Она – маленькая, мягкая, тихая, на ее лице, сильно измятом от старости, светло и ласково улыбаются сапфировые глазки, а забавный остренький птичий носик слегка вздрагивает. Руки у нее темные, как утиные лапы, а в тонких пальцах постоянно нервно шевелится маленький карандаш, словно шестой палец. Она – зябкая, зимой надевает по три-четыре шерстяных юбки, кутается в две шали, что придает ее фигурке шарообразную форму, напоминающую кочан капусты. Прибежав в редакцию, она где-то в уголке сбрасывает пару юбок, открывая до колен ноги в толстых чулках из крестьянской шерсти, снимает шали и, пригладив волосы, садится за длинный стол в большой комнате, усеянной рваной бумагой и старыми газетами, пропитанной жирным запахом типографской краски…