<iframe src="https://www.googletagmanager.com/ns.html?id=GTM-59P8RVDW" height="0" width="0" style="display: none; visibility: hidden"></iframe>
Еще во времена правления Владимира Мономаха, который страстно увлекался различными «потехами», в России впервые начала развиваться охота на птиц с соколами, кречетами и чилигами. С тех пор соколиная охота стала любимым занятием не только знатных бояр, но и самих великих князей и царей московских. Иван Васильевич Грозный, Дмитрий Самозванец и Годунов также любили развлекаться с соколами. Однако никто не увлекался этим так, как царь Алексей Михайлович, который использовал каждый свободный день для поездки в село Семеновское. При нем царская охота достигла такой пышности и великолепия, что иностранцы, посещавшие русское государство, были в полном восторге. Рассказ о любимой «царевой потехе» представлен вам в этой аудиокниге. 1629-1676 гг. Исполняет: Всеволод Кузнецов ©&℗ ИП Воробьев В.А. ©&℗ ИД СОЮЗ Цитаты: – Каждый год, по указу государеву, из Москвы в Сибирь и в «Двинскую сторону» отправлялись доверенные люди для ловли соколов и кречетов. Эти люди назывались кречатниками. Никто из должностных лиц не имел права задерживать царских посланцев по дороге. Все подданные обязаны были по первому требованию, под угрозой строгого наказания, предоставлять им лошадей и всячески помогать в их деле. – Однажды ему удалось поймать красного кречета необычайной красоты. Посланный от воеводы в Москву вместе с государевыми кречатниками, он представил этого кречета царю Алексею Михайловичу, и великий государь повелел оставить его на потешном дворе в простых сокольниках. – В центре поезда находился сам великий государь в палеом платье сокольничьего покроя, ехавший на белом, как снег, коне; с обеих сторон и позади него следовала свита из ближних бояр и окольничих в богатых одеждах. Поезд замыкала царская челядь с возами разной снеди и различными напитками. Как только государь приблизился к сокольникам, все сняли шапки и радостно ответили на его приветствие дружными криками. Затем царь остановился возле шатра, установленного на возвышенной полянке, где его уже ждал главный ловчий.