Чиновник Кыскин только что вернулся с кладбища, где похоронил своего двухнедельного ребенка. Он в задумчивости бродил по темной комнате, которую неуместно называли залом, и, размышляя о разных вещах, иногда подходил к окну, чтобы вытереть слезу, так как о смерти ребенка постоянно напоминал запах ладана, оставшийся в комнате. Независимо от того, был ли это темный зимний вечер, или же сам запах ладана, или, наконец, печальное настроение, вызванное похоронной церемонией, лишь Кыскин начал размышлять о своей прошлой жизни: он вспоминал сладкую минуту получения первого чина, затем не менее приятную минуту женитьбы, и вскоре эти радостные моменты затмевались воспоминаниями о трудных годах нужды и забот. …