Даринда Джонс – Восьмая могила во тьме (ЛП) (страница 27)
Куки настояла на том, чтобы настоящий медовый месяц они с Диби провели после рождения Пип. Булочка еще не родилась, а уже изменила наши жизни. Мало того, умудрилась даже поучаствовать в церемонии, развеселив гостей, заметивших, что на мне танцует платье. Уж не знаю, чего именно ей хотелось. Просто примоститься поудобнее или получить свою дозу внимания. Как бы то ни было, Пип изо всех сил пыталась стать гвоздем программы.
Я взглянула на нее и довольно улыбнулась.
В тот самый момент, когда разбушевалась толпа, дядя Боб потащил Куки по проходу. Вот и славненько, потому что тащил он ее прямиком к еде.
— Должна признать, — сказала я Джемме, вместе с ней наваливая на тарелку всего и сразу, — ты молодец.
Я выбрала салат из капусты с жареным на гриле лососем и изящную тарелочку, до краев наполненную макаронами с сыром. Ко всему этому я еще вернусь, хотя надо бы оставить место для тыквенного мусса, тирамису и шоколадных трюфелей. И для свадебного торта! Господи, хоть бы про торт не забыть!
Почти все, что касалось свадьбы, выбирала Джемма. Декорации, еду и прочие мелочи, которые сделали особенным такой важный для Куки день. Так что сестре я очень обязана. Да и вообще теперь без нее как без рук.
— Спасибо, сестренка, — ответила Джемма, весело толкнув меня плечом.
— Как самочувствие? — спросил ни на шаг не отходивший от нее Уайетт.
Рейес тоже маячил поблизости. Точнее — прямо возле меня. Так что я решила добавить чуточку драмы:
— Хуже некуда. Бегаю в туалет по маленькому каждые тридцать секунд. Ноги отекают. Слюни пускаю в самые неподходящие моменты. А еще постоянно тянет на тосты с сардинами и зеленым чили.
Уайетту хватило такта изобразить шок, зато Рейес только ухмыльнулся. Его явно больше интересовала еда, чем мои страдания. Негодяй.
— Ты же терпеть не можешь сардины, — сказала мне Джемма.
— В том-то и дело! Как будто я больше не я. Как будто в меня кто-то вселился. — Я застыла с открытым ртом. — Да это же вторжение похитителей тел!
— А по-моему, — захихикала Джемма, — это называется «беременность».
— Никому нет дела до моих страданий, — проворчала я, когда Рейес понес наши тарелки к столу.
Джемма с Уайеттом пошли за нами.
— Нам есть, — отозвалась сестра. — Правда, совсем капельку.
Да уж, она у меня просто прелесть!
День потихоньку клонился к вечеру. Мы с Рейесом сидели и наблюдали за Куки. Впервые в жизни моя лучшая подруга находилась в центре внимания и вся светилась.
— Куки, конечно, нечто, — сказал Рейес.
Я повернулась к нему, а он смотрел на молодоженов взглядом, полным одобрения.
— Каждый раз, когда ты говоришь что-то подобное, я в тебя еще немножечко влюбляюсь.
Рейес наградил меня удивленным взглядом, но быстро взял себя в руки. Выражение его лица стало напряженным, и у меня внутри все скрутилось в узел.
— Хотела поблагодарить тебя за то, что согласился стать шафером дяди Боба.
Рейес не ответил. Мерцающие глаза остановились на моих губах. Легким перышком по коже прошелестел фирменный жар. Запустив руку под подол платья, Рейес пальцем провел по моей ноге до колена. От прикосновения вверх побежал восхитительный трепет и пролился теплом внизу живота. Муж точно знал, как действует на меня его близость, но, к сожалению, волшебный момент быстро закончился. Внимания Рейеса требовала целая толпа женщин, и меня просто поражала их наглость. Хотя понятия не имею почему. Такое происходило везде, где бы мы ни появились. Точнее в те времена, когда мы вообще куда-то ходили или ездили. А одна и вовсе спросила, не пойдет ли он с ней проверить, все ли в порядке с ее шинами.
Что тут скажешь? У Куки невероятно плодовитая родня.
Гости в основном бродили по заднему двору, где, слава богу, призраков было не так уж много. Зато перед монастырем от их количества яблоку было негде упасть. Пока Рейес помогал сдвигать столы вместе, я болтала с Гарретом и Ошем. К вящему недовольству троюродных сестер Куки, которые чуть не передрались за внимание этих двоих. Потом поторчала с Пари, одной из моих подруг, и ее кавалером Тре. А уже после того, как Куки с дядей Бобом разрезали торт, поковыляла на поиски Эмбер и Квентина. Мы заранее спрашивали у Квентина, хочет ли он, чтобы ему переводили церемонию, но он отказался. Сказал, что к словам все равно никто не прислушивается, а он сам хочет всего лишь насладиться процессом. Впрочем, они с Эмбер постоянно перешептывались (то бишь общались жестами так, чтобы никто не видел), и смотреть на них было ужасно приятно.