со всех сторон послышался скрип. Матросы замерли, как будто испытывали боль. Судя по инерции, судно сбавляло скорость. Друзья поспешили на смотровую палубу.

Анд понял, почему Элил называла это место «пирамида». Потому что это и была пирамида. Вернее сказать Пирамида. Она парила в воздухе над огромным котлованом, дно которого терялось во мраке. Шло время, «Консул» летел к Пирамиде, а она оставалась всё того же размера. Анда несколько раз пытались оттеснить от окна другие любопытные, но он вцепился в фальшборт мёртвой хваткой и не уступал своего места.

Анду показалось, что по граням Пирамиды пробегает какая-то рябь. Наконец, «Консул» достаточно приблизился, и стало понятно, что это не рябь движется по граням, а сами грани двигаются вокруг оси Пирамиды. Более того, оказалось, что как таковых граней не существует. Исполинские каменные глыбы вращались в своём гигантском хороводе. Глыбы выстраивались в горизонтальные пласты, и между пластами теперь было видно свободное пространство. Собственно, форму пирамиды имела только верхушка. Остальное сооружение походило на конус. Вскоре Пирамида заняла собой всё пространство прямо по курсу. С такого расстояния стало видно, что вокруг Пирамиды, как пчелы вокруг улья, роятся разномастные суда. В некоторых местах суда образовывали потоки, движущиеся в одном направлении. Иногда потоки разветвлялись, иногда сливались вместе. Наверняка эти транспортные потоки подчинялись какой-то логике, но со стороны это выглядело хаотичным движением.

«Консул» подлетел практически вплотную к Пирамиде. Теперь она выглядела сплошной стеной, верхняя часть которой растворялась в голубоватой дымке. На глыбах стали видны постройки всех мыслимых форм и размеров. Оживление царило не только на поверхностях глыб, но и в их толще. На смотровой палубе стояла тишина, открывшееся зрелище подавляло. Анду показалось, что он смотрит на муравейник, который живёт своей собственной жизнью. В воздухе, на поверхности, внутри глыб — всюду жизнь била ключом. Анд почувствовал, что у него закружилась голова, и он отшатнулся от окна.

— Гы, что это за место? — Анд решил отвлечься разговором.

— В моей базе данных ничего нет, — Гы ответил автоматически. Он неотрывно смотрел на Пирамиду.

Справа раздался резкий неприятный звук. В нескольких метрах от борта дрейфовало нечто похожее на гнездо. По крайней мере, таково было первое впечатление. Все, кто стоял на смотровой палубе, в оцепенении уставились на это сооружение. Гнездо сделало резкий манёвр и приблизилось к «Консулу». Стало видно, что это действительно гнездо. Сооружение было сплетено из толстых веток, в некоторых местах ветки хаотично торчали в разные стороны. На борт гнезда вспорхнула крупная птица, почему-то этому никто не удивился.

— Капитан, обеспечьте приём, — сказала Элил.

Капитан вышел из оцепенения. Казалось, он обрадовался, что у него появилось дело. Он принялся бодро сыпать приказаниями. И вскоре окно убрали, а часть фальшборта сняли со столбиков. Птица тут же перепорхнула внутрь «Консула». Она вышла на середину палубы и остановилась. Она обвела присутствующих огромными умными глазами. На палубе вновь воцарилась тишина.

— Да это же ворона! — воскликнул Анд.

Птица подпрыгнула и стремительно подошла к Анду. Оказалось, что глаза птицы находятся на уровне глаз синта. Она наклонила голову, издала звук, и в самом деле, похожий на «кар». Анд почувствовал в голове чьё-то присутствие. Перед его глазами пронеслось несколько ярких картинок. К птице подошла Элил, оттеснила Анда в сторону и представилась:

— Я Элил, эгреготесса голубого сектора города Љ8. Рада приветствовать вас на борту «Консула».

К Элил подошёл один из дипломатов, затем ещё один и начался разговор. Синты оказались в задних рядах и ничего не слышали. А вскоре и слушать было нечего. Общение пошло без слов.

— Телепатия, — сказал Анд, когда из глаз у него исчезли яркие пятна.

— Вполне распространенный способ общения для высокоразвитых существ, — сказал Гы.

Очевидно, что переговоры шли успешно. Птица подошла к проёму, через который влетела и каркнула во все воронье горло. Из гнезда тут же прилетела ещё одна птица, точно такая же. Дипломат из свиты Элил положил перед птицами небольшой металлический брусок. Вновь прибывшая птица подошла к бруску и сильно его клюнула. Затем, склонив голову набок, долго рассматривала его. Что-то, протрещав, она взяла брусок в клюв и улетела обратно в гнездо. Элил вместе с птицей направилась к пандусу, за ними следовали дипломаты.

— Наверно, это шкипер, — сказал Гы. — Он поведёт нас внутрь Пирамиды.

— Поведёт нас внутрь этого, — Рин трясущейся рукой указал на Пирамиду. — Нет! Я не смогу на это смотреть! Я иду в каюту. — Рин убежал.

Вскоре «Консул» тронулся в путь, точно следуя за гнездом. Судно двигалось малым ходом. Гнездо обходило стороной крупные транспортные потоки. Расстояние между каменными глыбами было достаточно велико. Когда судно оказалось между двумя каменными ярусами, Анд оценил расстояние между ними как в двести метров.

В отличие от Рина, Анд и Гы не ушли со смотровой палубы. Они стояли и любовались грандиозным зрелищем. Между пластами движение не было таким плотным как во внешних транспортных потоках. Множество судов проносилась мимо «Консула», многие замедляли движение, чтобы полюбоваться сверкающим голубым судном. «Консул» выгодно отличался от своих деревянных собратьев. От разнообразия транспортных средств рябило в глазах.

Гнездо пролетело над внешним каменным массивом и стало маневрировать для того, чтобы попасть к следующему. Оказалось, что каменные глыбы вращаются с разными угловыми скоростями. Те, что ближе к центру, вращались медленнее. «Консул» вслед за гнездом миновал ещё несколько каменных массивов. Чем дальше они забирались внутрь, тем мрачнее и неуютнее выглядели каменные платформы. Гнездо снизилось у седьмой или у восьмой платформы. Ветхие строения не занимали и третей части этой платформы. Гнездо полетело к одному из пустырей, который был расчерчен на множество квадратов. Гнездо плавно опустилось в центр одного из квадратов. «Консул» сел рядом.

Вокруг царил сумрак. Если в первом поясе дневной свет ещё попадал на поверхность массивов, то внутренние слои практически не видели солнечного света. Каминные глыбы, которые парили сверху, светились жемчужным фосфоресцирующим светом.

На смотровой палубе вновь стало оживленно. Элты осматривали окружающий пейзаж и шёпотом делились впечатлениями. Вдалеке виднелись какие-то постройки. Не выше трёх-четырёх этажей. Серые, без огней, они казались не жилыми.

По соседству с «Консулом» на одном из квадратов стояла непонятная конструкция. Деревянные балки торчали в разные стороны. Их назначение трудно было определить. Казалось, что это хаотичное нагромождение случайных предметов. С конструкции свисали серые занавеси. Ткань во множестве мест зияла дырами. Под порывами ветра ткань приходили в движение, и они начинали колыхаться. Было заметно, что движение тканей не везде совпадает с общим направлением. За ними что-то происходило. Некоторые элты утверждали, что видели, как за тканью кто-то быстро перемещается.

На смотровую палубу поднялась Элил со свитой и птица. Птица коротко кивнула и выпорхнула в проём. Гнездо не стало дожидаться её и взлетело. Птица забралась в гнездо уже на большой высоте.

— Итак, мы на месте, — сказала Элил, выйдя на середину палубы. — Я выслушала совет нашего шкипера и последовала ему. Он посоветовал не погружаться сразу в гущу событий, а начать осваивать Пирамиду с окраин. Пирамида — опасное место. Здесь множество существ. Существ, нам неизвестных. Ваши непосредственные командиры объяснят вам подробнее, чего следует опасаться. Я, в свою очередь, приму меры к нашей защите. Прямо сейчас могу сказать — покидать борт запрещено.

Элил ушла. Большинство осталось на смотровой палубе. В пределах видимости появились солдаты. Они прохаживались на границе квадрата. В своих плетёных доспехах и с арбалетами они выглядели беззащитными. Солдаты тоже чувствовали это и старались держаться как можно ближе друг к другу. Солнце садилось, и полоса света между пластами стала бледнеть. Вращающиеся каменные небеса действовали на всех угнетающе. Смотровая палуба опустела.

Вернувшись из столовой, друзья обнаружили, что элты не заходят в свои каюты, а толпятся в коридоре.

— Вот и синты. Тогда начнём. — В коридоре находился один из офицеров. Он стал прохаживаться по коридору. Элты, уступая ему место, прижались к дверям кают. — Как уже сказала госпожа эгреготесса, это опасное место. Опасность, о которой нас предупредили птицы, состоит в том, что мы можем подвергнуться гипнотическому внушению. То есть может случиться так, что кто-то из нас будет исполнять чужую волю. — По коридору пролетел испуганный ропот. — Каждый из нас знал, что легким этот рейд не будет! — В голосе офицера зазвенел металл. — Наши сородичи рассчитывают на нас. Они поручили нам важную миссию. Мы должны сделать всё, что от нас зависит. Кроме того, с нами госпожа эгреготесса и она обещала защитить нас. Уж она-то в таких вещах разбирается. Но многое зависит и от нас. Если мы будем соблюдать некоторые правила, то риск окажется минимальным. Во-первых, ни под каким предлогом не покидать судно. Во-вторых, если вы заметили, что кто-то из наших товарищей ведёт себя странно — ни в коем случае не мешать ему, а тут же сообщить об этом старшему. И в-третьих, если вам дали поручение за пределами судна, не выходить наружу группой меньше чем из трёх элтов. — Офицер ещё некоторое время прохаживался по коридору, провожаемый испуганными взглядами, а затем разрешил разойтись по каютам.

На следующее утро в столовой к друзьям подошёл элт в комбинезоне обслуживающего персонала и сказал:

— Вас ожидает госпожа эгреготесса. После завтрака бегом к ней. Вторая палуба, каюта номер один.

Вход на вторую палубу охранялся. Два элта стояли у пандуса, два непосредственно у входа на палубу. Охрана отказалась пропускать синтов и вызвала старшего караула. Старший расспрашивал синтов о причине их визита и задавал другие вопросы. Когда старший выдохся, Гы сам задал вопрос:

— Это что, проверка на подконтрольность внешнему воздействию?

— Умным себя считаешь? — элт приблизился к Гы вплотную и снизу вверх посмотрел ему в глаза. На Гы это не произвело никакого эффекта. — Следуйте за мной.

В кают-компании завтрак только начинался. Старший провёл синтов за спинами дипломатов и постучал в дверь с позолоченной цифрой один. Дверь открыла молодая женщина, она впустила элтов внутрь. Женщина провела синтов в смежную комнату.

— Располагайтесь. — Элил сидела перед зеркалом и причесывалась. Она была в своей официальной одежде из синих лент. Наконец, она посчитала, что прическа в порядке и повернулась к синтам.

— Выглядишь просто потрясающе, — сказал Анд.

— Спасибо, — Элил звонко рассмеялась. Иногда забываю, что вы не обычные синты. — Надеюсь, ты не будешь разбрасываться комплиментами при посторонних.

— Конечно, не буду.

— Хорошо, тогда к делу. Сейчас за мной прилетит гнездо. Я наняла птиц, и какое-то время они будут помогать. Особых оснований доверять им нет. Но до сих пор они вели себя честно. Мы полетим на самую верхушку этого сооружения. Там состоится своего рода представление. Элты — молодая раса, впервые попавшая на Пирамиду, и мы должны представиться самым могущественным существам.

— Это не моллюски? — спросил Гы.

— Хороший вопрос, Гы. Нет, это не моллюски. Кто это, птицы отказались говорить. Когда птицы вспоминали об обитателях верхушки, их охватывал животный ужас. Так вот, эти существа даже не всем показываются на глаза, чтобы не пугать своим видом. И все же птицы заверили меня, что на верхушке нам ничего не грозит. В худшем случае с нами просто не пожелают разговаривать. Обитатели верхушки принадлежат к нескольким расам. Какой расе мы покажемся интересными неизвестно.

— А что вообще элтам нужно от верхушки? — спросил Гы.

— Во-первых, нам нужно обучиться универсальному языку, на котором здесь все говорят. Можно нанять кого-нибудь, тех же птиц, но это очень долго. У верхушки есть способ мгновенно обучить языку с помощью гипноза. Во-вторых, нам нужна информация о Пирамиде. Своего рода путеводитель. Вы видите, что такое Пирамида. Она огромна, она опасна. Это место для сильных существ. Слабые исчезают здесь бесследно. Элты сейчас слабы. Я чувствую себя сельской девчонкой, впервые попавшей в город на ярмарку. — Глаза Элил увлажнились, она погрузилась в воспоминания. — Так вот. — Элил встрепенулась. — На верхушке никто не считает себя правителем Пирамиды. Они считают себя одними из многих, кто здесь живет, но гораздо могущественнее. У них свои цели, свои приоритеты. Объединяет их только одно — они ценят уединение. Иногда расы верхушки сотрудничают для решения общих проблем. Но большую часть времени они даже не общаются. — Вошла женщина и поставила на столик поднос с дымящимися чашками. Бросила короткий взгляд на синтов и ушла. — Угощайтесь. — Элил взяла чашку, пригубила. — Какого-то конкретного задания у вас не будет. Пока я занимаюсь переговорами, вы погуляйте по верхушке. Конечно, если такая возможность представится. Посмотрите, послушайте. Узнайте как можно больше, но не в ущерб вашей безопасности. Прошу вас, будьте осторожны. — Элил сменила официальный тон на более тёплый. Она вяла с зеркала мешочек и кинула Рину. — Металл — универсальная валюта на Мегаклоне. Это вам на карманные расходы. Рин высыпал содержимое мешочка на ладонь и синты увидели металлические стрежни.

Вошла женщине и сказала:

— Госпожа эгреготесса, вам пора.

— Пойдёмте, — сказала Элил.

Элил первой спустилась по трапу. За ней шли два дипломата, дальше десять солдат в полной экипировке. Замыкали шествие синты. Гнездо возвышалось над каменистым грунтом на уровень роста среднего элта. Элил остановилась у гнезда в нерешительности. Заминка длилась не долго. Солдаты построили живую лестницу, и Элил оказалась внутри. Остальным пришлось забираться в гнездо самостоятельно. Это было не так просто. Ветки пружинили и царапались. Птицы, осмотрели пассажиров, и отошли в дальний конец гнезда. Сели там и больше не двигались. Гнездо само собой поднялось в воздух и тронулось в путь. Было не заметно, чтобы птицы как-то управляли полётом, они просто сидели. Сплетенное из толстых веток гнездо, палубы не имело. При ходьбе, ноги проваливались между прутьями. А качка делала передвижение внутри гнезда просто невозможным.

На помощь Элил опять пришли солдаты. Они сняли свои бронежилеты и сделали из них нечто наподобие трона. Элил с царственным видом уселась на него. Остальные расположились, кто как смог. Большинство приняло решение сесть на пол и держаться руками за выступающие прутья. При качке ноги постоянно соскальзывали с прутьев. Рин закрыл глаза и тихонько застонал, его опять укачивало. Гы дотронулся пальцем до его виска. Рин тут же встрепенулся и удивленно посмотрел вокруг. Гы отвернулся в другую сторону, делая вид, что он тут не причём.

Тем временем гнездо вылетело из-под каменного массива. Заложив крутой вираж, оно стало набирать высоту. Внешние массивы сверкали роскошью и многообразием. От ярких красок рябило в глазах. От необычных форм зданий по спинам бежали мурашки. Впрочем, виной этому мог быть и довольно свежий ветер. Чем выше они поднимались, тем разрежённее становились транспортные потоки. Судов становилось меньше, зато те, какие здесь встречались, поражали изысканностью форм и окраски.

— Наш «Консул» выглядел бы здесь весьма достойно, — сказал один из дипломатов и все с ним согласились.

16

Гнездо подлетело к верхушке. Стало видно, что она окружена шаром мерцающего защитного поля. Из квадратного основания верхушки во все стороны лучами расходились длинные пирсы. Соблюдая между собой как можно большее расстояние, на них стояли причудливые суда. Гнездо опустилось на один из пирсов. Птицы встали и дали понять пассажирам, что им пора выходить. Птицы спешили. Они издавали резкие звуки, топорщили перья на голове и суетились вокруг элтов, подгоняя их. Синтам пришлось спрыгивать с гнезда, так как нетерпение птиц достигло предела.

Гнездо резко набрало высоту и исчезло из вида. Элил пошла по пирсу в направлении защитного поля. Холодный резкий ветер, казалось, дул со всех сторон разом. Все замёрзли. Наконец, они подошли к защитному полю. Прямо перед ними появилась точка. Она увеличивалась, пока не превратилась в окружность. Окружность продолжала расти и увеличилась до размера, достаточного для того, чтобы в неё можно было пройти. Элил смело шагнула внутрь, её сопровождение не отставало. Когда они оказались внутри сферы, проём медленно затянулся. Элты оглянулись вокруг.

Они стояли на широкой каменной дороге. В отличие от тёмного камня Пирамиды, здесь камень имел светлый оттенок. Дорога уходила вверх. Вдоль неё росло множество деревьев и кустарников. Довольно ухоженного вида. Растительность скрывала центр верхушки, и казалось, что посольство находится на равнине. Солдаты стали шумно вздыхать и ослаблять ремни бронежилетов. Здесь было тепло, даже душно. Повышенная влажность только ухудшала микроклимат. Вскоре все покрылись капельками пота. Элил весёло посмотрела на спутников. Указав рукой в центр верхушки, сказала:

— Нам туда!

Элил бодро зашагала по дороге, увлекая за собой остальных. Солнце светило высоко в небе, и многочисленные деревья отбрасывали густую тень на дорогу. Вокруг порхали небольшие пёстрые птицы, издававшие мелодичные трели. Но чувство тревоги не покидало синтов. Анд заметил, что солдаты тоже нервно поглядывают на густую растительность.

— Это дикие животные? — Спросил Рин, указав на птиц.

— Не факт, что они животные, — отозвался Анд. — Гы, а ты что думаешь?

— Не обращал на них внимание. Нашу группу постоянно прощупывают. Очень похоже на то, как это делал Голос. Но гораздо изощреннее и увереннее. Ощущаю сильное давление на свой мозг.

— Гы, с тобой всё в порядке? — с тревогой спросил Рин.

— Да, думаю в порядке. Как только я сказал о давлении, оно тут же исчезло. Мне стоит последовать вашему примеру и просто наблюдать за тем, что происходит. Пирамида, вообще, странное место. А верхушка просто концентрирует странности. Обратите внимание, со стороны верхушка кажется пирамидой. Мы идем достаточно долго, а вокруг нас равнина. Когда я пытаюсь это анализировать, то погружаюсь в ступор. Очевидно, хозяева этого места не терпят вмешательства в свои дела и предлагают воспринимать это место так, как они этого хотят. — Гы замолчал. Посмотрел вокруг. — Птицы синтетические. Вибрации их мозга совпадают с вибрациями тел синтов.

Друзья налетели на спины внезапно остановившихся солдат и те недовольно заворчали на них. Процессия остановилась перед каменной аркой. Резные узоры на ней покрывали вьющиеся растения. Элил вошла в арку. За аркой находилось просторное помещение или парк, или то и другое одновременно. Ветви нескольких высоких деревьев ограничивали пространство сверху. Каменный пол покрывал толстый слой опавших листьев. По периметру помещение ограничивалось каменными глыбами. Они уступами поднимались на небольшую высоту и были сплошь покрыты зелёным мхом. Все помещение заполняли звуки журчащей воды. Она стекала по камням, образуя каскады небольших водопадов.

Элил остановилась посередине этого влажного и тенистого пространства. Посольство приблизилось к ней как можно ближе и сбилось в кучу. В нескольких шагах перед Элил колыхался зелёный занавес из вьющихся растений. Он поднимался от пола и исчезал в кронах деревьев. Занавес колыхнулся. Сквозь него одновременно появились два ящероподобных синта. Они пошли навстречу элтам. Следом за первой парой появилась вторая. Затем занавес колыхнулся между теми местами, откуда появились синты. Пряди растений продолжали расходиться все дальше и дальше, пропуская между собой что-то громоздкое.

У ног Анда послышалось шуршание. Он посмотрел вниз. На листьях лежал Рин, его била мелкая дрожь. Анд хотел помочь другу, но передумал и посмотрел на занавес.

Ромбы, треугольники, квадраты — всё это сверкало и двигалось. Анд воспринимал окружающее как в туманном сне. Затем он понял, что красивые геометрические фигуры находятся на цилиндре, который состоит из невероятного количества чешуек. Анд поднял глаза, змея всё ещё выползала из-за занавеса. Она укладывалась в кольца, неподвижной оставалась только голова. Взгляд огромных глаз с вертикальными зрачками был направлен куда-то в сторону. Строй элтов вздрогнул, один из дипломатов упал на землю.

— Так лучше? — густой баритон появился прямо в голове Анда.

Змея исчезла, на её месте остались только геометрические фигуры. Они светились мягким светом, но за их расположением угадывалась форма тела змеи. Все облегченно вздохнули.

— Нет! — голос Элил метнулся к кронам деревьев. Пожалуйста, не нужно менять свои привычки из-за нас. Если это ваше обычное состояние, то будьте так любезны оставаться в нём. — Элил успокоилась, и теперь её голос звучал как обычно.

— Но я вижу два бесчувственных тела, — баритон звучал приятно, но без всякой эмоциональной окраски.

— Я прошу прощения за своих спутников, — Элил присела в изящном реверансе. — Не нужно о них беспокоиться, с ними всё будет в порядке.

— На моё тело часто так реагируют. Мне это нисколько не мешает. — Змея материализовалась. Наверное, все-таки змей. Он уже закончил свой выход. Кольца улеглись в пирамиду, и на её вершине покоилась голова. Взгляд по-прежнему не был направлен прямо на элтов.

— Мне бы не понравилось, если кто-то, увидев меня, падал в обморок от страха, — сказала Элил.

— Вы обладаете чувством юмора? — змей хотел посмотреть на Элил, но в последний момент отвел взгляд в сторону. — Меня всегда привлекали существа, которые обладают этим. Юмор — довольно своеобразное логическое построение, но боюсь, что мне оно не доступно. Вы не могли бы выбрать более простую форму общения?

— Конечно, — Элил с готовностью согласилась. — Форма ответов на вопросы вас устроит?

— Снова юмор?

— Сейчас я не думала шутить. Просто пытаюсь предложить форму общения.

— Такая форма мне понятна. Гуманоиды чаще всего так и общаются со мной. Вы пришли ко мне, я задам вопрос первый. Что вам нужно?

Элил замолчала. Она разволновалась и оглянулась на своих спутников, как будто ища поддержки. Очевидно, тесный строй элтов за её спиной эту поддержку предоставил.

— Мне нужно то, что позволит произвести натурализацию.

— То есть, ты хочешь обладать технологией преобразования синтов в тела кокой-то расы?

— Да.

— Что это за раса?

— Моя собственная — раса элтов.

— Ты действуешь от собственного имени или от имени какого-то сообщества?

— Я действую по поручению всего моего народа.

Глаза рептилии заволокло туманом, а кольца пришли в движение. Казалось, что каждое кольцо медленно движется навстречу друг другу. Змей забылся и окинул просителей мутным взглядом. Между челюстей выскочил раздвоенный язык и затрепетал в воздухе. Все почувствовали себя парализованными. Никто не мог пошевелить ни единым мускулом. Второй дипломат рухнул в обморок. Змей резко перевёл взгляд на падающее тело. Пелена с глаз рептилии исчезла. Теперь его глаза горели хищным огнём. Огонь быстро погас. Змей принял прежнюю позу, устремив взгляд куда-то в сторону. Оцепенение покинуло элтов и синтов. Они чуть заметно принялись шевелить конечностями, радуясь тому, что вновь контролируют свои тела. Вновь голос, лишенный эмоций, зазвучал в головах:

— Я думал над твоими словами. Такая технология существует только у моллюсков. Почему ты не попросишь ее у них?

— Мы просили, но они отказали. Они сказали, что не заинтересованы в спасании всех элтов. Они сказали, что то количество элтов, которое есть, вполне достаточно для поддержания вида и образа жизни.

— Из твоих слов я могу заключить, что твой народ обладает каким-то количеством синтов, в которых находятся личности твоих сородичей, откликнувшихся на Призыв. И теперь вы хотите натурализовать их.

Элил долго молчала, опустив глаза вниз. Затем встряхнула головой, разметав по плечам чёрные волосы, и сказала:

— Да, это так.

Над поляной повисла тишина. Только вода журчала по каменным ступеням. Змей застыл в задумчивости. Но вот пелена с его глаз исчезла, в воздухе вновь затрепетал раздвоенный язык:

— Мне понятно, что ты ищешь и зачем. Я могу помочь тебе получить желаемое. Но это опасно. Хочу предупредить тебя, когда моллюски узнают, что твой народ прошёл натурализацию без их ведома, они могут наказать всех. — Тело змея пришло в движение, он перенёс голову в другую сторону и продолжил. — Ты была откровенна со мной, я отплачу тебе тем же. Однажды, много лет назад моя раса совершила нечто подобное и поплатилась за это. Да будет тебе известно, что если моллюски считают какою-то расу не перспективной и хотят от неё избавиться, они уничтожают её. Каждого индивида такой расы они облучают определенными лучами с большого расстояния, и они теряют способность к размножению. Таким образом, раса ещё существует в течение одного поколения, а затем исчезает. Так было с моими соплеменниками. Мы живём долго и поэтому ещё существуем. Но когда-нибудь нам придёт конец. В принципе, наши ситуации похожи. — Змей повернул голову и уставился на Элил в упор. — Я помогу добыть то, что нужно тебе. Взамен ты поможешь мне.

Элил спокойно выдержала взгляд рептилии и ответила:

— Моё согласие будет завесить от того, что ты попросишь.

— Логично, — змей принял прежнюю позу. — Наши самки по-прежнему откладывают яйца, но они без зародышей. Я знаю, что моллюски культивируют некоторые расы рептилий, искусственно повышая численность их населения. Для этого они используют многофункциональные биокомпьютеры. Они созданы из генного материала моллюсков. Раньше моллюски часто ими пользовались. Теперь их технологии обработки информации стали более совершенными, и моллюски нашли им другое применение. Доставь мне один такой организм. Взамен ты получишь информацию о натурализации.

— Я согласна, но мне нужна более полная информация об этих организмах. А также мне нужна информация о Пирамиде. Дело серьёзное и подготовка к нему должна быть основательной. Мне не хотелось бы тратить много времени на поиски.

Один из ящероподобных синтов, сидевших до этого по обе стороны от змея, встал и, неуклюже виляя коротким хвостом, скрылся за растительной завесой.

— Скажи, тебя не пугает наказание моллюсков?

— Конечно, пугает. Но у моего народа очень тесные эмоциональные связи между отдельными индивидами. Те, кто находится сейчас на Мегаклоне, просто обязаны помочь тем, кто гибнет на нашей планете. Или хотя бы попытаться помочь. Если же наша раса должна погибнуть, она погибнет. Вся, до последнего элта.

— В твоих словах нет логики, доступной для меня, но, похоже, что ты веришь в то, что говоришь.

Синт вынырнул из-за занавеса, в передних лапах он нёс небольшую пёструю сферу.

— Это хранитель информации. Здесь информация о Пирамиде и о том, что нужно мне. Для его активации представь себе восход, для того, чтобы он закончил работу, представь закат. Прошу тебя, обращайся с ним очень осторожно, хранитель состоит из частей моего тела. Когда справишься с задачей, верни мне его.

Синты встали с земли, и пошли к зелёной занавеси. Они раздвинули пряди в стороны и змей начал свой неспешный уход. Синт с пёстрой сферой подошёл к Элил и подложил её у ног эгреготессы. Затем он повернулся и побежал помогать своим товарищам.

Сфера вздрогнула и потеряла свои очертания. На её месте появилась тонкая змейка. Молниеносным движением она обвилась вокруг лодыжки Элил. Она вскрикнула. Солдаты разом бросились к эгреготессе. Но помощь не требовалась. Змейка в неподвижности замерла на ноге Элил. Она в несколько колец обвивала ногу и походила на украшение.

— Как вы себя чувствуете, — спросил офицер охраны. Он стоял на коленях перед Элил и смотрел на змейку. Но раздвинуть ленты эгреготессы, чтобы лучше рассмотреть змейку не решался.

— Я в полном порядке, — бледность с лица Элил постепенно сходила.

— Но вы кричали!

— Просто она так неожиданно бросилась ко мне. К тому же…. К тому же она такая холодная. Я благодарю вас за службу, офицер, но волноваться решительно не о чем. Нам пора уходить. Позаботитесь о дипломатах.

Элил села на корточки. Змейка ожила и медленно переползла с ноги на её запястье. Элил поморщилась, змейка ослабила свои кольца. Её глаза потухли, она вновь превратилась в украшение.

Солдаты быстро справились с поручением эгреготессы. Под несмолкаемые шутки они надавали дипломатам пощёчин и те пришли в себя. Очнулся и Рин.

— А что, змея уже уползла? — спросил он, вставая с земли.

Элил, видя, что её спутники в состоянии идти, направилась к выходу. Солдаты пошли за ней, оттеснив дипломатов в конец колонны к синтам.

До границы защитного поля добрались без приключений. Когда точка превратилась в окружность, из неё подул холодный ветер. Элты, уже привыкшие к теплому и влажному воздуху, почувствовали себя неуютно. Но долго идти по пирсу не пришлось. К посольству сразу же спикировало гнездо, оно столкнулось с каким-то судном, которое двигалось в ту же сторону. Птицы яростно закричали и захлопали крыльями. Нагромождение выпуклостей отступило. Очевидно, конкуренция у перевозчиков была не шуточная.

Гнездо опустилось на пирс и птицы перебросили через борт веревочную лестницу. Похоже, они учли потребности клиентов и сделали всё для их удобства. Это относилось и к внутреннему устройству. Теперь в гнезде были настелены доски, и стояло несколько разнокалиберных лавок. Птицы что-то кудахтали, наблюдая за тем, как пассажиры поднимаются на борт и рассаживаются на лавочках.

Посольство радостно встречали на борту «Консула». В кают-компании Элил кратко рассказала о визите на верхушку. Подняла вверх руку, показав змейку и, сославшись на усталость, ушла к себе в каюту. Синты спустились в столовую. Несмотря на то, что ужин давно закончился, их покормили. После еды они пошли к себе в каюту и сразу легли спать.

17

Новый день начался со стука в дверь. Когда Анд пошёл открывать, дверь уже ходила ходуном. Судя по всему, стучали давно. Анд откатил дверь в сторону и чуть не получил кулаком в лоб. Элт усердно выполнял свои обязанности, он собирался обрушить на дверь новую порцию ударов, когда той не стало.

— Вам приказано явиться к эгреготессе Элил! Срочно!

От крика посыльного проснулись Гы и Рин. Гы свесился с верхней полки и спросил:

— Что происходит?

— Одевайся, нас вызывает Элил, — сказал Анд.

— Срочно! — подтвердил мявшийся в дверях элт.

Анд с силой захлопнул дверь.

— Сколько времени? Мне кажется, я совсем не спал.

— Трудно сказать. Когда я лёг, то сразу уснул. А по солнцу не сориентируешься, здесь всегда сумерки, — сказал Рин, глянув в иллюминатор.

Друзья оделись и вышли в коридор. Перед ними шёл посыльный. Он часто оглядывался и бросал на синтов умоляющие взгляды. Наконец, они добрались до каюты с золочёной цифрой один на двери. Посыльный, облегчёно вздохнув, постучал.

Дверь открыла служанка. Она тут же попросила синтов войти. В знакомой комнате на столике уже стояли три дымящиеся чашки с отваром. Четвёртая была в руках Элил. Элил выглядела бледной, а под глазами появились тёмные круги.

— Располагайтесь и пейте, — Элил кивнула на кресла перед столиком. — Это поможет вам быстрее проснуться.

Элил допила из чашки, поставила её на столик и, поглаживая змейку, сказала:

— С момента возращения я просматривала информацию в хранителе. Я просмотрела всё до конца. Во-первых, птицы нас просто ограбили. На тот металл, который они запросили за свои услуги, можно было арендовать приличный особняк на одном из верхних уровней. Кроме того, на Пирамиде существует транспортная система, которой можно пользоваться совершенно бесплатно, но я пока не разобралась, как это сделать.

— Можно мне подключиться к хранителю? — спросил Гы.

— Положи руку на стол, — сказала Элил.

Гы подчинился. Элил тоже положила руку на стол. Глаза у змейки засветились, она сползла с руки Элил и, проскользив по столешнице, обвилась вокруг руки Гы. Гы откинулся на спинку кресла и глаза его затуманились. Прошло около часа, прежде чем Гы пошевелился:

— На самом деле, на хранителе больше половины места заняты информацией о транспортной системе Пирамиды. Много информации о самой Пирамиде. Но она отрывочная и бессистемная. Есть описание рептилий, которых моллюски усиленно размножают и место их обитания.

— Мне это место показалось очень странным. Какие-то заросли под водой?

— Это не заросли. И они не под водой. Раньше рептилии жили в мелких и тёплых морях. Но они откликнулись на Призыв. Здесь, на Мегаклоне, моллюски заключили с ними сделку. Теперь рептилии стали гораздо больше по размеру. Моллюски полностью модифицировали их тела. Им не нужен воздух, им не страшна космическая радиация, к тому же их размеры позволяют им общаться в радиодиапазоне. То есть органы слуха достигли такого размера, что они с лёгкостью воспринимают радиоволны. Неизменным остался только их внешний вид. В море им было бы тесно. Моллюски поселили их на одной из бусин Ожерелья. Там нет воздуха и гравитации. Но в целом обстановка похожа на их родной мир.

В каюте повисла тишина. Элил встряхнула волосами и спросила:

— Как же мы туда попадём?

— В принципе, перелёт на орбиту Мегаклона в состоянии совершить любое летающее судно. Вопрос в том, как нам защититься от космического вакуума. Низкие температуры и вредные излучения убьют наши тела.

— Что за чушь! — Рин вскочил с кресла и сжал кулаки. — Всем известно, что вакуум — это абсолютно твёрдое, абсолютно прозрачное мировое вещество, которое никто и ничто не в состоянии преодолеть! А вы собираетесь лететь сквозь него!

— Рин! Ты уже достал меня своими бреднями! Это что очередной завет предков? — В тон Рину воскликнул Анд.

— Попрошу с уважением относиться к моим Великим предкам.

— Рин, ты не прав, — голос Гы звучал успокаивающе. Сядь. Я позже расскажу тебе о вакууме.

Рин сел. Но успокоиться не мог. Он сидел, опустив глаза в пол, и что-то чуть слышно бормотал.

— На хранителе много информации о нескольких верхних уровнях. Я думаю, там мы найдем то, что нам нужно. Нам нужен камень, который создаёт компактное защитное поле. На подобии того, которое защищает место обитания элтов. Сложность в том, что такие камни редкость. Те, у кого они есть, хранят это в тайне. Когда-то моллюски раздавали такие камни всем, кто попросит. Но потом они обнаружили, что в большинстве случаях компактные защитные поля используют в делах, которые моллюскам не нравятся. В том числе и полеты к Ожерелью. В результате моллюски объявили награду за информацию о камнях. Так что даже если мы просто будем спрашивать о камнях, то неизбежно привлечем к себе внимание.

— Кстати, о лишнем внимание. Есть ещё один вопрос, который мне надо обсудить с вами, — сказала Элил. — Я понимаю, что в случае успеха нашего предприятия моллюски могут нас жестоко наказать. И, тем не менее, я бы хотела, чтобы это случилось как можно позже или совсем не случилось. В общем, я не хочу вовлекать в похищение «Консул» и его экипаж.

— Думаю, что сквозь защитное поле «Консул» нельзя будет узнать. Очертания судна будут размыты, — сказал Гы. Он вытянул руку с Хранителем вперёд. И на месте двери в соседнюю комнату появилось размытое светящееся пятно. Внутри его происходило круговое движение. Элил испуганно вскрикнула.

— Это портал транспортной системы Пирамиды, — пояснил Гы. — Мы можем отправляться хоть сейчас.

Элил завороженно смотрела на вращающееся пятно, затем с усилием перевела взгляд на Гы и сказала:

— Мне нужно сделать несколько распоряжений, и я готова.

Гы опустил руку, портал исчез. Элил вышла из комнаты.

— Пока Элил отсутствует, предлагаю загрузить в ваши головы диалект, который на Пирамиде понимают все.

Гы протянул руки друзьям и те взялись за них. Сознание Рина и Анда погрузилось в туман. Когда синты открыли глаза, Элил уже вернулась и сидела в кресле напротив. Она сняла своё официальное одеяние из синих лент. Теперь на ней был обычный комбинезон, и короткая куртка с капюшоном.

— Мне тоже нужно выучить язык, — сказала Элил.

— Для этого понадобится вся ночь. В синтах заранее заложена возможность к изучению языков с помощью гипноза.

— И что, теперь мы можем говорить на другом языке? — спросил Рин.

— Да, теперь можете. В хранителе есть массив информации с универсальным языком. С помощью гипноза я перекачал его вам.

— Давайте быстрее отправляться. В противном случае, скоро сюда явится делегация моих подчиненных с просьбой не отправляться в опасное путешествие самой, а поручить это кому-нибудь из них. Я могу не выдержать и согласиться. От этой Пирамиды у меня мурашки по коже. Возьмите это, — Элил кивнула на стол.

На столе лежали арбалеты и ножи. В отличие от тех, что носили солдаты, эти были гораздо меньшего размера. Металлические рессоры располагались вдоль приклада, а не попрёк, и это делало оружие более компактным.

— Мне это не нужно, я плохо стреляю, — сказал Рин, отодвигая арбалет. — Я возьму только нож.

— В таком случае повесь на пояс мешочки с металлическими стержнями. Будешь следить за их сохранностью.

Анд и Гы не стали отказываться от арбалетов. Они прицепили их на пояс вместе с ножами и запасом болтов. Элил вложила свой жезл в серый чехол на поясе. Анд взял из рук Элил небольшой рюкзак и закинул его за спину.

В дверь постучали и мужской голос спросил:

— Госпожа эгреготесса, вы позволите войти?

Элил посмотрела на Гы и кивнула. Гы поднял руку, на месте двери вновь появилось вращающееся пятно. Гы смело шагнул внутрь него. За ним в пятно вошла Элил. Анд решил не отставать. Он сразу же потерял опору под ногами и почувствовал, что падает. Вокруг мерцали разноцветные вихри. Анда охватила паника, но тут в глаза ударил ослепительный свет. Анд зажмурился. Он покачнулся, вновь ощутив под ногами твердую опору, но удержался на ногах. Анд открыл глаза и увидел пред собой Элил и Гы. Они держали его за руки, желая помочь.

— Я в порядке, — сказал Анд и оглянулся.

Сзади него находилось круглое строение. Без окон и дверей. Оно было сложено из чёрного камня. На том месте, откуда вышел Анд, вращалось светящееся пятно. Анд посмотрел дальше и увидел, что вокруг строения царит суматоха. Живые существа всех форм и размеров появлялись и исчезали в порталах. Только теперь до ушей Анда донёсся гул. Строение находилось в центре огромной площади, по которой в разные стороны спешили необычные существа. Половина из них выглядели как видения из кошмарного сна. Во всех направлениях шло, скакало, ползло, ехало невообразимое количество существ. Некоторые использовали механические средства передвижения. Другие использовали для передвижения животных. Причем иногда было невозможно понять, кто седок, а кто животное. На площади часто случались столкновения. Но конфликты быстро затухали. Поток не давал возможности остановиться и выяснить отношения с обидчиком. В воздухе плотность потока была ничуть не меньше. Крылатые твари носились во всех направлениях.

— Если Рин не появится в ближайшую минуту, портал закроется, — сказал Гы.

В это мгновенье портал мигнул и из него вывалился Рин. Он отскочил в сторону. Его выворачивало наизнанку. Несколько существ шарахнулись в стороны. Помочь Рину никто не пытался. Наконец, Рин восстановил дыхание.

— Я больше никогда и ни за что не войду в это проклятое пятно! Ни одно живое существо не способно выдержать такие мучения! Это похоже на смерть!

— В таком случае оставайся здесь, — Анд обвёл рукой вокруг.

Рин оглянулся и снова начал бледнеть. Его колени задрожали. К Рину подошёл Гы и положил руку на затылок.

— Рин, у нас нет времени на обмороки, — сказал он.

Рин выпрямился.

— Спасибо, Гы, — он посмотрел на Элил. — Давайте быстрее уйдём отсюда.

— Вот тебе раз. То не войду больше в пятно, то давайте быстрее уйдём отсюда, — усмехнулся Анд.

— Рин прав. Здесь мы ничего не найдём, — сказала Элил. — Гы, поищи для нас другое место.

Гы протянул руку. На чёрном камне появился портал. Гы вошёл внутрь. За ним Элил.

— Теперь ты, — сказал Анд и подтолкнул друга к порталу.

Рин замешкался, но увидев решительное лицо Анда, наклонился и бегом бросился в портал. Место, куда привёл портал, было прямой противоположностью первому. Насколько хватало глаз, вокруг расстилалась безжизненная равнина. Нагромождение каменных блоков, из которых вышли друзья, единственное, что возвышалось над равниной. Анд оглядел каменные блоки и подумал, что сооружение похоже на Стоунхендж. Вокруг царил полумрак и тишина, если не считать звуков, издаваемых Рином под ближайшим кустом. Пахло гарью.

— Здесь что, была война? — спросила Элил у Гы.

— Не знаю, но нам здесь делать нечего. Кажется, я разобрался с навигацией транспортной системы Пирамиды.

— Хорошо, как только Рин придёт в себя мы, тронемся в путь, — сказала Элил.

— Я в порядке, — сказал Рин, держась за живот.

Гы вошёл первый. За ним Элил. Анд поддерживал Рина, помог ему войти в портал.

— Это третий ярус от верхушки, — объяснял Гы. Друзья сидели на изящной лавочке на залитой солнцем лужайке. Позади них находилось каменное возвышение, окруженное белоснежными колоннами. Время от времени между колоннами возникали порталы. В них входили и выходили существа. — Эту платформу облюбовали гуманоиды. Здесь есть правительство, и поддерживается порядок. Но место всё же опасное.

