Мелани Харлоу – Люби меня по-французски (ЛП) (страница 27)

— Дай мне догадаться — больше минетов.

— У тебя непристойные мысли, принцесса. Но да, я предполагаю там были минеты. Теперь не перебивай.

— Извини, продолжай. — Я положила руку на верхнюю часть железного забора, который окружал могилу, и сфокусировалась на лежащей там фигуре, пытаясь игнорировать то, как его близость посылала мурашки по всему моему телу.

— Какое-то время у них продолжалась страстная и незаконная любовь, — Лукас продолжил: — достаточно долго, чтобы Элоиза забеременела, из-за чего случился большой скандал, потому что он был намного старше ее. В любом случае, ее дядя узнал и попытался разделить их, но они тайно поженились.

Восхищенная, я представила себе все, что он говорил — ночное репетиторство, в конце концов, заканчивается страстным поцелуем, когда их желание друг к другу становится слишком сильным, чтобы вынести. Тайные свидания — я представила, как они лежат на какой-то медвежьей шкуре перед камином, огонь отбрасывает свет на их блестящие тела. Церемония тайной свадьбы, проведенная приглушенными голосами, поспешно, в маленькой часовне.

— Продолжай, — попросила я, чувствуя себя больше чем немного возбужденной. — Что случилось дальше?

— Ну, это вышло немного отвратительно. Абеляр боялся за их безопасность, потому что дядя был своего рода мудак и не был слишком счастлив по поводу их женитьбы. Поэтому он спрятал Элоизу в монастыре и вернулся в Париж один, где на него напали и, эм, кастрировали. — Лукас вздрогнул и поправил промежность в своих брюках.

Я ахнула.

— Нет!

— Да. Ему было так стыдно, что он решил, что не может столкнуться лицом к лицу с Элоизой, поэтому он стал монахом. Она была настолько опустошена, что отказалась от своего ребенка, присоединилась к монастырю и стала монахиней.

Мой рот открылся.

— Что? Они никогда не видели друг друга снова?

— Я так не думаю. Но они писали друг другу на протяжении двадцати лет. И любовные письма сохранились.

— Любовные письма, правда? Они романтичные?

— На самом деле я никогда их не читал. Но думаю, что они романтичные. И романтические психи со всего мира приходят и оставляют здесь письма, надеясь, что это принесет им удачу, хотя если подумать, то в этом нет смысла. Эти двое так и не воссоединились до смерти.

Я снова вздохнула, раздраженная.

— Ты был прав. Ты не должен был рассказывать мне эту историю. Теперь я полностью... — я неловко переступила с ноги на ногу. Возбуждена. — Опустошена.

— Я думаю, знаю, что исправит это.

Мой желудок сделал сальто, и я облизала губы.

— Что?

— Вино. И, может, немного еды.

— Ох, верно.

Подождите минутку. Я на самом деле разочарована, что он имел в виду вино, вместо чего-то более интимного? Что, черт возьми, со мной не так? Ради Бога, это же вино. Моя любимая вещь.

Более плотно укутавшись в свитер, я улыбнулась.

— Да, звучит идеально. Идем.

Глава 6

Лукас выбрал столик у окна в пабе, в который мы решили зайти, и я заняла место напротив него.

— Я голодна. Все же, сколько сейчас времени?

— Уже третий час.

— Да? Ничего себе, когда веселишься, время просто летит. — Я поблагодарила официантку, которая протянула мне меню, и открыла его.