Елена Лыкова – Голодный обморок (страница 2)
- Значит, так, девочки, - не глядя на подчиненных, начал он, - дела плохи. Очень плохи. Работать мы больше не можем. Я уезжаю. Примите мою благодарность за ваш труд. Заберите свои вещи. Идите в кассу, я дал распоряжение выплатить вам всем деньги за отработанное время. И. пожалуйста, поторопитесь, через два часа контора закроется.
Конечно, это было нарушение всех мыслимых правил. Но деваться было некуда.
Лилит, взяв деньги в кассе, отправилась домой.
Листья, крупные кленовые листья вились под ногами. Небо было синим и ясным, воздух, прохладный от близости моря, приятно осввежал кожу.
Девушка свернула на набережную. Чистая прозрачная вода плескалась вдоль пирса.
Тревоги не было. Была вера в лучшее.
Лилит глянула вдаль. На горизонте маячила темная точка, то появляясь, то исчезая.
Был ли это сторожевой корабль, или морское чудище выглянуло на поверхность, Лилит не знала.
Уплыть ли, что ли?
А куда?
Кто ждет ее? И где?
Многие разъезжались.
Но она сомневалась. Может, еще наладится все, а работа найдется.
Лилит достала телефон и набрала номер.
- Алло! – услышала она через шум прибоя.
- Привет, Николя, - девушка нервно рассмеялась, - ты как? Я вот безработная ныне, контора закрылась, хозяин уехал…
В трубке молчали.
- Понимаю, - ответил наконец друг, - завод еще пашет, но на честном слове. Но ты не дрейфь, прорвемся как-нибудь.
- Ты уезжать не собираешься?
- Нет, - Лилит показалось, что она видит как молодой человек покачал головой, - пока стоим, где стоим…
…
Разорившаяся фирма, надо отдать ей должное, щедро заплатила своим бывшим работникам. Полученных денег хватило до середины холодной приморской зимы. Правда, и экономила Лилит очень жестко, покупаю в постепенно пустеющих магазинах только лишь необходимое. Крупы, соль, хлеб. Иногда - молоко, иногда консервы. Вот сахаром и чаем девушка закупилась основательно.
Привычки есть много она не имела, миской каши вполне могла наесться.
А темными вечерами она бесконечно могла тянуть сладкий горячий чай. Иногда ее одиночество скрашивал Николя. Он заходил после работы, всегда принося подруге какой-нибудь гостинец, который удавалось раздобыть – шоколадку, апельсин или пачку печенья, выпивал стакан чая и уходил. Завод теперь работал без нормирования, а парень боялся потерять единственную работу.
Днем Лилит или искала работу (безуспешно), либо занималась нехитрыми хозяйственными делами, сушила хлеб на сухари, подсчитывала деньги, ходила в ближайший лесок за сухими ветками для растопки печи.
Между тем, как это часто бывает во время катаклизмов, население города сильно разделилось.
Одним царящее вокруг уныние пошло на пользу. Гуляя по улицам, Лилит не раз наблюдала, как проносится по дороге большой автомобиль с сидящими в нем веселыми и нарядно одетыми мужчинами и женщинами. Как из открытых окон буквально выливалась музыка. Как в кафе и ресторанах, которых осталось немного, вальяжно развалились на стульяъ господа в черных куртках. Лилит с некоторым недоумением думала о том, что она сейчас и помыслить не может о том, чтобы зайти даже в кондитерскую.
Почему произошло такое расслоение, Лилит не знала. В колледже она изучала основы экономики, но все теории спроса и предложения ей были не интересны. Потому и приходилось наблюдать издалека.
Как-то прогуливаясь по городу Лилит встретила знакомую. Марита училась с ней на одном потоке, а после девушки немного пересекались по работе. Марита была яркой и веселой, что называется, душой компании.
Встреча случилась посреди улицы, растянувшейся вдоль центрального бульвара.