— С самого момента нашего появления здесь я чувствую давление в ментальном плане. Кто-то постоянно пытается взломать мою защиту, — сказала Элил.

— Кто-то пытается прочесть твои мысли!? — в голосе Рина звучал ужас.

— Да, и очень настойчиво.

— Я ничего такого не чувствую, — Рин озирался по сторонам.

— У тебя и у Анда есть гипноблок. Его установил хранитель вместе с языком. Вы на сто процентов защищены от ментальных атак. А тебе, Элил, следует предпринять меры по защите своего разума.

— Спасибо, я хорошо защищена. Я просто отмечаю тот факт, что здесь небезопасно. — Элил встала с лавки. — Ну что, давайте осмотримся?

Следуя за Элил, друзья вышли из парка, и двинулись по тротуару. По тротуару передвигалось множество существ, преимущественно гуманоиды. Гуманоиды были всех размеров и окраски. Некоторые особи носили яркие одежды. Но встречались и те, кто носил одежду, скрывающую черты лица. И Элил совсем не выделялась здесь в надвинутом на глаза глубоком капюшоне.

Проезжая часть так же пёстрила разнообразием. Здесь встречались и механические повозки, и гужевой транспорт. Кареты выглядели особенно роскошно в отличие от механических повозок. Те были какими-то обшарпанными. Большинство из них при движении издавали неприятные звуки. Дома вдоль улицы имели одинаковую архитектуру. Высотой в три — четыре этажа, они стояли вплотную друг к другу. У зданий были большие окна и черепичные крыши. Орнаменты на тему геометрических фигур украшали фасады. Часто рисунки переходили с одного дома на другой, как бы объединяя их между собой. Рин проводил взглядом массивного гуманоида трёхметрового роста, сплошь покрытого шерстью, и спросил у Гы:

— Значит, ты говоришь, здесь есть правительство, и оно следит за порядком?

— Да, этот уровень принадлежит гуманоидной расе. Они называют себя карлонами. Кстати, нам на встречу идёт один из представителей этой расы.

Друзья посмотрели вперёд. Навстречу шёл не высокий мужчина. Он шёл, переваливаясь, потому что его ноги были искривлены. На коротком толстом туловище находилась крупная голова, покрытая густой огненно-рыжей растительностью. Волосы практически полностью скрывали лицо. Наружу выдавался большой нос картошкой, а чуть ниже виднелись мясистые губы. Чёрные очки скрывали глаза. От тёмных брюк в крупную белую полоску, и фиолетового пиджака с одной блестящей пуговицей буквально рябило в глазах. Под пиджаком полыхала ярко-оранжевая манишка. Довершало убранство достойного джентльмена обилие бижутерии. Кольца, серьги, цепочки сверкали как игрушки на новогодней ёлке. В руках он держал трость с крупным набалдашником. Но трость не являлась оружием, а служила украшением. Охранять эти богатства полагалось четырём синтам, которые шли сзади. Кроме обычных комбинезонов, они носили широкополые шляпы. За поясными ремнями находилось по нескольку крупных пистолетов, судя по массивным куркам, однозарядных.

Карлон шёл посередине тротуара. Несмотря на свой маленький рост, он глядел на прохожих свысока. Поравнявшись с друзьями, рыжий бросил на них короткий взгляд. Он презрительно фыркнул так, что во все стороны полетели слюни. Важная персона уже собиралась продолжить свою неспешную прогулку, но тут её взгляд задержался на Элил. Анд легонько подтолкнул Элил и та, выйдя из оцепенения, пошла дальше.

— Мерзкая тварь! Он ощупывал меня взглядом, как будто я вещь, и он решал, использовать меня или нет.

— Ты попала под его влияние? — спросил Гы.

— Нет. Но он смог увидеть, что я женщина и понял, что смущаюсь под его взглядом. Мерзкая тварь! У меня такое чувство, как будто он облапал меня, — Элил трясло от отвращения.

— Элил успокойся. На Пирамиде это в порядке вещей. Тот, кто сильнее в ментальном плане, обязательно использует своё преимущество на слабом. За нами следят. Нам нужно укрыться.

Друзья инстинктивно ускорили шаг, но Гы их одернул:

— Ведите себя естественно. Так, будто слежки нет.

Гы свернул с тротуара и подошёл к белоснежной карете, запряжённой стройными животными. Они очень походили на лошадей, но только издали. Вблизи оказалось, что животные покрыты радужной чешуей, а хвост и грива состоят из разноцветных перьев, как у попугая. Когда одно из животных открыло пасть, стали видны мелкие острые зубы, явно не вегетарианские. Длинные ноги оканчивались трехпалыми лапами с острыми когтями. Дверь кареты открылась, и оттуда вышел синт, зеркальное отображение Гы.

— Что нужно? — спросил синт.

— Нам нужно осмотреть город.

— Как будете расплачиваться?

Подошёл Рин, он порылся в мешочке и достал металлический стержень. Он поднёс его к глазам синта.

— Это подойдёт, — синт с усилием вырвал стержень у Рина и сказал кучеру. — Обзорная экскурсия.

Элил первой забралась внутрь. Когда дверь захлопнулась, карета тронулась с места. Движение на улице было довольно оживлённое. После нескольких сотен метров путешествия стало понятно, что гужевые повозки пользуются приоритетом. Механические повозки безоговорочно уступали дорогу.

— Я не фиксирую направленного внимания на нас, — сказал Гы. — Элил, очевидно твоей защиты не достаточно. Одень хранитель, он защитит тебя не сто процентов.

Элил протянула руку к Гы, и змейка сменила хозяина.

— Так вот, — сказал Гы. — То, что на этом уровне существует правительство, для нас скорее минус, чем плюс. Здесь всем заправляют карлоны. И неизвестно, как они отнесутся к нам, когда мы начнём расспрашивать о камнях.

Обзорная экскурсия — это было громко сказано. Карета сделала несколько поворотов, но пейзаж за окном не изменился. Серые здания теснились друг к другу. На всём пути не встретилось ни парков, ни фонтанов. Монолитный строй серых зданий иногда нарушали дворцы, но они отгораживались от всеобщего обозрения оградами с частыми прутьями. Сразу за оградами располагались зелёные насаждения — единственное место, где можно было встретить растительность на этом уровне. Элил отвернулась от окна и спросила у Гы:

— Мы можем создать портал прямо здесь?

— Нет. На этом уровне существует блокировка. Портал можно создать только в том месте, где мы вышли.

— В таком случае, нам нужно где-то остановиться и осмотреться.

— Если я правильно усвоил курс языка, то прямо сейчас мы проезжаем мимо гостиницы.

Анд остановил Рина, который хотел постучать кучеру.

— Не спеши. Проедем ещё немного.

— Что нам это даст?

— Может и ничего. В худшем случае, прогуляемся немного пешком.

В окне появилась очередная ограда замка. Анд постучал в окно. Карета остановилась.

— Надо было позвонить в колокольчик, я бы сразу остановился, — хмуро сказал возница.

Друзья проводили взглядом карету, и пошли в обратном направлении. Не успели они сделать и десяток шагов, как прямо на них налетел синт в широкополой шляпе. Гы коснулся пальцем его лба, синт упал. Гы сел рядом с ним. Прохожие отводили глаза в стороны и шли дальше, как будто ничего не случилось. Гы догнал друзей.

— Узнал что-нибудь?

— Как только я попытался просканировать его мозг, он умер.

* * *

Вскоре Элил и её свита дошли до гостиницы. Здание находилось немного дальше от проезжей части, к нему вели подъездные дороги. В целом здание мало чем отличалось от остальных. Оно было немного больше и имело несколько колонн у входа, накрытых двускатной крышей.

Анд открыл дверь и придержал её, пока все не вошли. Внутри было светло и тепло. Пол огромного помещения застилали половички с яркими узорами. Напротив входа две широкие лестницы вели на второй этаж. Между лестницами стоял стол, за ним сидел карлон. Его одежда пёстрела, казалось бы, не совместимыми цветами.

Элил через весь холл направилась к столику. Карлон сидел, уткнувшись в бумаги, делая вид, что никого не замечает. Элил стояла и ждала, но на неё не обращали внимания. Анд подошёл к стене с окнами, и взял банкетку. Он потащил её к столу, при этом, нимало не заботясь о половичках. Анд подтащил банкетку к столу и нарочито громко опустил её на пол. От стука карлон поморщился и соизволил поднять глаза на посетителей.

— Приличные господа ходят в места общего пользования со своей мебелью.

Элил села на банкетку, чуть сдвинула капюшон так, чтобы было видно её лицо, но островерхие уши были закрыты.

— Мне и моим спутникам нужна комната.

Карлон с явным интересом разглядывал Элил. И когда Элил заговорила, он вздрогнул, как будто не ожидал, что она может говорить. Серия гримас сменила одна другую на лице карлона. Наконец он совладал с собой и заговорил:

— Видите ли, это не гостиница. Я не сдаю комнаты, я сдаю целые особняки, — взгляд карлона стал твёрдым, он, не мигая, уставился на Элил. Через секунду карлон вздрогнул и подался назад. Он выставил вперёд руки, как бы защищаясь от Элил. — Я сдаю только крупные объекты — особняки, дворцы, замки. — Быстро заговорил карлон. — Если вы в состоянии заплатить, то я могу предложить вам несколько владений на выбор.

Элил положила руку на стол так, чтобы хранитель оказался на виду.

— В таком случае, меня устроит просторное здание в центре или не далеко от центра.

— Так бы сразу и сказали, — карлон с трудом оторвал взгляд от змейки. Но деловая хватка взяла над ним верх, он стал выкладывать на стол большие листы бумаги. Рисунки давали возможность представить внешний вид особняка и его внутреннюю обстановку.

Карлон заливался соловьём, расписывая достоинства недвижимости. Но Элил сразу сделала выбор. Это был небольшой по сравнению с остальными, замок голубого цвета.

— Мне понравился этот, — сказал Элил, и указала на голубой рисунок.

Карлон вновь опешил и удивленно уставился на Элил, но быстро взял себя в руки.

— У мадам хороший вкус. Но дело в том, что в этом особняке нет кабинета для главы семьи.

Карлон вновь пристально уставился в глаза Элил. Она спокойным голосом ответила:

— Тем не менее, это подойдёт.

— Хорошо, — карлон опустил глаза. — Охрана, прислуга?

— Благодарю вас, предпочитаю собственный персонал.

— В таком случае, осталось обсудить вопрос цены. Как вы собираетесь расплачиваться?

Элил кивнула Рину. Он достал из мешочка стержень и положил его на стол. Карлон вытащил из ящика стола окуляр, он прицепил его у правового глаза. Затем заученным движением извлёк из стола чёрный сверток. Развернул его. Внутри было множество карманчиков, заполненных металлическими инструментами. Следующие пятнадцать минут карлон пилил, царапал, гнул. Затем он откинулся на стуле и довольно отдуваясь, сказал:

— Сталь, и довольно высокого качества.

Карлон, промокнув алым платком вспотевший лоб, продолжил трудиться. На свет появились миниатюрные весы и счёты. Ещё пятнадцать минут, и цена была озвучена:

— Двадцать пять таких стержней в неделю.

— Оплата после осмотра, — сказала Элил. Она жестом остановила Рина, который хотел что-то сказать.

— Как пожелаете. Кстати, меня зовут Пафлуцио. Если вас спросят, кто вам сдал такое чудо за такую смешную плату, смело называйте моё имя.

Тем временем Пафлуцио выбрался из-за стола и вперевалку направился к выходу. По пути он надел на нос тёмные очки. Не успел карлон с гостями выйти наружу, как у входа остановился открытый экипаж. Его тянуло крупное четвероногое существо, полностью покрытое шерстью. Только на голове торчали маленькие острые рожки, остальное тело покрывал серый мех. Экипаж уже тронулся, когда сзади его стали догонять синты и прыгать на задок. Анд не заметил у них оружия, но это не значит, что его не было. Похоже, что карлоны вообще не выходили на улицу без охраны.

— Как я уже говорил, мадам сделала прекрасный выбор. К тому же особняк находится почти в самом центре, нам не придётся долго ехать.

Пафлуцио не соврал, поездка действительно продлилась не долго. Мохнатое животное свернуло с проезжей части и уперлось мордой в массивные ворота. Над воротами висела полукруглая доска с надписью. Пафлуцио пошёл открывать. Пока он возился с замком, сзади образовалась пробка, но все терпеливо ждали, когда хозяин попадёт в свой дом. Наконец створки скрипнули и подались внутрь. Сразу за воротами начиналась дорожка, она делала несколько плавных поворотов. Очевидно, смысл этих поворотов был в том, чтобы деревья и кустарники полностью скрывали то, что происходило за оградой. Пока повозка ехала от ворот до особняка, на глаза попадалось много ухоженных цветников. Большинство цветов было голубыми. Встречались беседки и небольшие фонтаны. Во всём чувствовалась рука опытного садовника. Ярко-зелёная трава заполняла пространство между клумбами бархатным ковром. Глаз отдыхал после обилия мрачного камня. Прямо перед особняком дорожка превращалась в площадку, где повозка спокойно могла развернуться.

Карлон не стал дожидаться, когда повозка остановится, он соскочил с неё и бросился к двери. Окрашенный в синие цвета разных оттенков, замок выглядел роскошно. В отличие от зданий, виденных ранее, это здание имело изысканную архитектуру. Высокие узкие окна, множество ажурных башенок и балконов — все гармонично сочеталось между собой.

— Прошу внутрь, — сказал Пафлуцио. Пока друзья рассматривали здание, он открыл замок.

Элил не стала мешкать, поднявшись по белым ступеням, она вошла внутрь. Интерьер холла был выдержан в голубых тонах. Мягкая мебель и зеркала предавали помещению уютный вид, но голые доски пола бросались в глаза.

— Ковёр безнадежно испортили прежние арендаторы, но я уже сделал скидку на это. В остальном замок в полном порядке, я вас в этом заверяю.

— Поверю вам на слово. К тому же осматривать замок слишком долго.

Элил повернулась к Рину и молча кивнула. Рина протянул мешочек Пафлуцио. Тот высыпал стержни на ладонь и не спеша пересчитал их. Затем сложил обратно, и мешочек исчез в кармане его пёстрого пиджака.

— Мадам понимает, что стержни так же подвергнутся анализу?

— Конечно, понимаю, но я думаю, что с этим проблем не будет.

— О, я тоже на это надеюсь. Да что там! Я почти уверен! Пожалуй, это всё. Хотя нет. Мадам, не сочтите за дерзость, но хотя бы в порядке удобства ведения деловых переговоров, не назовете ли вы свое имя? — карлон протянул Элил связку ключей и выжидательно посмотрел на неё.

— Можешь называть меня Элил.

— Какое красивое имя! Ну что же, устраивайтесь, я периодически буду вас навещать. И если вам что-нибудь понадобится, то прошу вас обращаться ко мне. Я с радостью помогу вам.

Рин взял у карлона связку ключей и тот ушёл. Каменная платформа сделал половину оборота, город стал погружаться в темноту. Рин закрыл входную дверь на ключ и синты вместе с Элил пошли осматривать замок. Вскоре они заблудились. Виной тому была запутанная планировка. Они оказались в большой комнате с множеством диванов, когда наступила полная темнота. Платформа над городом карлонов не светилась сама и не отражала света. Друзья с сожалением вспоминали платформу, где остановился «Консул». Её жемчужный свет давал достаточно освещения, чтобы не чувствовать себя беспомощными. Синты перетащили один диван в угол комнаты для Элил, а тремя другими окружили этот диван и сами улеглись на них.

18

Анду снилось, что на Элил напали разъярённые пчёлы. Они летали вокруг неё и злобно жужжали, норовя укусить. Элил кричала и махала руками, пытаясь защититься. Но пчёл было много. Элил вскрикнула громче и Анд проснулся. Анд вскочил с дивана и подбежал к Элил. Она стояла у открытого окна, а вокруг неё носился кругами и жужжал призрачный шар. Когда шар замедлял движение, в нём проступали черты человеческого лица, жужжание сменялось не внятным бормотанием. Элил достала из чехла свой жезл. Сфера бросилась к набалдашнику, прикоснувшись к нему, она исчезла.

— На «Консуле» беда, нам надо спешить.

Солнце вставало, но платформа была повернута на запад. Вокруг стояла предрассветная серость.

— Здесь не очень высоко. Давайте выбираться в окно. Дверь мы не найдем, — голос Элил звучал нарочито спокойно.

Анд первый выпрыгнул в окно и подставил свои плечи для Элил. К воротам пробирались игнорируя дорожку, напрямую. Бежали через клумбы, беседки и фонтанчики. Но у ворот пришлось задержаться. Рин ни за что не желал идти дальше, пока не запер ворота на замок. Наконец замок закрылся, и друзья побежали по тротуару.

— Эй, платить есть чем? — Голос доносился с проезжей части. По ней, параллельно с синтами двигалась платформа с натянутым по периметру канатом.

Элил первой перемахнула через верёвки.

— На площадь порталов, — сказала Элил.

— Покажите, чем будете платить, — голос синта звучал скучно. Платформа остановилась. Синт бросил рычаги и положил руки на колени.

Рин достал из мешочка стержень и дал водителю. Синт постучал стержнем по рычагу. Попытался его согнуть. Затем он протянул стержень обратно Рину и сказал:

— Сдачи нет.

— Не надо сдачи. Гони к порталам как можно скорее! — голос Элил сорвался на крик.

Синт спрятал стержень в карман и задвигал рычагами. Платформа дернулась и покатилась через спящий город.

— А быстрее можешь?! — Элил не стала садиться на лавки. Она нервно прохаживалась по платформе.

— Общественный транспорт. Сдачи нет, — нетерпение пассажиров не производило на водителя никакого впечатления.

Платформа двигалась чуть быстрее бегущего синта, но на улицах отсутствовало движение и до порталов добрались быстро. Элил не дождавшись остановки общественного транспорта, спрыгнула на землю и побежала. Синты бросились ей вслед.

Элил стояла перед колонами, вытянув руку вперёд, сгибала и разгибала её в локте. Со стороны казалось, что она пытается пробить кулаком невидимую стену.

— Успокойся! — Элил гневно посмотрела на Гы, но подчинилась ему. — Представь свою каюту. Представь её во всех деталях. — Элил замерла. — Теперь вытяни руку и представь портал. — Между колоннами возникло мерцающее пятно. Гы первый шагнул в него.

В иллюминатор пробивалось немного света, который позволял увидеть, что каюта подверглась полному разгрому. Стояла гнетущая тишина. Обстановка каюты, теперь лежало на полу в виде мусора. Элил вынула из чехла свой жезл, стараясь не шуметь, пошла к дверному проёму, сама дверь отсутствовала. Гы и Анд сняли с поясов арбалеты и зарядили их. Элил заглянула в смежную комнату, но сразу же отшатнулась. Элил трясло, когда Анд протянул к ней руку, она гневно отбила её в сторону. Гы осторожно ступая, вошёл в комнату, за ним Анд. По всей комнате валялись части тел. Пол, стены, потолок, всё измазано кровью. Входной двери тоже не было. В проём просматривалась большая часть кают-компании. В ней находилось несколько элтов, которые занимались не понятной деятельностью. Элил жестами подозвала к себе синтов и чуть слышно произнесла:

— Нам надо в рубку.

Гы кивнул и показал Элил на капюшон. Элил надела капюшон, полностью скрыв черты лица. Гы, не делая резких движений, вошёл в кают-компанию. Матросы сдвигали мебель к передней переборке. Там они раскручивали её на части и увязывали в свёртки. Элты из обслуживавшего персонала отмывали ковёр от бурых пятен. Никто не посмотрел в сторону друзей. Экипаж был занят работой, никто не произносил ни звука. Гы осторожно двинулся к выходу. Элил держалась сразу за ним и чуть в стороне, она хотела видеть, что происходит впереди. За Элил шёл Рин, последним Анд.

Они вышли к пандусу и стали подниматься. Группа элтов спускалась по пандусу, они тащили свёртки, ящики, корзинки. Несколько элтов, сидя на корточках, драили пол. Пятна крови почти с равными промежутками покрывали пандус. Элты работали молча с какой-то отрешённостью в глазах. Их движения были замедленными, но точными. На Элил и её друзей по-прежнему никто не обращал внимания.

Вход на оружейную палубу охранялся. Это были приземистые и массивные существа. Они походили на крабов, но имели слишком большое количество членистых конечностей. Большая часть конечностей не использовалась, они безжизненно свисали снизу и с боков. Крабы, неподвижно стояли у входа. В целом крабы производили отталкивающее впечатление. Элил забыв о необходимости вести себя тихо, удивленно спросила:

— Это что, синты?

Вопрос относился к цвету существ. Он, как и у всех синтов, был лимонно-жёлтым. Своим вопросом Элил привлекла внимание. Один краб встал в проход, полностью загородив его своим телом. Другой, угрожающе выставив клешни, двинулся к Элил. Гы поднял арбалет и выстрелил. Болт попал в глаз чудовища. Жёлтая слизь брызнула на стену, но краб только увеличил скорость. До краба оставалось с десяток шагов, когда Анд поднял арбалет и тоже выстрелил. Второй выстрел попал в стебель, на котором крепился глаз, он отклонился куда-то вверх и в сторону, но на скорость атаки это не повлияло. Элил подняла жезл, и с его набалдашника сорвалось голубое сияние. Сияние оформилось в нечто наподобие лезвия топора. Краб развалился на две симметричные половинки. Конечности на половинках продолжали лихорадочно двигаться, заставляя их вращаться на одном месте. Сияние продолжило движение. Подлетая ко второму крабу, оно приобрело уже знакомое очертание воинственного джина. Сначала джин оторвал крабу клешни, затем принялся за более мелкие конечности. Элил вновь подняла жезл. Джин, размозжив кулаком переднюю часть панциря метнулся к жезлу. Он исчез в его набалдашнике. На шум с оружейной палубы выскочили ещё два крабовидных синта. Элил не стала дожидаться, когда выстрелят арбалеты. На этот раз джин успел полностью сформироваться. Он пролетел сквозь крабов и те развалились на несколько кусков. Обходя судорожно дергающиеся части тел, Элил вошла на оружейную палубу. Джин парил над палубой, но врагов больше не было. Все переборки с палубы исчезли. Теперь она представляла собой одно большое пространство. В носовой части палубы находился вход в рубку. Крабы пытались войти в рубку, но не успели справиться с массивной дверью. Она была в глубоких царапинах и вмятинах, но стояла на прежнем месте.

— Открой! — Элил указала жезлом на дверь.

Голубая молния протянулась к двери и та осыпалась на пол сугробом мелких опилок. Сияние вновь приняло очертание джина и проскользнуло внутрь. Через секунду что-то бормоча, появился джин. Элил вошла внутрь за ней друзья.

Рубка представляла собой большой стеклянный конус, покрытый частой металлической решёткой с довольно толстыми прутьями. Посередине рубки в виде балкончика находился мостик с большим штурвалом. По бортам в несколько рядов располагались рычаги. За один из рычагов держался первый помощник капитана, из его шеи торчал капитанский кортик. Капитан находился неподалеку. Он лежал на полу, его рука была вытянута в сторону того же рычага. Но дотянуться он не мог, потому что его ноги удерживал инженер Фитц. Эта немая сцена внушала ужас. Элил подошла к рычагу, за который шла такая ожесточенная борьба и потянула его вниз. Помощник капитана упал на пол. Элил обернулась к джину и сказала:

— Закрой люк и уничтожь всех крабов на борту.

Гы подошёл к капитану, присел на корточки и коснулся его виска. Он посмотрел на Элил и спросил:

— Активировать его?

— Да, и инженера тоже.

Вскоре капитан и инженер встали на ноги. Они непонимающе озирались по сторонам и выглядели испуганными. Элил подошла к капитану и дёрнула его за лацкан кителя.

— Капитан Брамс! Вы можете поднять судно?

Капитан моргнул несколько раз, его взгляд стал осмысленным.

— Сейчас я не могу ответить на ваш вопрос, эгреготесса, — капитан застегнул китель, осмотрелся вокруг в поисках фуражки. Его взгляд наткнулся на помощника. Капитан дотронулся до пустых ножен и замер.

— Капитан! Мы подсчитаем потери позже! — голос Элил звучал зло, ему было тесно в рубке. Он метался в замкнутом пространстве, отражаясь от стен рубки. Окрик привёл капитана в чувство.

— Госпожа эгреготесса, через десять минут я отвечу на ваш вопрос.

Капитан и инженер отошли к рычагам, они стали их передвигать и следить за показаниями приборов. Элил подошла к краю мостика. Сквозь прозрачный конус виднелись две цепочки крабов. Одна шла к «Консулу», другая от него. Та, что удалялась от судна, несла аккуратные свёртки. Та, что приближалась, была без грузов. Но вот в ряды крабовидных синтов вторглось замешательство. Они столпились у «Консула», беспорядочно размахивая клешнями. Элил услышала за спиной невнятное бормотание, она обернулась. Перед ней висел джина.

— Экипаж судна подвергается нападению в ментальном плане. Защити элтов.

Джин стал раздуваться. Вскоре в рубке повисла голубая дымка.

— Капитан, поспешите. Моих сил надолго не хватит.

Капитан отсалютовал Элил и сказал:

— Госпожа эгреготесса, судно не повреждено. Для подготовки к взлету мне потребуется не менее тридцати минут.

— Делайте всё необходимое и взлетайте. — Элил повернулась к синтам. — Сейчас экипаж судна в отключке. Эгрегор защищает его, но долго это продолжаться не может. На подготовку судна к взлету потребуется полчаса. Как нам продержаться….

— Нам нужно нанести отвлекающий удар, — Гы не дал закончить Элил. — Я заметил, что синты тащили награбленное к той конструкции. — Гы показал пальцем. — Сейчас, когда действует эгрегор, я вижу, что на этом месте стояло нечто совсем другое.

— Да, я помню, — сказала Элил. — На этом месте стояла какая-то рухлядь. С неё свешивались куски серой ткани. А теперь там стоит нагромождение решёток.

— Я думаю, что крабы пришли оттуда, — сказал Гы. — Нам надо ударить по этой конструкции.

Элил встряхнула волосами и сказала:

— Гы, ты молодец! Пойдёмте, зададим им жару.

Элил вошла на оружейную палубу и села возле правого борта. Она пыталась достать верёвочное кольцо, которое было спрятано в досках палубы. Анд подцепил ножом петлю и легко вытащил веревку. «Тяни», — сказала Элил. Анд потянул и открыл крышку люка. Под крышкой находилось небольшое углубление. Далее, следуя указаниям Элил, синты откинули наружу часть борта. Установили на подставку массивную трубу, впрочем, довольно легкую. Через ствол зарядили продолговатый снаряд с мощным оперением.

— Откуда ты знаешь, как это работает? — спросил Рин.

— Я эгреготесса. Я должна знать всё. Наводите в середину и фиксируйте ствол винтами.

Элил порылась в углублении и нашла деревянную коробку. Достала оттуда палочку с красной головкой, чиркнула ей по торцу коробки, зажёгся огонь. Рин проглотил вопрос, он заворожено уставился на огонь.

— Рин! Отвернись! — сказал Гы. — Это оружие работает от огня, и сейчас оно будет убивать.

Элил бросила спичку в одно из отверстий в трубе.

— Назад! — крикнула эгреготесса.

Из отверстий в стволе появился дым, за ним языки пламени. Громкий хлопок, вспышка и резкий удаляющийся свист. Палубу затянуло густым дымом. Наступила тишина. Дым немного рассеялся и синты подошли к иллюминатору. Решётчатая конструкция горела. Огонь охватил её среднюю часть. По стенам и по горизонтальным ответвлениям бегали крабы. К жёлтым теперь присоединились угольно-чёрные. Верхние части конструкции стали медленно подниматься в воздух. За ними поднимались в воздух те части, которые были внизу. То, что из дали казалось хаотичным нагромождением, состояло из одинаковых блоков. Геометрически правильные треугольники соединялись между собой в фермы. А те в свою очередь соединялись в блоки с квадратным сечением. Конструкция организованно расформировалась на составные части. Блоки перелетали в сторону метров на сто, и опускались на землю. Крабы цеплялись за блоки многочисленными конечностями. Они сидели внутри блоков, и перемещались по их плоскостям. С некоторых блоков крабы свисали целыми гроздьями. На том месте, где раньше высилась конструкция, догорало несколько ферм. На новом месте блоки не собирались вместе. Теперь они лежали на земле на одинаковом расстоянии друг от друга. Между блоками копошились крабы. С борта «Консула» их беготня казалась хаотичной. Вскоре крабы спрятались за блоками.

Со стороны пандуса послышался шум. На палубу ступила команда. Элты шли, шатаясь, поддерживая друг друга. У кого были свободные руки, те крепко обхватывали головы. Лица искажали гримасы боли.

— Давление в ментальном поле ослабло и самые сильные нашли силы прийти сюда, — сказала Элил.

К Элил подошёл элт с седой бородкой. Тяжёло дыша, он сказал:

— Я старший канонир. Что прикажите, эгреготесса?

— В тех штуках, — Элил показала в иллюминатор. — Наши враги, уничтожьте их.

Элты дружно взялись за дело. Через несколько минут правый борт был готов к залпу.

Старший канонир вышел на середину палубы и скомандовал:

— Целься! Поочередно! От носа к корме! Интервал одна секунда! Огонь!

Первое орудие окуталось дымом затем вторе и так до самой кормы. Снаряды с громкими хлопками вылетали из стволов. Наконец наступила тишина. Жёлтый дым застилал палубу, от него першило в горле. Элты, двигаясь на ощупь, открыли бойницы на левом борту. Сквозняк быстро вытянул удушливый дым с палубы. Элты прибывали. Очевидно, парализующее влияние крабов сошло на нет. Элил подошла к молодому элту и сказала:

— Лейтенант, ведите своих стрелков на смотровую палубу и попытайтесь доставить крабам как можно больше неудобств.

Лейтенант энергично отсалютовал. Обрадованный тем, что у него появилось дело, он начал громко раздавать приказания. Тем временем дым полностью рассеялся, и стало видно, что блоки совершают новое перестроение. На том месте, где они стояли, ярким пламенем полыхало несколько конструкций. Рядом с ними лежало с десяток обуглившихся крабов. Блоки перелетали дальше от «Консула», надеясь таким образом уйти из зоны поражения корабельных орудий. Несколько блоков начали выстраивать высокую конструкцию. Они торцевыми частями пристыковывались друг к другу, и башня быстро росла вверх. Перед Элил как из-под земли выскочил закопченный канонир и громким голосом доложил:

— Госпожа эгреготесса, орудия перезаряжены, но противник находится вне зоны досягаемости. Что прикажите?

Элил посмотрела на Гы. Тот обратился к канониру:

— Возможно ли поразить ту высокую конструкцию?

Канонир посмотрел в сторону башни и сказал:

— В принципе, возможно. Но для этого нам придется увеличить количество взрывчатки. К тому же, стрельбу придется вести по навесной траектории. Чтобы попасть в башню, потребуется много времени.

— Попадёте вы в неё или нет, не столь важно, но это заставит крабов отвлекаться на ваши выстрелы. Им придётся вносить коррективы в свои планы. В конечном итоге мы выиграем время.

Элил согласно кивнула и сказала канониру:

— Попытайтесь попасть в башню, но при стрельбе используйте только одно орудие.

Канонир козырнул и бросился исполнять приказ. По башне удалось сделать только один выстрел, когда в сторону «Консула» полетели три блока. Первый блок, приблизившись к судну, уперся в кормовую часть. Второй и третий торцами уперлись в первый. Очевидно, они давили на корму, так как судно стало двигаться.

— Канонир, уничтожьте эти блоки, — крикнула Элил через всю палубу.

— Нет возможности! Они находятся слишком близко! Орудиям не хватит угла поворота!

Элил достала свой жезл. За бортом мелькнула знакомая фигура. Миг, и вражеские блоки осыпались на землю мелкой пылью. К Элил подбежал канонир.

— Госпожа эгреготесса. Блоки передвинули судно, теперь оно в таком положении, из которого мы не сможем попасть в противника….

— Это уже не важно, — Элил перебила канонира на полуслове. — Вы хорошо сделали своё дело. Прикажите расчетам привести палубу в походное положение. Мы взлетаем. Не так ли капитан? — вопрос был задан капитану Фитцу, который только что подошёл.

— Так точно, судно готово к взлёту. Но необходимо определиться с курсом.

— С курсом проблем не будет. Пойдёмте, — последняя фраза относилась к синтам.

По всем палубам разлетелся мелодичный звон, через мгновенье «Консул» стартовал. Он плавно оторвался от каменистой поверхности и начал набирать высоту. Сверху было видно, что крабы заметили старт. Блоки взлетали. В воздухе они собрались в огромный диск. На мостик вбежал запыхавшийся посыльный.

— Госпожа эгреготесса! Крабы преследуют нас!

Элил кивком головы отпустила посыльного и обратилась к Гы:

— Помоги капитану выйти за пределы Пирамиды.

Элил быстрым шагом направилась к смотровой палубе. Анд и Рин последовали за ней. Последние блоки встали на свои места. И на хвосте у «Консула» повис огромный серый диск. Несмотря на то, что «Консул» двигался с максимальным ускорением, диск приближался. Уже можно было разглядеть, как внутри конструкции перемещаются крабы. Они собирались в одном месте на краю диска. Похоже, они готовились к абордажу. К Элил подбежал канонир и сказал:

— Госпожа эгреготесса, оба борта готовы к залпу! Прикажите совершить манёвр!

— Это очень кстати. Я дам капитану соответствующее распоряжение. А вы готовьтесь, манёвр будет совершён без предупреждения. Постарайтесь нанести врагу максимальный ущерб.

Элил почти бегом направилась в рубку. За штурвалом стоял сам капитан. Элил подошла к нему и спросила:

— Капитан, каковы возможности судна для совершения залпа с обоих бортов?

Капитан перевёл взгляд на один из крупных приборов, вмонтированных в пол перед штурвалом. Нахмурил лоб, что-то прошептал и сказал:

— Через несколько минут скорость достигнет достаточного уровня, чтобы манёвр был возможен, — капитан опустил глаза, затем вновь посмотрел на Элил и продолжил. — После совершения манёвра мы совсем потерям скорость. Если залп не выведет противника из строя, мы станем легкой добычей.

— Я поняла вас, капитан. Тем не менее, я приказываю вам произвести залповый манёвр.

Капитан козырнул и занялся управлением. Элил вернулась на оружейную палубу. К ней подскочил канонир.

— Манёвр будет совершён через несколько минут.

Закопченная физиономия канонира засветилась счастьем, как будто он услышал самую радостную новость в своей жизни. Пушкарь выпалил что-то в знак благодарности и буквально растворился в воздухе. Элил и синты поднялись на смотровую палубу.

— Держитесь за что-нибудь. Во время залпового манёвра предполагаются резкие повороты, — сказала Элил синтам и сама ухватилась за поручни.

Как только синты последовали совету Элил, судно резко дернулось всем корпусом и повернулось. Правый борт «Консула» стал перпендикулярно курсу. С оружейной палубы послушался свист, а затем хлопки. Два десятка снарядов, оставляя дымные следы, понеслись к серому диску. Снаряды шли точно в цель, расстояние быстро сокращалось. Но случилось невозможное — диск резко ушёл вниз и снаряды пронеслись мимо. В это время «Консул» заскрипел всем своим блестящим корпусом и повернулся другим бортом. Последовал залп. В этот раз диск прыгнул вверх. Снаряды опять прошли мимо. Лишь один попал в цель. Это случилось из-за какой-то неполадки в снаряде. Когда общая масса залпа проходила под диском, один резко изменил направление и, поднявшись вверх, ударился о диск. От взрыва воспламенилось несколько блоков. Горящие блоки тут же выпали из общей конструкции. Объятые пламенем, они полетели вниз. Оставшиеся блоки сомкнули ряды, на видимых размерах диска это не отразилось. За время залпового маневра «Консул» совсем потерял скорость. Диск приближался.

Элил в который раз за сегодняшний день выдернула свой жезл из чехла. Джин тут же появился перед ней.

— Уничтожь всех крабов. Начни с чёрных, — в голосе Элил звенела ярость. — Материю не разрушать. Экономь энергию. Вперёд!

Джин метнулся к диску. Он носился внутри него как голубая молния. Сквозь решётчатую конструкцию это было хорошо видно. Джин нигде не задерживался, он просто двигался по диску. Прошло несколько минут. Диск замедлил движение, а затем остановился. Он медленно поднялся вверх. Через какое-то время он достиг основания верхней плиты и, уткнувшись в него, остановился. Серый диск полностью слился с фосфоресцирующим потолком. Его решётчатая конструкция свободно пропускала через себя бледный свет. Обнаружить диск можно было, только подлетев к нему вплотную. На смотровую палубу влетела голубая сфера размером не больше футбольного мяча.

— Задание выполнено, — пропищал, изрядно похудевший джин. — В самом конце крабы что-то предприняли. Они изучали меня с самого начал и, наконец, что-то узнали обо мне. Они объединили свои разумы и стали…, стали пить меня…. Не знаю, как сказать. Это так больно. Меня почти не осталось.

— Тебе хватит сил долететь до дома и рассказать совету всё, что ты здесь видел?

— На это сил хватит.

— Тогда в путь.

Существо выплыло за борт и стало удаляться. Теперь в его движении не было стремительности. Да и сам он, кроме того, что стал меньше по размеру, уже не светился так интенсивно. Вскоре он исчез из вида. «Консул» тем временем выбрался из Пирамиды. Следуя указаниям Гы, капитан влился в один из транспортных потоков. Судно поднималось по спирали вверх. Чем ближе оно поднималось к верхушке, тем плотнее становился поток. «Консул» привлекал всеобщее внимание. Некоторые суда подлетали ближе, чтобы их владельцы могли полюбоваться совершенными формами и лакированным корпусом. Мелкие суда, кишевшие вокруг, к «Консулу» выстраивались в очередь. Их пассажиры махали различными товарами, нюхали его, грызли и не понятно, что вообще делали. Вереща на сотне наречий, они всеми способами привлекали к себе внимание. Порой было не понятно где продавец, а где товар. Настолько разумная жизнь принимала причудливые формы. Как правило, стоило от торговца отвести взгляд, давая понять, что товар не интересен, торговец тут же исчезал. Но были и исключения. Элил и синты несколько раз чувствовали навязчивое желание что-нибудь купить. Манипуляции в ментальной сфере здесь считались обычным делом.

Рин, до этого старавшейся держаться подальше от пестрой мелькающей толпы, вдруг уверенной походкой подошёл к борту. Он завязал разговор на универсальном языке с типом, сплошь замотанным в грубую ткань. Затем что-то весело воскликнул и стал снимать с пояса мешочки со стержнями. Анд первым бросился на помощь другу. Он подбежал к Рину и схватил его за руку.

— Ты что делаешь?

— Я хочу отдать ему металл, — Рин кивнул на незнакомца. — У него много детей, ему нечем их кормить.

К Рину подошла Элил и положила ему руку на плечо. Рин часто заморгал и отдернул руку от мешочков. Незнакомец, поняв, что его афера провалилась, перевёл взгляд на Элил. Элил встряхнула головой и скомандовала:

— Лейтенант, расстреляйте всех, кто находится на этом судне.

Мошенник нырнул в хитросплетение канатов своего судна и стал совершать манёвры, призванные как можно дальше увести его от «Консула». Но как ни быстро он действовал, стрелки действовали быстрее. Два десятка арбалетных болтов почти синхронно взвились в воздух. Они дружно впились в борт маленького судна и завибрировали. Суммарный удар болтов столкнул судно с первоначального курса. Оно налетело на судно другого торговца, в разные стороны полетели щепки. Мошенника это не остановило, он воспользовался судном торговца как прикрытием и скрылся.

— Прости меня, Элил, я не знаю, как это произошло, — Рин виновато смотрел себе под ноги.

— Не извиняйся, Рин. На твоём месте мог оказаться каждый из нас. Главное, что рядом оказались твои друзья, и они помогли тебе. — Элил повернулась к Гы. — А что, защита не сработала?

— Защита сработала хорошо. Просто этот индивид обращался к жалости Рина. Он не заставлял Рина отдать металл, он убеждал. И Рин откликнулся на страдание другого.

— Картинки были такие яркие, — оправдывался Рин. — Десять или даже больше голодных крысят, таких миленьких, с грустными глазками.

— Крысят? — Элил передернуло от отвращения.

— Да, крысят. У меня на родине крыс считают хранителями дома. Им приписывают ум и благородство. Они живут в наших домах, мы заботимся об их удобстве. Простите мня. Я не достоин распоряжаться металлом.

— Рин, лучше тебя никто не справится с этим. Просто в будущем будь осторожен, — сказала Элил.

19

К «Консулу» приблизилось канареечно-жёлтое судно. Оно издало неприятный звук, и на верхушке мачты взметнулся красный флажок. На площадке появилось несколько пёстро одетых карлонов. Они важно надували щеки, и с презрением поглядывая на элтов. Судно приблизилось, с него на смотровую палубу «Консула» перекинули трап. Прошло какое-то время, но трап оставался пустым. Очевидно, карлоны предпочитали, чтобы гости сами явились к ним. Элил пошла по трапу, сохраняя равновесие. За ней шли синты.

— Цель прибытия на Карлон-платформу? — казалось, карлон вот-вот лопнет от важности.

Элил сняла капюшон и высвободила лавину чёрных волос. Гримасы коротышки казались ей смешными, но она не поддалась искушению улыбнуться. Сохраняя серьёзный тон, произнесла:

— Я арендую голубой замок в центре города. И хочу, чтобы моё судно пришвартовалось там же.

Три карлона, забыв о важном виде, молча пялились на Элил. Наконец, самый старый из них захлопнул челюсть и попытался восстановить важно-презрительный вид. Его потуги не увенчались успехом. И это снова чуть не рассмешило Элил. Карлон вытащил из кармана тёмные очки, нацепил их на массивный нос и сказал:

— Представьтесь, пожалуйста.

— Мадам Элил.

— Мадам Элил, скажите, вы путешествуете одна?

— Что вы имеете в виду?

— Я хочу спросить, кому вы принадлежите?

— Ваш вопрос звучит оскорбительно для меня! Я свободная женщина. Более того, в своём обществе я занимаю высокое социальное положение!

