Даринда Джонс – Восьмая могила во тьме (ЛП) (страница 67)

— Ты обязана уделить ей хоть капельку своего времени.

— Всю жизнь она обращалась со мной, как с куском дерьма. Единственное, что я ей должна, — это средний палец и игнор.

— Ты права, — внезапно выдала Дениз. — Ты во всем права.

Я покосилась на сестру:

— Вот видишь?

— Если ты позволишь мне все объяснить, — продолжала мачеха, — я сегодня же уеду и больше не вернусь, если, конечно, ты не передумаешь.

— Не передумаю ни за какие коврижки. Я слушаю.

С мокрыми щеками Дениз уставилась на свои дрожащие пальцы.

— Когда я была маленькой, мама попала в аварию.

Блин! Не было у меня желания слушать байки из жизни, ей-богу. Это могло затянуться надолго, а мне уже очень-очень хотелось в туалет.

— Ее отвезли в реанимацию. Состояние стабилизировали, поэтому нам с папой разрешили ее проведать. Было очень страшно видеть ее в окружении всех этих аппаратов и мониторов.

Я с тоской поглазела на дверь, раздумывая, заметит ли кто-нибудь, если я сбегу на пару минут. Пип явно играла в классики на мочевом пузыре, а исповедь Дениз абсолютно точно закончится нескоро.

— Папа ушел за кофе, и, пока его не было, мама очнулась. Сонно посмотрела на меня и протянула руку. А потом аппараты словно взбесились. У нее упало давление. Прибежали медсестры и врачи, сорвали с нее одно из одеял. Оно было синее.

Лично я синий цвет не очень люблю.

— Все засуетились, пытались привести маму в чувства. Она снова очнулась, но на мониторах все еще был полный хаос. Мама посмотрела в никуда и заговорила. Что-то вроде «Хорошо, ясно, я представить себе не могла…». И у нее был такой любящий взгляд! Я посмотрела вверх и увидела, с кем она говорит. Это был ангел.

Однажды я тоже видела ангела, но решила, что сейчас не время об этом упоминать.

— Он исчез. Обо мне все забыли. Маму увезли обратно в операционную. По дороге ей делали массаж сердца, но она уже умерла. Вернувшись, папа пролил кофе. Я пыталась рассказать ему об ангеле, но он видел только одеяло, которое принял за полотенце.

Тут до меня дошло, к чему все идет. Когда умер отец Дениз, мне было четыре года. Он пришел ко мне и попросил передать ей послание. Что-то про синие полотенца. Я была слишком маленькой и ничего не поняла. А позже мне стало все равно.

— Врачи вернулись и сказали, что мамы больше нет. Папа заплакал. Я все говорила и говорила ему об ангеле, а он видел только синее полотенце.

Мне точно понадобится полотенце, если я как можно скорее не окажусь в ванной.

— Папа сказал, что иногда синее полотенце — это всего лишь синее полотенце. Эти слова стали его мантрой. Когда происходило что-то необъяснимое, он повторял их снова и снова. Но впервые о том дне мы поговорили за два года до моего знакомства с Лиландом.

Класс. Мы совершили прыжок во времени. Я скрестила ноги и изо всех сил постаралась не корчиться. Сев на скамейку рядом с Дениз, Джемма коснулась ее руки. Они всегда были близки. Честное слово, я пыталась понять, почему все сложилось именно так, но некоторые вещи просто-напросто невозможно объяснить. Как, например, НЛО и брюки-клеш.

— У папы был обширный инфаркт, но он выжил. Однажды мы ужинали, он пристально посмотрел на меня и сказал: «Иногда синее полотенце — не просто синее полотенце». Но к тому моменту я уже выросла и стала настоящим скептиком. В общем… — Дениз поникла, как будто ей было стыдно. — В общем, я ему не поверила. И это после того, что видела собственными глазами в детстве. Свалила все на лекарства, которые ему прописали. А после знакомства с вашим отцом я попала в аварию.

— То есть суть всей этой истории — не ездить в одной машине с тобой или с кем-то из твоих родственников?

— Чарли, — монотонно и без намека на осуждение произнесла Джемма. Эх, обожаю психологию!

— Ваш отец примчался в больницу и привез вас обеих. Ему сказали, что я чуть не погибла.

«Чуть не» здесь ключевые слова.

— Наверное, ему разрешили привезти вас, потому что он был копом. — Дениз невесело рассмеялась. — А я едва находилась в сознании.

Как и сейчас, чуть не ляпнула я.

Она посмотрела на меня рассеянным взглядом.