Даринда Джонс – Вторая могила слева (ЛП) (страница 68)

— Да, несколько лет. Но эта девочка была дикая. Настоящая сорвиголова.

Обменявшись с Куки быстрыми взглядами, я решила не тянуть кота за известное место:

— На прошлой неделе Джанель Йорк погибла в автомобильной аварии.

Потрясенные лица подтвердили, что родители Мими впервые об этом слышат.

— Господи, — выдохнула Ванда.

— Вы знали Томми Запату? — В маленьких городках все друг друга знают. Уверена, с нашим продавцом машин они были знакомы.

— Разумеется, — кивнул мистер Маршал. — Его отец много сделал для города. Занимался озеленением, ландшафтным дизайном. В основном на кладбище.

Я понимала: мои слова их не обрадуют, но они имела право знать, а мне нужно было выяснить, что происходит.

— Вчера утром Томми Запата был найден мертвым. Его убили.

Потрясение сменилось изумлением. Они действительно ничего не знали.

— Он был на год старше Мими, — проговорил Гарольд. — Они вместе ходили в школу.

— Что же это такое? — Голос Ванды был полон отчаяния. — На прошлой неделе умер Энтони Ричардсон, сын Тони Ричардсона. Покончил жизнь самоубийством.

Куки записала имя, а я спросила:

— Он ходил в ту же школу?

— Они с Мими учились в одном классе, — ответил Гарольд.

Кто-то, образно выражаясь, делал в доме уборку, прятал концы, и Мими, без сомнения, попала на его радар. Наверняка Маршалам что-то известно. То, что произошло тогда в школе, объяснит все, что происходит сейчас.

— Мистер и миссис Маршал, в старших классах Мими переехала из Руиса в Альбукерке к бабушке и дедушке. Почему?

Ванда моргнула, задумчиво нахмурив брови.

— Она поссорилась с Джанель. Мы думали, ей просто хотелось уехать.

— Она сама рассказала вам о ссоре?

— Нет, — сказала Ванда, пытаясь вспомнить подробности. — Не совсем. Просто сегодня они лучшие подруги, а назавтра — заклятые враги. Со стороны казалось, они всего лишь разошлись во мнениях.

— Мы даже не расстроились, — вмешался Гарольд. — Нам их дружба была не по душе.

— И что конкретно послужило причиной ссоры между ними?

Переглянувшись, Маршалы беспомощно пожали плечами, потому что не смогли ничего вспомнить.

— Что бы ни случилось, — поделилась Ванда, — это погрузило Мими в глубокую депрессию.

— Мы застали ее у нее в комнате, всю в слезах. И так не один раз. — Голос Гарольда звучал подавленно от старых, слишком болезненных воспоминаний, которые он переживал заново. — Она перестала выходить из дома, перестала есть, мыться. Дошло до того, что каждое утро она убеждала нас, будто больна, и умоляла не заставлять ходить в школу. Пропустила почти три недели занятий.

Те же воспоминания превратили лицо Ванды в маску печали.

— Мы водили ее к врачу. Он советовал обратиться к психологу, но мы не успели условиться о встрече — Мими попросила нас отпустить ее в Альбукерке к моей матери. Она хотела ходить в школу святого Пия.

— Мы так радовались, что она снова заинтересовалась учебой. Она всегда была отличницей, а в школе святого Пия великолепная программа. — Казалось, Гарольд стремится как-то оправдать то, что позволил Мими уехать. Я же была уверена, что решение далось им нелегко.

Ванда ободряюще похлопала его по колену.