— Прошу прощения, но на Карлон-платформе такие, как вы не могут путешествовать самостоятельно и, тем более, совершать сделки с недвижимостью.

— Что вы себе позволяете!? Какие такие?

Трап содрогнулся от десятков бегущих ног. Это были стрелки. Они в одно мгновение окружили Элил полукругом и закрыли её своими телами. Первый ряд стрелков стал на одно колено, выставив вперед арбалеты. Второй остался стоять, так же ощетинившись оружием.

— Мадам, не губите нас. Что такого я спросил? Я просто выполняю свою работу! — карлон рухнул на колени и сложил ладони перед грудью.

— Лейтенант, опасности нет. Вернитесь на судно, — голос Элил звучал спокойно. Стрелки четкими движениями перестроились из защитного полукруга в две шеренги и, скрипя плетёными доспехами, промаршировали по трапу.

Карлоны тем временем помогли подняться с колен своему начальнику. Один отряхивал брюки, другой махал на своего босса розовым платком. Карлон отдышался, достал из внутреннего кармана блестящую фляжку и надолго приложился к ней.

— Итак, начнем сначала, — Элил прохаживалась по палубе. — Я мадам Элил. Снимаю в центре города голубой дворец. Это моё судно «Консул». Я хочу на своём судне добраться до своего дворца и причалить там. Это всё, что мне нужно. В результате я слышу оскорбления.

— Нет! Нет! Мадам, простите, пожалуйста, меня. Я принял вас за другую. Я понял свою ошибку, когда увидел ваших солдат!

— Я знаю, что военная сила — довольно весомый аргумент. Но всё же мне не понятно, при чём тут мои солдаты?

— Босс хочет сказать, что когда рядом с вами появились солдаты, он понял, что вы принадлежите к какой-то неведомой нам расе, — вступился за своего начальника карлон, который махал платком.

— То есть, вы хотите сказать, что сначала вы не воспринимали меня как представителя другой расы?

— Да. Вы совершенно правы! Я принял вас за другую. Но вы просто обязаны меня извинить. Вы так похожи на ту, с кем я вас спутал. Но чисто внешне! Только внешне! — в глазах карлона сверкнул странный блеск. Он пристально посмотрел на Элил, но тут же потупился. — Мадам, простите меня!

— Хорошо, будем считать, что инцидент исчерпан. Я могу продолжить движение?

— Конечно, да. То есть, это совершенно невозможно!

— Почему?

— Видите ли, здесь есть масса сложностей. Сначала скажите, у кого вы арендуете дворец?

— У Пафлуцио.

— Весьма достойный господин. В договоре аренды есть пункт о воздушном судне?

Элил посмотрела на Рина и тот, выйдя вперёд, сказал:

— Непосредственно пункта о воздушном судне нет. Но есть договорённость о том, что мадам Элил может использовать дворец по своему усмотрению.

Карлоны оживились и ближе подошли к Рину. Они увидели в нём родственную душу. Разговор пошёл более оживлено и продолжался он довольно долго. Карлоны получали истинное удовольствие от обсуждения юридических тонкостей. В конце концов, обсуждение подошло к вопросу о цене. Чиновники требовали плату за использование воздушного пространства над платформой, а также компенсацию за возможные моральные страдания достойных жителей города. На тот случай, если кто-то испугается, обнаружив у себя над головой судно. Рин, отдуваясь, прошептал Элил:

— Я договорился с ними на два стержня. Но при условии, что путь к дворцу мы проделаем ночью.

— Рин, заплати, сколько они хотят, и покончим с этим.

Рин вернулся к карлонам и отдал им стержни. Повторилась процедура с напильниками и пилочками. Наконец, таможня дала добро и Элил смогла вернуться на «Консул».

Судно канареечной раскраски дрейфовало невдалеке. Карлоны строго следили за выполнением условий. «Консул» парил между каменными платформами. Судно двигалось с такой скоростью, чтобы оно оставалось неподвижным относительно платформы рыжих карликов. Платформы, которые были выше, вращались чуть быстрее. А те, что ниже, вращались медленнее. «Консул» находился в относительно спокойном месте. Транспортные потоки шумели в стороне. До наступления темноты экипаж «Консула» успел немного отдохнуть от последних потрясений. За день, полный событий, все изрядно устали и морально, и физически. Настроение немного поднял ужин. Как и другие помещения судна, камбуз подвергся полному разорению. Но кок проявил чудеса мастерства. И из оставшихся продуктов сотворил праздничное пиршество.

Элил ужинала вместе со своим экипажем. Она сидела во главе длинного стола. Присутствие эгреготессы действовало на экипаж ободряюще. После ужина Элил сказала друзьям, чтобы они следовали за ней. Поднявшись по пандусу на вторую палубу, она вошла в помещение, где раньше была её каюта. Элты убрали отсюда мусор, и помещение белело отполированными досками. Элил подошла к переборке с соседней каютой, надавила на что-то рукой. Небольшая панель скользнула в сторону. Элил достала из ниши коробочку с уже знакомыми пилюлями, и протянула их синтам.

— Съешьте. Это позволит вам видеть в темноте. Будете помогать капитану вести и приземлять нашего «Консула».

Друзья съели пилюли и теперь стояли, прислушиваясь к своим ощущениям.

— Мои храбрые воины, — Элил подошла к синтам и попыталась обнять сразу всех. — Опять я прошу у вас помощи. Опять я подвергаю ваши жизни опасности. Когда-нибудь я отплачу вам за всё, что вы для меня сделали. — Элил окинула синтов нежным взглядом. — Ну а теперь идите в рубку, скоро средство подействует. — Элил подтолкнула друзей к выходу.

«Консул», следуя за платформой, оказался в тени Пирамиды. Темнота наступила резко, только теперь карлоны оставили свой наблюдательный пост. Их судно издало неприятный звук и нырнуло в пространство между каменными плитами. Капитан Брамс подошёл к синтам и спросил:

— Как вы себя чувствуете?

— Спасибо, хорошо, — Рин как обычно отвечал за всех. — Цвета вокруг довольно странные, но видно чётко. А что, вокруг уже темно?

— Да, вокруг полная темнота. К тому времени, когда мы выйдем из тени Пирамиды, солнце сядет совсем. Ну, раз ваше зрение адаптировалось к темноте, предлагаю вам занять свои места. Один должен остаться на мостике и показывать направление движения. Двое других должны занять места по бортам смотровой палубы. На пандусе будут находиться матросы. Они передадут ваши сообщения на мостик.

На мостике остался Гы, так как он лучше всех ориентировался на местности. Рин и Анд поднялись на смотровую палубу. «Консул» двигался в абсолютной темноте. «Наверное, элтам очень страшно», — подумал Анд. Самому Анду страшно не было, наоборот, было интересно. Он сидел на фальшборте смотровой палубы и смотрел вниз. Там начинал свою ночную жизнь город карлонов. Город дрожал россыпью разноцветных огоньков. Где-то огни почти сливались в одно сплошное светящееся пятно. Где-то огней не было совсем. Темные пятна представляли собой парки вокруг замков. К одному из таких темных пятен и направлялся «Консул».

Следуя советам Гы, капитан вывел судно точно над голубым замком. Здесь за работу взялись Анд и Рин. Они негромко выкрикивали команды, их «правее и левее», повторённое десятком матросов, передавалось на мостик. «Консул» буквально втиснулся позади замка. В небольшом дворике находились неказистые строения. В них размещалось всё то, что помогало дворцу блистать своим великолепием: прачечные, склады, стойла для животных. Теперь двери подсобных помещений были заблокированы массивным корпусом «Консула». После посадки трап не удалось откинуть, он упёрся в заднее крыльцо дворца. Поэтому экипажу пришлось ночевать на судне. Крабы уничтожили или вынесли почти всё, что смогли поднять. Но никто не жаловался на отсутствие удобств. Синты отправились ночевать в свою каюту. Полки, как и дверь, лежали на полу в разбитом состоянии. Друзья соорудили из обивки полок лежанку и улеглись на неё. Синты устали, но сон не шёл. Рин повернулся к Гы и спросил:

— Ты обещал мне рассказать про вакуум?

— Я помню. Но сначала ты расскажи, как ты представляешь себе вакуум.

— Я уже говорил. Вакуум — это абсолютно твердое, абсолютно прозрачное мировое вещество. Сквозь него может проникать только свет и больше ничего.

— Скажи Рин, на твоей планете существует день и ночь? — спросил Гы.

— Да, конечно. У нас есть день, и есть ночь. В зависимости от сезона день и ночь имеют разную длину.

— Понятно. Как ты объяснишь, что день сменяет ночь?

— День сменяет ночь из-за процессов, которые происходят внутри нашей звезды. Раз в день светило посылает к нашему миру луч света. На внутренней кромке вакуума, окружающего наш мир, видна проекция в форме круга. В течение дня луч двигается, и круг пересекает небосвод. Потом он исчезает за горизонтом.

— Ага, а мир ваш плоский, покоится на трёх китах, а те — на черепахе, — усмехнулся Анд.

— Причём здесь животные, я не понял, но наш мир действительно плоский. И мне не понятно, откуда столько сарказма в твоём голосе! — Рин поднялся на локте, желая посмотреть на Анда. Это ему не удалось, вокруг стояла полная темнота.

— Потому что всё, что ты говоришь, это бред. В древности у нас тоже были мифы про то, что земля плоская, а небосвод — это твердая сфера.

— Вполне может быть, что то, о чем говорит Рин, не такой уж и бред, — сказал Гы.

— Ты что, в это веришь?!

— Слова Рина, я могу логически обосновать. Мои создатели проводили эксперименты со временем. Когда они включали установку, время останавливалось. Установка была маломощной и могла остановить время в сфере пространства диаметром не больше метра. Они называли такое состояние пространства — стазис. Помимо того, что в стазисе останавливалось время, снаружи оно было абсолютно прозрачным и абсолютно не проницаемым для любых физических воздействий. Сквозь стазисное поле мог проникнуть только свет. С высокой степенью вероятности могу предположить, что предки Рина….

— Великие предки, — поправил Рин.

— Великие предки оградили народ Рина от контактов с другими расами. Очевидно, предполагая, что такие контакты навредят. Великие предки создали идеальный мир. В нём хороший климат, достаточно продуктов питания. Немного модифицировали своих потомков, чтобы те меньше болели. Снабдили потомков массой заветов и напутствий, которые помогут цивилизации развиваться в правильном, по их мнению, направлении. Думаю, что народу Рина такая изоляция поможет достичь больших высот в развитии. Несмотря на то, что для этого потребуется масса времени.

— Но почему они это сделали? Буквально похоронили своих потомков заживо?

— Думаю, что Великие предки сделали это для того, чтобы дать время созреть цивилизации потомков. Дело в том, что цивилизации приматов довольно распространенное явление в галактике. Они появляются, быстро развиваются. Но быстрое развитие, как правило, происходит только в технической сфере. Для развития всего остального требуется время. Цивилизации приматов быстро появляются, но и быстро исчезают. Если они не погибли до начала космической эры, то при соприкосновении с другими галактическими расами они всегда оказываются в проигрыше. Пирамида — яркий тому пример. Вспомните нападение крабов на элтов. Гуманоиды кичатся своими техническими достижениями, но на поверку оказывается, что это всё, что у них есть. Вспомните, например, гурхов с их фархой. Этой идеологии миллионы лет. И она процветает. Она примитивна, жестока, но может быть именно это и дает ей такую живучесть. Она шагает по галактике от планеты к планете. Сколько гуманоидных цивилизаций она поглотила, чтобы продолжить свое движение? Если мои выводы верны, то я хорошо понимаю Великих предков Рина. Они сделали всё, чтобы потомки обрели могущество. Пусть это займет много времени, но в результате должна получиться раса достойная своих великих предков.

— Что толку в могуществе, если они не смогут покинуть свою планету, — фыркнул Анд.

— Может быть стазис — это своего рода проверка цивилизации на зрелость. Сможете преодолеть поле, значит, вы готовы к опасностям галактики. Если не сможете — развивайтесь дальше. — В каюте долго стояла тишина. Все думали над словами Гы.

Тишину нарушил Рин. Всхлипывая, он выдавил из себя «спасибо, Гы» и уснул.

20

С восходом солнца трап демонтировали, и новые жильцы принялись осваивать замок. Работа закипела. Элты мыли, чистили, драили, в общем, приводили замок в порядок. Во второй половине дня синтов, осматривающих обширные подвалы, нашёл посыльный и сказал, что Элил срочно желает их видеть.

Элил выбрала себе в качестве рабочего кабинета просторный зал с колоннами. Она сидела в массивном кресле с высокой спинкой. Перед ней стоял стол, заваленный бумагами. Элил поглядела на друзей и с улыбкой сказала:

— У меня для вас задание. Но вы должны мне пообещать, что ни в коем случае не будете рисковать собой, — дождавшись обещания Элил продолжила. — Так вот, мне нужны некоторые вещи, из этого списка. — Элил подала Рину длинный свиток. — Здесь всё для того, чтобы привести замок в жилой вид. Вещи подобраны с таким расчётом, чтобы они смогли служить нам и дальше на «Консуле». Рин, я на тебя надеюсь, потому что знаю — ты не потратишь лишнего, — Элил убрала со стола лист бумаги. Под ним оказалось четыре мешочка. — Я думаю, этого хватит. Но покупки — это не главное. Ваша цель — найти генераторы силового поля. Слушайте, смотрите, но ещё раз прошу вас: не ввязывайтесь, ни в какие авантюры. Если вы попадёте в неприятности, то я, скорее всего, даже не узнаю об этом, не говоря уже о помощи. — Элил замолчала, затем вышла из-за стола. Подошла к друзьям, дотронулась до руки каждого. — Ну, кажется, всё. Удачи. Вот, совсем забыла. Обязательно найдите Пафлуцио и пригласите его сюда. Чтобы в дальнейшем избегать неприятностей, нам нужно как можно больше узнать о местном образе жизни и нравах. Всё, идите. — Элил вернулась за стол, а друзья отправились в путь. Они вышли за ворота парка и остановились.

— С чего начнём? — спросил Анд.

Рин развернул свиток и посмотрел в него.

— Под первым номером стоит транспорт. Элил хочет, чтобы мы арендовали для неё ту повозку с радужными скакунами и ещё три механические повозки для повседневных нужд. Одну из них мы можем взять себе.

— Кстати, на этой платформе мы сможем добраться до стоянки, — Анд указал на проезжающую мимо платформу.

— Нет, — сказал Рин. — Это общественный транспорт, там опять не будет сдачи. Я не собираюсь раздавать металл просто так.

Гы указал направление, и они пошли пешком. Синты на улицах этого города были явлением обычным, поэтому на друзей никто не обращал внимания. Гы остановился пред одним из зданий с яркой вывеской и сказал:

— Вывеска обещает помощь в приобретении платёжных средств. Наверное, это какое-то финансовое учреждение.

— Помощь нам бы, конечно, не помешала. Но здесь нас могут обмануть, — сказал Рин.

— Давайте зайдём и узнаем, что там. Будем держаться настороже, — сказал Анд и первым направился к двери.

Помещение, как и приёмная Пафлуцио, было просторным. У стены напротив входа стоял стол. За ним восседал молодой карлон. Его огненная шевелюра была самым ярким предметом в комнате. Одежда самых ярких цветов, превосходила по яркости наряды, которые друзья встречали до этого. Пиджак сверкал серебряными блёстками. Малиновое жабо пенилось из-под воротника пиджака. По причине молодости растительность на лице была редкой, и жабо маскировало такое досадное положение дел. Но хозяин малинового аксессуара явно переборщил с маскировкой. Когда карлон бросил синтам хмурое «Что вам нужно?», жабо взметнулось вверх и прилипло к губам. Рин положил на стол перед карлоном стержень и сказал:

— Мне нужно превратить это во что-то более удобное для расчётов.

При виде металла маленькие глазки заблестели. Карлон достал из ящика стола набор пилочек и принялся царапать стержень. Вскоре он с довольным видом откинулся на спинку стула:

— Могу предложить вам распилить стержень, а полученные бруски расплющить. Таким образом, вы получите металлические диски, которые удобно носить.

— Звучит неплохо. И во сколько же нам это обойдется?

Карлон достал деревянную рамку с натянутыми верёвками и стал двигать по верёвкам чёрные и белые шарики. При этом он что-то бормотал себе под нос так, что в конце расчётов жабо было забрызгано слюной. Это нисколько не смутило банкира, он снял мокрое жабо и бросил его в стол. На его место он прицепил свежее, на этот раз небесно-голубое. Приведя свою одежду в порядок, карлон сказал:

— Работа обойдётся вам в один диск за десяток стержней.

— Грабеж средь бела дня, — Рин прикрыл руками мешочки, висевшие на его поясе, и сделал шаг назад. — Это непомерно высокая цена.

— Это хорошая цена, она тебя вполне устраивает, — карлон пристально посмотрел на Рина.

— Нечего на меня пялиться, со мной такие фокусы не пройдут, — Рин взял со стола стержень и собрался уходить. — Я пойду в другое место, там это сделают гораздо дешевле.

Карлон выскочил из-за стола и встал на пути синтов, он расставил руки в стороны и завизжал:

— Стойте! Не надо в другое место. Давайте успокоимся. Так нельзя вести дела. Какие вы предлагаете условия?

— Один диск за три десятка стержней, — сказал Рин.

— Вы хотите, чтобы я работал бесплатно? — Карлон вернулся за стол. — Работы по металлу очень дорогие. Мне придется использовать сложное оборудование, которое в процессе изготовления дисков будет изнашиваться. Диск за двенадцать стержней.

Торг продолжался долго. Карлон и Рин так увлеклись, что ничего не замечали вокруг. Слова «мошенник, разбойник и аферист» уже никого не обижали. В процессе разговора тон спора всё время повышался. Спорщики сближались друг с другом не только в вопросе цены, но и физически. Рин оперся руками на стол и наклонился вперёд. Карлон в свою очередь приподнялся со стула и тоже наклонился вперёд. Когда прозвучало «двадцать пять за диск, и это последняя цена», от одного лица до другого оставалось не более десяти сантиметров.

— Согласен, — сказал Рин и отступил назад.

— Мы должны видеть всё, что вы будете делать с нашими стержнями, — нарушил тишину Гы.

Карлон тихонько заскулил и обхватил голову руками.

— Это невозможно, — прохрипел банкир. — Технология обработки металла является коммерческой тайной.

— В таком случае сделки не будет, — сказал Гы.

— Ладно! Ладно! Откуда вы только взялись? Подведем итог. Я обязуюсь переделать ваши стержни в диски. В вашем присутствии. Получить плату один диск за двадцать пять стержней. Правильно?

— Верно, — сказал Рин.

— В таком случае объявляю, что договор вступает в силу, как только вы поклянетесь никому и никогда не рассказывать о том, что вы здесь увидите.

Друзья поклялись. Сразу за столом находилась неприметная дверь, выкрашенная в тот же цвет, что и стена. Карлон толкнул её и стал спускаться по крутой лестнице. Лестница не освещалась, идти приходилось на ощупь. Наконец, впереди, забрезжил жёлтый свет. Синты вошли в помещение с низким потолком и стенами, выложенными необработанным камнем. К банкиру подошёл старый карлон в сером фартуке. Карлоны обменялись несколькими словами, и молодой махнул рукой синтам, чтобы они следовали за ним.

В помещении стоял полумрак, свет шёл от огня, который горел в небольшой печке. Старый карлон, в свете огня пристально рассматривал стержни. Он достал из кармана очки и надел их на нос. Затем достал ещё одни и нацепил их поверх первых. Карлон царапнул ногтем стержень, затем, закусив его зубами, попытался согнуть. Это ему не удалось. Карлон удовлетворенно кивнул и негромко кого-то позвал. Из темноты появились синта. Они принесли деревянный верстак.

— Мастер готов к работе. Ваши стержни, — банкир протянул руку Рину.

Рин отсчитал стержни и передал их мастеру. Синты уверенно обращались с инструментами и в считанные минуты стержни распилили. Затем под надзором мастера стержни докрасна нагрели в печке. Синты взяли огромные молоты и стали плющить раскаленные бруски. Материал молота и наковальни походил на камень. Но с уверенностью этого нельзя было сказать. Расплющенные бруски бросали в глиняный кувшин с водой. Разогретый металл легко сплющивался, и вскоре синты закончили работу. Мастер слил воду из кувшина через ткань. Он положил ткань на верстак. Диски имели неправильную форму. Многие кусочки и дисками-то нельзя было назвать, они скорее походили на овалы. Но это не имело значения. Лепёшки сверкали мягким благородным светом. На Мегаклоне ценился металл, а не форма. Гы осмотрел кувшин и убедился, что там ничего нет. Рин пересчитал металл и сложил его в свои мешочки. Металлурги тем временем приступили к уборке. Мастер аккуратно сметал металлические опилки на лист бумаги.

— Эй, а как насчет этого? — воскликнул Рин и указал банкиру на опилки.

— Отходы производства принадлежат мне. Так как это не было оговорено раньше.

— И всё-таки ты меня обманул!

— Не обманул, а предоставил бесценный опыт, — банкир щёлкнул пальцами и со всех сторон, появляясь из темноты, стали выходить синты с дубинками в руках.

— У нас могущественные покровители. Нас будут искать, — сказал Рин.

— О! Я не смею вас задерживать. Выход там.

Друзья пятились к лестнице задом, опасаясь нападения, но этого не случилось. Они поднялись по лестнице и, пройдя через помещение, где стоял стол, вышли на улицу.

— Глупо было затевать спор, когда находишься в таком невыгодном положении, — сказал Анд.

— Я не собирался спорить, просто хотел проверить, как поведет себя банкир, — ответил Рин.

— Ты меня удивляешь. В одних случаях ты трусишь. А в других сам лезешь на рожон, — удивился Анд.

— Здесь нечему удивляться. Я трушу в тех случаях, когда ситуация мне не понятна. А там, где мне всё ясно, могу поступить более решительно.

— Это можно объяснить, — вмешался в разговор Гы. — Моллюски создали синтов так, чтобы в первые дни после Призыва разумы легче осваивались с новой обстановкой. Для этого синты выделяют особые гормоны. Они позволяют разумам вести себя более смело, так как притупляют чувство опасности. Гормон в стрессовых ситуациях вызывает своего рода эйфорию. Со временем такие гормоны перестают вырабатываться, чтобы личность стала такой, какая она есть.

— Ладно. Но как тебе может быть понятна торговля? Ведь ты из первобытного общества? — спросил Анд.

— Ты прав. В этом случае я сам себе удивляюсь. У меня на родине действительно нет торговли. Даже чего-то похожего нет. Но я всё понимал с самого начала. Меня просто завораживает сама концепция. Обмен одной вещи на другую. Это так удобно! Чтобы покушать, тебе не надо лезть за фруктами на дерево. Достаточно обменять пищу на кусочек металла!

— При условии, что у тебя есть этот кусочек металла, — ухмыльнулся Анд.

— Так же можно получить одежду, — Рин не слышал реплики Анда, он продолжал разглагольствовать. — Жилище! Транспорт! Да что угодно! Это освобождает от рутинных дел. Появляется куча свободного времени. Но больше всего мне понравилось то, что можно менять условия сделки. То есть требовать за меньшую цену больше вещей. И все, кто имеет дело с деньгами, считают это нормальным!

— Это называется торговаться, — вставил Анд, когда Рин переводил дыхание.

— Торговаться! Какое точное определение! — воскликнул Рин. — Когда я выстрелил из пулемёта, то испытал шок. Что-то щелкнуло у меня в голове, и я был просто парализован. С торговлей наоборот. Как только я столкнулся с этим, мне показалось, что я об этом знаю всё. Просто до этого времени не помнил, так как в этом не было необходимости.

— Что, опять заветы предков? — спросил Анд.

— Может быть, — ответил Рин и погрузился в задумчивость.

В банке друзья провели больше времени, чем думали. Платформа отвернулась в своём вращении от солнца, и наступили сумерки. Тем не менее, друзья решили продолжить выполнение задания Элил. Следуя указаниям Гы, друзья, наконец, добрались до колоннады с порталами. Несмотря на то, что ночь вступила в свои права, на улицах стало оживленнее. Рин подошёл к карете, запряженной животными с радужными гривами, и принялся торговаться. Гы и Анд стояли чуть поодаль и не вмешивались в торг. В этом деле Рину помощники были не нужны. Прошло не меньше часа, прежде чем Рин отдал синту несколько дисков. Синт достал из кармана тёмный предмет и убедился, что диски легко им притягиваются. Гы и Анд впервые видели на Мегаклоне магнит, поэтому подошли поближе. Синт неправильно расценил их намерения. Он бросился на проезжую часть, нырнул в механическую повозку и исчез.

Белая карета и три механические повозки тронулись к новому месту службы. Друзья стояли на тротуаре и провожали вереницу взглядом.

— Пришлось нанимать экипажи вместе с водителями, — сокрушался Рин. — Этот мошенник никак не хотел уступать.

— А что же мы здесь стоим? Мы могли бы доехать вместе с ним до голубого замка, — опомнился Анд, но поздно, кавалькада уже скрылась из вида.

— Доехать не проблема, если есть чем платить, — хриплый голос прозвучал прямо над головами синтов.

Друзья подняли головы вверх. На них смотрели два жёлтых глаза. Глазам было совсем не тесно на внушительных размерах голове с треугольным клювом. Синты попятились назад не столько из-за испуга, сколько из желания лучше рассмотреть того, кто говорил. В первом приближении говоривший мог походить на птицу, но только в первом. Массивная голова была увенчана несколькими короткими перьями, торчащими на макушке под прямым углом. Сама голова сидела на гибкой шее. Шея в свою очередь росла из почти шарообразного тела, сплошь покрытого перьями. И опиралось всё это пернатое великолепие на две мясистые розовые ноги. «Да это же страус! Только очень большой!», — подумал Анд.

«Твой дедушка страус, а я Крах», — ментальные слова сопровождались чётким ощущением, что перед самым лицом щелкнул огромный клюв. Анд отшатнулся назад и упал.

— Мы предпочитаем не использовать в общении ментальную сферу, — сказал Гы.

— Мне всё равно, — ответил Крах, открывая клюв. — Домчу без хлопот и не только. Быстро, дешево, удобно.

— Ты занимаешься перевозками пассажиров? — спросил Рин.

— Да, занимаюсь перевозками и не только. Но перевозками быстро, дёшево, удобно.

— Даже не знаю, — прошептал Рин друзьям. — В списке Элил есть пункт, в котором говорится о том, чтобы мы себе тоже подыскали транспорт, но я планировал пользоваться общественным транспортом.

— Учтите, я выполню работу гораздо быстрее, дешевле, удобнее, чем общественный транспорт. И ещё учтите, что гужевой транспорт пользуется приоритетом на дорогах.

— А какое ты имеешь отношение к гужевому транспорту? — спросил Рин.

Крах с места набрал приличную скорость и скрылся из вида, оставляя за собой возмущенные крики водителей.

— Странное создание, — сказал Рин.

— Очень странное, — согласился Гы. — Нам он будет полезен. Рин, найми его.

Со стороны проезжей части раздался шум и на тротуар влетел Крах. Оказалось, что у него есть маленькие передние лапки. В них он держал деревянные шесты, к которым крепилась легкая двухколёсная коляска.

— Быстро, дёшево, удобно.

— Насколько дёшево? — задал вопрос Рин, обходя коляску кругом.

Оказалось, что и в самом деле дёшево. В неделю Крах запросил один диск, плюс пища и ночлег. Пока Рин ходил вокруг коляски, Крах провожал его взглядом, поворачивая голову на триста шестьдесят градусов. Друзья сели в коляску, втроём там было не тесно. Крах вышел на проезжую часть и потрусил к голубому дворцу. На счёт удобства Крах тоже не обманул. Экипаж шёл мягко и без толчков. Вскоре друзья смогли оценить и третью опцию, которую Крах называл «и не только». Механические экипажи уступали дорогу безоговорочно, признавая за транспортным средством принадлежность к гужевому. А вот с другим транспортом случались проблемы. Намереваясь проехать перекрёсток, Крах обнаружил, что слева на него надвигается гора шерсти. Только по толстым коротким рожкам можно было определить, где у существа голова. Существо медленно двигалось по дороге, не обращая ни на кого внимания. Краху это не понравилось.

— Куда прёшь, мохнарылый!?

На мохнарылого окрик не произвёл никакого впечатления, он продолжал двигаться с явным намерением растоптать помеху. Но Крах не желал уступать.

— В глаз хочешь? — прошипёл пернатый.

Мохнатый резко остановился. Очевидно, в ментальном поле обращение сопровождалось какой-то яркой картинкой. Из длинной чёрной повозки, которую тащило существо, посыпались бочки. Из повозки стали прыгать карлоны и гоняться за бочками. Путь был свободен, Крах с гордо поднятой головой прошёл под нависшей тушей. Крах повернул голову и посмотрел на своих пассажиров.

— Впечатляет, — прокомментировал дорожный инцидент Рин.

До голубого дворца добрались без происшествий. Правда в воротах стояла охрана из стрелков элтов, и Крах собирался затеять с ним потасовку. Он бросил шесты на землю, поднял хохолок на голове и ринулся в бой. Рин успел соскочить с коляски и встать между Крахом и стрелками. Стрелки уже перестроились в две цепочки, собираясь открыть стрельбу из арбалетов. Рин уладил конфликт.

Когда Крах подкатил к ступеням дворца, первые лучи солнца уже пробивались между каменными плитами. У входа стояла карета и механические повозки. Крах припарковал свою двуколку рядом и вслед за друзьями направился во дворец.

— Эй, а ты куда? — возмутился Рин.

— Ты обещал мне предоставить ночлег. Уже забыл?

Рин, в нерешительности посмотрел на птицу, затем сказал:

— Ладно, пойдём. Только не шуметь и ничего не пачкать.

— Само собой, — согласился Крах.

Анд и Рин придержали дверь, пока птица с трудом протискивалась внутрь. Крах огляделся и пошёл к нише под лестницей. Высота потолка позволяла ему вышагивать, не пригибаясь. В нише стоял диван, а по бокам две крупные вазы с пышными растениями. Крах вытащил диван из ниши, уцепившись клювом за подлокотник. Затем он так же поступил с вазами. Когда всё было закончено, он критически оглядел свою работу.

— Неплохое гнёздышко, — сказал Крах и забрался в нишу.

Друзья пошли подыскивать ночлег для себя. Все комнаты были заняты. Всюду спали элты, приспособив для ночлега мебель дворца или обломки с «Консула». Не найдя подходящего места, друзья вернулись в холл и кое-как устроились на диване из ниши. За день, все устали, поэтому быстро уснули.

От громкого визга и звука бьющейся посуды синты вскочили со своего дивана. Оказалось, что Крах уже проснулся. Его разбудил запах готовящейся пищи, и он решил найти его источник. Просторный коридор позволил ему дойти до кухни, но узкая дверь помешала зайти внутрь. Крах просунул длинную шею, чтобы посмотреть. Такое поведение испугало женщин, которые готовили, но они быстро опомнились и, вооружившись чем могли, кинулись на пришельца. Крах выбежал из коридора и, увидев синтов, спрятался за их спинами.

— Стойте! Стойте! — Рин выставил руки вперёд. — Это Крах, он с нами. Он разумен и не причинит вреда.

Но паника уже охватила весь дворец. В холле собрались элты. Стрелки уже клацали арбалетами, взводя тетиву. Крах сел на пол, стараясь, чтобы его тело как можно меньше высовывалось из-за спин друзей.

— Что здесь происходит? — в холл вошла Элил.

— Элил, это Крах, мы наняли его для поездок по городу. Он разумное существо и не хотел причинить никому вреда. Мы решили не оставлять его на улице, поэтому взяли ночевать внутрь. А его все испугались.

Элил подошла ближе и посмотрела на птицу. Крах встал, встряхнул перьями и произнёс:

— Домчу без хлопот и не только. Быстро, дёшево, удобно.

Элил минуту молчала, но скрыть улыбку так и не смогла.

— Уважаемый Крах, я прошу прощения за своих людей. Дело в том, что они удивлены вашим необычным внешним видом. Я уверяю вас, что такого больше не повторится. Вы можете спокойно выполнять свою работу. Я, в свою очередь, всегда буду рада видеть вас в своём замке. — Элил повернулась к элтам и громко сказала. — Опасности нет! Это наш друг, его зовут Крах. Расходитесь и занимайтесь делами.

Если Крах умел краснеть от смущения, то именно этим он сейчас и занимался, опустив глаза в пол.

— Благодарю вас, о прекрасная незнакомка. Вы спасли мне жизнь. Эти дикари хотели меня растерзать.

Элил подошла ближе и с улыбкой продолжала рассматривать Краха, но дотронуться до него не решилась.

— Этого больше не повторится. — Затем она обратилась к синтам. — Я знаю, что вы устали, но у нас совершенно кончились продукты. Отправляйтесь в город и закупите нам провизии. И пожалуйста, поторопитесь. Запахи, которые привлекли Краха, издавали последние крохи пищи, которые сохранились после нападения.

Друзья поспешил выполнить задание Элил. Огромную помощь в этом оказал Крах. Он отлично знал город и посоветовал, где можно купить свежие продукты по сходной цене, что особенно порадовало Рина. На самом краю платформы находились бесчисленные склады. Множество разномастных судов сновали в разных направлениях, каким-то чудом не сталкиваясь. Здесь Рин опять применил своё искусство торговаться. Доведя до истерики очередного карлона, он расплатился с ним металлическими дисками. Через несколько минут вереница из двух десятков механических повозок двинулась в сторону голубого замка.

— Неплохо бы и нам подкрепиться, — сказал Крах.

— Ты прав, — согласился с ним Рин. — Знаешь какое-нибудь место, где можно поесть?

Крах показывал чудеса не только в скорости, но и в манёвренности. Он был самым быстрым на улицах города. Не раз он сворачивал на тротуар, чтобы быстрее миновать затор. Крах нёсся, теряя перья, но скорость не сбавил ни разу. Он щедро раздавал удары мощными лапами и клювом. Он бил всех впряжённых животных, которые, по его мнению, были недостаточно расторопны. Очевидно, Крах считал, что такое поведение должно вписываться в обещанный пункт «и не только» его соглашения с Рином. Сам Рин в это время пытался что-то сказать своему безумному рикше. Но тряска сбивала дыхание, и ему не удавалось произнести сколько-нибудь членораздельные звуки. Наконец, это закончилось, Крах резко остановился. Синты по инерции полетели вперед и ударились о передок коляски.

— Крах! Никогда! Слышишь?! Никогда так не делай. — Рин не знал, что ещё сказать. Он стоял, высоко подняв голову и пытаясь заглянуть в глаза птице.

— Быстро, дёшево, удобно.

— Хорошо, что быстро, но сейчас в этом нет необходимости. Никогда так не делай, пока я не попрошу тебя. Ты понял?

— Я понял. Когда мы будем есть?

Рин оглянулся и увидел, что они находятся в небольшом парке. Рядом стояло обычное карлонское строение, но с пристроенной верандой. Под навесом располагалось несколько столиков, покрытых белоснежными скатертями. Навстречу друзьям вышел синт в белом фартуке и спросил: «Чего изволите?»

— Нам нужно покушать, — ответил за всех Рин.

Синт сделал приглашающий жест. Друзья вошли и сели за столик, который стоял рядом с перилами веранды. Крах остался снаружи, но длинная шея позволяла ему принимать участие в общем застолье. Он просунул голову внутрь, она оказалась на одном уровне с головами синтов.

Официант подошёл к Рину и принялся перечислять блюда. Рин слушал некоторое время, а затем, перебив официанта, спросил:

— А мясо есть?

Мясо было. Но цена, по мнению Рина, оказалась заоблачной. Поторговаться Рину не удалось. Официант заявил, что в приличных заведениях не торгуются, а это заведение, несомненно, приличное. Рин охал и ахал, но всё же сделал заказ, с мясными блюдами.

Официанты нескончаемым потоком подходили к столику и ставили, ставили, ставили. У каждого официанта в руках была только одна тарелка. Казалось, что конвейер синтов в белых фартуках никогда не кончится. Но все, же это случилось. Когда тарелки расставили, двое синтов притащили огромную корзину с фруктами и поставили её перед Крахом. Тот без лишних церемоний принялся за еду. Он брал фрукт мощным клювом, немного сминал его и тут же глотал.

Рин заглянул в плошку с мутной жидкостью. Там плавал кусочек мяса размером не больше двух кубических сантиметров. Рин, ворча, принялся за еду. Но по мере того как еда исчезала, ворчание делалось всё тише и тише, и вскоре прекратилось совсем. Синты сосредоточенно жевали, когда Крах заявил:

— Мне нужно ещё.

— Ты слопал всю корзину?! — удивился Рин.

— Я не ел три дня.

Рин немного повернул голову и рядом с ним, как из-под земли, вырос синт. Рин сделал заказ.

— И попить, — добавил Крах к заказу.

Заказ выполнили быстро. Перед Крахом поставили ещё одну корзину и кувшин с широким горлом, по объему равный ведру.

После плотного обеда настроение у всех улучшилось. Синты сидели, откинувшись на спинки стульев, и пили горячий напиток. Крах продолжал поглощать фрукты, но уже без прежней скорости.

— Ну, рассказывай, как ты оказался в теле птицы? — задал вопрос Рин.

Крах поперхнулся и стал хрипеть. Всё же ему удалось проглотить плод, он отдышался и сказал:

— Как ты узнал?

— Очень просто — твои повадки. Птицы так себя не ведут.

— Ты знал много разумных птиц?

— Мне не нужно знать, как ведут себя разумные птицы. Мне достаточно знать, как ведут себя приматы в целом и гуманоиды в частности. Ты смущаешься, злишься, как гуманоид. Когда ты говоришь, ты выстраиваешь фразы, как и мы. Это твоя фраза про дедушку… Мне показалось странным, что такое существо как ты, может хорошо разбираться в родственных отношениях гуманоидов. Кроме того, ты назвал Элил красавицей. Вряд ли птице Элил показалась бы красивой. Так что, рассказывай, кто ты такой.

Крах престал глотать фрукты и молча смотрел в корзину.

— Пожалуйста, не говори никому о своих догадках. У меня очень могущественные враги. Поменяв тело, я наделся таким образом скрыться от них. К сожалению, о том, что со мной случилось, я не могу рассказать даже вам.

— Да ладно, не хочет рассказывать не надо, — вступился за птицу Анд. — На самом деле Рин прав. Ты должен сделать что-нибудь со своей речью. Эти твои «красавицы и пожалуйста» не вяжутся с внешним видом крутого парня.

— Я это учту.

Остаток дня Крах возил синтов по городу. С помощью Краха удалось найти все предметы из списка Элил. Удалось найти и подходящий ковёр в холл замка. Проходя мимо одного из магазинов, Крах сказал:

— Вам бы тоже не мешало приодеться. Вы одеты как рабы. И отношение к вам соответствующее. Заодно купите складные стулья. У карлонов принято вести деловые переговоры на своей мебели.

Синты последовали совету Краха, и зашли в магазин. Там они купили тёмные штаны и куртки из грубой ткани. Вместо шлёпанцев купили ботинки. Грубые, но прочные. Довершали наряд чёрные кепки. Правда, Рин наотрез отказался от кепки. Он выбрал себе широкополую шляпу, с верёвочкой под подбородком. Складные стулья здесь тоже продавались. Рин купил один, заявив, что переговоры он ведёт один, следовательно, одного стула будет достаточно.

Синты вышли из магазина и Рин заглянул в список. Все поручения были выполнены, оставалось только заехать к Пафлуцио и договориться с ним о встрече. Но когда Рин сказал Краху о том, что им надо к Пафлуцио, то он, выполнявший до этого все распоряжения безропотно, вдруг возмутился.

— Что! К этому мерзавцу! Что у вас могут быть за дела с ним.

— Мы сняли у него голубой дворец, — ответил Рин. Крах резко остановился и повернул голову на сто восемьдесят градусов.

— Вы сняли у Пафлуцио дворец! Откуда же вы прибыли!

— А что такого?

— Пафлуцио знает вся Пирамида. Это известный мошенник.

— Карлоны все мошенники, — усмехнулся Рин.

— Так и есть, но Пафлуцио первый среди них. Он сдаёт свои дворцы, всем кто пожелает. А потом, те, кто их снял, куда-то исчезают! Их больше никто не видит. Да вся Пирамида знает, что во дворцах Пафлуцио полно подземных ходов.

— Ты серьёзно! — крикнул Анд.

— Конечно серьёзно. Да про это все знают!

— Тогда гони к Элил.

Крах прибавил скорость. До места добрались затемно. Когда они уже катились по парку перед дворцом, Крах сказал:

— Я бы посоветовал вам куда-нибудь увести Элил и там ей все объяснить. Во дворце вас могут подслушать.

— Мне кажется во дворце безопаснее, — сказал Рин. — Кругом полно элтов, если что они придут на помощь.

— Вероятнее всего, что они сами станут этим, «если что». Их могут взять под контроль, и они сделают всё, что им прикажут. Как я понял в ментальном плане элты совершенно беспомощны.

— Крах прав, с нами уже случалось нечто подобное, — сказал Анд.

21

Во дворце было спокойно. Как только синты вошли внутрь, им сразу же сказали о том, что их желает видеть Элил. Друзья хотели того же и сразу же пошли к ней. Крах отправился к своей нише под лестницей. За время пока Крах возил синтов по городу. Его нишу благоустроили. Там же стояла корзина со свежими фруктами, и Крах занялся едой. Синты подошли к апартаментам Элил и постучали.

— Даже охраны нет, — сказал Анд, пока они стояли у двери.

Дверь открыла девушка. Она кивнула и пригласила синтов войти. В комнатах царил беспорядок. Всюду стояли коробки и ящики. Из смежной комнаты вышла Элил.

— Вы как раз вовремя. Мне срочно нужно добраться до края платформы, желательно в такое место, где никого не будет.

— Крах быстро довезёт нас в такое место, — сказал Рин.

Элил и синты по лестнице спустились в холл. Вокруг Краха собралось множество элтов. Они с интересом наблюдали, как он поглощал фрукты. Это несколько не смущало пернатого. Он спокойно ел и не обращал ни на кого внимание. Когда он покончил с едой, к нему подошла женщина и вытерла клюв полотенцем. Элты были настроены доброжелательно и вероятно хотели пообщаться с Крахом. Но Рин махнул ему рукой, и Крах поспешил к выходу.

