Даринда Джонс – Шестая могила не за горами (ЛП) (страница 26)

Да уж. Порой я бываю такой эгоисткой, что сама поражаюсь.

Собравшись с духом, я взяла его за руку. Впервые к нему прикоснулась. Мне всегда было страшно, что он вдруг очнется и испарится. Мертвецы это любят. Но мистер Вонг даже не шелохнулся, давая мне возможность осмотреть его ладонь. Я искала татуировки, пятна, шрамы — хоть какой-нибудь намек на то, кто он такой. Наверное, не стоило и надеяться, что у него окажется татушка с именем, как у мистера Андрулиса.

Я подняла рукав. Ничего. Хотя шрамов было много. Кожу покрывало множество тонких полосок. На обеих руках. Я наклонилась и приподняла потрепанную штанину. Снова шрамы, хотя уже не так много. И больше никаких отметин.

Осматривая правую ногу мистера Вонга, я услышала, как Куки открыла дверь.

— Чем занимаешься? — спросила она, сразу направившись к мистеру Кофе.

Я уже давненько подозревала, что между ними что-то есть. Кажется, Куки очень интересовало, где он находится, что делает, сколько времени ему надо, чтобы закипеть. Сейчас она смотрела на него с тоской и желанием. О да, знаю я этот взгляд. Может быть, это как-то связано с тем, что ее кофеварка приказала долго жить от постоянных перегрузок. Думаю, у нее не выдержало сердце. И все-таки лучше Куки не пялиться так на моего мужика, если ей дорога жизнь.

— Пристаю к мистеру Вонгу, — ответила я, отпустив штанину и выпрямившись. — Нашла что-нибудь о нашем мистере Андрулисе?

— Еще бы.

Я выглянула из-за мистера Вонга:

— Правда? Ну и?

Помешав кофе и сполоснув ложку, она подошла и вручила мне какую-то бумажку.

— Это он?

Я глянула на газетную вырезку. Это была фотография нескольких ветеранов, членов местного филиала «Ветеранов зарубежных войн»[2]. Одного из них Куки обвела кружочком, а под фото имелся список имен, среди которых был и Чарльз Андрулис.

Я прищурилась, пытаясь рассмотреть зернистый снимок.

— Очень может быть. Трудно сказать. Сейчас он ужасно голый.

— В некрологе говорится, — начала Куки, усаживаясь на стул, который я притащила к мистеру Вонгу, — что он умер около месяца назад, оставив пятидесятисемилетнюю жену. Правда, со здоровьем у нее не очень.

— Может быть, поэтому он все еще здесь, — заметила я, взяв второй стул и подняв с пола чашку. — Может быть… ну не знаю, может, он ее ждет. — Куки вздохнула, явно предаваясь романтическим мыслям, а меня вдруг осенило: — Минуточку, но почему же он голый?

— Ой, сейчас. — Куки покопалась в сумке и вытащила пачку бумажек. — Итак, я позвонила в дом престарелых, где жили они с женой. Медбрат Джейкоб, который, судя по голосу, очень даже ничего, сказал, что мистеру Андрулису помогали принимать душ, когда он вдруг взял и упал. Умер мгновенно от сердечного приступа.

— Вот блин. Бедняга.

— И не говори. Ужасно печально. Медбрат Джейкоб сказал, что жена мистера Андрулиса не знает, что он скончался. Даже если бы ей сообщили, она бы помнила об этом всего несколько минут, а потом опять начала бы спрашивать о муже. Поэтому они ей постоянно говорят, что он скоро вернется.

— Знаешь что? — Я поднялась и стала мерить шагами комнату. Все полметра. — Я сыта по горло. Не хочу больше иметь дело со смертью. — В одной руке я держала чашку, а другой яростно размахивала. — Хватит с меня грустных историй и рыданий в подушку.

Куки выпрямилась.

— Но ты же ангел смерти. В смысле это ведь твоя работа, разве нет?

— Да. — Я подошла к столу и достала листок бумаги. — Да, и я увольняюсь.

Она расслабилась, отпила глоток кофе и поинтересовалась:

— Ну и что ты собираешься делать?

— Написать заявление об увольнении. Как пишется «самовольноотпостаотрекательство»?

— Во-первых, раз ты пишешь это слово в заявлении об увольнении, то вряд ли знаешь его значение.

Я посмотрела на свои каракули:

— Правда?