Смеркалось, но это, ни сколько не мешало Краху двигаться по улицам. Во время движения он рассказал всё, что знал о Пафлуцио. Элил спокойно отреагировала на рассказ Краха. Она сказала, что если поездка пройдёт успешно, то она сможет решить эту проблему. Если Краха и удивили её слова, то он не подал виду.

Когда они добрались до края платформы, уже совсем стемнело. Плита была немного светлее, чем окружающее пространство и край платформы хорошо просматривался в темноте. Крах остановился метрах в пяти от края. Вокруг стояла тишина.

— Это место редко посещается, — сказал Крах, остановив повозку. — Что теперь?

— Теперь будем ждать, — ответила Элил. — Скажи Крах? Ты хорошо разбираешься в местной обстановке?

— Да, я не плохо здесь ориентируюсь. Вы хотите что-то узнать?

— Для начала расскажи в общих чертах. Что за существа карлоны, что они любят, чего опасаются. Хотелось бы понять, что ими движет.

— Мерзкие, алчные твари. Ради власти и богатства готовы на всё. Обладают средними ментальными способностями. Что ещё про них рассказать?

— Скажи Крах, раньше ты был карлоном?

— Нет, я принадлежу к другой расе. Я не хотел бы это обсуждать. Что вы еще хотели узнать о карлонах.

— Не волнуйся Крах, мы не станем мучить тебя расспросами, — сказала Элил. — Понимаешь, дело в том, что мы ищем одну вещь. Мы точно знаем, что она есть у карлонов. Это довольно редкая вещь. Задавать вопросы напрямую мы не рискуем. Это разозлит карлонов, и они выгонят нас со своей платформы. А если ничего не предпринимать мы останемся ни с чем.

Крах задумался. Он долго смотрел на Элил, потом на синтов, затем сказал:

— Если это вещь даёт своему хозяину какое-то могущество, то и обладать ею может только влиятельный карлон. Иногда местная элита собирается на мероприятие, где они общаются в неформальной обстановке. Кстати это единственный случай, когда, вместе, собираются представители разных гильдий. На таких сборищах могут присутствовать и представители других рас.

— То есть я смогла бы попасть в такое место.

— В этом вся сложность. Элил постарайся выслушать меня спокойно. Я расскажу всё как есть. Пойми, я не хочу обидеть тебя или оскорбить. Общество карлонов, это сборище мошенников и развратников. Так вот дело в том, что они не воспринимают тебя как представителя другой расы.

— Это я уже поняла. Имела неудовольствие общаться с представителями местной власти.

— Боюсь, что ты не всё поняла. Дело в том, как ты выглядишь.

— А как я выгляжу?

— Ты выглядишь великолепно! Карлоны так же считают твой тип красоты эталоном. Понимаешь, они считают таких женщин как ты очень красивыми. Долгое время они находили гуманоидные расы на Мегаклоне и похищали их женщин.

— Похищали!? — удивилась Элил.

— Да, похищали. Иногда это были целые пиратские рейды. Рабыням жилось не сладко.

— Могу себе представить!

— Но со временем наложницы обнаруживали слабое место карлонов. Дело в том, что со временем женщины учились управлять карлонами. То есть они могли внушать им любые мысли. Платформа карлонов несколько раз полностью опустошалась. Рабыни мстили своим господам за рабство. Несколько раз карлоны почти полностью уничтожались физички. Женщины проводили мужчин свое расы на платформу и те расправлялись с карлонами. Несколько раз карлоны лишались всех своих финансов. Да много было всяких бед, пока женщины карлонов не поставили своим мужчинам ультиматум. Не знаю, чем они пригрозили, но больше пленниц на платформе не было.

Здесь надо сказать что карлонихи, внешне, практически ни чем не отличаются от своих мужчин. Такие же фигуры. Кривые ноги. Даже растительность на лице присутствует. В общем, выглядят не привлекательно, даже по меркам самих карлонов. И вот совсем недавно карлоны нашли выход. Они похищают незагруженных синтов. Затем где-то проводят натурализацию. Таким образом, они получаю в своё распоряжение идеальные игрушки. Внешний вид, любой какой только пожелают карлоны. Абсолютно безропотные, абсолютно исполнительные.

— И эти игрушки выглядят как я! — Крах утвердительно кивнул. — Отвратительно! Ужасно! Теперь я понимаю, почему карлоны так пристально смотрели на меня!

— Тебя постоянно будут пробовать на прочность. И не только тебя. Во дворце я видел много женщин. Но здесь же я вижу и ваше преимущество. Прости, я не знаю, что собой представляет твоя мораль. Но ты смогла бы использовать свой внешний вид. Трудность в том, что тебя не пустят на вечеринку одну. Тебя должен сопровождать карлон. А карлон не захочет иметь с тобой дело, потому что побоится попасть под влияние.

— Ничего страшного. У меня уже есть кандидат. Я использую Пафлуцио.

— Боюсь он не согласиться. Он старый мошенник и знает, чем рискует.

— У него не будет выбора! — гневно сказала Элил.

Наступила тишина. Вокруг уже совсем стемнело. Легкий ветер дул из-за края платформы. Вдруг Элил спрыгнула с коляски и сделала шаг к краю. Вдали замерцала звёздочка. Она быстро увеличивалась в размерах. Вскоре она превратилась в сферу. Ещё минута и стали вырисовываться очертания человеческой фигуры. Джин летел головой вперёд, сжав кулаки. Обрывки цепей болтались на толстых запястьях. Он остановился перед Элил в нескольких метрах. Не меньше десяти метров в высоту, джин излучал мощное голубое сияние. Элил вынула свой жезл, и джин втянулся в его набалдашник. Темнота обрушилась на окрестности, как только последний всполох голубого сияния исчез в жезле. Через несколько минут зрение восстановилось, и в тусклом свете вновь появились очертания края платформы.

Крах тронулся в обратный путь. Он часто поворачивал голову и смотрел на Элил, но от вопросов воздержался. Коляска не спеша катилась через город. Вокруг царило оживление. Улицы были забиты экипажами. Судя по всему, карлоны предпочитали ночной образ жизни. В многочисленных кафе не было свободных мест. Оттуда доносилась громкая, неприятная на слух музыка, состоящая из прерывистых высоких звуков. Кроме музыки кафе, наполняли улицы запахами готовой пищи. От этого в животах синтов заурчало. Но ни кто не решился предложить остановиться и поужинать. Со стороны казалось, что карлоны слишком бурно веселятся. Часто, заглушая музыку, слышались громкие крики. Во многих местах случались потасовки. Карлоны, ловко орудуя своими тросточками, колотили друг друга с явным удовольствием.

До замка добрались без происшествий. Как только Элил вошла внутрь, она приказала, что бы всех разбудил и собрали в холле. Заспанные элты со всех ног спешили выполнить приказание эгреготессы. Когда элты окружили Элил, она сказала:

— В замке находятся шпионы. Они прячутся в потайных местах. Я дам команду эгрегору найти шпионов, а вы должны схватить их.

Элил вынула свой жезл и подняла его над головой. С набалдашника стали срываться голубые сферы, размером не больше яблока. Они, что-то сердито бормоча, разлетались по замку. Элты бросились за сферами. Не прошло и полчаса, как к ногам эгреготессы бросили двух изрядно побитых карлона. Командир стрелков и сказал Элил:

— Замок пронизан сетью скрытых переходов. Сейчас все выходы из них обнаружены и открыты. В основном двери маскировались под зеркала. Под самим замком множество подземных ходов. Они ведут в соседние здания и в здания на другой стороне улицы. Подземные ходы оканчиваются закрытыми дверьми. Шпионов обнаружили только двоих. Они безоружны, но оказали сопротивление. На вопросы не отвечают, только скулят.

— Это не важно, мне от них ничего не нужно. Заприте их в подземелье, проследите, чтобы у них была пища и вода. Лейтенант, к утру заблокировать все подземные ходы. Засыпьте землей, или камнями. Сделайте что угодно, но чтобы в замок не смогла пробраться даже мышь. То же самое сделать и с коридорами.

— Будет исполнено, — лейтенант козырнул и побежал выполнять приказ эгреготессы.

В эту ночь в замке ни кто не спал. Элты занимались выполнением приказа Элил. А сама Элил и синты не могли уснуть из-за шума, который производили элты. Синтов поселили в просторной комнате, которая примыкала к апартаментам Элил. Комнату и личные покои эгреготессы соединял широкий проём закрытый обычной занавеской. На этом настоял Анд. Мотивируя это тем, чтобы синты всегда могли прийти на помощь Элил. Незадолго до рассвета в замке наступила тишина. Элты выполнили приказ своей эгреготессы. Синтам показалось, что они только что уснули, когда занавеска колыхнулась и в комнату вошла Элил.

— Просыпайтесь у нас важное дело.

Синты быстро проснулись и сели на диванах. Протирая глаза, они хмуро смотрели на Элил.

— Нам нужно нанести визит Пафлуцио. Необходимо заставить его сотрудничать с нами. Какие будут предложения?

— Чем жёстче мы будем действовать, тем лучше, — В вопросах общения Рин чувствовал себя как рыба в воде. — Мы предъявим ему обвинение в том, что он шпионил за нами и хотел похитить Элил и всех женщин в придачу.

— Но мы не знаем этого наверняка, — возмутился Анд.

— Не важно, что мы знаем, а что нет. Важно чтобы Пафлуцио поверил, что мы всерьёз подозреваем его в этом. И поверил в то, что мы можем причинить ему неприятности. Нужно вести себя грубо и нагло. Поверьте, он это оценит. Элил нам нужно как можно более солидное представительство. Ты сможешь это обеспечить?

— Конечно, смогу. После завтрака выступаем.

Завтракали в просторной столовой. Усилиями Рина блюда были разнообразные. Мебели и посуды хватало. Когда синты вышли из столовой, то увидели перед входом в замок вереницу повозок. Первым стоял Крах. За ним две механические повозки. В них набившись как шпроты в банку, сидели стрелки в полной амуниции. В каждую повозку поместились не меньше полутора десятков элтов. Дальше стояла карета Элил. Она как новогодняя ёлка игрушками была увешана стрелками. Солдаты стояли на подножках, сидели на задке. Даже возница был зажат между двумя стрелками. Замыкала вереницу механическая повозка с большой трубой.

— Это что пушка с «Консула»!? — изумился Анд.

— Да это моя идея, — сказал Рин. — Чем угрожающе мы будем выглядеть, тем скорее договоримся.

Из замка вышла Элил и все расселись по местам. Синты поспешили к коляске, и Рин сказал:

— Крах следуй к Пафлуцио, но так чтобы другие не отстали от нас.

Крах зашагал вперёд, повернув, голову он спросил:

— Вы что на войну собрались?

— Это будет завесить от обстоятельств. Элил очень разозлилась на Пафлуцио из-за шпионов.

На дороге все старались держаться подальше от колонны элтов. Поэтому до особняка Пафлуцио добрались быстро. Крах повернул внутрь дворика и проехал чуть дальше, давая возможность карете остановиться напротив крыльца. Элты на ходу выпрыгивали из повозок и спешили в особняк. Друзья вошли сразу же за элтами, но всё уже было кончено. На цветастых циновках без движения лежало множество синтов. Они хлопали глазами, но попыток подняться не предпринимали. Пафлуцио сидел за своим и прижимал к заплывшему глазу кружевной платок. Рин подошёл к столу, разложил свой стульчик и утвердил его напротив карлона. Элил села на стул и положила ногу на ногу. Рин сделал шаг вперёд и начал свое выступление:

— Вчера ночью госпожа Элил обнаружила в арендованном у вас замке шпионов.

— И сколько шпионов она обнаружила в замке? — ехидным голосом спросил Пафлуцио.

— Не важно, сколько их было. Важно, что они сознались в том, что шпионили на тебя.

— Они не могли сознаться. Они немые от рождения! — возмутился карлон.

— Странно, у нас они говорили. Да так бойко. — Рин замолчал и, не мигая, уставился на Пафлуйио.

— Мошенники, аферисты, пройдохи! Ну, ни кому в наше время верить нельзя. А ведь я заплатил за них как за немых от рождения.

— То есть ты признаёшь, что шпионил за госпожой Элил с целью её похищения?

— Причём здесь госпожа Элил? Я приставил парочку соглядатаев для того чтобы они наблюдали за моей собственностью. Знаете, какие бывают недобросовестные арендаторы. Вот до вас, например, были, то же с виду приличные, а ковёр в холле испортили…

— Хватит! — заорал Рин. — Нам с тобой всё ясно. Мы пришли сюда не для того чтобы выслушивать твои оправдания. А для того чтобы сурово покарать тебя!

Элил вопросительно посмотрела на Рина, но ничего не сказала. Рин поправил верёвочку от шляпы под подбородком, и посмотрел на карлона из-под полей.

— Вы не посмеете! — Пафлуцио попытался встать с кресла, но два стрелка стоявшие по бокам, положили ему руки на плечи и карлон рухнул обратно. — Вы не посмеете. Эта платформа принадлежит карлонам, мы здесь полноправные хозяева. На моей стороне закон.

— А ни кто и не узнает о том, что тебя не стало. Более того многие карлоны скажут нам спасибо за это. — Рин вытащил у лейтенанта из ножен кинжал и вокруг стола двинулся к Пафлуцио.

— Да вы что с ума сошли! Убить за шпионаж! Вы что совсем дикари! — Пафлуцио дергался в руках стрелков как птенец в когтях ястреба.

— Кроме того что шпионы подглядывали, они нанесли ущерб чести и достоинству госпоже Элил.

— Это каким же образом!?

— Они наблюдали за госпожой, когда она была обнажённой. А такой позор можно смыть только кровью!

Элил широко распахнула свои большие глаза и открыла рот. Она хотела что-то сказать. Но Анд положил ей руку на плечо. Элил не стала ничего говорить, но придала своему лицу оскорбленный вид.

— Это ложь!

— У нас есть доказательства.

— Какие у вас могут быть доказательства?

— Они делали фотографии, — вмешался в разговор Анд.

— Я не знаю что это такое, — карлона трясла крупная дрожь.

Рин дошёл до Пафлуцио и приставил кинжал к его горлу. Перестав дрожать, карлон сразу обмяк. Рин мигнул Элил, она заметила знак Рина и вступила в игру.

— Похоже, он искренне раскаивается, — сказала она печальным голосом.

— Да, да я искренне во всём раскаиваюсь. Госпожа Элил не губите меня, — в голосе карлона послышалась надежда.

— Поздно, оскорбление нанесено, и отмщение случится, — Рин был неумолим.

— Я искуплю свою вину! Я богат, сказочно богат, я могу…

— Что! Ты хочешь откупиться!

— Но это нормальная практика!

— С нами это не пройдёт!

— Но что же вам от меня нужно? — нижняя губа карлона задрожала, слезы ручьями потекли по его щекам.

— Ну есть одна вещь, которая смогла бы возместить мне всё то, что со мной случилась.

— Что!? Что это за вещь? Я обещаю. Я клянусь, что она будет у вас!

— Ты так уверен, что сможешь мне это устроить?

— Все что угодно госпожа только скажите!

Элил глубоко задумалась. В комнате воцарилась напряженная тишина.

— Я хочу попасть на приватную вечеринку карлонов, — от звука голоса Элил Пафлуцио вздрогнул. Из его глаз снова потекли слезы.

— И это всё!? — карлон потянулся к карману. Стрелки остановили его, но Элил кивнула им, и Пафлуци достал фляжку. Он запрокинул её вверх, одним глотком опорожнил. — Если госпожа Элил пожелает, в качестве компенсации нанесенного ей ущерба принять приглашение на вечеринку я буду искренне рад. — За то время, пока Пафлуцио произносил свою речь, он сделался совершенно красным. Но вместе с этим голос его окреп, и к нему вернулась прежняя уверенность в себе. — Так вот, вечеринка состоится через шесть дней. Надеюсь, госпожа Элил успеет подготовиться. Выбрать себе подходящий наряд и всё такое. — Карлон вновь стал сам собой. Как будто он совершенно забыл, что минуту назад его жизни угрожала опасность.

— Конечно, я успею подготовиться, — сказала Элил. — Я пришлю за тобой свой экипаж. — Элил встала и направилась к выходу.

По возвращению в голубой замок Элил никому не дала отдохнуть. Она взяла на помощь несколько женщин и отправилась искать место, в котором бы ей сшили наряд, подходящий для вечеринки. Как ни противилась Элил за каретой всё же поехала механическая повозка со стрелками. На таком эскорте настоял лейтенант. Рину был вручен новый список. Друзья сели в коляску и отправились выполнять поручения.

Крах весь день возил синтов по городу. Вечером они поужинали в знакомом ресторанчике. Как Рин не пытался экономить металл элтов, но от мяса он отказаться не мог. Для себя и друзей он заказал фирменное блюдо. Оно представляло собой маленький кусочек мяса на деревянной шпажке в окружении овощей.

— В жареном виде мясо имеет особенный вкус, — Рин уже съел свою порцию. Он откинулся на спинку стула и, махая шпажкой разглагольствовал. Как всегда, после хорошей еды, у него появилось философское настроение. — Жареное мясо хранит след огня. Оно имеет вкус победы и придаёт силы для новых свершений.

— От мяса толстеют, — ответил ему Крах. — И вообще мне больше нравится, как готовят элты.

Рин насупился и ничего больше не говорил. Ужин закончился в молчании. С заходом солнца они вернулись в голубой замок. Не успели друзья войти в свою комнату, как занавеска взлетела вверх и появилась Элил.

— Представляете, я так и не смогла купить себе платье! — ещё секунду Элил сверкала глазами и тут же разревелась.

Анд бросился её успокаивать. Он обнял Элил, и она уткнулась ему в грудь. Когда Элил успокоилась, она рассказала о своей поездке:

— В первом же магазине случился конфликт. Владелицей в этом магазина была карлониха, как впрочем, и во всех других. Когда я вместе с девушками вошла внутрь, она, молча, следила за тем как мы ходим по залу, осматривая платья. Но когда я попыталась с ней заговорить, она набросилась на меня. Карлониха налетела на меня как фурия. Она что-то кричала, но отдельных слов было не разобрать, вопли слились в один непрерывный визг. Она пыталась меня ударить, вцепиться в волосы, укусить, и всё это одновременно. Девушки, которые пытались меня защитить, были просто отброшены в стороны. Карлониха так громко визжала, что это услышали солдаты. Только они смогли оттащить карлониху от меня. То же самое случилось и в другом магазине, но в этот раз со мной пошли солдаты. И как только начался визг, мы оттуда ушли. Потом я посетила в магазин обуви и магазин украшений. Сначала нас встречали карлоны, все шло нормально. Но через какое-то время появлялись их женщины, и нам приходилось быстро уходить.

К Элил подошёл Рин и похлопал её по плечу.

— Я думаю, тебе не нужно искать других нарядов. Те ленты, которые ты одеваешь на себя в официальных случаях идеально подошли бы и здесь. Ты чувствуешь себя в них уверенно и спокойно. А это как раз то, что тебе нужно. Кроме того, если ты оденешься в одежду из магазинов карлонов, то станешь выглядеть, как та за которую тебя принимают женщины карлонов.

— И ещё, ты выглядишь в них просто великолепно, — сказал Анд. — Я бы добавил немного макияжа, а так же туфли на высоком каблуке.

Элил вытерла слёзы платком и сказала:

— Спасибо, вы меня очень поддержали. Значит завтра, купите мне ткань и нитки. Надеюсь, девушки помогут мне сшить ленты. Не забудьте, что цвет должен быть синим. — Элил направилась к выходу, но на полпути обернулась. — Кстати насчет косметики и высоких каблуков. Анд привези завтра мне эти вещи и покажи, как ими пользоваться.

— Но я плохо в этом разбираюсь!

— Анд, ты хоть как-то в этом разбираешься, — сказала Элил и скралась за занавеской.

На следующее утро друзья отправились выполнять новое задание Элил. Следуя указаниям Краха, они нашли всё что нужно. Анд в общих чертах объяснил помощницам Элил, для чего нужны косметика и каблуки. К удивлению Анда девушкам этого оказалось достаточно, они быстро уловили суть новшеств. Тем не менее, прошло больше трёх часов, прежде чем занавеска колыхнулась и Элил вошла в комнату. На ней был её прежний наряд из синих лент. Если он и отличался от того, что уничтожили крабы, то этого никто не заметил.

— Ты совершенно преобразилась, — сказал Рин. — Эти штуки на ногах оттопырили твои ягодицы, и теперь тебе приходится покачивать ими при ходьбе. Это вызывает определенные чувства даже во мне, несмотря на то, что мы относимся к разным видам.

— Грубо, но спасибо, — Элил была явно довольна собой. Она вертелась перед зеркалом как девчонка.

— Элил выглядит более уверенной в себе и это главное, — сказал Гы. — Здесь ей понадобится любое преимущество.

— Анд, а ты почему молчишь? — спросила Элил.

— Я согласен с Гы. Но всё это мне не нравится. Ты стала какой-то чужой и не натуральной. В прежнем виде ты мне нравилась больше.

— Самый изысканный комплемент, — хохотнула Элил.

— Я серьёзно, на мой взгляд, с тенями для век переборщили. Слишком большое внимание привлекается к глазам. Думаю тени надо сделать менее яркими.

— Ты что! — возмутился Рин. — Ничего с глазами делать не надо. Теперь это не просто глаза, а двуствольное оружие.

22

Дни до вечеринки прошли быстро. Синты все время носились по городу, выполняя поручения Элил. Сама Элил тоже много ездила по городу. В карете её ни кто не мог видеть. Зато она без помех могла наблюдать за жизнью карлонов. Элил наотрез отказалась брать с собой эскорт, заявив, что это привлечёт лишнее внимание. Поэтому в поездках ее сопровождали две девушки и сам лейтенант. Элил говорила, что такие поездки помогают ей лучше понять карлонов.

Настал день вечеринки. Приготовления начались с самого утра. Элил надела свои ленты. Девушки помогли ей с причёской и макияжем. Через пару часов Элил решила, что выглядит идеально. Затем начали готовить транспорт. С механическими повозками проблем не было, их помыли и немного подкрасили. Зато карета требовала более пристального внимания. Вернее не сама карета сколько животные. Их нужно было помыть, подстричь перья, спилить когти. На помощь вознице отправили всех свободных элтов. Животным не нравились эти процедуры, и они активно сопротивлялись. Но элты всё же справились. Животных накормили и они успокоились. На этот раз лейтенант настоял на полном эскорте.

— Это смешно, — говорила Элил лейтенанту. — Ехать такой компанией на вечеринку.

— Мы будем ехать на некотором расстоянии от вас. И займем позицию в пределах видимости от места, где будет проходить вечеринка, — настаивал лейтенант. Элил согласилась на такой вариант.

Прежде чем сесть в карету, Элил достала свой жезл и, закрыв глаза, подняла его над головой. Над жезлом зароились голубые искры, их становилось всё больше и больше. Через мгновенье искры разлетелись в разные стороны. Каждая искра нашла своего элта. Они подлетали к голове и исчезали, едва коснувшись лба.

— Надеюсь, этой защиты хватит, — пояснила Элил и скрылась в карете.

Первым в колонне шёл Крах. Он не оставил свою коляску, несмотря на то что в ней не было пассажиров. Синты вместе с Элил сели в карету, которая ехала следом. На некотором расстоянии от кареты двигались механические повозки со стрелками.

— В доме никого нет, — лейтенант стоял на подножке кареты. У него был виноватый вид, как будто это он упустил Пафлуцио.

— Примерно этого я и ожидала, — спокойно сказала Элил. Она достала свой жезл и несколько десятков светящихся сфер, размером не больше яблока сорвавшись с набалдашника исчезли в темноте.

Вскоре одна из них вернулась. Сфера приняла вид джина и что-то забубнила.

— Покажи птице, где это, — сказала Элил.

Сфера полетела вдоль улицы, колонна тронулась следом за ней. Долго ехать не пришлось. Сфера свернула в один из ресторанчиков расположенных под навесом.

— Лейтенант оставайтесь со своими людьми. Со мной пойдут только синты.

Элил вышла из кареты и направилась к ресторану. Синты не отставали. Элил шла по залу и рассматривала посетителей. По мере её продвижения в ресторане наступала тишина. Взвизгнув последним аккордом, смолкла музыка. Свободных столиков в ресторане не было. Все посетители смотрели на Элил. Лишь из-за одного столика доносился шум. Элил направилась туда. Пафлуциро сидел, обнявшись с большой бутылкой, и рассказывал ей о своей нелегкой жизни. Карлон замолчал, когда сзади на него упала тень. Он перевёл взгляд с бутылки на тень и сказал:

— Нашла, — Пафлуцио обернулся и посмотрел на Элил. — Ну, просто богиня совести пришла покарать грешника. Впрочем, выглядишь ты потрясающе. — Пафлуцио отставил бутылку и поднялся. Он поклонился Элил и согнул локоть. Элил взяла его под руку и повела наружу. — Ты просто не представляешь, во что мы ввязываемся. Но раз я дал слово я его сдержу. Только учти, если с тобой там что-то случится, виновата будешь сама.

— Я в состоянии позаботится о себе, — осветила Элил. — Скажи Пафлуцио, ты всерьёз собирался спрятаться от меня.

— Ну, была такая мысль, но сильно я на это не надеялся. Я как видишь, подготовился к вечеринке, — карлон тронул серьгу с большим мутным камнем и указал на цилиндр. — Далеко уезжать я не стал. Я так понимаю, что расстояние для тебя не имеет значения.

— Правильно понимаешь.

Синты помогли карлону забраться в карету, и она тут же тронулась. Через полчаса карета в сопровождение эскорта остановилась напротив арки. Под аркой стояли два мрачных субъекта, под два с половиной метра ростом. Из одежды на них были только набедренные повязки. Другой одежды им, очевидно, не требовалось, потому что их тела покрывала густая бурая шерсть. Из-под массивных надбровных дуг сверкали злобные глазки. Оружие охране так же не требовалось, их огромные руки могли справиться с кем угодно. Откуда-то выскочил карлон, он открыл дверку кареты и заглянул внутрь.

— А - а. Пафлуцио, давненько тебя не видел. Ого, — это уже относилась к Элил. — Шикарная штучка. Собираешься с кем-нибудь поменяться.

— Я сейчас тебе мозги поменяю, — Элил легонько стукнула карлона жезлом по лбу.

— Не понял, — карлон отскочил от кареты, потирая лоб.

— Всё ты понял, — развеселился Пафлуцио. — А хочешь, с тобой поменяюсь. — Пафлуцио громко рассмеялся.

— Пропустите! Что стоите как истуканы, — карлон прыгал перед охранниками. — Понаберут уродов. А мне мучайся с ними.

Охранники флегматично разошлись в стороны. Крики карлона их ни сколько не трогали. Карета двинулась по аллее. Вдоль дорожки мощёной брусчаткой располагался парк. Он выглядел гораздо богаче, чем парк перед голубым дворцом. Множество фонарей разбросанных по парку придавили ему торжественный и таинственный вид. Аллея привела карету к круглой площадке, перед массивным строением. Если жилище где поселились элты, можно было назвать дворцом принцессы, то это строение было замком императора. Оно кричало о том, что в нём живет богатый карлон. Если здесь висел балкон, то он был лучшим из балконов. Кроме огромных размеров, он имел сложную форму похожую на лист кувшинки. Если из стены выступала башенка, то было не понятно как она крепиться к основному зданию, и казалась, что она парит в воздухе, не зависимо от основного строения. Здание освещало множество сфер. На всех балконы во всех окнах мелькали карлоны. Их пёстрые наряды делали их похожими на стайку волнистых попугаев, расположившуюся на отдых.

Карета остановилась пред широким белым крыльцом. Анд вышел первым и помог выйти Элил. Затем, чуть не упав, вышел Пафлуцио. Он предложил Элил согнутую в локте руку. Перед входом в замок стоял стол, заваленный тросточками. Несколько карлонов стояло рядом.

— Эти со мной, — Пафлуцио кивнул на синтов.

— Прошу сдать трость и оружие, — карлон указал на арбалеты синтов.

Пафлуцио отдал свою трость. Синты немного замешкались со своими арбалетами. Ветви на дереве, стоявшем невдалеке от крыльца, раздвинулись и появились массивные фигуры охранников. Синтам всё же удалось справиться с застёжками, и арбалеты легли на стол рядом с тростью. Карлон недовольно посмотрел на жезл Элил, но ничего не сказал.

Внутри царил полумрак. Огромное помещение освещалось небольшими светильниками, которые плавали под потолком. Большая часть светильников располагалась над столами, расставленными вдоль стен. Столы ломились от напитков и закусок. Пафлуцио, освободился от руки Элил, учтиво поклонился и направился к одному из столов, предоставив Элил самой себе. Зал наполняла негромкая музыка. Такая музыка могла нравиться только карлонам. В ней присутствовало много резких, неприятных звуков, которые возникали в самых неожиданных местах. Карлоны стояли парами и группами, переговариваясь между собой. Музыка заглушала слова. Уже в двух шагах разговор не было слышно.

— Какая необычная штучка, — Элил обернулась и увидела, что перед ней стоит карлон с высоким бокалом в руке и беззастенчиво рассматривает её. — Ты из какой коллекции? — Ответа не последовало, и карлон продолжил свой монолог. — Понятно, штучный заказ. — Ты с кем сюда пришла?

— С Пафлуцио, — машинально ответила Элил.

— О, у старого козла появился вкус. — Карлон обошёл Элил кругом. — Понятно, привёл похвастаться, но не смог устоять перед спиртным. Оставил охрану и пошёл напиваться. Пафлуцио меры не знает. Теперь он будет пить, пока не упадёт, жаль, что такая красота останется не использованной. Хотя…

Карлон что-то сделал и синты упали как подкошенные.

— За мной, быстро! — карлон, не оборачиваясь, пошёл в сторону лестницы.

Элил сделала шаг, но остановилась. Синты медленно стали подниматься с пола. Они трясли головами и протирали глаза, но быстро приходили в себя. Карлон обернулся и остановился от удивления. Элил гневно сверкая глазами, двинулась на него. За ней шли синты. Элил остановилась в шаге от коротышки и посмотрела на него сверху вниз. Синты окружили карлона кольцом.

— Не смейте прикасаться ко мне! — голос карлона резал уши своей пронзительностью.

Музыка смолкла. Элил и карлон стали центром внимания.

— Пафлуцио! Стары пердун! Останови своих, своих…

— Они не мои, — Пафлуцио подошёл к компании. Он сильно шатался, но фужер держал ровно, а его глаза сверкали лукавым огнем. — Что Карлаган, попала в переплёт? Желаю тебе успеха. Думаю, что вы стоите друг друга. — Пафлуцио хихикнул, залпом выпил содержимое фужера и направился к столам. Музыка заиграла вновь, карлоны вернулись к своим делам.

— Попала? — спросила Элил. — Ты женщина? — Элил внимательнее взглянула на карлона, вернее на карлониху. Элил убедилась в том, что в полумраке ошибиться было довольно легко. Впрочем, при ярком свете, ошибиться можно было так же легко. Карлаган ни чем не отличалась от мужчин. Может только количеством растительности на лице. У карлонихи растительность представляла собой жиденький пушок. — Если ты женщина, что же ты хотела от меня?

Карлаган поняла, что ей больше ничего не грозит и успокоилась. С усмешкой она ответила:

— Наивная глупышка. Женщина может доставить женщине ничуть не меньшее удовольствие, чем мужчина. Кроме того, эти вонючие самцы заботятся только о себе. А мы, женщины знаем, что нужно другой, чтобы обеим было сказочно хорошо.

— Я не понимаю, о чем ты говоришь.

— О-о, ты так очаровательна в своей наивности. И ты так забавно морщишь лобик. Я бы с удовольствием просветила тебя в некоторых вопросах. Послушай, а что если….

Музыка смолкла. Появились синты, они несли объёмные ящики. Синты ставили ящики один к другому, пока не получилась длинная возвышенность. Одни синты занимались ящиками, другие несли всевозможные стулья и кресла. Мебель устанавливалась вокруг возвышенности, она тут же занималась карлонами. Как только мебель была расставлена, синты занялись освещением. Длинными шестами, они передвигали светящиеся сферы так, чтобы они парили над ящиками. Вскоре сферы, которые до этого хаотично висели под потолком, выстроили в одну гирлянду. Ящики теперь хорошо освещались. А зал потонул во мраке. Впрочем, это ни кого не волновало, потому что там, ни кого не осталось.

— Эй ты, ставь рядом с красным креслом — Карлаган сверкнула глазами на Рина и тот подчинился. Он поставил стул с синей обивкой рядом с массивным красным креслом. Карлаган посмотрела на Элил и с улыбкой сказала. — Мы будем сидеть рядом, я смогу отвечать на твои вопросы.

Карлаган рухнула в кресло и вытянула руку в сторону, в ней тот час оказался хрустальный фужер. У ящиков появился молодой карлон. Он несколько раз хлопнул в ладоши, привлекая внимание, и сказал:

— И так, почтеннейшая публика, надеюсь, все хорошо устроились….

— Да нармально устроились! Давай начинай уже! — Вслед за пьяным выкриком в карлона полетел пустой фужер. Карлон ловко уклонился от фужера, и как ни в чём не бывало, продолжил.

— И так первый номер нашей программы коллекция под названием ромашки.

Зазвучала громкая музыка, в ней присутствовало много ударных звуков. Рваный ритм действовал на психику возбуждающе. Занавес отдернулся, на ящики вышла девушка небольшого роста, у неё были темные волосы и голубые глаза. Плавной походкой она шла по ящикам, на её лице застыла приветливая полуулыбка. Казалось, что на ней совершенно ничего нет. Но когда она приблизилась, стало видно, что она одета во что-то полупрозрачное.

— Подходящий рост, — кричал комментатор. — Идеальные пропорции тела. Легко обучаема. Не привлекает лишнего внимания. Идеальная прислуга. — Далее следовали цифры, описывающие параметры девушки. — Есть возможность обменять её на более новую модель по истечению года.

Тем временем девушка дошла до последнего ящика и остановилась. Она подняла руки параллельно полу, и газовая ткань расправила складки. Ткань в один слой была абсолютно прозрачна и совершенно ничего не скрывала. Девушка расставила ноги шире, повернулась, давая возможность себя рассмотреть.

— Так себе, — сказал Карлаган.

Девушка повернулась и пошла обратно. Как только её скрыла занавесь, появилась другая девушка, блондинка с зелёными глазами. Когда она дошла до последнего ящика и подняла руки, стало понятно, что её фигура ни чем не отличалась от фигуры первой девушки. Коллекция состояла из двадцати девушек. Если не считать цвет волос и глаз, они были полностью одинаковы. Тем не менее, комментатор ни на секунду не умолкал, расхваливая достоинства коллекции.

— И так продолжим, — комментатор споткнулся. Кто-то подставил ему ногу. — Так вот следующая коллекция — подсолнухи.

Музыка заиграла громче. Занавес взметнулся, на подиум стремительно вышла девушка высокого роста. Крупные формы плотно обтягивала газовая ткань, которая и так ничего не скрывала. Жёлтые волосы девушки, в самом деле, напоминали подсолнух. Зелёные глаза хорошо гармонировали с цветом волос. В отличие от низкорослых девушек подсолнухи продвигались по подиуму уверенно и стремительно. Каждый раз, когда они поднимали руки, и ткань как бы исчезала, в зале проносились восхищенные вздохи. Девушки демонстрировали свои достоинства более откровенно, чем предыдущие.

— Хочу обратить ваше внимание, — вещал комментатор в прежнем темпе. — Эта коллекция уже прошла соответствующее обучение. И если вы попросите чтобы девушка возбудила вас, с помощью плетки или чего-то там ещё, она сделает вам больно, но ровно настолько, насколько нужно. А представьте себе, — не унимался рефери, — только представите себе как четыре, а ещё лучше шесть таких обнаженных девушек в вашем паланкине. Естественно в качестве движущей силы, хотя…. Впрочем, всё будет зависть от вашего воображения. Ну и конечно от вашего кошелька.

— Ну как тебе эти, — Карлаган провела ногтем по обнажённому бедру Элил.

Элил поправила полоску и сказала:

— Не вижу разницы, между первой коллекцией и второй. Такие же улыбающиеся куклы.

— У тю-тю, какая девочка. Они действительно куклы. Именно эти куклы, для таких мужланов как Пафлуцио.

Жёлтоволосые девушки ушли. Рефери тоже удалился. Музыка сбавила темп и громкость. Наступил перерыв. Карлаган протянула руку за подлокотник, и в ней оказался новый бокал. Карлониха сделала большой глоток и, наклонившись к Элил, хотела что-то сказать. В этот момент музыка грянула с новой силой, перед подиумом вновь запрыгал комментатор.

— Итак, продолжаем. Представляю вашему вниманию душистую сирень! Модели из этой коллекции боле чувственны и эмоциональны!

Далее следовали цифры. Когда по подиуму пошла первая девушка, стало понятно что, как и девушки из второй коллекции она высокого роста, но более изящного сложения. Девушка имела идеальную фигуру. Длинные ноги, небольшая грудь, всё выглядело гармонично. Кроме цвета волос. Цвет волос в точности повторял цветущую сирень. Когда девушка подошла ближе, оказалось что её губы в точности соответствуют цвету волос. А когда она подняла руки, стали видны соски такого же цвета. Из соседнего кресла раздался вздох.

— Если бы только у меня были деньги. Хотела бы я посмотреть, какой цвет у нее в других местах, — мечтательно сказала Карлаган.

— Смой с неё краску и ни чего особенного не увидишь, — сказала Элил.

— Глупышка. На ней нет ни какой краски, это её естественный цвет. Но я слышу в голосе нотки ревности. А? — Карлониха залилась звонким смехом. Я понимаю тебя. Кстати, насчёт краски. Если тебя покрасить в какой-нибудь экзотический цвет ты будешь выглядеть ещё лучше. Хочешь проверить? — Карлаган почти уперлась своим носом в щёку Элил, в её голосе послышались вкрадчивые нотки.

Глаза Элил вспыхнули негодованием. Она глубоко вздохнула и собиралась ответить. Но в это время среди карлонов пронеслась волна возбужденных криков. Подогретые спиртным они бурно реагировали на то, что происходило на подиуме. Причём среди криков, низкие голоса карлоних составляли большинство. Девушка оказалась более изобретательна в показе своих достоинств, чем предыдущие. Она натягивала прозрачную ткань на выпуклости своего тела, принимая при этом разнообразные позы. Гибкая фигура позволяла делать ей многое. Девушка гладила себя руками и водила изящным пальчиком по телу. В зале стоял дикий рёв, почти полностью заглушающий музыку. Самые горячие бросились к подиуму. Но откуда, ни возьмись, появились охранники и окружили подиум. Музыка смолкла. Карлоны понемногу успокоились и вернулись на свои места. Комментатор вышагивал по подиуму и обещал прекратить показ, если порядок не будет восстановлен. Он грозил штрафами и тем, что нарушителя больше никогда не пустят на подобные мероприятия. Угрозы успокоили даже самых пылких. В комментатора полетели фужеры и фрукты. Он расценил такое поведение как то, что зрители успокоились и в состоянии себя контролировать.

Музыка снова заполнила полутемный зал, но теперь она была не такой агрессивной. Занавес шевельнулся, на подиум выскользнула очередная модель. На этот раз цвет волос был оранжевый. По залу пронёся новый вздох. Девушка дошла до конца подиума и подняла руки. Оранжевый был там, где у первой девушки был сиреневый. Девушка повернулась и ушла. Организаторы сделали выводы, остальные девушки вели себя более скромно. По подиуму прошло не меньше десятка девушек, с разным цветом волос, но по интенсивности близкому к сиреневому.

— Следующий номер нашего показа. Фантазии на тему сиреневой коллекции.

Музыка изменила темп и на подиум вышла девушка. Белоснежные волосы пышным облаком окружали её голову. Прозрачная ткань всего лишь охватывала бедра. Покрыть всю фигуру ткань не могла. Мешали крылышки. Девушка дошла до конца подиума и взмахнула короткими крылышками. Несколько секунд они трепетали, как будто хотели унести свою хозяйку от этого места, а затем сложились за спиной. Несколько пёрышек полетели в зал. И там образовалась куча мала. Всем хотелось заполучить сувенир. Девушка подняла взгляд от пола и показала, что у неё большие голубые глаза. На смену девушке с белоснежными крыльями вышли две девушки с крыльями как у бабочки и как у стрекозы. Они плавной походкой двигались по ящикам. При этом они махали крыльями в такт шагам, создавая иллюзию полета.

— Бедняжки, наверное, крылья сильно осложняют им жизнь, — сказал Элил.

— Кого интересуют их трудности. Они созданы для того чтобы доставлять удовольствие. И они его доставят, — Карлаган посмотрела на Элил и в её взгляде сверкнула жестокость.

Тем временем на подиум вышла следующая коллекция. У первой девушки на голове торчали маленькие и остренькие рожки. У второй они были тонкие, с шариками на концах. У третьей на манер усиков насекомых. Усики немного шевелились и девушке они очень шли.

В зале вновь началось столпотворение. Карлоны громко кричали и отпускали сальные шуточки. Элил девушки с рожками не понравились. Она не смотрела на подиум пока девушки не ушли. На этом фантазии закончились, и появился комментатор:

— Фантазии являются индивидуальными заказами. У этих девушек уже есть хозяин. Если вам что-то понравилось. Или у вас есть собственные пожелания. Обращайтесь, мы выполним любой каприз.

— А с хоботом можешь сделать, — шутка из зала понравилась, и карлоны громко засмеялись.

— Да хоть с клешнями, только платите, — комментатора нельзя было смутить ни чем. — Итак, мы подошли к финалу, — сказал комментатор, когда последняя девушка из сиреневой коллекции скралась за занавесью. — На ваш суд представлен трилистник!

На подиум вышли сразу три девушки. Первой шла блондинка за ней шатенка и брюнетка. Цвет волос выглядел вполне естественным. Девушки грациозно подошли к краю подиума и синхронно подняли руки. В зале повисла тишина, только музыка тихонько тренькала что-то романтичное. Стройные гибкие фигуры сделали несколько танцевальных движений в ритм музыки, и пошли назад. Зал выдохнул. Карлаган, до этого тихонько поскуливавшая, наклонилась к Элил и сказала:

— Вот это для настоящих ценителей, — карлониха смахнула слезу. — Кстати, обратила внимание на чёрненькую. Если бы не уши она бы была твоей точной копией.

В зале возобновились разговоры. Комментатор вновь приступил к своим обязанностям.

— Эта коллекция, кроме идеальных внешних данных, обладает высоким интеллектом. Плюс к этому высокая чувствительность в ментальном плане. Представьте себе! Только представьте себе! Они будут делать всё, что вам нужно, только подумайте об этом. И самое главное! Модели этой коллекции могут только воспринимать ментальный план, но не могут ничего передать! Вас ждёт ни с чем несравнимое удовольствие! С трилистником вы забудете всё на свете! — Далее следовали подробности характеризующие строение тел моделей.

Элил покраснела и закрыла глаза рукой.

— Тю-тю-тю. Какая цыпочка, — в руке Карлаган сверкал новый фужер.

Элил зло посмотрела на карлониху и спросила:

— Сколько может стоить такая коллекция?

— О-о. Ты меня удивляешь. Вообще коллекции продаются на аукционах, но принимать участие в торгах могут только карлоны, — Карлаган сделала глоток и добавила. — Обоих полов. А что тебе больше всего понравилось в них?

Элил не ответила. На подиум вышли другие девушки. От первой тройки они отличались более смуглым цветом кожи. Они так же исполнили короткий танец и ушли. Третья тройка имела почти чёрный цвет кожи. Карлонов это привело в новое оживление. Они встали со своих мест и потянулись к подиуму. Снова появилась охрана. Девушки не дойдя до середины подиума, развернулись и ушли назад. На подиум выскочил комментатор:

— Итак, на этом показ закончен. Хочу напомнить всё, что вы видели, представляет собой модели. Если ваши средства позволят вам, вы можете заказать: любое количество, любой цвет, любое сочетание. Обращаетесь к нам! Вашу фантазию ограничит только ваш кошелёк!

Карлоны потянулись к столам с напитками. Элил пошла вместе с Карлаган.

— Что-нибудь выпьешь? — спросила карлониха.

— Воды если можно.

— О, конечно воды, — Карлаган взяла со стола массивный графин, вылила его содержимое в стакан. Размахнулась и ударила Элил графином в основание черепа. Элил упала на пол. Анд видел всё это, но успел сделать только шаг, как в его глазах померкло.

23

Голова сильно болела. Анд открыл глаза, но темнота не отступила. Он шевельнулся и понял, что лежит на животе. Рядом раздался стон. Анд повернул голову, резкая боль пронзила его от макушки до пяток и наступила блаженная темнота.

Мир вокруг громыхал и ходил ходуном. Вместе со звуками вернулась боль. Анд поморщился и открыл глаза. Вокруг мелькали расплывчатые пятна. Анда тряхнуло, резкость восстановилась. Анд огляделся, он сидел в коляске Краха, которая неслась с бешеной скоростью. Рин и Гы были здесь же.

— Я догоняю их! — голос Краха звенел от восторга.

Анд приподнялся, но коляску сильно трясло, и он упал назад. Крах вилял между повозками. Там где ступал Крах, царил хаос. Перевёрнутые повозки, крики животных, проклятья пассажиров. Но Крах был на вершине блаженства. На одном из перекрёстков колесо зацепилось за угол здания и, превратившись в облако щепок, исчезло. Это происшествие только развеселило его. Оказалось что одного колеса более чем достаточно. Крах вёл повозку с прежним искусством. Вернее сказать пилотировал её. Впереди показался затор и Крах, не задумываясь, свернул на тротуар. Там располагалось кафе под зонтиками, Крах стал лавировать между столиками. Он проехал, но от кафе ровным счётом ничего не осталось. По пути Крах старался не задевать разумных существ. Зато неразумным доставалось по полной. Обычно, в общении с животными, Крах использовал ментальные импульсы, но не сейчас он использовал клюв и ноги. Грубо, но действенно. С пассажирами так же проблем не было. Анд ещё не пришёл в себя. Остальных интересовало только преследование. Поэтому, замечаний по поводу езды ни кто не высказывал. Крах почти настиг фургон в широкую чёрно-белую полоску. Повозка свернула в открытые ворота. Крах за ней. Между столбами ворот Крах остановился как вкапанный. Коляска налетела на него сзади и синты вывалились наружу.

— Это защитное поле, — сказал Крах.

Между столбами ворот мерцало голубое марево. В нём неподвижно висели пылинки, они светилась ярким светом, делая границу поля видимой. Сквозь мерцанье было видно, как полосатая повозка движется по дорожке. Подъехав к строению, повозка остановилась. Анд подошёл к мерцанью и ударил по нему кулаком, вскрикнул от боли и затряс рукой.

— С таким же успехом можно бить по кирпичной стене, — сказал Крах. — Через это поле не проникнет ни живой организм, ни материя.

В это время подъехали повозки со стрелками. Лейтенант развил бурную деятельность. Под его командованием элты пытались проникнуть внутрь. Поле пробовали рубить, сверлить, пилить. Всё напрасно. Затем пытались таранить одной из повозок. Без видимого результата. Повозка превратилась в груду дров. Дальше лейтенант приказал произвести залп из орудия. Снаряд срикошетил и улетел верх. Офицера это не остановило, он приказал элтам делать подкоп подручными средствами. К лейтенанту подошёл Крах и сказал:

— Граница поля — это идеальная сфера.

Лейтенант посмотрел на Краха не видящим взглядом и не чего не ответил. Вскоре элты оставили безуспешные попытки. Стрелки стояли напротив ворот и с тоской смотрели на них. Только лейтенант не хотел останавливаться. Поняв, что он не сможет криками заставить солдат работать, он сам взялся за работу. Офицер спрыгнул в яму и принялся копать.

— Почему жезл не защитил её? — спросил Анд, ни к кому не обращаясь.

Синты, как и большинство элтов сидели, опершись спинами на мерцающее поле.

— Очевидно, сила, которая сконцентрирована в жезле, не может действовать самостоятельно. Она может только исполнять приказы. А приказов не было, — сказал Гы.

— Что же нам делать? — спросил Анд.

— Сейчас мои возможности ограничены, — ответил Гы. — Но мне удалось просчитать несколько вариантов. Чтобы добраться до Элил, можно произвести залп из всех орудий «Консула».

— Это поможет? — в голосе Анда послышалось оживление.

— Вероятность пять процентов, — ответил Гы.

Вдруг поле исчезло, и элты сидевшие опершись на него спинами, повалились на землю. Секунду они соображали, что произошло, а затем побежали к зданию в центре парка.

По дорожке, пошатываясь, шла Элил. Кроме каких-то кожаных ремешков, на запястьях и лодыжках, на ней ничего не было. Сзади её догнал джин и всосался в жезл, который она несла в правой руке. Левой рукой она прижимала к груди небольшой камень не правильной формы.

— А вот и мои спасители, — Элил явно была пьяна. — Посмотри, это то, что нам нужно? — Элил бросила Гы камень.

Элты, до этого, стоявшие как вкопанные бросились к Элил. В считанные секунды они, тщательно отводя глаза в сторону, надели на неё брюки и ветровку. Кто-то снял с себя ботинки. Элил опиралась на руки солдат, её сильно шатало.

— Элил как ты себя чувствуешь? — Анд задал вопрос, который интересовал всех.

— Ужасно! Пока я была без сознания, эта дрянь чем-то меня напоила. Голова очень болит.

— У тебя на шее огромный синяк, — сказал Рин.

— Это не синяк. Во всяком случае, она меня не била, — Элил передернуло от отвращения. — Шея меня не беспокоит.

— Нужно разделаться с этой тварью! — сказал один из стрелков. Остальные загомонили, поддерживая предложение.

— Я уже рассчиталась с ней, — сказала Элил. — Впрочем, этой извращенке могло и понравиться. Не важно. Давайте уйдём отсюда.

Лейтенант рухнул перед Элил на колени и двумя руками протянул свой кинжал.

— Госпожа Элил. Я не достоин звания офицера. Я ни разу не смог вас защитить. Прошу вас снимите с меня это звание. Назначьте кого-то боле достойного. А меня оставьте на службе простым стрелком. Если это возможно.

— Мой храбрый офицер. Встань. Я уверена, ты ни в чем не виноват. Ты делал что мог. Это место оказалось нам не по зубам, вот и всё. Но мы научимся с ним управляться. — Элты вокруг одобрительно зашептались. — Давайте, скорее, вернёмся на «Консул». Элты, я дам вам возможность поквитаться с карлонами. — Глаза Элил затуманились, её повело в сторону.

Элты неловко поддерживали её. Почтение, которое они испытывали к эгреготессе, не позволяло им дотрагиваться до Элил. Анд подошёл к Элил и поднял её на руки. Элил обвила рукой шею Анда и погрузилась в полудрёму.

В карете Элил начала всхлипывать во сне, Анд потряс её за плечо. Элил вскрикнула и проснулась.

— Как ты выбралась оттуда? — спросил Рин, желая отвлечь Элил от кошмара.

— Очень просто. Как только я почувствовала себя немного лучше. Я призвала эгрегор. Карлониха спрятала жезл в подвал, но эгрегор услышал меня и явился на зов.

— Как всё просто. А мы собирались поднять «Консул» и разнести город на камни, чтобы освободить тебя, — сказал Анд.

— Я в этом не сомневаюсь, — Элил улыбнулась.

Когда колонна остановилась у голубого замка Элил окончательно пришла в себя.

— Общий сбор, — бросила Элил лейтенанту, выходя из кареты.

Элил успела подняться на несколько ступенек в холле и выпить стакан воды, который принесли ей из кухни, а элты уже собрались. Элил дождалась, когда в холе наступит тишина и сказала:

— Сейчас грузим на «Консул» всё что необходимо. Взлетаем и держим курс на замок, где была вечеринка. Наша цель девушки. Мы должны их получить, они помогут в достижении нашей главной цели. При освобождении девушек, можно не церемониться. Где канонир? — канонир поднял руку. — Перед штурмом, дашь залп с обоих бортов. Девушки находятся в подвале, они не пострадают. — Канонир заулыбался и кивнул. Как только девушки окажутся у нас на борту, «Консул» покинет платформу, сюда мы больше не вернёмся. Лейтенант и Крах подойдите ко мне, остальные приступайте к подготовке судна.

Элил начертила на листке бумаги схему замка и отдала его лейтенанту. Офицер отошёл в сторону, изучая схему. Его место занял Крах, Элил улыбнулась ему и сказала:

— Крах, благодарю за службу. Ты был нам верным товарищем. Но нам пришла пора улетать. У тебя из-за нас могут возникнуть неприятности. Хочешь, лети с нами? — В голосе Элил мелькнула надежда.

— Нет спасибо. У меня здесь дела. Я ещё не все долги вернул, — хохолок на голове птицы воинственно поднялся. — Мне тоже жаль расставаться. С вами весело.

Рин стал выуживать из мешочка металлические диски, собираясь расплатиться. Но Элил не позволила произвести точный расчёт. Он выхватила у Рина мешочек и отдала его Краху.

— Это тебе за работу, за разбитую коляску, за моральный ущерб.

Крах покосился на протянутый мешочек и сказал: «Здесь всё равно много».

— В таком случае, считай, что я нанимаю тебя. Как только мне потребуются транспортные услуги на этой платформе. Я сразу же обращусь к тебе, — Элил сунула мешочек в короткие лапы.

— Ну если так, тогда согласен, — Крах спрятал мешочек в перьях и пошёл к выходу не разу не обернувшись.

Элты работали дружно и быстро. За час погрузку закончили. Элил снова дала синтам пилюли, и они разошлись по своим местам. Гы в рубке, Анд и Рин по бортам на смотровой палубе. Когда зрение синтов приобрело чувствительность в инфракрасном диапазоне, они дали об этом знать капитану.

Капитан мягко оторвал судно от земли и повёл его вверх. Голубой замок медленно уходил вниз. Посередине парка стояла одинокая фигура с длинной шеей. В инфракрасном диапазоне синтам было хорошо видно, как из её глаз катятся оранжевые капли.

Синты хорошо видели город внизу. Следуя поправкам синтов, капитан уверенно вёл судно. Скорость была не большой, но на высоте отсутствовали помехи и через полчаса «Консул» достиг цели. Солнце уже встало. Первые лучи заглядывали в пространство между каменных плит. А веселье в замке не прекращалось. В здании и в прилегающем парке виднелись пестрые фигуры карлонов. «Консул» повернулся к замку правым бортом и дал залп. Десять выстрелов с секундным интервалом раскололи утреннюю тишину. Оставляя дымные следы, снаряды полетели к цели. От взрывов замок погрузился в дым и скрылся из виду. Эхо первых выстрелов, ещё металось между зданиями города, когда «Консул» повернулся левым бортом и повторил залп. Огромный балкон оторвался от стены и рухнул вниз. Стекла в замке превратились в хрустальный дождь и хлынули на землю. Штукатурка облетела, стало видно, что замок был сложен из крупных каменных блоков плохо пригнанных друг к другу. Несколько снарядов залетело внутрь, в замке начался пожар. Канонир был счастлив, наблюдая результаты своей деятельности. По парку бежали карлоны. Оказывается короткие и кривые ноги позволяли им быстро бегать. Капитан снизил судно. Со смотровой палубы сбросили несколько верёвок, по ним стали спускаться элты. Рин секунду смотрел на десантников, а затем ухватился за верёвку и перекинул ногу за борт.

— Рин ты куда? — удивился Анд.

— Мы слишком много тратили последнее время! А в замке полно ценностей.

Рин ловко спустился по верёвке. Анд посмотрел вниз и полез следом. Десант продвигался вперёд, не встречая особого сопротивления. Карлоны, увидев вооруженных элтов, выставляли ладони вперёд и просили не стрелять. Элты не стреляли, они позволяли карлонам покинуть территорию замка. Многие хотели отомстить карлонам за Элил, но в безоружных элты не стреляли. Несколько высоких гуманоидов из числа охраны, пытались оказать сопротивление. С диким криком они бросились на элтов, пытаясь остановить их с помощью огромных дубин. Стрелки в несколько секунд нашпиговали их арбалетными стрелами, и гуманоиды стали похожи на ежей. Лейтенант на ходу развернул схему, которую ему нарисовала Элил. Он остановился, пытаясь сориентироваться на местности. Затем указал элтам дверь под развалинами лестницы. Стрелки выбили дверь и один за другим бросились внутрь.

Рин не пошёл за элтами. Он метнулся к парадному входу. Огонь полыхал на втором этаже, вход был ещё доступен.

— Рин! Перекрытия скоро рухнут! — крикнул Анд.

Рин не услышал и скрылся внутри. Анду ничего не оставалось, как последовать за другом. Анд вбежал в холл, где проходил показ. Дым просачивался сюда со второго этажа. Рин уже преодолел просторное помещение и подбегал к лестнице, ведущей на второй этаж. Вдруг, массивная дверь в конце лестницы резко отрылась. На площадку, спиной вперёд вышел карлон. За собой он тащил объёмный мешок. Карлон почувствовал, что за спиной кто-то стоит, бросив мешок, он резко обернулся. Его глаза сверкнули. Карлон резким движением выхватил револьвер и выстрелил в Рина. Рин в последний момент успел броситься в сторону. Пуля прожужжала мимо. По инерции Рин перелетел через перила лестницы. Каким-то чудом он успел схватиться за площадку. Карлон подошёл к перилам и посмотрел вниз. Ухмыльнувшись, он направил на Рина пистолет. «Эй!» крикнул Анд. Карлон вскинул пистолет и выстрелил в Анда. Рин воспользовался отсрочкой и ухватился за ноги карлона, тот упал. Рин был тяжелее карлона, поэтому он стал стягивать карлона к перилам. Карлон скользил до тех пор, пока у него между ног не оказалась фигурная балясина. Когда она уперлась в промежность, движение прекратилось. Карлон взвыл от боли и выдал серию замысловатых ругательств.

Анд так же избежал пули. Он встал с пола и поспешил на помощь Рину. Но как только его голова показалась над площадкой, прогремел выстрел. Анд залёг на ступенях.

— Что вам от меня нужно? — выкрикнул карлон между ругательствами.

— Мешок или жизнь, — ответил ему Анд.

— Нет! Это всё что у меня осталось.

— Перекрытия скоро обвалятся, и ты погибнешь, — уговаривал Рин.

— Тогда вы погибните вместе со мной! — карлон снова завыл от боли, но в одной руке у него был пистолет, а в другой мешок, и он никак не мог облегчить свои страдания. — Ну ладно я дам вам крупный металлический слиток, только отпустите меня.

— Хорошо, но сначала брось пистолет, — Рин любил вести переговоры.

— Если я брошу пистолет, вы заберёте весь мешок!

— Рин, покачайся на его ногах, — посоветовал Анд.

— Нет! Стой! — угроза стимулировала мыслительный процесс карлона. — Я предлагаю такой вариант. Я бросаю пистолет. Ты отпускаешь мои ноги. Я отдаю вам слиток. Идёт?

— Нет, не идёт. Здесь высоко сказал Рин.

— О-о, мои…. Ваши условия?

— Ты бросаешь пистолет. Анд подходит и помогает мне подняться. Ты отдаешь нам слиток.

— Ладно! Ладно! Но после этого вы меня отпускаете. Даёте слово!?

— Даём, — пообещал Рин за всех.

Карлон размахнулся и бросил пистолет как можно дальше в холл. Анд опасливо приблизился и помог Рину подняться. Карлон встал на ноги и облегченно вздохнул. Затем он резко махнул кистью руки. Перстень с крупным камнем сверкнул фиолетовой вспышкой. Карлон прыгнул на перила, оттолкнулся от них ногами и полетел. По холлу разнёсся его торжествующий хохот. Карлон плавно приземлился рядом с револьвером. Раздался выстрел, но друзьям вновь повезло, они успели упасть на пол.

— Что здесь происходит? — в дверях стоял лейтенант.

Карлон обернулся на голос и выстрелил. Офицер упал. Элты утащили его обратно за дверь. Несколько болтов просвистели вблизи карлона. Он рухнул на пол и встряхнул перстнем на другой руке. Камень на перстне сверкнул и карлон без страха встал во весь рост. Теперь вокруг карлона светилась полупрозрачная сфера. Стрелы рикошетили от неё. Карлон презрительно ухмыльнулся и пошёл к синтам. Стрелки быстро поняли что происходит. Они перезарядили свои арбалеты, дождались, когда карлон окажется под массивной люстрой. И по команде сержанта разом выстрелили по канату. Канат лопнул, и люстра полетела вниз. Карлон инстинктивно прикрыл голову руками. Люстра упала и разбилась в щепки. Взметнувшаяся пыль замерцала при соприкосновении с защитным полем. От удара, призрачный шар поля откатился к стене. Карлон тряпичной куклой перекатывался внутри. Рин взвалил мешок и побежал к выходу. Когда синты пробегали мимо мерцающей сферой, карлон уже стоял на четвереньках. Синты первыми вбежали по трапу. За ними стрелки, тащившие своего лейтенанта. Трап не успели поднять, а «Консул» уже стартовал.

Синты немного отдышались и сразу пошли в рубку. Рин поставил мешок у ног Элил.

— Что это? — спросила Элил.

— Компенсация за моральный ущерб, — гордо ответил Рин, и развязал мешок.

— Рин! И ты Анд! Я запрещаю вам предпринимать что-либо без моего разрешения! Кто позволил вам покинуть судно? А если бы вы погибли, и наша миссия из-за этого сорвалась? И всё ради этой кучи металла. Из-за вас ранен лейтенант. — Элил презрительно ударила ногой по мешку. Мешок упал, оттуда выкатилась металлическая ваза. — Элил отвернулась от синтов.

24

«Консул» вышел за пределы Пирамиды. Элил бросила взгляд в сторону Анда и Рина, которые стояли, опустив головы, и обратилась к Гы:

— Что теперь?

— Нужно активировать камень.

— Как это сделать?

— А как ты его закрыла? Когда была в плену у Карлаган.

— Я приказала эгрегору сделать ей больно, и она закрыла, — Элил смущённо опустила глаза.

— Тогда задай вопрос хранителю, — ответил Гы.

Глаза на змейке вспыхнули. Элил замерла, прислушиваясь к словам, которые звучали у неё в голове.

— Нужно представить себе, как камень увеличивается в размерах и становится всё больше и больше. — Элил вытянула камень на руке и посмотрела на него. Некоторое время ни чего не происходило. Но вот камень стал светиться слабым зелёным светом. Затем свет потух, и на камне осталась светящаяся зелёная полоска.

— Думаю, что камень активирован, — сказал Гы. — Теперь нужно выйти на орбиту Мегаклона и лететь вдоль Ожерелья пока не встретим нужный спутник.

Капитан недоумённо посмотрел на Гы и спросил:

— Что конкретно надо сделать?

— Поднимайте судно как можно выше. Держитесь примерно на равном расстоянии от поверхности до Ожерелья и двигайтесь от бусины к бусине.

Капитан вернулся к управлению и «Консул» увеличил скорость подъёма. Чем выше поднималось судно, тем удивительнее открывался вид. Мегаклон приобрёл шарообразную форму, что удивило Рина. Но даже с такой высоты Пирамида была отчётливо видна. На поверхности часто встречались сферы защитных полей. Они имели разный цвет и выглядели как украшения. Оказалось, что на планете много крупных водоёмов. Оттенки синего и голубого цвета придавали пёстрой поверхности Мегаклона более естественный вид. Спустя час «Консул» набрал большую высоту и подробности стали не различимы.

Вид планеты с орбиты будоражил воображение элтов. Но предыдущий день был насыщен событиями и все очень устали. Вскоре свободные от вахты элты разошлись по своим каютам.

— А почему не наступает невесомость? — спросил Анд.

— Вероятно, защитное поле так работает, что сохраняет физические параметры на момент включения, — ответил Гы.

Синты тоже пошли отдохнуть. Когда они хотели зайти в свою каюту, элт, дежуривший в коридоре, сказал им, что эгреготесса приготовила им каюту рядом со своей. Синты перешли в носовую часть палубы и спросили у вахтенного, где их новое жильё. Матрос указал им на дверь. Комната была маленькая. Вместо двери в соседнюю комнату висела занавеска, как в голубом замке. Синты стараясь не шуметь, легли в кровати, и провались в сон.

Анду показалось, что он только прикоснулся к подушке, а его уже кто-то тряс за плечи. Анд открыл глаза, над ним склонилась девушка. Она стояла и смотрела, пока он не сел. Анд огляделся. Иллюминатор походил на чёрный круг. Рядом понурив голову, сидел Рин. Только Гы чувствовал себя бодрым. Он стоял возле круглого столика и весело хрустел фруктами из корзинки. Анд встал и потянулся. Взял из корзины что-то овальное и откусил.

— Эгреготесса велела сказать, что мы подлетаем. И что она ждёт вас в рубке, — сказала девушка и ушла за занавеску.

Когда синты появились на мостике. Зелёный шар закрывал собой большую часть обзора. Расстояние до шара было трудно оценить. «Консул» подлетел ближе, и стало понятно, что шар состоит из переплетённых растений. Чуть позже оказалось, что просвет между стеблями всё-таки есть.

— Гы что скажешь? — спросила Элил.

— Нужно углубиться в заросли.

— Эти стебли не повредят судну? — с беспокойством спросили капитан.

— Судя по информации хранителя стебли должны быть податливыми. Здесь живут разумные существа и как-то передвигаются, стебли им не мешают. Кроме того «Консул» окружён защитным полем. Думаю, нам ничего не грозит.

— Капитан углубляйтесь в растения на минимально скорости, — сказала Элил решительным голосом.

Капитан выполнил распоряжение и направил судно в зелённую массу. До носа «Консула» оставалось несколько десятков метров, когда стебли расступились в стороны. Невидимый кокон вокруг судна легко справлялся с растениями. Стебли имели круглое сечение. Они состояли из множества соединённых отрезков на подобии бамбука. Диаметр стеблей составлял около метра, но большая длина делала их гибкими. Там где поле судна не оказывало влияния на растения, они медленно колыхались, подчиняясь каким-то невидимым силам. По мере того как судно продвигалось вглубь, стебли смыкались за кормой и становилось темно.

— Что теперь? — спросил капитан.

— Продолжайте движение, — ответила Элил.

Какое-то время двигались в полной темноте. Матросы зажгли небольшой светильник, чтобы капитан мог видеть приборы. Пятно света покрывало несколько самых важных приборов. Остальная рубка тонула во мраке. Стояла напряженная тишина. В темноте раздался голос Гы:

— Я что-то вижу. Справа по борту, в нижней полусфере.

— Да там свет, — подтвердил капитан. — Он освещает стебли, и мы можем видеть их.

— Капитан держите курс туда, — сказала Элил.

Пятно света медленно приближалось. В рубке по-прежнему царило напряжение. Вдруг стебли прямо по курсу исчезли. «Консул» медленно вплыл в свободное пространство. Свет исходил от стеблей. Некоторые сегменты растений светились изнутри. Без всякой видимой на то причины, мягкий зелёный свет заливал всё вокруг. Растения здесь отличались от тех, что встречались раньше. У стеблей появились длинные листья, они росли из стыков между сегментами. «Консул» выплыл на середину освещенного пространства и остановился.

Стебли и листья находились в постоянном движении, поэтому ни кто не обратил внимания на то, что в одном месте растения стали двигаться более интенсивно. Растения разошлись в стороны, пропуская крупное продолговатое тело. Тело рептилии было размером с «Консул», не считая шеи и хвоста. Конечности представляли собой огромные ласты. Несмотря на размеры, рептилия двигалась быстро. Она подплыла к судну нос к носу. Уткнулась в защитное поле и огромный глаз посмотрел внутрь. Элты инстинктивно сделали шаг назад. Ящер замер в неподвижности, затем толкнул защитное поле. Судно качнулось. Элил повернулась к Гы и спросила:

— Что происходит?

— Он задаёт много вопросов. Дело в том, что его мышление отличается от моего. Он задаёт вопрос не словами, а транслирует картинки. Вот прямо сейчас он передаёт мне картинку. Я вижу моллюска. Его щупальца извиваются. Вот он остановился и смотрит на ящера.

— Вероятно, таким образом, он хочет узнать. Где моллюски? — сказал Рин.

— Возможно. Но что мне ответить?

— Соври ему. Покажи, что моллюски заняты. Что вместо себя они прислали нас.

Гы замер. Ящер до этого пытавшийся рассмотреть рубку со всех сторон тоже замер. Глаза рептилии закрыла полупрозрачная пленка, он медленно отплывал от «Консула». Со стороны казалось, что гигант уснул.

— Надеюсь, он понял меня правильно, — сказал Гы, выходя из ступора.

Как только Гы сказал это, ящер судорожно дёрнулся. Взмахнув ластами, он мгновенно оказался рядом с «Консулом». Он широко открыл огромную пасть и попытался укусить судно. Вид разинутой пасти с мелкими острыми зубами выдавил из храбрых элтов несколько испуганных криков. Рин рухнул на палубу и остался лежать без движения. Защитное поле помешало ящеру нанести вред судну. Это разозлило его ещё больше. Он метался вокруг «Консула» и бился о защитное поле. «Консул» шатало из стороны в сторону.

— Гы, что ты ему наплёл! — крикнул Анд и все кто был на мостике, посмотрели на Гы.

— Я показал ему, что моллюски копают пещеру на Мегаклоне. Потом один моллюск оставил свою работу и показал щупальцем на «Консул», а затем на зелёную бусину в Ожерелье. Показал как «Консул» летит к бусине пустой. А затем летит от бусины с грузом на смотровой палубе.

Толчки прекратились. Ящера не было видно из рубки. Он метался вокруг защитного поля, словно хотел найти в нём слабое место. Элты стали осматриваться вокруг, как будто пытались увидеть ящера сквозь борта. Толчки возобновились. Рин застонал и сёл. С мукой в голосе он спросил у Гы:

— Узнай, что его так взбесило?

— Как это сделать.

— Передай ему, чтобы он вновь подплыл к рубке и остановился, — Анд помог Рину подняться на ноги.

Гы замер. Вскоре удары по корпусу прекратились. За стеклом мелькнула зелёная тень, ящер повис напротив рубки. Гы отшатнулся назад.

— Что случилось? — спросила Элил.

— Интенсивность передачи резко возросла. Теперь он кричит картинками. Ничего не могу понять, всё мелькает. Я воспринимаю серию вспышек. Вот, кажется, он понял, в чём дело. Вижу образы, — Гы замолчал. — Кажется, я понял. Моллюски обещали что-то сделать. Ящер рассчитывал, что нас прислали именно за этим. И поэтому так разозлился, когда я показал, что мы забираем груз и улетаем. Моллюски обещали сделать какой-то шар чтобы, чтобы…. Это как-то связано с их размножением. Я не понял всего.

— Гы пусть он покажет, что ему нужно. Может быть, мы сможем помочь? — сказал Элил.

Гы снова отключился. Ящер, немного повисел у рубки, отплыл в сторону. Он висел в полной неподвижности, лишь его ласты немного шевелились вместе с невидимым течением. Казалось гигант, обдумывает предложение. Иногда он бросал короткие взгляды в рубку. Очевидно, элты не внушали ему доверия. Ящер всё же решился, он подплыл к «Консулу», на секунду замер. Резко развернулся и поплыл прочь.

— Он сказал, чтобы мы следовали за ним. Но если мы что-то повредим, он разорвёт нас на куски. Съест. Дальше я не понял, какие-то подробности связанные с его пищеварительной системой. Он полагает, что сможет переварить судно вместе с нами и…. В общем, в конце концов, мы будем мокрые и будем плохо пахнуть. Я не очень понимаю….

— Гы спасибо, — Элил оборвала Гы на полуслове. — За ним. — Это уже капитану.

— Малый вперёд! — гаркнул капитан.

Вслед за ящером «Консул» двигался в освещённом пространстве. Полости в сплетении растений соединялись между собой узкими горловинами. Иногда приходилось преодолевать тонкие перегородки из стеблей. Ящер следовал сложным маршрутом. Он часто поворачивал, иногда понимался вверх, иногда опускался вниз, но всегда оставался в поле зрения. Конец пути наступил внезапно. После очередного поворота «Консул» прошёл сквозь жиденькую завесу из стеблей, и чуть не врезался в ящера. Капитану пришлось отчаянно маневрировать, чтобы избежать столкновения. Когда судно остановилось, ящер повернул голову, посмотрел и отплыл в сторону.

«Консул» оказался в небольшом пространстве. По периметру пространства стояли гигантские корзины, сплетенные из листьев. В корзинах лежали пятнистые яйца. Полукруглые конструкции, в самом деле, напоминали корзины. Потому что сверху находились тонкие дуги, соединявшие края. Под корзинами мерцали ярко-красные комки. Слева и справа от комков медленно передвигались улитки. Другого слова для этих существ Анд не находил. Кто ещё это может быть? Бледное тело с головой и парой подвижных усиков увенчанных глазами. Сверху спиралеобразная, твёрдая раковина. При движении улитки, нога совершала волнообразные движения. Сзади оставался влажный след. Корзины стояли вплотную, образую полукруг. Ящер подплыл к последней полусфере и остановился.

— Он хочет, чтобы мы сплели такую же конструкцию, — сказал Гы.

Элил достала из чехла свой жезл. Перед ней материализовался джин.

— Обследуй плетёные корзины. Сделай такую же, на том месте, где сейчас лежит ящер. Подумай и сделай так, чтобы твоя корзина была самой удобной для яиц.

Джин кивнул и улетел. Для него не стало помехой ни борта судна, ни поле. Это удивило Гы:

— Эта формация свободно проникает сквозь материальные и силовые объекты, — сказал Гы.

Элил пожала плечами и не стала ни чего объяснять. Тем временем, джин осмотрел несколько корзин и принялся за дело. Он метался между стеблями, так что временам сливался в одно синее кольцо. Через несколько минут джин замер. Он висел над корзиной и рассматривал результаты своего труда. Затем он снова размазался в едва различимый силуэт. Когда он остановился, в корзине появились отделения. Очевидно, в качестве усовершенствования эгрегор сделал перегородки между отдельными яйцами. Джин отлетел в сторону, он превратился в струну и, пронзив борт «Консула» исчез в жезле. К корзине подплыл ящер. Он придирчиво осмотрел работу. Ящер взмахнул ластами, пролетев мимо рубки, нырнул вниз.

— Он предал картинку. В ней он показал, что принёс пучок листьев и отдал его «Консулу». «Консул» съел всю охапку. Не понимаю как это возможно.

— Будем считать, что он сказал спасибо, — прошептал Рин.

Ящер подлетел к одной улитке. Схватил её зубами за кончик раковины и принёс к «Консулу». Ящер оставил улитку плавать перед рубкой, а сам скрылся в зарослях.

— Он показал как вокруг «Консула» плавает шесть его уменьшенных копий. Больше я его не слышу.

— Вероятно это пожелание многочисленного потомства, — предположила Элил. — Гы как нам взять улитку на борт? Ведь вокруг нас поле. — В голосе Элил послышались озабоченные нотки.

— Во-первых, нужно разобрать крышу на смотровой палубе. Улитка достаточно крупная. Она не сможет пройти в люк. А как ей пройти через поле? Этот вопрос надо задать самому полю. — Гы пристально посмотрел на камень. Зелёная полоска на камне раздвоилась. Одна осталась на месте, а другая поползла вверх. Гы повернулся к Элил. — Всё очень просто. Поле удлинится и захватит улитку. Нам нужно будет подвести «Консул» так, чтобы улитка оказалась как можно ближе к палубе. По моей команде поле притянет улитку.

— Отлично, — сказала Элил. — Если ты в этом разбираешься, тогда действуй.

В действительности манёвры заняли куда больше времени, чем предполагал Гы. Сильно мешали гравитационные течения. Кроме того, «Консул» не предназначался для таких деликатных передвижений.

— Почему нельзя отключить поле. Взять улитку, а потом снова включить? — спросил Рин.

— Если выключить поле «Консул» просто взорвётся. Снаружи очень разряжённая атмосфера. У нас давления воздуха гораздо больше. На самом деле «Консул» не очень прочное судно ответил Гы.

— А что такое давление? — не унимался Рин.

— Давление это сила, которую оказывает воздух, в нашем случае на борта.

— Бред какой-то. Как воздух может на что-то давить. Ведь он ничего не весит.

— Всё имеет вес. И воздух в том числе. А если его много, то и давление будет большим.

— Готово! — крикнул капитан. — Гы соединяй поля! — Капитан вытирал платком вспотевшее лицо, но выглядел довольным.

Гы бросил взгляд на камень. Зелёные полоски слились в одну. Улитка стояла посередине палубы. От пола до кончика раковины было не меньше трёх метров. Длинные отростки с чёрными глазами медленно двигались из стороны в сторону.

— Почему она мокрая? — спросил Рин.

— Очевидно, из-за перепада температур, — ответил Гы. — Снаружи холодно, а здесь тепло. Вода сконденсировалась на холодной раковине.

Рин недоуменно смотрел на Гы, но вопросов больше не задавал. Тем временем улитка разглядела на палубе элтов и стала поворачиваться к ним. Мягкое тело вздрогнуло и быстро втянулось внутрь раковины. Отверстие закрылось плотной мембраной. Раковина некоторое время раскачивалась, а после застыла в неподвижности.

— Я не могу понять, о чём она думает. Её мыслесфера плотно закрыта, — сказал Гы подошедшей Элил.

— Это уже не наша проблема, — ответила Элил. — По договору мы обязались доставить улитку на верхушку. А в каком она состоянии нас не касается.

«Консул» двигался в транспортном потоке. По бортам смотровой палубы элты, подчиняясь командам капитана, усиленно махали красными флагами. Давая понять другим судам о своём намерении повернуть. В непосредственной близости от верхушки поток поредел и «Консул» прибавил скорость.

«Консул» причалил в конце длинного пирса, у самого основания. За мерцающей пеленой защитного поля элтов уже ждали. Змей не стал показываться во всём своём облике. Только причудливые орнаменты, свернутые в спираль указывали на очертания его тела. По бокам от змея стояло несколько синтов.

— Вижу, что ты справилась с тем, что обещала, — бархатный баритон возник в голове Элил и по её спине побежали мурашки.

— Да я выполнила что обещала. И жду от тебя того же, — Элил говорила громким голосом. Звук собственного голоса предавал ей уверенности.

— Я всегда держу своё слов. Посмотри на хранитель и представь, как синт превращается в элта.

Элил сделала, как сказал змей. Затем подозвала Гы и тот, прикоснувшись к хранителю, закрыл глаза.

— Нужно вернуться к полю, где созревают синты, — Гы по-прежнему касался хранителя на руке Элил, а его глаза были закрыты. — Синты должны стать под деревья и взять в руки ветки, которые раньше соединялись с ними двумя отростками. Затем, кто-то из элтов должен смочить своей кровью одно из растений. Синты получат разряд энергии. После этого можно уйти с поля. Трансформация продлится около месяца. Но все загруженные синты станут элтами.

— Как просто! Я могла бы догадаться сама! — воскликнула Элил.

— Ты задала мне вопрос. Я назначил цену за ответ, — ответил змей.

Змейка на запястье Элил ослабила кольца. Соскользнув с руки, она медленно поднялась в воздух и поплыла к защитному полю. Вслед за змейкой, так же плавно, с палубы поднялась улитка и последовала тем же путем. В поле появилось круглое отверстие. Из него пахнуло горячим влажным воздухом. Когда отверстие затянулось, сверкнула яркая вспышка. Змей со свитой исчез. К Элил подошёл капитан и спросил:

— Что теперь госпожа эгреготесса?

— Домой капитан.

Радостный крик элтов сотряс «Консул» от носа до кормы. В честь окончания рейда Элил распорядилась устроить праздничный ужин. Пока элты накрывали столы, синты оставались на смотровой палубе. «Консул» уже час удалялся от Пирамиды, а она всё ещё виднелась на горизонте.

25

— Какое странное место эта Пирамида, — сказал Рин.

— Странное и опасное, — согласился Анд. — Почему моллюски не наведут здесь порядок. Там шагу ступить нельзя, чтобы ни попасть в какую-нибудь историю.

— Я думаю, что моллюски специально не вмешиваются. Таким образом, они могут проследить, как разумные существа взаимодействуют между собой. Кроме того, добраться до Пирамиды это уже достижение. Не всякая раса на это способна. А на самой Пирамиде пересекается столько интересов. Любая раса или просто группа, которая сможет жить на Пирамиде, уже достойна пристального внимания.

— Да кто там может выжить! — возмутился Анд. — Ты вспомни! На нас постоянно нападали. Пытались загипнотизировать! Обмануть! Ограбить! Единственный нормальный парень — это Крах!

— Я думаю, что моллюски не так просты, как кажутся, — сказал Рин. — Помнишь, Встречающий жаловался, что все воюют со всеми. Так вот я думаю. Что они сами хотят, чтобы на Мегаклоне было больше войн. Позволить стольким расам контактировать друг с другом и надеяться на то, что не будет стычек! Это абсурд. А на Пирамиде это вообще доведено до крайности из-за тесноты. А порталы?! Стоит только подумать о каком-нибудь месте и ты уже там! А камни, которые позволяют летать всему, к чему они привязаны. Я считаю, что моллюски специально стравливают всех со всеми. А потом сидят и сморят кто победит! — последние слова Рин кричал.

— В твоих словах есть логика. Но я уже говорил. Моллюски слишком древняя раса. Они слишком отличаются от других. Мы никогда не поймём, что ими движет, — сказал Гы.

— Кстати, что-то элты затихли, — сказал Анд.

— Да, похоже, у них всё готово, — согласился Рин.

Когда синты спустились вниз, то увидели, что Рин оказался прав. В кают-компании было всё готово для торжества. Для друзей поставили стулья в самом конце стола. Элил взяла бокал и встала:

— Элты я поздравляю вас с окончанием рейда. Перед лицом опасности вы вели себя достойно. Наш народ будет гордиться теми, кто вернулся живым, и вечно помнить тех, кто погиб. А сейчас давайте веселиться.

Элты выпили вино и в кают-компании поднялся шум. Потом говорил капитан и старшие офицеры. После каждого бокала вина обстановка в кают-компании становилась всё более непринуждённой. Зазвучала музыка. Столы отодвинули в сторону, освобождая места для танцев. Помещение заполнили танцующие пары. Танцоры были одеты в одинаковые комбинезоны, но это никого не смущало. Элты любили танцевать. Спасаясь от вальсирующих пар, синты отошли к круглому столику. Там, склонившись над салфеткой, сидел инженер Фитц. Синты заняли свободные стулья.

— Понимаете, — сказал инженер, как будто он уже давно вёл разговор с синтами. — Мне не дают покоя наши орудия. Их совокупная мощь велика. Но она годится только для неподвижных целей. И то если они не стреляют в ответ. Помните, как мы напали на замок? А если цель маневрирует. Да к тому же ведёт ответный огонь. «Консул» становится просто беззащитным. Помните? Когда нас преследовал диск. Из двадцати выстрелов только один попал в цель. Да и то только потому, что снаряд был с дефектом. — Инженер повернул салфетку и дал посмотреть чертёж друзьям.

Анд отхлебнул вина и сказал:

— В детстве я увлекался кораблями. Ходил в судомодельный кружок. Неплохо знаю историю флота. Давным-давно у нас были корабли похожие на «Консул». Только они не летали, а плавали по воде. Так вот у них тоже было много пушек, и они располагались в один ряд по бортам. Потом суда стали меняться. Появились двигатели внутреннего сгорания. Более мощные пушки. — Анд наслаждался тем, что все слушают его, раскрыв рот. Он чувствовал себя профессором, который читает лекцию туповатым студентам. Анд взял у инженера карандаш и набросал на салфетке свой чертёж. — В конечном итоге остановились на такой схеме.

Фитц взял салфетку и долго смотрел на неё:

— Гм, поворачивающиеся на триста шестьдесят градусов орудия, защищенные броней.

— Башни, — уточнил Анд.

— Башня. Какое точное название! Это даёт нам возможность вести огонь в любом направлении. И при этом судно идёт на максимальной скорости, и не совершает резких манёвров. Башни можно расположить на таком расстоянии друг от друга, что появляется возможность поместить орудия, большей мощности. Анд, вы гений!

— Я здесь не причём. Такая конструкция возникла в результате войн, которые шли на море не одно тысячелетие.

— Не одно тысячелетие? — удивился Рин.

— Да это много, — сказал Фитц, не отводя глаз от салфетки. — Но в результате появилась такая эффективная конструкция.

Обратная дорога прошла без происшествий. Анд и Рин радовались, что снова оказались в своей комнате на крыше. Гы выразил удовлетворение от того, что его жизнь больше ни что не угрожает. Элил большую часть времени отсутствовала. Синты были предоставлены сами себе. Иногда они гуляли по городу. Но старались не уходить далеко от голубого сектора. Друзья радовались спокойной размеренной жизни, регулярному питанию и тому, что на некаторе время их оставили в покое. По вечерам они стояли на крыше и смотрели на город.

— Как не похож город элтов на город карлонов, — сказал Рин, когда однажды вечером они выбрались на крышу.

— Да совсем не похож, — согласился Анд. — У элтов везде порядок. На улицах, на дорогах. Ни кто не спорит, не ругается. Все вежливы друг с другом.

— Настоящее цивилизованное общество, — поддержал его Рин. — По сравнению с элтами карлоны просто дикари, волею случая захватившие город и сделавшие его местом своего обитания.

— Элты на порядок лучше организованы, чем карлоны, — вступил в разговор Гы. — Сколько времени мы провели в городе Љ8, а так ни чего и не узнали. А в городе карлонов мы добились всего, что нам нужно за неделю. Хочу отметить, что для гуманоидов наиболее типично поведение карлонов, чем элтов. Город Љ8 больше похож на механизм, в котором элты являются его частью. Ты говоришь, что все вежливы друг с другом. Я думаю, что это только видимость. Здесь наверняка множество скрытых конфликтов. Гуманоиды как вид не любят придерживаться каких-то правил, ограничивающих их свободу. Во всяком случае, не долго. Рано или поздно такое общество взрывается. Помните разрушенный город Љ8? Его обитатели живут в плохих условиях, но возвращаться не хотят.

— А мне элты нравятся! — сказал Анд.

— Мне тоже нравятся, — поддержал Рин.

— Дело не в симпатиях, — сказал Гы. — Дело в том, что мы живём здесь довольно долго. А к пониманию элтов так и не приблизились. Дело в том, что нам нужны сведения. Чтобы их добыть, нам придётся делать что-то, что не понравится элтам.

— Мне бы не хотелось их обижать, сказал Анд.

Рин согласно кивнул. На этом разговор кончился. Настроение было испорчено, и друзья разошлись в разные стороны. Только Гы остался на прежнем месте.

На следующее утро Рин спустился за корзиной с фруктами. Он долго не появлялся. У Гы и Анда уже урчало в животах от голода, когда Рин пришёл. Он поставил корзину на пол и, отдуваясь, сказал:

— У элтов опять что-то затевается. Продуктов сегодня не привозили, и мне пришлось идти на склад. Комендант сказал, чтобы мы сегодня не выходили из здания.

Перекусив, друзья вышли на крышу. Небо затянуло тучами. Дул сильный порывистый ветер, тучи закручивались в спирали. На улицах было пустынно. Только изредка, появлялись фигуры с красными повязками на глазах.

Ветер усилился, стало холодней. Тучи уплотнились, вокруг потемнело. Синты беспокойно крутили головами. Шар, который стоял на постаменте в центре крыши принялся пульсировать мутным светом. Слышались глухие удары. Звук вибрировал где-то на границе слышимости. От него возникало чувство беспокойства.

— Что это!? — испуганно спросил Рин.

Ему ни кто не ответил. Ветер больше не метался между зданиями. Он выбрал одно направление и увеличил скорость. Тучи закручивались в спираль, центром которой была вышка. Звук так же усилился. Звук и ветер сплетались во что-то одно. Вибрация и свист заставляли напрягаться каждую клеточку в телах синтов. Гы молча показал рукой в сторону решётчатой вышки. По лестнице поднимались крохотные фигуры. Расстояние и сумрак не позволяли увидеть подробности, но цвет одежды на фигурках различался хорошо. Там был красный, зелёный, фиолетовый, и синий цвет.

— Синий цвет — это цвет Элил, — сказал Гы. Он быстрым шагом направился в жилище Элил, но вскоре вернулся с большой подзорной трубой.

Фигуры тем временем достигли верхней площадки. Они встали в центре. Вдруг цвета исчезли, и фигурки стали серыми. Анд не выдержал и вырвал трубу у Гы.

— Они разделись, — крикнул Анд. — Теперь они идут по кругу. Они что-то делают. Они танцуют. Нет. Скорее пытаются двигаться в ритме.

Рин взял трубу у Анда. Но разглядеть хоть что-то, ему не удалось. Ветер ревел. Синтам приходилось держаться за парапет, чтобы их ни сдуло. Вибрация усилила темп и достигла нескольких ударов в секунду. Над вышкой сверкнула ослепительная молния. Исчезла вибрация и завывание ветра. Наступила тишина. Казалось что это тишина не просто отсутствие звуков, а какая-то прозрачная субстанция, которая выдавила из окружающего пространства все физические законы. Тишина давила на уши и пыталась просочиться внутрь. Тучи больше не собирались в спираль. Теперь они равномерным слоем размазались по всему небосводу. Пространство вокруг незримо колыхнулось.

На площадке появилось свечение. Очень слабое. Такой же рассеянный свет испускала сфера в центре крыши. Свечение стало подниматься над площадкой. Ещё мгновенье и оно обрело форму джина. Очертания джина были расплывчатыми, но фигура светилась. По светящемуся контуру прошла рябь. Затем одна маленькая фигурка упала. Джин приобрёл более чёткие очертанья. Он стал светиться гораздо интенсивнее. Фигура оторвалась от площадки и одним рывком оказалась прямо перед синтами. Джин завис в нескольких метрах от крыши. У существа были глаза Элил. Очертания головы стали оплывать, как воск на свечке. И лицо джина обрело черты лица Элил. Элил хотела что-то сказать, но её лицо исчезло. Джин рывком отлетел в сторону и вернулся назад к вышке.

Остаток дня синты провели на крыше. Ветер разогнал тучи, показалось солнце. На улицах по-прежнему было пустынно. Потрясённые событиями синты продолжали стоять на крыше. Три фигурки на платформе снова стали цветными, но синего цвета среди них не было. Фигурки спустили на верёвке какой-то продолговатый предмет. Сами спустились по лестнице. Когда солнце село, друзья пошли в комнату и легли в постели. Вокруг стояла тишина, но напряжение не оставляло друзей. Они лежали в полудрёме и смотрели на дверь.

Анд не заметил, как уснул. Ему снилась Элил. Она хотела что-то сказать, но Анд не слышал её. Анд зарыдал во сне и проснулся. Солнце ещё не встало. За окном висели серые сумерки. Анд сел на кровати. В этот момент дверь открылась. В комнату вошло несколько элтов с дубинками. Синты встали.

— Кто из вас Гы? — спросил один из элтов.

Гы сделал шаг вперёд и сказал:

— Меня зовут Гы. Где Элил?

Элты опустили глаза. Затем один из них, со злостью сказал:

— Не твоё дело.

— Нет, — сказал другой. — Они очень нам помогли, там на Пирамиде. — Элт повернулся к синтам. — Элил больше нет.

— Она умерла? — Спросил Гы.

— Для вас да. Больше я вам ничего сказать не могу. Гы ты пойдёшь с нами. — Элт опустил глаза. Твои друзья вернутся в команду Робуса.

— Мы останемся вместе! — сказал Анд.

— У вас нет выбора. Это решение совета. Если вы не хотите работать, можете покинуть купол. — Голос элта звучал зло.

— Мы уйдём вместе! — крикнул Анд.

Элты двинулись на друзей. Они уже замахивались дубинками, когда раздался голос Гы:

— Стойте! Не нужно насилия. Я пойду добровольно. Анд, Рин, не сопротивляйтесь, это бессмысленно. Не беспокойтесь за меня.

Гы подошёл к Анду. Хлопнул его рукой по плечу и сказал: «Удачи». Удачи он пожелал словами. А в ментальном плане Анд услышал испуганный вопль Гы: «Голос!». Затем подошёл к Рину и проделал с ним то же самое. Рин отшатнулся, но Гы удержал его рукой, и он устоял на ногах. Гы повернулся и пошёл к выходу.

26

Весь день Анд и Рин не перекинулись и словом. Они постоянно находились под присмотром элтов. По городу их везли в маленькой повозке. Под навесом они пересели в шестиколёсную повозку. После шлюза их пересадили в другую. Уже наступили сумерки, когда синтов высадили в пустынной местности. Командир перегнулся через борт и сказал:

— Не пытайтесь вернуться. Элты больше не принимают работников. Если вас найдут в зоне патрулирования, вас вышвырнут назад и очень грубо. — Повозка скрипнула колёсами и покатилась.

Анд тяжело вздохнул и вытащил из-за шиворота щепку:

— Всё время колола мне шею, но вытащить её было нельзя. Элты глаз с нас не спускали. Это компактификатор. Гы засунул мне его под воротник, когда хлопал по плечу. А ещё он мысленно крикнул мне: «Голос».

— А мне крикнул: «Тесси», — сказал Рин.

— Что это всё значит? — спросил Анд.

— Надо подумать. Но сначала давай найдём какое-нибудь укрытие. Я вижу, что сюда приближается ещё одна повозка.

Синты пошли прочь от мерцающего купола. Подходящего места найти не удалось. Солнце скрылось за горизонтом. На пути встретились заросли кустарника. Синты забрались в них и решили ночевать там. Из веток друзья сделали себе лежанку. На кустах росли сморщенные коричневые плоды. Но они были не вкусные. То ли они не дозрели, то ли вообще были несъедобными. Друзья решили не обращать внимания на голод. Анд и Рин легли на ветви спиной друг к другу. Рин долго не мог найти удобного положения на жёстких ветках, затем сказал:

— Тебе он сказал «Голос», а мне «Тесси». Я понимаю это так. Элты хотят отдать Гы Голосу. И чтобы его вытащить оттуда, мы должны просить помощи у Тесси.

— Зачем Гы нужен Голосу?

— Откуда я знаю. Голос собирает всех, кого может подчинить себе.

— Но прошлый раз ему не удалось взять нас под контроль.

— Может быть, прошлый раз он просто не успел. Помнишь, в это время подошёл «Пожиратель». И вообще, кто знает, что у Голоса на уме. И вообще что это за существо. А ты что думаешь об этом?

— Я с тобой согласен. Похоже, что так оно и есть. Но почему мы должны просить помощи у Тесси.

— Это самый простой вопрос. Мы уже давно на Мегаклоне. И мощнее оружия, чем у элтов я не видел. Вернее оружия мощнее, чем сами элты я не видел.

— Но захочет ли Тесси нам помогать.

— Надо сделать, так чтобы захотела. Надо что-то дать Тесси. Что-то такое, что ей очень нужно. А взамен попросить у неё помощь.

— У нас ничего нет, — буркнул Анд.

Друзья замолчали. Каждый думал о своём. Анд незаметно для себя уснул. Ему снова снилась Элил. Слов опять было не слышно, но Анд знал, что Элил его успокаивает. Образ Элил размывался и таял на глазах. Анд пытался удержать Элил, но его руки проходили сквозь её фигуру, не встречая сопротивления. Анда разбудил толчок. Он вытер слезы и повернулся к Рину.

— Я знаю, что мы предложим элтам, — сказал Рин. — Мы покажем им деревья!

— Какие деревья? — спросонья Анд плохо соображал.

— Ну, эти, пищевые комплексы! Там они могут поселиться и жить, как им нравится.

Они шли по ночам. День пережидали в кустарнике. С каждой ночью защитное поле становилось всё выше и выше. На третью ночь, поле сплошной стеной встало перед друзьями. Они попробовали пройти через него, но не получилось. С таким же успехом можно было бы попытаться пройти через каменную кладку.

— Встречающий говорил, что мы сможем пройти сквозь поле. Думаю, что нам нужно раздеться, — сказал Рин.

Рин разделся и без труда прошёл сквозь мерцающее марево. Анд пошёл за ним. Компактификатор упёрся в наружную границу поля и не пускал Анда внутрь. Анд упал на землю. Защитное поле засветилось немного ярче, из него появился Рин.

— Ты чего так долго? — спросил он.

— Компактификатор не пускает.

— Раз не пускает, значит надо оставить его здесь. Мы закапаем его вместе с одеждой. А с той стороны, запомним место, где вышли.

Они так и поступили. Закопали одежду и замаскировали следы. Толщину защитного поля они преодолели без всякого сопротивления. Свет резко сменился темнотой, и друзья оказались под куполом. Анд нашёл крупный камень, подтащил его к тому месту, где они вышли из поля. Постоял несколько минут, запоминая место, и друзья двинулись в путь. Шли по-прежнему ночью. Сначала они вернулись к шлюзу, а затем пошли вдоль дороги. С едой проблем не возникало. Друзья заходили на фермы и брали всё что нужно. Как правило, рядом с каждой фермой располагался большой погреб. Это были просторные подземные помещения с входом в виде шалаша. Элты не опасались воровства, погреба не запирались. Друзья брали не много опасаясь привлечь к себе внимания. На одной из ферм синты раздобыли комбинезоны и ботинки. К удовольствию Рина в погребках всегда находилось вяленое мясо. Слабое вино так же было в изобилии.

После очередного ночного перехода друзья нашли себе приют в стоге сена. Солнце уже вставало и синты поспешили укрыться. Они с аппетитом поели. И пили вино поочередно передовая кувшин друг другу. Рин отдал кувшин Анду и сказал:

— Как всё печально закончилось. Элил погибла. Гы неизвестно где. Мы с тобой в бегах. Идем по ночам, воруем еду.

— Я с тобой согласен. Элил очень жалко. Она такая красивая, — Анд захмелел и его голос звучал грустно. — Она мне снится. Она хочет что-то сказать, но я не понимаю её.

— Да. Кроме того она единственный элт, который к нам относился хорошо, — разговор не клеился и синты утомленные ночным переходом уснули.

Через несколько дней синты остановились перед деревянным щитом с надписью «Город Љ8. Проезд запрещён». Впереди виднелись развалины. Синтам пришлось сменить тактику. Ночью по развалинам идти было невозможно. Они спрятались в развалинах и проспали до рассвета. Когда стало светло, друзья выпили кислого молока из кувшина и двинулись в путь. Ближе к полудню из-за развалин вылетел камень и упал перед синтами. Друзья остановились. Вскоре их окружили элты.

— Мы хотим поговорить с Тесси, — сказал Рин.

Элт переглянулись. Один из них сказал:

— Здесь нет ни какой Тесси.

— Мы были здесь. Давно.

— А-а. Так вы те самые, — элты угрожающе двинулись к друзьям.

— Оставьте их! — к синтам подошла Тесси. — Что вам нужно? — спросила она.

— Мы хотим поговорить с тобой, — сказал Рин.

— Говори. От них у меня нет секретов, — Тесси показала на элтов.

Когда Рин кончил говорить, Тесси долго молчала.

— Мне надо подумать, — наконец сказал она.

Синтов проводили в уже знакомую пещеру в развалинах. Их оставили рядом с клетками для животных.

— Здесь раньше держали Элил, — сказал Анд грустным голосом. Мрачная обстановка и воспоминания об Элил вновь заставили Анда грустить.

Друзей охраняли. Они все время видели кого-то из элтов. Синты перекусили тем, что принесли с собой. Скудный свет перестал поступать в трещины в крыше. Животные укладывались на ночлег. Друзья последовали их примеру.

Утром элты принесли две миски чего-то полужидкого, но горячего. Животным дали сена. Некоторых вывели на прогулку. Тесси появилась ближе к вечеру.

— Расскажите мне больше о Голосе, — сказало она.

— Я рассказал всё что знаю, — ответил Рин.

Тесси надолго задумалась. Она прохаживалась вдоль клеток, затем подошла в синтам и сказала:

— Я согласна попробовать, но только попробовать. Потому что я не знаю, с чем мне придётся столкнуться. Итак, мои условия. Во-первых, вы покажите мне эти деревья. Во - вторых, если мне всё понравится, вы переправите туда всех элтов.

— Мы согласны, — сказал Рин. — Скоро стемнеет, и мы можем отправляться в путь.

— Да чем быстрее, тем лучше, — сказала Тесси.

Обратно шли той же дорогой и тем же способом. Ночью шли днём спали. Перед рассветом заходили в погреба на фермах и запасались провизией. Двери некоторых погребков оказались заперты. Очевидно хозяева всё же заподозрили пропажу. Запоры были не сложными, с ними легко справлялись.

— Наверное, вы брали продукты из партий готовых к отправке в города. В таких партиях всё пересчитано. Пропажу легко обнаружить, — сказала Тесси, когда они устроились на отдых в тени фруктовых деревьев. — Если бы вы взяли пищу дальше от входа никто и никогда не заметил бы этого.

Перед самым шлюзом они, в самом деле, чуть не попались. Ночь была тёмная. Синты осторожно шли к погребу. До входа оставалась пара метров когда, Анд обо что-то споткнулся. Что-то недовольно заворчало, повозилось и захрапело. Очень тихо и осторожно друзья покидали опасное место. Им повезло они ушли незамеченными.

— Странно, элты никогда не выставляют охрану, — сказала Тесси.

— Здесь мы украли одежду, — пояснил Анд.

— Вы что с ума сошли! Лучше бы вы шли голые! Одно дело пища. На это никто не обратит внимание. Подумают либо на детей, либо на животных. Да мало ли, подумают, что просто обсчитались. Но одежда! Она могла понадобиться только синтам. Причем синтам, которые прошли сквозь поле! Синтам, которые хотят остаться незамеченными, — Тесси перевела дух. — Сколько вы взяли комбинезонов?

— Два, — ответил Рин.

— Вы что совсем идиоты! — С фермы возле шлюза пропали два комбинезона. На фермах дальше по дороге пропадали продукты. Дорога идёт к городу Љ8. Любой дурак догадается, кто взял одежду и куда они пошли. — Тесси помолчала, затем более спокойным голосом сказала. — Периметр поля патрулируется. Даже если пройдём. Снаружи все блокировано.

— Периметр очень большой. Неужели мы не сможем выбраться, — удивился Рин.

— Когда объявляется тревога. На помощь войскам посылают несколько эгреготесс. Территория, в самом деле, обширная, но для них это ничего не значит. На контроль территории энергии расходуется минимум. Они легко смогут нас обнаружить.

— У нас нет выбора, — сказал Анд. — Мы должны попытаться.

Опасения Анда были напрасны. Он легко нашёл камень отмечающий выход из поля. Синты разделись и подошли к мерцающей стене. Тесси, ни сколько не смущаясь, тоже разделась. «У Элил фигурка была лучше» — подумал Анд. Они прошли сквозь поле. Как только зрение восстановилось, синты начали расшвыривать землю. Наступила полночь, но поле давало достаточно света. Одежду нашли. Синты отдали свои куртки Тесси и она соорудила из них нечто, что вполне защищало от ночной прохлады. Анд достал из кармана комбинезона компактификатор. Он положил щепку на землю и кивком дал понять Тесси и Рину, что нужно отойти. Появилось слабое мерцанье. Анд надеялся, что рядом с полем, оно будет незаметным. Но он ошибся, компактификатор светился ярче.

— Долго ещё? — в голосе Тесси звучало беспокойство.

— Уже скоро, — ответил Анд.

Мерцанье резко вспыхнуло и погасло. На его месте появился рейдер. Друзья бегом бросились к нему. Рин вбежал в рубку и потянулся к рычагам.

— Не поднимайся вверх! Лети над землей! — крикнула Тесси.

Анд принёс из трюма пулемёт и стал проверять механизм. Рин развил максимальную скорость. Он побоялся лететь слишком низко, поэтому поднял судно на высоту около десяти метров. И вовремя, внизу промелькнула шестиколёсная повозка. Элты начали разворачивать свои метатели, но было поздно. Справа по курсу показалась ещё одна повозка. Она выпустила несколько стрел. Рейдер летел слишком быстро и стрелы в него не попали.

— Рин поднажми! — крикнула Тесси. — Поднимайся вверх и жми на всю катушку!

Анд оглянулся. Сзади появилась бледно-зелёное свечение.

— Это эгрегор, — сказала Тесси. — Нужно отвлечь его, иначе нам не уйти.

Анд кивнул и бросился в трюм. Он открыл люк в правом борту. Установил направляющую, а на неё ракету ящеров. Анд посмотрел в кормовой люк. Эгрегор приблизился, уже можно было рассмотреть черты лица зелёного джина. По телу Анда пробежали мурашки, когда он вспомнил, на что способны полупрозрачные существа. «Пора» подумал Анд и поджёг фитиль. Анд успел подняться в рубку, когда рейдер качнуло. Справа по борту возникло облако дыма. Ракета с шипением понеслась в темноту. Эгрегор не задумываясь, изменил направление и бросился за ракетой.

— Ты удачно выбрал направление, — сказала Тесси. — Снаряд полетел к защитному полю. Эгрегор расценил это как явную угрозу и оставил нас в покое.

— Значит, нам повезло, — ответил Анд. — Ракета лежала ближе к правому борту.

Купол защитного поля уменьшался по мере того, как судно удалялось от него. Рин поднялся выше, полёт проходил спокойно. Тесси нашла в трюме комбинезон. Одежда была велика, ей пришлось закатать штанины и рукава. Иногда в поле зрения попадались летающие объекты, но к беглецам никто не проявлял интереса. Схема, которую начертил Гы, на задней стенке рубки помогала ориентироваться на местности. С рассветом Анд попросил Рина опуститься на землю. Анд взял карпадж и кисточку Гы. Он долго возился. Тесси недовольно ворчала. Но Анд, не уступал до тех пор, пока на бортах не появились надписи «Элил».

— Она много значила для вас? — спросила Тесси, когда судно продолжило путь.

— Да, — сказал Рин. — Элил первое существо на Мегаклоне, которое отнеслось к нам хорошо.

— Элил была особенная, — перебил Анд.

— Ты говоришь как элт из её сектора, — сказала Тесси с улыбкой. — Для каждого элта его эгреготесса существо особое. Почти божество.

— Тогда почему они умирают!? — в голосе Анда слышалась боль.

— Эгреготессы не умирают. Они всю жизнь служат своему народу. А потом для них наступает переход. И тогда эгреготессы продолжают служить своему народу, но уже в энергетическом теле. Каждая девушка, когда решает стать эгреготессой понимает, что у неё не будет семьи, не будет детей. И что до старости она не доживет. Это осознанный выбор. — Тесси замолчала, вспоминая что-то своё.

— В шлюзе мы видели эгреготессу. Она одевалась в белые ленты. И она была старше тебя, — сказал Рин.

Слова Рина вывели эгреготессу из задумчивости. Она сверкнула на Рина газами и со злостью сказала:

— Хватит об этом! Вы и так слишком много знаете.

Полёт проходил спокойно. Пищи и воды хватало. Несколько раз в воздухе встречались скопления каких-то объектов. Синты вовремя замечали их и обходили на пределе видимости. Рин вёл судно, ориентируясь по схеме Гы. Анд в этих рисунках ничего не понимал и начинал уже сомневаться, что они летят правильно. Но на пятый день путешествия на горизонте появились деревья.

Рин облетел вокруг дерева. Он почти закончил круг, когда из кроны поднялся ярко-красный шар и медленно поплыл в небо.

— Занято, — прокомментировал Рин.

Из листвы следующего дерева вылетело несколько стрел, с привязанными к ним белыми тряпками. Стрелы были без наконечников, поэтому, ударившись о борт, упали.

— Здесь довольно плотное население, — сказал Тесси.

— Как и на всём Мегаклоне, — ответил Рин.

Третье дерево оказалось свободным. Рин подвёл «Элил» вплотную. Судно, раздвинув ветки, погрузило нос внутрь. Занавес из чёрных волокон был на своём месте. Впрочем, в остальном дерево являлось точной копией первого.

На осмотр дерева потратили весь день. Тесси сначала скептически относившееся к деревьям всё больше и больше оживлялась. К вечеру она пришла к выводу, что дерево ей понравилось. Смеркалось, дерево переходило в ночную стадию своего существования. Некоторые плоды и листья стали светиться мягким светом. Послышались тихие звуки. Синты и Тесси сидели на небольшой терассе. Они уже утолили голод и теперь не спеша пробовали другие фрукты, чтобы узнать какой у них вкус. Отщипнув тёмно-синюю ягоду от кисти, Тесси сказала:

— Хорошее место. Три, четыре таких дерева смогут прокормить всех элтов, которые не захотят жить под куполом. Сейчас у меня мало сил. Но когда их станет достаточно я смогу открыть все тайны деревьев. Я так понимаю, что моллюски создали их не только с целью обеспечения пищей. От деревьев можно добиться многого другого. Но вернёмся к нашей ситуации. Дело в том, что ваше судно очень маленькое. Оно не сможет взять на борт всех элтов.

— Сделаем несколько рейсов, — сказал Рин.

— Нет. Элтов нужно вывести за один раз. Второй рейс нам не дадут сделать.

— Но почему вас не могут отпустить, если вы не хотите жить там? — спросил Анд.

— Это долго объяснять. Сейчас мы стоим перед задачей. Нужно вывести всех элтов за один раз.

— А если потесниться и встать плотнее, — сказал Рин.

— Даже если мы ляжем друг на друга, это не поможет. Судно не сможет поднять такой груз.

— А сколько элтов собирается улететь? — спросил Анд.

— Около двух тысяч.

— Двух тысяч!? — удивился Анд. — Я не думал что так много. Я видел не больше сотни элтов.

— Те, кого ты видел. Это элты, уцелевшие после разрушения города Љ8. Но есть другие. Те, кто просто ушёл из городов. Те, кто не хочет так жить. И таких наберётся не меньше двух тысяч.

Синты замолчали. Они чувствовали себя обманутыми. Тесси сидела, опустив голову. Рин повозился на своем месте и сказал:

— Я кое-что придумал, но это очень опасно.

— Говори, Рин! — оживилась Тесси.

— Анд. Помнишь тот диск, на котором за нами гнались крабы?

— Ну, — буркнул Анд.

— После того как эгрегор уничтожил крабов диск взлетел вверх и уткнулся в плиту. Я думаю, что он ещё там.

Тесси с надеждой смотрела на синтов, переводя взгляд с одного на другого.

— Нужно посмотреть. Я думаю, что Крах поможет нам, — сказал Анд.

— Тогда в путь! — радостно воскликнула Тесси.

— Я не знаю, как добраться до Пирамиды, — сказал Рин.

— Здесь нет ничего сложного. От купола «Консул» летел всё время на юг и никуда не сворачивал, если здесь вообще есть юг. Но по утрам солнце вставало слева по борту. Я думаю, что нам надо следовать этому направлению. А такую громадину как Пирамида пропустить мы не сможем.

Солнце ещё не встало, когда друзей разбудила Тесси.

— Пока мы загрузим фрукты. Пока взлетим, солнце уже покажется над горизонтом.

Тесси спешила. Фрукты были загружены и судно взлетело. «Элил» набрала приличную высоту, а солнце только показалось, но этого оказалось достаточно, чтобы определить, где находится юг. Рин скорректировал курс и прибавил скорость.

На третий день пути стали появляться суда, которые двигались параллельным курсом. На следующий день их стало больше. Пятый день «Элил» встретила в потоке судов. Поток был не очень плотный, но приходилось маневрировать, чтобы не столкнуться с другими судами.

— Почему в первый раз мы не видели такого движения? — спросил Рин.

— Сейчас мы летим слишком низко, — ответил Анд.

Рин кивнул и поднялся выше. Здесь суда двигались с большими интервалами. На горизонте появилась Пирамида. Она медленно приближалась весь день. С заходом солнца друзья подлетели к плотным транспортным потокам. Рин остановился, в нерешительности наблюдая за движущимися судами всех форм и размеров. Ближайший поток двигался справа налево и чуть вверх. Вблизи слышались голоса, все больше напряженные. Многие суда трепетали красными флагами, то с одного борта, то с другого обозначая повороты. Но были и такие, которые не утруждали себя сигналами. Кто-то не хотел этого делать кто-то не мог из-за малочисленности экипажа.

— Почему нас ни кто не встречает? — удивился Рин. — Прошлый раз нам помогали чёрные птицы.

— Они помогали за плату, — ответил Анд. — Похоже, мы не производим впечатление платёжеспособных.

— «Консул» выглядел необычно, — сказала Тесси. — Всем было ясно, что он здесь новичок. Поэтому привлекал внимание. А таких судов как «Элил» я вижу здесь очень много.

Анду надоело бездействие. Он подошёл к Рину и, положив свои руки поверх его, двинул рычаги вперёд. «Элил» вклинилась в поток. Несколько ударов сотрясло её корпус. Со всех сторон послышались возмущенные крики на десятках неизвестных наречий. Рин лихорадочно орудовал рычагами. Ему удалось выровнять судно. Теперь «Элил» двигалась в общем потоке, и никто не обращал на неё внимание.

— Мог бы предупредить, — обиженно сказал Рин.

— Иначе ты никогда бы не решился. Платформа карлонов третья от верхушки.

— Я помню, — раздраженно ответил Рин.

«Элил» не спеша плыла в общем потоке. С соседних судов доносились голоса и другие звуки. На многих готовили пищу. Непривычные запахи разносились ветром и не все они были приятными. Впереди, слева и вверху показалась верхушка.

— Мы промахнулись, — сказал Анд.

— Я хорошо рассмотрел третий ярус, он совсем не похож на платформу карлонов.

— Ни чего удивительного. Пирамида вращается и карлоны могут быть где угодно.

— Что же нам делать?

— Выходи из потока. Зависнем и будем ждать. Может, платформа сама повернется к нам.

— Ладно. Только ты иди на левый борт и помаши своей курткой.

— Она серая, а поворот обозначается красным цветом.

— Лучше так, чем совсем ни как.

— Да что ты так беспокоишься. Какая тебе разница, что о нас подумают!

— Мне до них дела нет. Мне всё равно, что они обо мне подумают. Но я должен поступать хорошо ради самого себя.

Анд пожал плечами и вышел из рубки. Он снял куртку. Ухватившись за станину метателя Анд, стал размазывать ей. Рин плавно совершил поворот. «Элил» вышла из потока и подлетела к Пирамиде. Рин остановил судно на полпути между потоком и Пирамидой. На таком расстоянии от Пирамиды уклон был не заметен. Казалось что это не Пирамида, а вертикальная стена. Каменные плиты медленно вращались. Каждый уровень со своей скоростью. На плитах кипела жизнь. Внешние платформы Пирамиды имели плотную застройку. Мимо проносились города, башни, не понятные конструкции.

— Как ты можешь на это смотреть? — сказал Рин. — Меня наизнанку выворачивает от этой круговерти.

— Я люблю, когда жизнь бьёт ключом. Когда скорость, когда свет. Мне это нравится, — ответил Анд.

— Когда вокруг столько всего происходит. Ты можешь сам в этом раствориться, и тебя не станет как личности. Ты будешь ещё одним винтиком в гигантском механизме, — сказала Тесси.

— Кто бы говорил! Вы элты сами вытворяете с собой неизвестно что, — огрызнулся Анд.

— Да, — согласилась Тесси. — И поэтому я, и такие как я, убежали из городов.

— Анда не стоит судить строго, — сказал Рин. — Он молод. Это естественно, что ему здесь нравится. Когда он станет старше, он будет думать по-другому. Но я согласен с тобой. Мне больше нравится уединение. Когда можно спокойно посидеть. Послушать шелест листвы, журчанье воды. Разложить свои эмоции по полочкам. Понять, что сделано не так.

— Мне больше нравится сидеть у огня, — сказала Тесси.

Рин грустно вздохнул. Послышался хлопающий звук и по палубе зацокали длинные когти. Звуки производила большая чёрная птица. Она сделал несколько шагов по палубе, и остановилась перед рубкой. Тесси и синты вышли навстречу птице. Птица склонила голову на бок, но продолжала молчать.

— Она определённо из того же вида что и те, которые помогали нам на «Консуле», но почему она молчит? — спросил Рин.

— Элил общалась с ними телепатически, — ответил Анд.

Он сделал шаг навстречу птице. Какое-то время Анд стоял перед птицей и молчал. Затем повернулся к друзьям и сказал:

— Я представил себе карлона и «Элил», которая летит к нему. Она отлично меня поняла. Но в ответ передала изображение чего-то блестящего.

— Это понятно, — сказал Рин. — Она требует оплату и желательно металлом.

— У нас в трюме полно стреляных гильз! — воскликнул Анд и убежал.

Он быстро вернулся. Анд протянул одну гильзу птице. Она взяла гильзу лапой, подняла её вверх и царапнула клювом. Снова наступило молчание. Анд встряхнулся и сказал:

— Она проводит. И ещё, я не очень понял. Что-то про яйца. В том смысле, что она их не высиживает…

— Птица хотела сказать тебе, что он самец, — сказала Тесси.

Ворон стоял перед рубкой и крыльями показывал, куда нужно лететь. Двигались медленно, потому что вблизи плит суда не придерживались каких-либо правил. Они опустились немного вниз. Пролетели навстречу вращения Пирамиды. Путь не занял много время. Напротив одной из плит ворон повернул к рубке голову и натурально каркнул. Потом он взмахнул крыльями и перевалил за борт.

— Будем надеяться, что он нас не обманул, — сказал Рин.

27

Рин посадил судно вдали от россыпи огней. Он настоял на том, чтобы свидетелей трансформации не было. После посадки все спустились в трюм. Быстро перекусили и принялись готовиться к высадке. Рин набил карманы гильзами. Анд пристегнул пояс с пистолетом и ножнами. Затем надел через плечо ещё один пояс и привесил к нему гранаты. Вышли через кормовой люк. Какое-то время смотрели, как судно уменьшается и превращается в щепку. Через полчаса Анд поднял с груды щебня щепку и повесил её на шею.

Огни оказались портом. Несмотря на поздний час, жизнь здесь кипела. Множество судов взлетало и садилось. Толпы синтов сновали в разных направлениях, перемещая различные грузы. Друзья нашли стоянку общественного транспорта. За рычагами сидели синты и все как один спали. Рин подошёл к ближней повозке и толкнул водителя.

— Нам нужно в город, — сказал Рин, когда синт сфокусировал на нём взгляд.

— Плати, — отвил тот.

Рин достал из кармана гильзу и протянул синту. На свет появился магнит на верёвочке. Магнит со звоном притянулся к гильзе. Синт несколько раз подбросил гильзу на ладони, протянул её обратно и сказал:

— Сдачи нет.

— Ты меня разорить решил? — застонал Рин.

— Рин, ты чего, — одернул приятеля Анд.

— Да это я так, по привычке, — смутился Рин.

Повозка медленно покатилась. Когда они подъехали к городу, солнце уже стояло высоко. Ночная жизнь в городе замирала. Припозднившиеся гуляки шатаясь, возвращались домой. С тех пор, как друзья покинули город, прошло не больше двух недель. Но им казалось, что прошла целая вечность. Столько событий произошло с тех пор и большинство из них неприятные.

Впереди послышался шум. Пешеходы на тротуарах и транспорт на проезжей части старались как можно дальше держаться от источника шума. Повозка подъехала ближе, и друзья увидели, как два огромных волосатых субъекта усиленно работают руками.

— Это охранники из большого замка, — сказал Рин.

— Да, — согласился Анд. — Их ни с кем не спутаешь. Что они там делают?

— Месят что-то.

Раздался истошный вопль. Между ног одного из гигантов выкатился шар облепленный перьями. У шара выросли ноги и длинная шея. На шее оказалась голова Краха. Похоже, что эта голова плохо соображала, зато ноги знали своё дело. Они дернулись и побежали. Гигант схватил скамейку, стоявшую рядом и бросил её в Краха. Скамейка зацепила беглеца, и Крах опять превратился в пернатый шар. Гиганты не спеша направились к своей добыче. Анд выпрыгнул из повозки и побежал. Он остановился между Крахом и гигантами. Выхватив пистолет из кобуры, он громко сказал:

— Это мой друг! Только двиньтесь с места, я понаделаю дыр в ваших шкурах!

Анд взвел курок. На волосатых это не произвело никакого впечатления они продолжали приближаться. Анд выстрелил. Первый гигант почесал место, куда попала пуля, зарычал, но не остановился. Анд выстрелил ещё раз. С тем же эффектом. Тогда Анд сорвал с ремня гранату и бросил. Гигант поймал гранату и остановился. Он удивленно загудел, когда попробовал её на зуб. Сзади подошёл второй монстр и попытался отнять гранату. В это момент она взорвалась. Гиганты повалились на спины.

Крах поднялся на ноги, но стоял неуверенно. Его ноги дрожали.

— Как ты, Крах? — спросил Анд.

— Мы знакомы? — прохрипел Крах.

— Это я, Анд.

— Чем докажешь? — глаза птицы перестали косить и теперь выглядели более осмысленными.

— Это Рин, он идёт сюда, — Анд показал рукой. — С нами был ещё Гы. Он попал в беду. Поэтому мы здесь. Нам нужна помощь. — Анд помолчал. — Элил погибла. — Анд опустил глаза.

— Элил жаль. Но всё это общие сведения. О них мог знать кто угодно.

— О целой куче металлических дисков, которые Элил отдала тебе, тоже мог знать, кто угодно? — спросил подошедший Рин.

— Теперь верю, — сказал Крах. — Узнаю деловую хватку Рина. — Я рад, что вы это вы. Но как видите у меня неприятности. Поэтому давайте поскорее уйдём отсюда. Поговорим в более подходящем месте. Кстати, по пути я хочу вам устроить ещё одну проверку. Сейчас мы зайдём в ресторан, где обедали прошлый раз и Рин закажет те же самые блюда.

— Крах! Ты что все потратил!? — удивился Рин.

— Ну почему потратил. Я вложил металл в одно дело и теперь жду прибыль, — уклончиво ответил Крах. — Пойдёмте быстрее, кажется, громилы приходят в себя.

Монстры действительно шевелились. Один из них встал на четвереньки и мотал головой.

— Это не возможно, — сказал Анд.

Краха обзавёлся новой коляской. От старой она отличалась полотняным навесом. Крах взял шесты в лапы и вышел на проезжую часть. Он всё ещё хромал и шёл не очень быстро.

— А кто ваша спутница? — спросил Крах.

— Это Тесси, — сказал Анд. — Она как Элил.

— Это я понял. Советую ей надеть капюшон, она привлекает внимание. Здесь ещё не забыли ваш прошлый визит.

Днём движение на улицах было не большое. До ресторанчика добрались быстро. Крах как обычно просунул голову на веранду. Синты и Тесси сели на стулья. Рин сделал заказ. Одной гильзы оказалось достаточно, чтобы оплатить роскошный обед и две корзины фруктов. Естественно в заказе присутствовали мясные блюда. Когда голод немного утолили Анд начал рассказывать.

— Понятно, — сказал Крах, когда Анд замолчал. — Значит, вам нужно найти уровень, на котором на вас напали крабы. Вы говорите, что он слабо заселён и находится далеко от края. Не простая задача. Для поиска нужной платформы придётся обследовать все уровни ниже этого. Выше, платформы очень плотно заселены. Нам придётся летать от платформы к платформе пока не найдём нужную.

— А если обратиться к птицам, — сказал Анд. — Пусть они покажут платформу, где садился «Консул».

— Они не скажут, — ответил Крах. — Вороны славятся своим кодексом чести. Поэтому им доверяют. Так вот, этот кодекс запрещает им разглашать сведения, о тех услугах, которые они предоставили.

— В таком случае нам нужно как можно быстрее отправляться в путь, — сказал Анд.

— Полностью с тобой согласен, — отзывался Крах. — Чем скорее мы начнем, тем быстрее найдём. К тому же мне нужно как можно быстрее покинуть эту платформу. На некаторе время. Пока меня здесь слегка не подзабудут.

Друзья заняли места в коляске. Крах тронулся в путь. Он несколько раз сворачивал, чтобы выбирать обходные маршруты. По городу сновали мохнатые громилы и тщательно осматривали гужевые повозки. Крах не пожелал ничего рассказывать о конфликте, он настойчиво избегал встречи с монстрами. Они проезжали мимо магазина с большой витриной. В магазине продавались трости. Синты лишь мельком бросили взгляд на пестроё многообразие. Но в лице Тесси товар обрёл истинного ценителя. Тесси пристально смотрела на витрину, а когда коляска проехала мимо она чуть не свернула себе шею, осматривая товар.

— Крах! Добрая птица остановись, пожалуйста, — крикнула Тесси.

— Ты чего орёшь на всю улицу! — прошипел Крах. — Меня же ищут. И не называй меня добрым! Что тебе в голову взбрело! Мне жить в этом городе! Здесь добрый — значит слабый! Странная она какая-то, — это уже синтам.

— Прости Крах, — виновато сказала Тесси. — У нас в порядке вещей использовать в обращении к мало знакомым людям слово «добрый».

Крах огляделся по сторонам. Немного успокоился и спросил:

— Ну ладно. Зачем ты меня остановила?

— Я увидела эти штуки за стеклом. Палки, а на них крупные полупрозрачные камни. Мне нужна такая вещь, — Тесси в упор посмотрела на Рина. — Мне нужен жезл.

— За это придется заплатить, — сказал Рин. — Эти карлоны страшные скряги, они потребуют за эту безделушку металл.

— Ладно тебе Рин, — вступился за Тесси Анд. — Мы можем себе это позволить. Нам это ничего не стоит.

— Ну хорошо, хорошо. Пойдёмте. Только Анд, спрячь пистолет и эти свои взрывающиеся штуки. Мне придётся торговаться, а ты столько металла выставляешь напоказ. Они подумают, что мы сказочно богаты.

Анд плотно застегнул куртку, и они вошли в магазин. Стены, обитые чёрной тканью, от пола до потолка были увешаны тростями. Всех видов, цветов и размеров. К посетителям тут же подошел синт.

— Чего изволите?

— Мне нужна трость с голубым или синим набалдашником, — сказала Тесси, опередив Рина.

Синт удивленно посмотрел на Тесси и спросил:

— Мадам нужна трость?

— Ты слышал, — грубо сказал Анд. — И поспеши. Мы торопимся.

Синт коротко поклонился и убежал, скрывшись в неприметной двери. Синт вернулся с целой охапкой тростей. За ним появился ещё один. Он нёс небольшой раскладной столик. Трости аккуратно разложили на столике, и Тесси приступила к осмотру. Её внимание привлекла угольно — чёрная трость с синим набалдашником. Тесси бросила взгляд на остальные, но лишь за тем, чтобы убедиться, что они хуже.

— Мне нравится эта, — сказала Тесси. Она царапнула трость примерно посередине длины. — Обрежьте её здесь.

— Мадам хочет, чтобы мы распилили трость? — удивился синт.

— Да, я хочу, чтобы вы её распилили, — подтвердила Тесси.

— Мы сделаем все, что вы захотите. Но сначала хотелось бы знать, как вы будите расплачиваться.

— За трость я дам вот это, — Рин достал одну гильзу и протянул её синту.

Появился ещё один синт. Он принёс столик поменьше и табуретку. Он царапал гильзу напильниками, взвешивал её. Затем что-то шепнул первому синту. Тот, повернувшись к друзьям, сказал:

— К сожалению этого недостаточно. Нужно ещё как минимум два таких изделия. Кстати что это?

— Много будешь знать, хвост отвалится, — проворчал Рин и достал ещё две гильзы.

Через несколько минут синты принесли укороченную трость и с поклоном вручили её Тесси. Она тут же спрятала жезл под куртку, как будто боялась, что покупку отберут.

Друзья вышли из магазина. Перед самым входом стояли мохнатые монстры. Из-под густого меха были видны только маленькие злобные глазки. Один из них с шумом потянул воздух носом и пристально осмотрел всех троих. Затем что-то рыкнул и ушёл. Второй ещё минуту смотрел на друзей, а затем поспешил за напарником. Рин облегчённо вздохнул. В кроне ближайшего дерева послышался шум. Оттуда посыпались ветки и листья. Вслед за ними по стволу съехал Крах. Птица коснулась земли, но её лапы по-прежнему крепко обнимали ствол.

— Крах ты умеешь лазать по деревьям, — удивился Анд.

— Оказывается, умею.

Крах отпустил ствол дерева. Он нырнул в переулок между магазином и другим зданием. Выкатил оттуда коляску. Отряхнул её от мусора и сказал:

— Давайте быстрее убираться отсюда! И больше ни каких остановок! — крикнул Крах. — Иначе у меня будут большие проблемы.

К вечеру беглецы покинули пределы города. Крах остановился. Петляя по городу, он сильно устал и сейчас тяжело дышал. Анд отошёл немного в сторону и активировал компактификатор. Когда свечение погасло, Анд сказал:

— Прошу на борт.

— Уплотнитель материи, — сказал Крах. — Откуда у вас это штука. Это же технология моллюсков.

— Ну могут у нас быть свои секреты, — ответил Анд.

Крах закатил коляску через кормовой люк. Сам он не смог зайти. Высота потолка не позволяла ему сделать это. Он запрыгнул на палубу через борт и разместился в рубке.

«Элил» носилась по уровням два дня, но поиски не приносили результатов. Одни платформы удавалось тщательно обследовать. На другие успевали бросить только взгляд, как приходилось спасаться бегством от рассерженных хозяев. Несколько раз Анду приходилось стрелять из пулемёта. Он не старался в кого-то попасть, просто отпугивал. На третий день друзьям повезло. Они нашли то, что искали. Это была та платформа, куда вороны привели «Консул». Даже сосед по стоянке оказался на месте. Хаотичное нагроможденье деревянных конструкций со свисающими рваными полотнами материи.

— Это точно здесь, — сказал Анд. — После залпа «Консул» взлетел и направился к выходу из Пирамиды.

Рин согласно кивнул и поднял судно к верхней платформе. Они двигались не спеша, в десятке метров под мерцающей бледным светом подошвой платформы. Рин в последний момент нырнул вниз. На фоне светящегося камня решетчатые фермы диска были практически незаметны. Диск висел, прилипнув к платформе. Рин сделал круг и приблизился к диску с торца. Он аккуратно посадил «Элил» на верхнюю плоскость диска. Крах первым перемахнул через борт, ловко шагая по деревянным брускам, он направился к центру. Анд вышел через люк в борту и осторожно пошёл за Крахом.

— Нет! Я туда не пойду! — сказал Рин. — Это опасно.

Анд посмотрел вниз и согласился с Рином. Расстояние между деревянными брусками было довольно велико. Синт легко мог пролететь между ними. Нижняя платформа находилась далеко внизу, у Анда закружилась голова.

— Не смотри на платформу. Фокусируй взгляд на брусьях и всё будет нормально, — сказал Анд.

— Нет! Ни за что!

— Рин, ты же обезьяна.

— Нет, я сказал!

Анд пожал плечами и пошёл дальше. В Центре диска, фермы образовывали возвышение. Крах протиснулся сквозь фермы внутрь. Перекрытий у возвышенности не было. Крах и Анд оказались внутри довольно обширного пространства по окружности обнесённого невысокой стеной. В одном месте отсутствовало нескольких ферм. Очевидно, проём предназначался для обзора. Перед проёмом торчало несколько рычагов. Крах подошёл к ним и сбил с одного из рычагов чёрную клешню та, громыхая, полетела вниз. Крах осторожно потянул рычаг на себя и диск немного опустился.

— Стандартная схема, — сказал Крах, — скажи Рину, пусть он перегонит «Элил» сюда.

Расстояния между платформой и диском теперь было достаточно, Рин легко проделал манёвр. Он посадил «Элил» в центре огороженного пространства, но ходить по фермам по-прежнему отказывался. Анду пришлось открутить кормовой и бортовые люки. Он уложил их перед рычагами. Таким образом, получилась площадка. Только тогда Рин согласился выйти.

Рин немного подвигал рычаги и понял, что справится с управлением. Он направил диск к выходу из Пирамиды.

— Мне очень нравится управлять воздушными судами, — сказал Рин. — Это так здорово. Механизмы ведут себя как живые. Тронул рычаг и судно откликается! — Рин продемонстрировал и диск качнулся.

— На мой взгляд, всё происходит слишком медленно, — сказал Анд. — У меня дома есть мотоцикл. Эта такая железная повозка, на двух колёсах. Вот ей управлять интересно. Рёв мотора. Динамика такая, что глаза на лоб лезут! А скорость, а в сто раз больше, чем у этих летающих сараев!

— А что за двигатель на твоем мотоцикле? — поинтересовался Крах.

— Двигатель внутреннего сгорания. В цилиндрах сгорает топливо. При сгорании оно расширяется и толкает поршень. Поступательное движение поршня преобразуется во вращательное, и с помощью трансмиссии мотоцикл едет.

— Ты хочешь сказать, что в двигателе постоянно происходят взрывы!

— Ну да. А что здесь такого?

— Но это же опасно! Двигатель может разрушиться!

— Если соблюдать несложные правила с двигателем ни чего не случится.

— На мой взгляд, летающие сараи лучше, — сказал Крах. — Летишь себе спокойно, осматриваешь окрестности. Ничего не взрывается.

Анд пожал плечами, на этом разговор закончился. Когда диск пролетел между последними платформами и оказался снаружи Пирамиды Крах сказал:

— Рин, останови диск. Здесь мы с вами простимся. Я благодарен вам за помощь. И рад если сам смог помочь. Я буду вас вспоминать. Вы тоже не забывайте меня.

— Куда ты теперь? — спросил Рин.

— Отсижусь на одном из уровней. Потом вернусь назад. У меня на платформе карлонов много неоплаченных долгов, — глаза Краха зло сверкнули.

Рядом с «Элил» опустилось гнездо. Над бортом показались две вороньи головы и вопросительно уставились на друзей.

— Как они здесь оказались? — удивился Рин.

— Это я их позвал, — ответил Крах.

— Но как?

— Очень просто. Нужно только представить себе ворону и удерживать её образ в сознании какое-то время. Они поймут, что требуются их услуги и обязательно отзовутся. Кстати Рин, ты не заплатишь за меня.

Рин кивнул. Достал из кармана гильзу и бросил воронам. Гильзу поймали, поцарапали и приняли в качестве оплаты. Крах привязал свою коляску к борту гнезда. Прощально взмахнул крылом и запрыгнул внутрь гнезда.

«Элил» уже несколько часов летела прочь от Пирамиды, а она всё ещё закрывала собой полнеба. Тесси вздрогнула всем телом и сказала:

— Я чувствую приближение опасности. Нас что-то догоняет. — Тесси и Анд вышли из рубки. — Это там. — Тесси показала рукой за корму, но на сером фоне Пирамиды ничего не было видно.

— Рин измени курс! — Крикнул Анд.

Рин повернул немного вправо. Через какое-то время Тесси воскликнула:

— Смотрите! Это такой же диск, как и тот, на котором мы летим!

Анд посмотрел на приближающееся размытое пятно. На фоне синего неба диск хорошо просматривался. Преследователь медленно, но верно приближался.

— Если крабы доберутся до нас, нам конец, — сказал Анд.

— На борту нет никакого оружия? — спросила Тесси.

— Ничего такого, что могло бы остановить диск, — ответил Анд.

— Мы могли бы использовать ракеты ящеров! — отозвался Рин из рубки.

— И кто ими будет управлять!? — зло ответил Анд.

— Что такое ракета? — спросила Тесси.

Анд коротко описал Тесси, что собой представляет ракета. Они зашли в трюм, и Тесси задала Анду множество вопросов. Затем она немного помолчала и сказала:

— Я попробую, но ничего не обещаю. Эгрегор слишком слаб.

Анд вытащил одну ракету на палубу и положил её носом к преследователю. Тесси достала из-за пояса жезл, она вытянула его перед собой. Перед ней появился полупрозрачный джин размером не больше среднего арбуза. Секунду джин смотрел в глаза Тесси. Затем что-то буркнул и в одно мгновенье увеличился в размере. Существо оседлало ракету. Его роста хватило как раз на то, чтобы ноги доставали до педалей, а руки до штурвала. Правда, силуэт существа мерцал, а иногда и вовсе становился невидимым. Тесси кивнула Анду, и тот поджёг короткий шнур в хвостовой части ракеты. Выплюнув столб пламени, ракета рванула вперёд.

Тесси и Анд с тревогой наблюдали за тем, как дымный след стремится навстречу диску. Вот они соприкоснулись, и в верхней части диска расцвёл огненный цветок. На таком расстоянии подробностей было не разглядеть, но диск больше не преследовал «Элил». Потеряв скорость, он остался висеть на месте. Вскоре он скрылся из вида.

28

Анд и Рин уже неделю сидели без дела. Тесси оставила свой жезл и ушла в сторону защитного поля. Рин посадил диск на берегу мелкого водоёма. Примерно в том месте, где они высадились в первый раз. Они перетащили на землю фрукты и волокна для подстилок. Анд активировал компактификатор. Сияние с легкостью поглотило и «Элил» и диск. По ночам защитное поле было хорошо видно. Мерцающим холмом оно возвышалось над окрестностями. Днём к водоёму часто подъезжали шестиколёсные повозки элтов. Они набирали воду в ёмкости, сделанные из сушеных тыкв, и уезжали. В таких случаях друзья скрывались в густом подлеске. В подлесок элты не углублялись. Они выставляли посты не дальше чем в десяти метрах от повозки и с напряжением всматривались в заросли. Когда ёмкости наполнялись, элты с облегчением покидали опасный район.

Друзья сидели на берегу водоёма и любовались танцем светящихся сфер. Полыхая разноцветными огнями, над поверхностью воды кружились радужные шары. Иногда они гонялись друг за другом, иногда выстраивались в круг и кружились в хороводе. В первую ночь к друзьям подлетела одна из сфер, немного повисела над их головами и удалилась. Больше, сферы не проявили внимания к синтам.

— Интересно, они разумные? — спроси Анд.

— Думаю да, — ответил Рин.

— В таком случае, это очень странные существа.

— Ты бы мне тоже показался странным. Без шерсти, без хвоста. На двухколёсной повозке, которая всё время взрывается и несётся с бешеной скоростью.

Анд расхохотался. А когда восстановил дыхание, сказал:

— Интересно, чтобы ты сказал о Гы, если бы увидел его таким, каким он был до Призыва.

— Да, бедный Гы. Что с ним сейчас происходит. Прошло столько времени как мы пытаемся спасти его. Я искренне надеюсь, что он жив. Я часто вспоминаю его глаза, когда он просил нас не бросать его. Помнишь, когда мы сбежали с «Пожирателя»?

Анд не успел ответить, пред его лицом появилась голубая искра. Она противно пищала и норовила попасть в глаза. Анд отмахнулся, но искра уклонилась и осталась висеть на прежнем месте. Анд хотел повторить попытку, но Рин удержал его. Друзья замерли и сквозь писк услышали слова: «Мы близко, готовьте диск. Мы близко, готовьте диск». Друзья вскочили и побежали в сторону пустыни. Чтобы активировать компактификатор, требовалось свободное место.

Свечение компактификатора погасло, на его месте появился диск. Снизу «Элил» была не видна из-за бортов возвышенности.

— Что это? — спросил Рин. Он обернулся на шум, который доносился от защитного поля.

— Не знаю. Но нам лучше подняться в рубку.

Друзьям потребовалось время, чтобы добраться до рубки сквозь хитросплетение ферм. Когда они посмотрели в проём, то увидели колонну шестиколёсных повозок.

— Похоже, план Тесси провалился, — сказал Анд. — Нам нужно улетать. Если мы попадём в руки элтов, то для нас это может плохо кончиться.

Рин согласно кивнул и протянул руки к рычагам. Диск легко оторвался от земли и быстро набрал высоту.

— Смотри, там что-то происходит, — сказал Анд.

На передней повозке зажгли шарообразный светильник. В его свете стояла Тесси и махала рукой.

— Ни чего не понимаю, — сказал Анд. — Спуститесь ниже, может, удастся с ней поговорить.

Рин опустил диск немного ниже, и друзья услышали голос Тесси:

— Это я! Со мной только свои! Быстрее спускайтесь! За нами погоня!

Рин подчинился. Диск тут же окружили повозки. Элты бросились к диску, они старались как можно быстрее добраться до рубки.

— Взлетай, — в рубку вбежала запыхавшаяся Тесси. — За нами погоня. Внутри защитное поле патрулируется. Нам пришлось идти через шлюз. Ни кто не ожидал, что шлюз будут штурмовать изнутри. Поэтому мы смогли пройти. Нам надо спешить. В шлюзе я нейтрализовала эгреготессу, зелёную. — Тесси опустила глаза. — То есть, я просто стукнула её по голове. Надеюсь, она пострадала не сильно. Но как только она придёт в себя у нас будут серьёзные проблемы.

Пока Тесси рассказывала, Рин поднял диск и набирал высоту. Рин старался держать максимальную скорость, но диск был перегружен, поэтому летел медленнее, чем раньше. Элты держались за бруски ферм и с опаской смотрели вниз. Детей разместили на «Элиил», там было относительно комфортно.

Анд и Рин сменяли друг друга у рычагов, и диск двигался безостановочно. Скудные съестные запасы «Элил» исчезли в первый же день. Второй день, все кроме детей голодали. На третий день, среди элтов начались обмороки. Лишь чудом никто не упал.

— Нам нужна пища, — сказала Тесси. — Иначе мы не доберёмся до деревьев. Элты которые ушли из городов и так жили впроголодь. А потом мы бежали. Многие не ели уже несколько дней.

— Мы всё время летим вокруг местности, которую Гы называл буферной зоной, — сказал Рин. — Эта местность покрыта хвощами. Это такие растения, которые имеют съедобную сердцевину. К тому же хвощи содержат много влаги. Когда мы были в рабстве у ящеров мы только этими хвощами и питались. Но при всех достоинствах хвощи практически безвкусные.

— Рин! Нам сейчас не до кулинарных изысков, — воскликнула Тесси.

Рин повернул диск под девяносто градусов от прежнего курса. Из-за перегрузки диск двигался медленнее. На то чтобы достичь зарослей хвощей потребовался весь остаток дня. Рин посадил диск рядом с хвощами. Со стороны казалось, что они растут сплошным монолитом. Анд коротко объяснил элтам, что нужно делать. Элты использовали камни и вскоре довольные возгласы послышались со всех сторон. Когда первый голод был утолён, элты развели костры, используя в качестве топлива кору хвощей. Поджаренная на огне мякоть хвощей показалась голодным элтам деликатесом. Синты не отставали от элтов и тоже поедали хвощи.

— Голод, лучший повар, — сказал Анд, прожевав.

— Очень мудро, — согласился Рин.

Когда элты насытились, то решили благоустроить диск. Наломали хвощей и уложили их на фермы. Таким образом, получилась ровная площадка. Элты получили возможность спать в относительном удобстве. Правда площадка получилась не достаточно обширной. Пока одни спали, другие по-прежнему проводили время в обнимку с брусьями. На следующий день пришлось снова остановиться, чтобы покушать. Хвощи не были особенно питательными. А брать с собой запас растений не позволяла перегруженность диска.

Хвощи не успели ни кому надоесть, на горизонте появились деревья. Первое встреченное дерево оказалось свободным. Несколько дней элты изучали дерево. Фрукты всем понравились. Больше никто не голодал, и элты хорошо отдохнули. Единственная проблема заключалась в том, что элитам было тесно на дереве. Но эту проблему они собирались решить по-своему.

Однажды утром к синтам подошла Тесси и сказал:

— Спасибо. Вы выполнили свою часть договора. Завтра утром я смогу выполнить свою. Сегодня у меня есть ещё одна просьба. Я хочу, чтобы вы взяли детей на борт «Элил» и некоторое время держались как можно дальше от дерева.

Синты сделали, как просила Тесси. Они загрузили детей на борт «Элил», отлетев от дерева на триста метров, зависли. Вскоре подул ветер. Над деревом появились облака и стали закручиваться в спираль. Облака уплотнились, вокруг заметно потемнело.

— Элты опять взялись за своё, — хмуро сказал Анд.

— Да, чтобы это не значило, — согласился Рин.

Дети вели себя спокойно, и не доставляли хлопот. Старшие присматривали за младшими. Друзья имели возможность наблюдать за тем, что происходило вокруг. Ветер усилился, облака превратилась в тучи. Рин отогнал судно дальше, ветром его сносило к дереву. Напряжение нарастало. Листья на дереве трепетали под порывами ветра, который резко менял направления. Шум листвы разносился на большое расстояние, он походил на шум морского прибоя. Вдруг, ветер прекратился, и тучи исчезли. Вновь засияло солнце.

— Похоже, всё, — сказал Анд.

Рин кивнул и направил судно к дереву. Он причалил у площадки с чёрными волокнами. Друзья прошли сквозь занавес и оказались внутри. Дети пошли вслед за друзьями. Послышался плач, но старшие дети быстро успокоили малышей. Дети забрались на верхние этажи дерева, чтобы малыши, не пугались. Повсюду лежали неподвижные тела. На ветвях, на балконах, на террасах. Мужчины и женщины лежали, взявшись за руки. Элты, как и всё вокруг, были присыпаны опавшими листьями. Казалось, что они умерли. Но вот, то тут, то там, элты начали двигаться. Пока только небольшие конвульсивные движения. Лишь ближе к вечеру элты поднялись на ноги и принялись за фрукты.

Элты жадно поглощали сочную мякоть и приходили в себя. Вскоре послышались разговоры, а потом и довольный смех. Очевидно, чем бы здесь не занимаюсь элты, они добились успеха.

— У нас всё хорошо, — сказала Тесси, широко улыбаясь. — Ещё одно одолжение и с завтрашнего дня я в вашем распоряжении.

В качестве одолжения, Тесси имела в виду, транспортные услуги. Элты под завязку набивались в «Элил» и Тесси указала направление. В нескольких минутах лёта росло очередное дерево. Элты высадились там и первым делом оборвали лианы, чтобы никто не мог забраться на дерево. «Элил» вернулась к первому дереву и взяла на борт новых пассажиров. Второе дерево так же оказалось не занятым. На третьем жило несколько десятков синтов. Тесси долго о чем-то говорила с ними. Ей удалось убедить синтов, чтобы они пустили элтов на дерево.

Четвёртое дерево занимали синты, их было много. Высадиться Тесси на дерево, они не разрешили. Переговоры проводились на земле, на равном расстоянии между деревом и «Элил». К Тесси вышло существо, в котором трудно было узнать синта. Его тело полностью покрывали рисунки. На голове громоздилось что-то бесформенное, из которого торчали рога. Тесси говорила не больше двух минут. Синт начал что-то выкрикивать, а затем угрожающе замахиваться палкой. Тесси вернулась на борт и велела подняться на безопасную высоту.

— Нам нужно это дерево, оно замыкает круг, вокруг центрального дерева. Сейчас у меня нет возможности быть справедливой, — виновато сказала Тесси.

Эгреготесса достала свой жезл. Перед ней тот час возник джин.

— Прогнои синтов с этого дерева, по возможности не причиняй им вреда.

Джин что-то пробубнил и метнулся к кроне. Оттуда донёсся истеричный вопль. Со всех сторон, из кроны спустились лианы. Синты сыпались на землю как горох. Вскоре элты заняли новое дерево.

«Элил» вернулась к центральному дереву. Элты, которые остались здесь, не теряли время даром. Каким-то образом им удалось разобрать диск на отдельные фермы. И теперь элты экспериментировали с ними. В воздухе летало множество странных конструкций. Но устойчивее всех были те, которые состояли из двух ферм с площадкой между ними. Тесси одобрительно посмотрела на фермы, обернувшись к друзьям, сказала:

— Предлагаю хорошо выспаться. Завтра мы отправляемся спасать вашего друга.

Рин бросил короткий взгляд на схему Гы, немного скорректировал курс и сказал:

— Скоро появится замок гурхов. А от него недалеко до острова, где живёт Голос.

Солнце поднялось уже высоко, оно прогрело воздух после ночи. Рин держал максимальную высоту, надеясь, таким образом, вовремя заметить опасность.

— Там что-то горит, — сказала Тесси, указав рукой в сторону чёрного столба дыма.

— Как раз там и должен находиться замок, — ответил Рин.

Тесси достала жезл. Полупрозрачное существо на этот раз было размером с кулак.

— Посмотри, что там. Опасайся ментальной атаки, — сказала Тесси.

Джин презрительно хмыкнул и бросился выполнять задание. Прошло не больше десяти минут. Джин вернулся, он что-то обиженно пробубнил, вытер нос кулаком и растворился в набалдашнике.

— Близко подойти не удалось, — пояснила Тесси. — Очень сильное ментальное поле. Эгрегор обнаружили и попытались установить контроль. Всё же кое-что он успел увидеть. Замок осаждён. Тем, кто в замке приходится тяжело. Осаждают в основном синты. Есть немного гуманоидов всех рас. Не гуманоидов совсем мало. Нападающие пришли с острова Голоса. В хвощах хорошо заметны следы.

— Что же нам делать? — спросил Рин.

— Думайте. Вы лучше знаете обстановку, — ответила Тесси.

— Здесь не о чем думать, — сказал Анд. — Нужно идти туда и всё разведать на месте.

— Но нас возьмут в плен, и мы снова станем рабами! — сказал Рин.

— Что с того. Если мы будем наблюдать издалека, мы ничего не узнаем о Гы. А он прямо сказал, что искать его надо на острове.

— Там идёт война! Мы можем погибнуть!

— То, что там идёт война, нам на пользу. В суматохе никто не будет присматриваться к нам. А погибнуть мы не сможем. В худшем случае каждый из нас окажется дома.

— Анд прав, — сказала Тесси. — Другого пути нет. Я не могу послать эгрегор. Он будет уничтожать всех, и ваш друг может погибнуть.

Рин молчал, опустив глаза вниз. Затем посмотрел на Анда и сказал:

— Я понимаю, но мне страшно! Я столько всего здесь пережил. А теперь опять рисковать! Терпеть боль! Унижения! — Рин замолк, а затем прошептал. — Боюсь я не готов.

— Рин, я тебя понимаю. Может, и в самом деле одному мне будет легче отыскать Гы. — Анд положил руку на плечо друга. Рин понурившись, ушёл на нос судна.

Анд спустился в трюм и выбрал там самый маленький нож. Вернулся в рубку и сказал Тесси:

— Садись прямо здесь. Это место ничем не хуже любого другого.

Тесси посадила судно, и хвощи сомкнулись над ним. Анд собирался спрыгнуть с палубы, но Тесси остановила его:

— Это тебе пригодится, — она достала жезл. От набалдашника отделилась голубая искра. Она ударила Анда в лоб и растворилась. — Когда я понадоблюсь тебе, мысленно произнеси: «позови Тесси». После этой фразы у тебя будет немного время, чтобы описать ситуацию. Эгрегор в точности передаст твои слова. Я немедленно прилечу на помощь.

— Спасибо, — Анд, отдал Тесси компактификатор и перемахнул через борт.

— Анд! Ещё одно. Когда почувствуешь, что твои мысли пытаются прочитать, сосредоточься на физических ощущениях. Жара, голод, подойдёт что угодно. Это поможет тебе. То, что ты захочешь спрятать, будет глубоко.

29

Анд махнул рукой и углубился в хвощи. Он шёл весь день. С заходом солнца он услышал впереди звуки. Пройдя ещё немного, он увидел проблески огня. Анд сел на землю и привязал нож к подошве ботинка. Нож наверняка будет создавать неудобства при ходьбе, но он наделся, что долго это не продлится. Анд встал, но получив удар в живот, согнулся и рухнул назад. Анд поднял глаза. На него было нацелено несколько копий.

— Вставай! Только без глупостей, иначе проткнём, — сказал синт в кепке с белой полоской.

Анд подчинился. Его обыскали, но нож не нашли. Затем его повели к кострам. Повсюду сновали синты. Одни сидели в засаде, охраняя подступы к лагерю. Другие рубили и таскали хвощи. Синты были одеты в обычные комбинезоны. В руках они держали копья, на поясе болтались дубинки. Анда втолкнули в шалаш, сделанный из хвощей. Внутри сидел синт, на его кепке белели две полоски, он глянул на Анда и спросил:

— Ты понимаешь это язык?

— Понимаю, — ответил Анд.

— Кто ты?

— Я человек.

Синт хрюкнул и более внимательно посмотрел на Анда. Затем продолжил допрос:

— Ты гуманоид? — Анд кивнул. — Самец? Хвост был? Пальцев сколько? Мясо жрёш? С электричеством знаком?

Вопросы летели как из пулемёта. Анд только успевал отвечать.

— Ладно. Отведите его к Боту.

— К Боту, — кепка с одной полоской была явно испугана.

— Последний приказ. Всех, кого задержали доставлять к Боту. Выполнять!

Анда толкнули и он пошёл. Шли через лагерь. Синты спали прямо на земле. Очевидно, им не позволялось сделать себе даже тонкие подстилки из корней хвощей. Вокруг лагеря горели костры и виднелись силуэты постовых. В центре лагеря стоял просторный навес, он возвышался над остальным лагерем. Конвой часто останавливался и называл пароль. Наконец они зашли под навес. Здесь лежала бесформенная масса. Казалось, что клубок канатов толщиной в руку, свалили под навес и забыли про него. В темноте было трудно понять какого он цвета. Масса шевелилась, казалось, что канаты ползают внутри клубка. Один канат отделился и вытянулся в сторону синтов. На его кончике выросла сфера с чёрной точкой. Точка двигалась в разных направлениях. Анд почувствовал, что его рассматривают. Затем он ощутил давление на свой мозг.

— Задержали в хвощах, — дрожащим голосом сказал старший синт.

Точка сфокусировалась на нём и синт задрожал. В ментальном поле раздался голос. Он звучал, так как будто несколько сотен людей говорили одновременно:

— Копейщик. Пятьсот двадцать восемь.

Отросток втянулся обратно, синты вздохнули с облегчением. По лагерю шли долго. Приходилось обходить большие прямоугольники, состоящие из спящих синтов.

— Пять — означает пятая тысяча. Два — вторая сотня. Восемь — восьмой десяток, — пояснил синт с одной полоской на фуражке, — советую тебе это запомнить. Большинство синтов здесь незагруженные. А те, что загружены, загружены полными идиотами. Бот ценит интеллект. Я здесь всего неделю, а уже командую десятком.

«Значит, чтобы ни привлекать внимания, нужно молчать. Спасибо за ценные сведения» — подумал Анд. Они добрались до нужного места. Анда передали другому синту, с одной полоской на кепке. Он подвёл Анда к группе синтов, ни чем не отличавшейся от других. Анд лёг вместе со всеми. Он не стал чураться способа, который не загруженные синты выбирают для сна. И стал дощечкой в живом паркете. Прежде чем уснуть Анд отвязал нож и переложил его в нагрудный карман комбинезона.

Анд проснулся от толчка, который произошёл в ментальном поле. Он хотел потянуться и осмотреться вокруг. Но это было невозможно. Неведомая сила заставляла Анда двигаться вперёд. Подчиняясь, он встал в длинную очередь. Боковым зрением Анд видел, что весь лагерь проснулся и стоит в таких же очередях. Очереди монотонно двигались в одном направлении. Синты проходили мимо кучи хвощей очищенных от корней. Анду вручили три белых стебля, длиной в локоть. Он хотел присесть и позавтракать, но сила толкала его дальше. Анд решил подчиниться, чтобы не привлекать к себе внимание. Он съел стебли на ходу. Следуя за другими, он получил длинный шест. Это был тот же хвощ, но очищенный от веток, и судя по подпалинам, закаленный на огне.

Синты вышли на местность, где полностью отсутствовала растительность. Колонна Анда, подошла к цепочке синтов стоявших плечом к плечу. В место копий они держали большие щиты, сплетённые из тех же хвощей. Копейщики стали за спинами щитоносцев. Всё происходило в полной тишине и с механической тонностью. Анд почувствовал, что контроль над ним немного ослаб. Он украдкой огляделся. Впереди возвышался замок гурхов. В обе стороны от Анда тянулись ряды синтов. Сзади послышались шаги. Подошла ещё одна колонна синтов, с более длинными копьями. Третья шеренга только заняла своё место, а за ней уже строилась четвёртая. Её оружие были — камни. Синты остановились и сложили камни у ног. Сзади появлялись всё новые и новые шеренги, они так же были вооружены камнями. Какое-то время синты стояли без движения, в полной тишине.

Вдруг от замка отделилось множество точек. Они полетели в сторону шеренг. Вскоре точки увеличились в размере, стал слышен шум кожистых крыльев. Птеродактили издали рёв и увеличили скорость. Не долетев сотни метров до синтов, они как будто натолкнулись на не видимую стену. Ящеры заметались в воздухе. Бросив камни, они полетели назад, но не все. Несколько десятков совершая судорожные движения, полетели в обратную сторону. В этот момент Анд почувствовал, что давление на мозг совсем исчезло. Очевидно, другие синты чувствовали то же самое. В строю началось движение. Синты оглядывались кругом, переминались с ноги на ногу. Послабление длилось не долго. Волна напряжения прокатилась по шеренгам и синты замерли как статуи.

Впереди показалась, тёмна полоска. От неё вверх поднимались тучи пыли. Прямо на шеренги синтов трусили ящеры. Впереди бежали самые рослые, их выделяла более тёмная окраска. Меньшие ростом и светлее окрасом, бежали сзади. Ящеры были гораздо крупнее синтов и почти все они имели металлическое оружие. Вернулись их крылатые собратья. Им навстречу бросились их сородичи, которых теперь контролировал Бот. В небе завязалась яростная схватка. Подконтрольных Боту существ было гораздо меньше. И поэтому их ряды быстро таяли. Казалось, что они сейчас будут уничтожены. Но в пылу битвы ящеры перестали понимать, где враг, а где друг. Вскоре они стали нападать на всех, кто способен держаться в воздухе. Обезумевшие птеродактили рвали друг друга на куски. На синтов посыпались кровавые ошмётки.

Тем временем, пешие ящеры приближались. Бот не смог их остановить. Очевидно, его силы не хватало вести воздушное сражение и контролировать тех, кто на земле. А может, взрослые ящеры были не восприимчивы к ментальному нападению. Ящеры издали грозный рык и увеличили скорость. Рука Анда двигалась сама по себе. Она подняла копьё и положила его на плечо щитоносца. В тоже мгновенье Анд почувствовал, что на его плечо опустилось другое копьё. Ящеры приближались, их глаза сверкали. В это время, синты стоявшие позади копейщиков, подняли камни и бросили их в ящеров. Сами по себе камни не приносили сколько-нибудь ощутимого урона. Но свою роль сыграло количество камней. Камни летели сплошным потоком. Они попадали в щиты, шлемы, доспехи. Всерьёз ранить они не могли. Но толкнуть или сбить с ритма им удавалось. Темп наступления резко уменьшился. Некоторые гурхи падали на землю. Об них спотыкались другие. В нескольких местах образовались кучи из упавших воинов. В результате ящерам не удалось наброситься на синтов с наскока.

Опасаясь напороться на длинные копья, ящеры подныривали под них, или пытались отвести от себя оружием. В этот момент, копейщики второй шеренги, кололи ящеров.

Перед Андом вырос гигант почти чёрного цвета. В одной лапе он держал круглый щит, в другой огромный топор. Ящер взмахнул топором, собираясь одним ударом сломать несколько копий. В этот момент рука Анда дернулась, и копьё вонзилось в то место, где лапа соединялась с туловищем. Кожа в этом месте оказалась мягкой, копьё погрузилось глубоко в плоть, и обломилось. Гигант замер, глаза его потухли, и он рухнул на землю. По инерции он пролетел вперёд, сбив несколько щитоносцев с ног. В образовавшийся пролом хлынули менее рослые ящеры. Но тут сзади подоспел другой отряд. Синты были вооружены деревянными дубинками. Они ловко орудовали ими. И вскоре те ящеры, что не успели отступить лежали без движения. «Значит, спецназ здесь вооружают деревянными дубинками» — подумал Анд. Строй восстановили. Павших щитников и копейщиков заменили другие.

Погибших с обеих сторон было много. Синты уносили тела назад. Они мешали сражаться. Ящеры не стали забирать своих мёртвых. Даже раненым они не стали помогать. Отряды синтов с дубинками быстро расправились с ними. Ящеры отошли на безопасное расстояние, тяжело дыша, и злобно сверкая глазами, они смотрели на стройные ряды синтов. «Фарха не позволит им отступить. Как только они перегруппируются, снова атакуют» — подумал Анд.

Синты тоже отдыхали. Как только дыхание восстановилось, по шеренгам прокатилась новая волна напряжения. Синты двигались, совершая чёткие, механические движения. Анд чувствовал себя маленькой шестерёнкой в сложном механизме. Воля, которая управляла этим механизмом, перестраивала шеренги. Анд обнаружил, что стоит внутри новой конфигурации. Длинные шеренги распались и превратились в прямоугольники. Перестроение закончилось. Прямоугольники двинулись вперёд. Подойдя к ящерам, первые два ряда синтов подняли щиты. Первый ряд вертикально, второй чуть под углом. Копейщики ощетинились копьями. Бот двигал отряды как фигуры по шахматной доске. Отрядам, построенными четырёхугольниками удалось разделить ящеров на небольшие группы и окружить их. Ящеры больше не нападали. Теперь они защищались. У них едва хватало на это сил. Они стояли спина к спине. По-прежнему сверкая глазами и угрожающе рыча. Но теперь у них не всегда хватало сил, чтобы поднять оружие и отразить удар.

Вдруг, воля, толкавшая синтов на истребление, ослабла. Затем появилась, но теперь она требовала другого. Она требовала отступления. Быстрого, но организованного. Синты развернулись и, не покидая строя, побежали. Давление ослабло, Анд взглянул налево. Там появилась громада «Пожирателя». Судно было ещё далеко, но с него летели камни и стрелы.

Синты отступали. Они пробежали мимо метательных машин, вокруг которых сновали ящеры. Те самые, с которыми воевали горилоиды. Их размеры позволяли им легко справляться с механизмом натяжения и укладывать в корзины метателей крупные камни. Синты остановились за метателями и развернулись лицом к врагу. «Пожиратель» закрыл своим корпусом потрепанную армию, ящеры стали грузиться на борт.

За событиями дня Анд не заметил, как солнце коснулось горизонта. Прямоугольники перестроились в шеренги и двинулись вглубь зарослей хвощей. Синты сложили копья. Получили по три очищенных от корки стебля. После скудного ужина синты улеглись в паркет на мягких корнях.

Толчок и Анд поднялся на ноги. Начался второй день войны. Снова стебли, снова копья. И вот Анд уже в строю. Солнце встало, но видимость не улучшалось. Всё вокруг застилал густой дым. Ящеры перед катапультами зашумели. По утрам они плохо себя чувствовали. Утро выдалось прохладным, и ящеры двигались медленно. Наверное, поэтому они были так раздражены. Они часто толкали друг друга и щелкали друг на друга зубами. Но вот контроль над ними усилия и раздоры прекратились. Они взвели механизмы катапульт. Но в кого стрелять? Кругом сплошной дым.

Справа послушался треск дерева и испуганные вопли ящеров. Из пелены дыма показался нос «Пожирателя». Он превратил в щепки одну катапульту и, не замедлив движения, направился к другой. Волна нервного напряжения прокатилась по отряду, в котором находился Анд. Отряд перестроился в две шеренги. Между шеренг появился Бот. Существо вырастило себе две гибкие ноги, и теперь передвигалось между рядами. Над ногами возвышался шар из приплетённых канатов. Из шара вытягивался канат и касался головы синта. Канат тут же обрывался, обрывок обматывался вокруг головы синта. Анда охватила паника. Но чужая воля быстро сделала его спокойным.

Первые мгновенья Анд ничего не видел. Затем стали появляться очертания противоположной шеренги. Зрение вернулось. Анд понял, что усилием воли может менять диапазон зрительного восприятия. Он мог видеть как обычно, а мог переключаться в инфракрасный диапазон. Если обычному зрению мешал дым, то в инфракрасном диапазоне видимость была почти идеальной. Анд видел противоположную шеренгу. Он не сразу понял, что существа в ней синты. Головы стали непропорционально большими. Теперь они имели коническую форму, с небольшим уклоном назад. На лицевой стороне складки образовывали два углубления. В инфракрасном диапазоне конусы стали светиться. От них, вглубь тел синтов, поползли светящиеся ручейки. «Эта тварь ползет внутрь меня» ужаснулся Анд. Но паника опять быстро прошла.

В сознании Анда появилось изображение «Пожирателя», полупрозрачное, как компьютерная модель. На ней было видно всё: палубы, переходы, трюмы. Анд запомнил схему. Синты положили оружие на землю и бросились к «Пожирателю». Теперь воля не появлялась извне. Теперь она звучала прямо в голове Анда. Голос её звучал мягко, но настойчивым, вскоре Анду показалось, что он сам руководит своими действиями.

Кроме зрения улучшились и физические возможности. Синты стали быстрее и сильнее. Анд подбежал к огромному колесу. Пригнулся к самой земле и прыгнул. Ступица находилась на высоте около четырёх метров, но он легко допрыгнул до неё. Анд снова прыгнул, оттолкнувшись рукой от верхнего обода колеса, он оказался на палубе. Анд хотел удивиться, но не успел. Сознание вновь стало холодным и спокойным.

Анд двинулся по палубе. Прямо перед ним стоял огромный гурх. Он покачивался на коротких ногах и водил мордой из стороны в сторону. «Он же ни чего не видит» — подумал Анд. Он подошёл к ящеру и вырвал из его лап топор. Одним движением вонзил топор в голову ящеру и пошёл дальше. Вокруг него, в тумане, двигались стремительные тени. Синтам казалось, что они воюют с манекенами, настолько новые возможности превосходили возможности ящеров. Казалось, мимо ящера промелькнула тень, а он уже лежит без дыхания.

Анд спустился по лестнице вниз. Здесь царил полумрак, было пустынно. Анд прошёл мимо помещения, где синты очищали хвощи от корки. Они не обратили на шум битвы, никакого внимания. Кто бы ни владел «Пожирателем», он захочет, чтобы судно двигалось. Значит, ему нужны синты. Значит, нужны будут хвощи. Чувство опасности заставило Анда обернуться и посмотреть вверх. Сверху на него летел ящер. Анд ударил его в живот и сделал шаг в сторону. Ящер растянулся на полу. Он был тёмной окраски, но маленького роста. «А старый знакомый» — подумал Анд. Анд взял ящера за шею и подтащил к очагу. С краю он увидел раскаленный диск, прикреплённый к рукоятке. «Значит, готовился к поступлению новых рабов» — подумал Анд. «На этот раз добычей станет «Пожиратель»». Плоть зашипела, и ящер безвольно обмяк. «Ни какого удовлетворения. Эта штука лишила меня всех эмоций». Анд посмотрел на синтов, те склонили головы и вернулись к работе.

«Сбор на верхней палубе» ментальный голос прозвучал с настойчивостью.

— Здесь ещё и связь есть! — удивился Анд про себя.

Анд стал искать выход. Он проходил мимо помещения, где отдыхали синты. Заметив движение, он остановился. Решётчатый люк в потолке был разломан. Под ним лежал синт, с вывернутыми под неестественными углами конечностями, очевидно, сломанными. К раненому подошли два гурха. Перекинувшись несколькими словами, они принялись за синта. Один держал, другой пытался оторвать конус от головы. Воля, подчинившая Анда, бросила его тело вперёд. Он выхватил из-за пояса ящера кривую саблю. Секунда и у рептилий не стало голов. Анд поднял полоску. Она шевельнулась и потянулась к его голове. Анд помог ей. Голова стала тяжелей. Анд пошатнулся, потеряв равновесие. Части Бота быстро приспособились к новым условиям. Они изменили свою форму. Анд увидел, как на его грудь спустились два отростка. «Так я могу ходить» — подумал Анд.

Анд поднялся на палубу. С гурхами было покончено. Тела убитых свалили в одну кучу. Металлическое оружие в другую. «Поднимись наверх. Будешь передавать остальным то, что я передам тебе» мысль пришла извне. Анд это почувствовал. Он подчинился и поднялся на конструкцию в центре палубы. На самом верху располагалась круглая площадка. В центре площадки торчал шест. К нему крепилось знамя. Жуткое переплетенье чёрных и зелёных узоров, от которых рябило в глазах. Анд сорвал его и швырнул в сторону. Ухватился за шест и стал наблюдать. Если через Анда и в самом деле передавались какие-то команды, то он этого не чувствовал.

Боты засуетились вокруг колёс, в которых сидели синты. Они пытались их заставить двигаться, но синты сидели и тупо смотрели на них. Наконец боты нашли плётки и стали усиленно ими махать. Послышались щёлчки и крики боли. Такой язык был понятен всем и синты приступили к работе. «Пожиратель» издал истошный скрип и двинулся с места. Вскоре, его тупой нос нацелился точно на ворота замка. Боты, используя металлическое оружие гурхов, соорудили на носу «Пожирателя» таран. Для этого они разобрали часть передней надстройки. Таран выступал вперёд на десять метров. Сверхъестественная сила и ловкость позволили ботам быстро справиться с работой.

Дым рассеялся, и видимость вокруг стала превосходной. «Пожиратель» двигался медленно, пешие войска легко двигались с ним рядом. С высоты были видны бесконечные четырёхугольники щитников и копейщиков. Сзади ящеры тащили свои метатели.

Замок приблизился. Стали видны зазоры между каменными глыбами. Крылатые ящеры летали по кругу над центром замка. Их было много, и каждый находился под контролем Бота. Анд каким-то образом чувствовал это. «Пожиратель» уткнулся тараном в ворота и продолжил медленное движение. Ворота затрещали. Колеса забуксовали на каменистой почве, но вот раздался треск, и ворота превратились в груду щепок.

Ситны бросились внутрь. Они пробегали под судном и врывались во двор замка. За синтами последовали боты.

— Займи самое высокое положение, — раздалось в мозгу Анда.

Анд оттолкнулся от площадки и прыгнул. Он зацепился за выступающий из стены камень. Стена замка сложенная из крупных плохо подогнанных глыб, позволяла легко по ней передвигаться. Анд всегда находил места, куда можно было бы поставить ногу или ухватиться рукой. Он добрался до верха стены и посмотрел вниз. Бойня продолжалась. Ящеры сопротивлялись отчаянно. Но шансов им не оставили. Бот перестроил синтов в отряды по десять воинов. В таких отрядах были щитники, копейщики и синты с дубинками. Один отряд легко уничтожался гурхом, вооруженным металлическим оружием. Но два или три отряда — это верная смерть для ящера. В ограниченном пространстве гурхи не могли биться в строю. И сражение представляло собой серию отдельных схваток.

По полю боя размытыми тенями носились боты. Казалось, что они даже не касаются гурхов. Но для ящеров такие тени были смертью. Тут и там они валились как подкошенные. Боты быстро поняли, что наверняка убить ящера можно лишь одним способом — обезглавить его. В пылу битвы гурхи не замечали потери отдельных конечностей. Встречались экземпляры, у которых отсутствовали передние лапы. Но ящеры продолжали бой, используя свои челюсти. Поэтому по двору каталось множество голов с оскаленными пастями.

Фарха заставляла бороться гурхов до конца. И конец наступил. Во дворе не осталось ни одного живого ящера. Боты бросились к цитадели. Они прорубили в двери дыру и скрылись в темноте. Когда Анд спустился со стены, гурхи были уничтожены как вид. Боты покончили с самками и молодняком.

Бот не дал передышки своему войску. Как только с гурхами покончили «Пожиратель» развернули и стали готовить к путешествию. Металлическое оружие собрали в подвале цитадели. Из всех богатств замка только Чёрный Судья был взят в качестве трофея. Тела гурхов так же погрузили на «Пожиратель».

Когда с трофеями разобрались, в крепости появился Бот. Крылатые ящеры окружили его со всех сторон. Неуклюже переваливаясь на кривых ногах, ящеры по одному подходили к Боту. Он касался их голов тонким отростком, который тут же отделялся от Бота. Отросток обматывался вокруг шеи и менял цвет. Через какое-то время ничего не было заметно.

«Пожиратель» скрипнул и тронулся в путь. За время пути тела гурхов были освежёваны и сложены в трюм. В целом путешествие проходило спокойно. Синты трудились, приводя в движение судно и обеспечивая себя едой. Боты руководили синтами. Но от верёвок и плетей отказались. Сбежать и так никто не пытался. Колёса вращали не по двенадцать часов, а по три. Благо синтов имелось в достаточном количестве. Такой график позволил «Пожирателю» двигаться гораздо быстрее. Утром третьего дня на горизонте появилась возвышенность. Она на самом деле казалась островом в море хвощей.

30

«Пожиратель» наехал передними колёсами на покатый склон острова и остановился. Взметнув пыль, трап ударился о землю. Началась разгрузка. Синты хватали то, что осталось от гурхов, и тащили к чёрной дыре в вертикальной стене острова. Боты шли за ними следом. По тёмному тоннелю синты вышли к площадке, которая обрывалась в водоём с прозрачной водой. Они швыряли тела гурхов в воду. Освободившись от кошмарного груза, синты отходили к стене. Из тоннеля вышел Бот. Переставляя гибкие отростки, он подошёл к краю площадки, его ноги растворились в общей бесформенной массе. Минуту чёрная масса лежала в неподвижности. Затем она начала дрожать. Клубок распался, и канаты поползи к водоёму. Они судорожно извивались, мешая друг другу. Но вот последний из них скрылся под водой, зеркало водоёма вновь стало безмятежным. На том месте, где минуту назад находился Бот лежал синт. Он был непривычно белого цвета. Синты, стоявшие у стены, подхватили его и куда-то утащили.

Сила, которая до этого вела Анда, толкнула его к воде. На этот раз сила действовала жёстко. Анд остановился у края. Его колени подогнулись, он склонил голову к самой воде. Живые ленты на его голове расплелись и скользнули в воду. Свет в глазах померк, Анд потерял сознание.

Голова болела. Просто раскалывалась на куски. Анд почувствовал, что его приподняли. Что-то влили в рот. Горячая жидкость потекла по горлу. Анд закашлял и открыл глаза. Вокруг висел полумрак. Перед ним на коленях стояли два синта.

— Ешь. Иначе сдохнешь, — сказал один из них.

Анд взял из рук синта глиняную миску. В мутной жидкости плавал кусочек мяса.

— Мясо? — удивился Анд.

— Мясо. Но лучше не спрашивай, откуда оно. Голос распорядился, чтобы вас хорошо кормили. Он сказал, что у вас есть опыт непосредственного взаимодействия с ним. Сказал, что вы ещё пригодитесь. Вода там, — синт указал рукой в сторону.

Синты двинулись дальше. Анд приподнялся на локте и посмотрел вокруг. Он находился в просторной пещере. В стене, рядом с которой лежал Анд, было несколько отверстий. Солнечные лучи пробивались, внутрь разгоняя темноту. В пещере стоял жёлтый полумрак. Пол устилали корни хвощей. На них лежали синты. Между теми, кто лежал, сновали синты с вёдрами и мисками. Как и Анда они пытались привести бывших ботов в чувство. Это не всегда удавалось. К выходу потянулась цепочка синтов с деревянными носилками.

Анд съел жёсткое мясо и запил бульоном. Только теперь он почувствовал страшную жажду. Он повернулся на бок и попытался встать. Оказалось, что он лежал не у самой стены. Между Андом и стеной лежал ещё один синт. Его кожа была абсолютно белой. Рядом с ним стояла миска с бульоном.

— Попробуй накормить его, — сказал синт, который разбудил Анда. — Он жив, но у нас нет времени с ним заниматься. Видишь сколько здесь пятнистых?

Анд присмотрелся к другим ботам. Их головы действительно покрывали белые пятна. Анд прикоснулся к своей голове. Кожа отозвалась болезненным зудом.

— У тебя почти вся голова белая. Осталось только тонкая оранжевая сетка. Ну, так как, поможешь ему, — синт кивнул в сторону белого.

— Помогу, — сказал Анд. — Но сначала напьюсь.

Осторожно ступая между телами Анд, добрался до бочки с водой и вдоволь напился. Он зачерпнул воды в свою миску и пошёл назад. По пути он заметил, что из ботов выжило не больше половины. Между лежанками из корней появилось много свободного места.

Анд вернулся к своему месту. Белый лежал в той же позе. Анд приподнял его голову и влил в рот немного воды. Белый судорожно глотнув, закашлял.

— Анд. Я знал, что ты меня не бросишь, — еле слышно прошептал он.

— Гы! Это ты!?

— Я. Не шуми. Нельзя привлекать внимание. Полип не может контролировать всё. Но если он обратит на нас внимание, нам отсюда не выбраться.

— Кто такой Полип? — спросил Анд.

— Существо, которое живёт в бассейне. Его называют Голос, но биологически — это полип. Низшее морское животное. А где Рин?

— Рин не пошёл.

— Это логично. Шансов выжить здесь у него было гораздо меньше чем у тебя.

— Гы, как ты меня узнал? — Анд перевел разговор на другую тему.

— Очень просто. Я заглянул в твои мысли. Расскажи, как ты здесь оказался?

— Расскажу. А пока я буду рассказывать, ты ешь. Эта тварь высосала из меня все силы. Представляю, как себя чувствуешь ты.

Анд стал рассказывать. Гы медленно ел. Анд не дошёл и до середины, когда Гы уронил миску и упал на спину. На этот раз он просто спал. Гы проспал до тех пор, пока не появились синты с вёдрами. Запах пищи разбудил Гы. Он снова поел и стал чувствовать себя гораздо лучше. Анд спросил у него:

— Почему элты так поступили с тобой?

— После того как мы рассказали элтам о Голосе. Они послали сюда судно, чтобы разведать обстановку. Команда на судне была многочисленной, и руководила ей сильная эгреготесса. Полип не смог взять над ними контроль. С теми, кого он не может покорить, он начинает торговать. Пока не найдёт у них слабую сторону. Он всегда так поступает. Поэтому он решил заняться с элтами торговлей. В тот раз, когда мы были здесь, Полип понял кто я. Ему понравилось что я могу управлять синтами. Ему нужен был такой исполнитель. Но он не смог с нами совладать. Моллюски модифицировали наши синты, и мы стали более устойчивые к ментальным атакам. Он попросил элтов, чтобы они доставали меня к нему в бессознательном состоянии. Полип очень мощное существо. При желании он смог бы подчинить нас себе, но на это ушло бы много сил. А пока я лежал без сознания, он легко справился со мной. Дело в том, что Полипа это коллективный разум, состоящий из множества независимых организмов. Иногда между этими организмами возникают разногласия, и он становится совершенно беспомощным. Временами он просто теряет разум. В такие периоды Полип очень уязвим. Поэтому он стремиться создать как можно больше колоний. Таким образом, чтобы, когда одна колония бездействует, другая была в боевой готовности. Для этого Полип строит рядом ещё один остров. Ему нужны ресурсы и рабочая сила. Он будет воевать или торговать. Делать всё что угодно, лишь бы достичь своей цели. Такова сущность этого разума. Чтобы жить, он должен расти.

Гы быстро поправлялся. С каждым днём он становился сильнее. Кожа постепенно приобретала нормальный лимонный оттенок. Однажды перед сном он сказал Анду:

— Боты практически восстановили свои силы. Исчезли белые пятна на головах. Это значит, что Полип скоро начнет нас использовать. Я не хочу этого. Прежнее мое существование сводилось к тому, что я выполнял то, что мне говорили. Но потом я попал сюда. Я понял, что такое свобода. Свобода выбирать, свобода быть собой, свобода совершать ошибки. Когда Полип берёт контроль надо мной, я становлюсь прежним. Становлюсь автоматом. Я больше не вынесу этого. Лучше не жить. Это страшно. Если он прикажет мне убить тебя, я подчинюсь. Я не смогу сопротивляться ему.

— Гы, я понимаю тебя. Я был в твоей шкуре, и я с тобой полностью согласен. Как только все уснут, мы убежим.

— У тебя есть план? — в голосе Гы звучала надежда.

— Нет у меня ни какого плана. Просто попытаемся выбраться отсюда. И пусть нам повезёт.

— Чем дальше мы уйдем от острова, тем труднее Полипу будет взять нас под контроль, — сказал Гы.

Ботов не охраняли. Анд и Гы спокойно вышли из пещеры и по узкому тоннелю направились к выходу. Несмотря на ночь, повсюду царило оживление. Между «Пожирателем» и пещерами двигались две цепочки синтов. Одна несла на судно связки хвощей, другая выносила с судна мотки верёвок. Вдоль цепочек не спеша прохаживались несколько синтов с дубинами. Но делать им было абсолютно не чего. Полип держал всё под контролем.

— Бери связку и пошли — сказал Гы.

Анд последовал примеру Гы. Взял вязанку и пошёл за последним в цепочке синтом. Охрана не обратили на них ни какого внимания. Друзья ни чем не отличались от других синтов. Хвощи были уже очищены от корки и слегка поджарены на огне, поэтому они скользили в руках. Друзья поднялись по трапу и избавились от своей ноши. Они бросили вязанки в просторном помещении. Когда они выходили оттуда Гы толкнул Анда в другой коридор. Таким образом, они отделились от цепочки синтов, которые направлялись к выходу.

— Нам нужно присоединиться к синтам, которые вращают колесо. Однообразная работа поможет держать наши мысли в спокойном состоянии, так мы не привлечём к себе внимания. Анд, пожалуйста, всё это время, пока мы будем в колесе, не дай мне впасть в ступор. То, что со мной случилось на «Пожирателе» так же ужасно, как контакт с Полипом.

— Не волнуйся Гы, я присмотрю за тобой.

Анд хорошо помнил устройство «Пожирателя». Друзья быстро нашли помещения, где спали синты. Дверь была не заперта. Синты спали, прижавшись, друг к другу. Друзья, чтобы ни выделяться из общей массы присоединились к синтам.

Ментальный толчок разбудил синтов. Они одновременно встали и пошли к лоткам у стен. Люки открылись и в лотки посыпались стебли. Синты быстро очистили лотки. Вскоре в них полилась вода. Пили прямо из лотков, встав на четвереньки. После завтрака синты пошли наверх. Большинство синтов были незагруженные. Поэтому, повсюду слышалось лишь невнятное бормотание. Они шли тёмными коридорами. Гы нагнулся и поднял с пола обрывок веревки. Он привязал его к лямке комбинезона. Анд чуть заметно кивнул Гы.

На палубе скучало несколько охранников. Их плётки были заткнуты за пояса. Синты вошли в колёса и по сигналу шагнули на следующую ступень. Колесо стало вращаться с постоянной скоростью. «Пожиратель» дёрнулся всем корпусом. В его тёмной утробе раздался оглушительный скрип, судно сдвинулось с места.

— Интересно куда мы направляемся? — спросил Анд.

— Всё равно куда, но чем дальше, тем лучше, — ответил Гы.

Продолжить разговор не удалось. Не загруженные синты, услышав связанную речь, пытались подойти к друзьям. Началась свалка. Несколько синтов упало. Солдаты плётками восстановили порядок. Синты вернулись на свои места, движение вновь стало равномерным.

Порядок только был восстановлен, но вот солдаты вновь стали махать плётками. До синтов не сразу дошло, что нужно остановиться. Солдаты метались по палубе и щёлкали плётками. Затем они исчезли внизу. Но вот они вновь появились на палубе, всё внимание они сосредоточили на синтах в колесе. Гы положил руку на голову синта, который стоял рядом. Тот несколько раз моргнул и бросился прочь.

— Пожар! Пожар! — кричал синт и пытался выбраться из колеса.

Гы коснулся ещё нескольких синтов. На «Пожирателе» началась паника. Охрана не могла с этим ничего сделать. Синтов было слишком много. Они бегали по палубе и громко кричали. В общей суматохе друзья незаметно спустились в трюм. Они сбросили верёвку в люк, в который обычно сливали нечистоты. Когда ноги Анда коснулись земли, он бросился бежать. Гы удержал его:

— Полип ищет меня как раз в том направлении. Нам нужно вернуться назад к острову.

«Пожиратель» не преодолел и сотни метров, когда поднялась тревога. Друзья пробежали открытое пространство, и укрылись за бочками с водой, которые несколькими рядами стояли у вертикальной стены острова.

— Полип сосредоточил всё внимание дальше отсюда. Как только он убедится, что меня там нет, круг поиска начнёт уменьшаться. Нам нужно где-то укрыться. — Гы задумался. — Я знаю, что надо делать. Пойдём. Не пригибайся. Веди себя естественно.

— Куда мы идем? — спросил Анд.

— Неподалёку Полип строит ещё один остров. Мы спрячемся там.

Беглецы шли по земле, полностью очищенной от хвощей. Растения использовались в качестве строительных лесов. Повсюду валялись тачки и другие инструменты. Повинуясь приказу Полипа, синты бросили строительство и отправились на поиски. Из длинных стеблей синты возвели высокую конструкцию. Внутри лесов возвышалась насыпь. Чтобы она не расползалась, грунт скрепляли щиты из тех же хвощей. Земляноё сооружение было крупным и лесов на всё сразу не хватало. Поэтому сначала насыпали один сектор острова, а потом переставляли леса.

— Анд отправь сообщение Тесси. Представь себе, что ты разговариваешь с ней. Объясни ей, где мы находимся и что нам нужна помощь.

Анд представил себе Тесси как будто она стоит перед ним. Он описал ей обстановку. Перед лицом Анда появилась голубая искра. Секунду висела, а потом стремительно унеслась.

— Я не успел всё объяснить, — сказал Анд.

— Очевидно, у такой маленькой части эгрегора объём памяти не большой. Предлагаю залезть на самый верх и укрыться там.

Анд согласился, и друзья полезли вверх. Они остановились метрах в пятнадцати от земли. Здесь земляные работы окончились. Щиты из хвощей возвышались над земляной насыпью. Синты не успели засыпать пространство между ними землей. Анд спустился назад и разрезал ножом верёвки, скрепляющие строительные леса. Шесты с грохотом посыпались вниз. По верёвке Анд поднялся на площадку.

— Остается только надеяться, что Тесси успеет вовремя, — сказал Гы.

— Здесь можно долго прятаться. Если Полип не пошлёт к нам ботов.

— Не пошлёт. Для него непосредственный контакт с другим разумом такой же шок, как и для нас, контакт с ним. Он будет восстанавливаться ещё какое-то время. Поэтому он так ценит меня. Ему со мной легко. Потому что я привык подчиняться. К тому же я практически лишён эмоций, — в голосе Гы звучала грусть.

— Не переживай Гы, с эмоциями у тебя будет полный порядок. Тебе нужна практика.

Внизу послышался шум. Из зарослей хвощей на площадку у стройки нескончаемым потоком шли синты.

— Быстро он нас вычислил…, - Анд запнулся на полуслове. — Такое чувство. Что мне в ухо хотят засунуть раскалённый гвоздь, — хрипло сказал Анд.

— Это Полип. Он пытается взять нас под кинороль. Представь себе моллюска. Это отпугнёт Полипа. Не знаю почему, но он их боится.

Анд вспомним мягкотелое существо, восседающее на раковине, и давление на мозг сразу исчезло. Синты до этого момента стоявшие молча, вдруг все разом бросились вперёд. Возникла давка. Но вот все опять замерли. Неразбериха на этом кончилась. Синты организованно принялись за работу. Используя шесты, и верёвки они делали лестницы. Вскоре первая лестница была готова. Её подняли, верхняя перекладина ударилась о площадку у ног Анда. По лестнице тут же стали карабкаться синты. Анд взял шест и столкнул лестницу. Она упала и рассыпалась. Несколько синтов не смогли подняться, их унесли в тень. Это не остановило Полипа. О площадку ударилось несколько лестниц сразу. Друзьям пришлось поработать шестами для того, чтобы сбросить все лестницы. Полип изменил тактику. Теперь лестницы ставили под прикрытием града камней. Щиты надежно укрывали друзей от камней, под прикрытием они успешно столкнули ещё несколько лестниц. Кроме того Полип не хотел причинить вред Гы, поэтому камни летели немного в сторону.

Камни перестали стучать по щитам. Лестницы оставили в покое. Друзья отдышались и выглянули наружу. К ним приближался «Пожиратель».

— Нам конец, — сказал Гы. — Палуба «Пожирателя» всего на несколько метров ниже нашей площадки. Они подведут судно вплотную и возьмут нас без труда!

«Пожиратель» находился в двух сотнях метрах. Но он неотвратимо приближался. Гы посмотрел на Анда и сказал:

— Анд, друг. Когда трап с судна коснётся площадки, убей меня, — Анд испуганно сделал шаг назад. — У тебя есть нож. Перережь горло синту и он перестанет функционировать. Я не буду долго мучиться.

— Нет! Я не могу! — воскликнул Анд.

— Анд пойми. Для меня это лучший выход. Ты погибнешь сразу. А мне мучиться под контролем Полипа. Терпеть боль и страх. А потом в период восстановления, ко мне придут обрывочные воспитания. О том кем я был. Свободным существом. О том, как я боролся. Как побеждал. Как проигрывал. Как со мной были друзья. Как мне помогали.

— Нет Гы! Я не смогу убить тебя!

— Спасибо Анд. Ты считаешь меня таким же, как ты — живым. Но ты не убьешь меня, ведь я не жил. Просто прекратишь существование компьютера по ошибке загруженного в синта.

— Нет Гы! Ты откликнулся на Призыв, значит ты живой — ты личность. Мы будем бороться до конца!

— Я знаком с такой особенностью разумных существ, как способность надеяться на чудо, даже в самых безвыходных ситуациях. Мне это кажется не рациональным. Я не вижу возможности для борьбы, — Гы замолчал на полуслове. — Что это?

В небе появились точки. Они быстро приближались.

— Это элты! Тесси получила послание! — закричал Анд.

Точки превратились в деревянные конструкции. Это были фермы, из которых состоял диск крабов. Фермы соединялись между собой площадками. На них легко помещалось по десятку элтов.

— Эй, сюда! Мы здесь! — кричал Анд.

Крики были лишними. Элты и так направлялись к друзьям. Но им не удалось подлететь близко. С острова взлетела стая птеродактилей. Ящеры разделились на группы и атаковали элтов. Элты прикрывались щитами, отстреливались из луков, но попасть в птеродактилей они не могли. Ящеры были очень маневренными в воздухе. Они легко уклонялись от стрел. И нападали сами. Элтам с трудом сохраняли равновесие на шаткой площадке. Ящеры били крыльями. Норовили вцепиться зубами в элтов. Выхватывали оружие и щиты. Элтов вынудили отступить. Они набрали высоту и, выстроившись в круг, двигались друг за другом. Такая тактика позволяла им прикрывать друг друга со спины. Ящеры держались чуть в стороне, но не улетали.

— Смотри! Это «Элил»! — крикнул Анд.

Гы посмотрел туда, куда указывал рукой Анд. К ним действительно приближалась «Элил». Ящеры, занятые маленькими судами не замечали приближения нового противника. Тем временем «Элил» зависла над «Пожирателем», вниз полетели чёрные точки. Через секунду послышались взрывы. «Пожиратель» окутался клубами дыма. Ящеры бросились к «Элил», но сделать с судном они ничего не могли. На палубе не было не души. Когда они попытались проникнуть в рубку, их остановили пулемётные очереди. Птеродактили бросились врассыпную. «Элил» направилась к площадке, на которой укрылись беглецы. Крылатые ящеры просто обезумели, они всей массой кинулись на судно. В какое-то мгновенье «Элил» вообще скрылась в орущей, крылатой массе. Доносились приглушенные выстрелы, но с таким нападением не мог справиться, ни один пулемёт. «Элил» резко набрала высоту. Судно зависло в центре круга, по которому двигались малые суда элтов.

Элты подогнали свои катамараны ближе к «Элил» и перестроились из круга в клин. Очевидно, они что-то задумали. Но осуществиться задуманное элты не успели. В небе появилось чёрное облако. К ящерам летела помощь из замка. Элты подняли свою флотилию ещё выше. С таким количеством противников они не могли справиться.

Тем временем дым развеяло ветром, стало видно что «Пожиратель» лишился колеса. Он завалился на правый борт и уткнулся корпусом в каменистый грунт.

— Ситуация патовая, — сказал Гы. — Элты смогли остановить «Пожиратель», но сами блокированы.

— Смотри! — прохрипел Анд.

От «Элил» отделилось голубое свечение. К острову понеслось полупрозрачное существо. Оно подлетело к острову. Ухватилось руками за край и заглянуло внутрь жерла. Из глубины острова вылетело чёрное щупальце и обвилось вокруг шеи джина. Щупальце сжималось, фигура джина начала темнеть. Но вот он ухватился, дёрнул щупальце и далеко отшвырнул его. Щупальце упало в песок и стало дико извиваться. Вместо оторванного, из жёрла выскочило несколько других. Они были гораздо толще. Щупальца оплелись вокруг головы джина.

31

Моллюск оттолкнулся посохом и песок заскрипел. Раковина продвинулась вперёд.

— Песчинки для нас миры, — бормотал Дубль три. — Мы перемешиваем их, как нам захочется. Сталкиваем, разъединяем. Ищем свою комбинацию. Мы могущественны. — Ещё удар посохом и ещё метр проплыла раковина.

В раковине сидел моллюск. Внешне он ни чем не отличался от других. Но он был стар. Из раковины торчало три прутика, к их концам крепилось белое полотно. От полотна падала скудная тень. Моллюск иногда поправлял прутики щупальцами, чтобы тень падала на него. «Почему я сразу не могу оказаться на месте. Это так неудобно. Передвигаться своим ходом. Это тяжело. И солнце сушит кожу. Ах да со мной, что-то не так. Я должен вести простую жизнь. Да мне это объяснили. Мне стерли память. Да… и кажется не один раз».

Моллюск отталкивался посохом и медленно двигался вперёд. Его зрение было слабым. Все четыре глаза на гибких отростках смотрели вперёд, но Дубль три видел лишь размытые пятна. Впрочем, зрение ему и не требовалось. Он отлично знал, что сейчас происходит вокруг. Он получал информацию с орбиты Мегаклона. Он видел джина, который боролся со щупальцами. Видел флот элтов, отбивающийся от крылатых ящеров. Из глубин памяти всплыло воспоминание. Дубль три в теле крупного волосатого гуманоида участвовал в битве. Картинка размыта, похожа на сон. Но он ясно помнит свои чувства. Ярость, злость, сила. Горячая красная кровь кипит в мощном теле. Он машет дубинкой и чувствует, как хрустят кости врагов. Радость, ликование. Похороны павших. Победный пир. Распаленные самки.

«Мой народ не знает этого. Я хотел донести до них. Я хотел рассказать им, что такое эмоции. Как живут Младшие. Ведь это сила — сила, которую мы не знаем. После этого я стал Непомнящим. Стоп! Как же я помню, если мне стерли память. Ах да…. Мой секрет. У стариков есть свои секреты».

Моллюск сосредоточился на окружающем. «Что-то Младшие расшалились сегодня. Сцепились не на шутку. Ну ничего разберусь. Для этого я здесь. Для этого меня и послали сюда. С такой мелочью могу и я разобраться. Другие занимаются более важными делами. А здесь сгожусь и я».

Снова воспоминание как молния сверкнула из глубины сознания. У существа, в теле которого находился Дубль три, было хорошее зрение, но видел он плохо. Мешало забрало на шлеме. Судно взяли на абордаж. Коричневая масса врагов хлынула на палубу. Масса извивалась, скрипела хитином, щелкала клешнями. Врагов было много, и они были крупнее. Но командир повел их в атаку. Он прошипел: «Победа или смерть». Они победили. Выжила едва ли десятая часть, но они победили. Потом каждому воину сделали доспехи из хитиновых панцирей врагов. Непомнящий хотел рассказать об этом Стратегам. Он хотел, чтобы это изучали. Моллюски ведут Войну. Тысячи лет. Шаг вперёд, шаг назад. Чтобы начать атаку просчитывается всё до мелочей. Компьютеры, занимающие целые планеты ведут расчёты. Если есть вероятность поражения, наступления не будет. Расы из категории Помощников обладают несметным количеством судов. Огромных судов. Но если есть вероятность поражения атаки не будет. «В результате нашего поражения на данном участке, враг получит преимущество и сможет контратаковать. Мы потерям несколько планетных систем». «Победа или смерть» сказал варвар. Он не знал что такое компьютер. Для счёта он использовал пальцы на руках. Его оружие и доспехи были сделаны из дерева. Он сказа: «Победа или смерть» и победил.

— Это нужно изучать, — говорил Непомнящий Стратегам. — Я думаю, что здесь, не всё так просто. Мегаколон построили для того чтобы изучать расы. Чтобы мы получили преимущество в Войне.

— Варвар просто боялся умереть. Он оказался в безвыходном положении. Он решил, что умереть в горячке боя проще, чем в плену. Поэтому он бросился на врагов. Подбел по чистой случайности. И что это за победа, когда от победителей осталось десятая часть.

Три Стратега связали свои разумы в информационном поле и вынесли приговор. «Непомнящий не правильно понимает суть нашей проблемы. Ему неоднократно указывалось направление, в котором следует прилагать усилия. Вместо этого, он зациклился на изучении теплокровных гуманоидов. Что мешает ему приносить пользу в общем деле. Мы понимаем, что общение с чуждыми разумами чревато необратимыми изменениями. Мы выражаем сочувствие. И направляем его на стирание памяти. Рекомендуем в дальнейшем, не поручать ему работу с гуманоидными расами».

Моллюски плохо размножались, жизнь каждого моллюска была священна. Она принадлежала всему народу. Поэтому смертной казни не существовало. Непомнящий выслушал решение Стратегов и подчинился ему. Он не мог не подчиниться. В назначенное время, он пришёл в назначенное место. Так Непомнящий стал Стёртым.

Дубль три остановился. Телу нужен отдых. Пока густая лимфа донесёт кислород в утомленные мускулы должно пройти время. Но спешить не куда. Моллюски практически бессмертны. Разве что, за то время, пока он отдыхает, погибнет много Младших. Так что с того. Это их судьба гибнуть от старости и ран.

Наконец моллюск пришёл в норму. «Замри!» — это был не звук. Это была волна, которая проникла в каждую клеточку, каждого живого существа. Это был приказ, который шёл от одного из создателей этого мира. Такому приказу ни кто не мог не подчиниться. Никто кроме Полипа.

Снова воспоминания. Это уже случалось. После приказа все должны замереть, но этого не произошло. В углу просторной пещеры бой продолжался. Высокие гуманоиды с остроконечными черепами продолжали уничтожать врагов, которые вдруг перестали сопротивляться и упали. Стёртый напрягся, он почувствовал, как в его сознании шарят холодные щупальца. Моллюски не знали эмоций. Не знали они и страха. Но это был Враг. Тот самый, с которым ведётся Война. Враг оказался на Мегаклоне. Он что-то делает здесь. Он может навредить. Враг считывал информацию из мозга Стёртого. Но информационный канал был двухсторонний. Моллюск и сам многое узнал. Полипа привлекали теплокровные эмоциональные гуманоиды. Ими легко было управлять. Им так легко внушить страх и заставить их подчиняться. Не то, что ящерам. Кроме того, Полипу самому нравилось считывать эмоции. Это так ново, так забавно.

Полип не убил моллюска. Он не хотел привлекать к себе внимание. Ещё рано. Он ещё не понял, для чего моллюски создали Мегаколон. Полип стёр моллюску память. Когда Стёртого нашли, то посчитали, что во время последнего стирания памяти произошёл какой-то сбой. Поэтому на происшествие не обратили внимания. Так Стёртый стал Дубль три. Моллюски не могли испытывать унижение. Поэтому Дубль три не испытывал его. Он испытывал неудовлетворенность. И хотел стать более полезной единицей в своём обществе. Номер в его имени указывал, что он опустился ещё на одну ступень. Он оказался на одном уровне с Помощниками. Обида так же относилась к эмоциям, поэтому Дубль три не испытывал и её. Но желание стать полноценным представителем своего народа было. И Дубль три стал трудиться. Упорно трудиться. Усердие и желание вернуться на прежний уровень, сделали из изгоя ценного работника. И вот опять. На его пути встал Враг.

После того как моллюск произнёс «Замри». Суда элтов мягко опустились на землю. Сами элты лежали без чувств. Птеродактили так же опустились на землю и только после этого отключалась. Синты вырубились там, где стояли. Эгрегор на секунду замер. Но потом он встряхнул головой и с удвоенным усердиями принялся за Полипа. Обрывки чёрной, извивающейся плоти летели во все стороны. Полип так же не чувствовал эмоций. Но он понимал, что теряет клетки. Чем меньше клеток, тем меньше его сила. Он понимал, что нужно блокировать моллюска, иначе тот вызовет помощь. Но сделать ничего не мог. Полупрозрачное существо методично уничижало его. При этом оно выплескивало на Полипа волны ярости, которые сами по себе плохо влияли на клетки.

— Этот тоже не подчиняется, — сказал моллюск, глядя на эгрегор.

С неба ударил столб ослепительного сияния. На этот раз вокруг всё замерло. Даже ветер утих. Рядом с Дубль три появились три смерча. Ещё одна вспышка света и вот появились Стратеги. Дубль три не нужно было ничего объяснять. Он открыл свой разум и Стратеги увидели то, что видел он.

— Это не понятно, — сказал один из Стратегов. — Нам нужно больше информации.

— Здесь присутствуют два синта. Которым был присвоен статус агентов. Думаю информацию можно получить от них, — сказал Дубль три.

Стратег посмотрел в сторону строящегося острова. Через мгновенье, над опалубкой из хвощей, появились две жёлтые головы. «Идите сюда», в головах синтов голос прозвучал подобно грому. Синты подчинились. Когда создатель говорит своему созданию «иди», оно идёт. Или как подумал Гы, когда конструктор даёт команду своему устройству, оно выполняет. По этой же причине Стратегам не требовалось разрешение для того, чтобы прочитать память синтов.

— Скорее всего, мы были не правы в отношении тебя, — сказал Стратег Дубль три. — Гуманоиды с их эмоциями способны к весьма рациональным действиям. Мы исправим своё заблужденье. Отныне ты Стратег равный нам. Ты будешь заниматься гуманоидами.

— И разберись с Пирамидой. Там творится что-то непонятное, — сказал другой Стратег.

Вспышка света ослепила синтов. Стратеги исчезли. Вместе с ними исчез и Полип. Птеродактили вставали с земли, трясли головами и хлопали крыльями. Они недоуменно каркали. Им было не понятно, как они здесь оказались. Но вот они поднялись в небо и направились к замку. Им ещё предстоит испытать удивление.

Вокруг Дубль три образовался смерч, который захватил Анда и Гы. Когда воздух успокоился, они оказались на палубе «Элил». Из рубки вышла Тесси.

— Эгреготесса, — сказал моллюск. — Собирай свой народ и отправляйся на деревья. Вскоре я присоединюсь к вам. У меня есть, что сказать.

Тесси кивнула, но сначала подошла к Анду и Гы:

— Вы помогли нам. И я рада, что элты смогли отплатить вам. Вы всегда желанные гости у нас.

Тесси спрыгнула с палубы и пошла к своим элтам. Из рубки опасливо выглянул Рин. Он встал, отряхнулся и подошёл к друзьям. Гы прикоснулся к его плечу и сказал:

— Спасибо Рин. Ты стрелял из пулемёта. Я знаю, чего тебе это стоило.

— Мне было стыдно за то, что я не пошёл с Андом спасать тебя. Я так злился на себя за трусость. И… понимаешь, я просто сорвал на крылатых тварях зло.

— Не нужно оправдываться Рин. В конечном итоге ты помог мне больше, когда остался с элтами.

Моллюск спокойно наблюдал за друзьями. Он не спешил. Когда друзья обменялись впечатлениями и замолкли, он сказал:

— Я считаю, что ваша миссия выполнена. Сейчас я оправлю вас к Встречающему. Он детально изучит сведения, которые вам удалось собрать. Но дальше события будут развиваться без вас.

Моллюск поднял посох и собирался ударить им по палубе, но Анд остановил его:

— Подожди! Скажи, что будет с элтами.

— Любопытство. Это мне знакомо, — сказал моллюск. — Скажу. Это не тайна. Элтам присвоят звание Помощников и поручат им ответственное задание. Взамен мы сделаем то, к чему они так стремились. Перенесём всех элтов с гибнущей планеты на Мегаклон.

— Так значит, их цель была спасти своих сородичей? — удивился Рин.

— Конечно. Ради этого они готовы на всё. Это будет взаимовыгодное сотрудничество. Мы сохраним элтам жизнь. Они помогут нам вести войну. Это их способность аккумулировать бессознательное в реальную силу может быть полезно нам.

— Элты называют это эгрегор, — вставил Анд.

— Скажите Стратег, — сказал Гы. — А как вы отнеслись к тому факту, что элты выкрали с Ожерелья улитку.

— С пониманием. Мы поощряем у Младших нестандартность мышления. Кроме того нам нравится когда молодые расы ведут себя дерзко. Мы успешно используем такую модель поведения в своей Войне. А то, что биокомпьютер вообще кому-то понадобился — это наш недосмотр. Пресмыкающееся, которое потребовало в обмен на информацию биокомпьютер принадлежит к расе, которая нам доставляет много проблем. Мы заблокировали их функции размножения, потому что раса обладает не стабильным разумом. С одной стороны это древние интеллектуальные существа. А с другой они сильные индивидуалисты совершенно не способные взаимодействовать с другими. Кроме того, периодически они впадают в довольно специфическое состояние. Они теряют разум и превращаются в животных. Они пожирают всех, кого встретят на своём пути. Насытившись, они успокаиваются и вновь обретают разум. В своё время мы пытались их использовать. Но эти срывы делают их ненадежными союзниками. А теперь они ещё и вредить стали. Их ждёт печальная участь.

— Скажите Стратег, — голос Рина дрожал. Скорее всего, он задал своё вопрос, чтобы прервать неприятное для него повествование. — Что будет с элтами, которые пришли с Тесси.

— Я буду наблюдать за ними. Эта группа элтов решила пойти своим путём. И не только решила, но и нашла в себе смелость и силу сделать это. На Мегаклоне наблюдалось несколько случаев, когда народ разделялся на части. И каждая часть развивалась независимо. Как правило, это приводило к интересным результатам. Гуманоиды сильно отличаются друг от друга в рамках своей расы. И это положительно влияет на развитие обособленных групп. Я думаю, что те, кто отделился в своё время, хорошо послужат моллюскам.

Моллюск постоял какое-то время молча, затем ударил посохом по палубе и судно окружил свистящий вихрь. Через мгновенье вихрь исчез. «Элил» висела в метре от входа в арсенал. Друзья не стали перекидывать трап, а просто шагнули с палубы в пещеру.

32

— Приветствую вас, — сказал Встречающий. — Вы славно потрудились. Вас ждут прохладные ниши в пещере. Там вы сможете отдохнуть и залечить свои травмы, моральные в том числе. После отдыха я жду вас в пещере с бассейном.

Друзья прошли через арсенал. По просторному коридору они попали в другую пещеру. Они узнали это место. Здесь были три ниши в стенах. Друзья забрались в них и легли на мягкий губчатый покров зелёного цвета. Гибкие зелёные волокна оплели уставшие тела.

Это был не сон. Как будто прокручивали чёрно-белое кино. Всё, что произошло с друзьями в этом фильме, показывалось с поразительной чёткостью. Но эмоциональная составляющая отсутствовала, как будто события происходили не с Андом, а с кем-то другим. Короткий промежуток времени вместил в себя всё, что случилось с друзьями. Фильм кончился на том месте, когда синты вошли в пещеру. Анд стразу проснулся. Остальные проснулись одновременно с ним.

Как и обещал Встречающий, все ссадины и царапины исчезли без следа. Внутри Анд чувствовал странную пустоту. Как будто он исчерпал запас переживаний, и ему было безразлично, что случится дальше. Друзья молча направились к выходу. Как и в первый раз, они шли по хитросплетению полутёмных коридоров. Они всегда делали нужный поворот и вскоре добрались до места. Пещера с бассейном ничуть не изменилась с последнего раза. По-прежнему вода стекала со стены и с тихим журчаньем сворачивалась кольцами в каменном бассейне. Три овальных окна были заполнены сумерками. Тень у дальней стены колыхнулась и плавно двинулась к друзьям. Вскоре она обрела объём и голосом Встречающего сказала:

— Я не ошибся в вас. Вы действовали эффективно. Информация, которую вы добыли очень интересная. Думаю, что вы выполнили свою часть договора. Я выполню свою часть. Рин и Анд вы получите то, что я обещал при транспортировке в свои прежние тела. Рин ты узнаешь об огне всё, что знаю я. Анд, ты сможешь читать мысли индивидуумов твоего пола в течение трёх лет. — Моллюск повернулся к Гы и навёл не него все четыре отростка увенчанные глазами. — Что решил ты?

Гы помолчал какое-то время, затем встал и сказал:

— Я бы хотел остаться с вами. Мне некуда идти.

— Об этом мы договорились с самого начала, — сказал Встречающий. — Есть ли у тебя какое-нибудь желание.

Гы помолчал. Посмотрел на друзей, затем сказал:

— За время нашего путешествия я многое узнал. Но сфера эмоций мне не доступна. Это ограничивает меня в общении и понимании других живых существ. Так вот, я бы хотел пройти натурализацию. Я хочу стать элтом. Более того я хочу стать элтом — женщиной.

Анд и Рин удивленно вскрикнули. Анд подошёл к Гы и спросил:

— Почему женщиной?

— Я считаю, что женщинам эмоции более доступны. К тому же они не стесняются проявлять их и говорить об этом. Кроме того, в теле женщины я смогу произвести на свет разумное существо.

— Гы! Что ты говоришь?! Зачем тебе это?! — голос Анда сорвался на крик.

— Этим актом я смогу доказать, что я живой. И потом если я смогу произвести на свет живое, мыслящее существо — я сам стану создателем. Таким же, как те, кто создал меня.

В пещере надолго повисла тишина. Наконец тишину нарушил шум воды. Это Встречающий подплыл к бассейну, и вылил на себя воду из металлического сосуда. Затем он вернулся к друзьям и сказал:

— Твое желание легко выполнимо в техническом плане. И мне будет любопытно наблюдать за тобой. Обычно искусственные интеллекты, загруженные в синта, стремятся вернуться на металлические носители. Ты первый, кто не попросил об этом, и я принимаю твой выбор. Возвращайтесь в ниши. Каждый получит своё. — Моллюск оттолкнулся посохом от пола и уплыл в темноту.

Друзья стояли перед нишами. С того момента, как они сегодня встали из них, прошло не больше часа, но им казалось что прошло очень много время. Рин тяжело вздохнул и сказал почти шёпотом:

— Мы что больше не увидимся?

— Похоже, что так, — ответил Анд.

— Я снова чувствую боль, — сказал Гы. — Прощайте друзья. Я благодарен вам за то, что вы для меня сделали. Вы мне очень помогли. — Гы всхлипнул. — Сейчас я не понимаю, почему мне больно. Это боль особого свойства и я не могу больше её терпеть. Прощайте.

Гы юркнул в нишу. Через секунду он затих.

— Прощай, Рин, — Анд протянул Рину руку.

— И что нужно с ней сделать, — сказал Рин, глядя на руку.

— Нужно пожать её и пожелать удачи.

Рин пожал руку и сказал:

— Прощай Анд, — я никогда не забуду того, что с нами произошло на Мегаклоне.

Рин отпустил руку Анда и пошёл к своей нише. Анд пошёл к своей.