Даринда Джонс – Седьмая могила без тела (ЛП) (страница 34)

С величайшим любопытством я отрезала вилкой кусок кукурузной лепешки и сунула его в рот. Рейес присел на корточки рядом со мной, а я, как и Куки, чуть не испытала самый крутой в жизни оргазм. На вкусовых рецепторах вспыхнули неожиданные вкусы и текстуры. От специй во рту стало тепло.

Я покосилась на Рейеса:

— Ты использовал настоящий перец чили… Господи, это потрясающе!

На его губах расцвела робкая улыбка. Как ребенок, не привыкшией к похвале, Рейес опустил голову. И выглядело это так очаровательно, что я не выдержала и коснулась его щеки. Он быстро чмокнул меня в ладонь и встал на ноги.

— Ну что ж, приятного аппетита.

— Может, с нами пообедаешь? — предложил Диби, и я отчетливо ощутила, как удивился Рейес. Да что там! Я сама удивилась.

— Спасибо, но никак не могу. Надо потушить несколько пожаров, пока один из них, — Рейес кивнул на меня, — опять не впутался в уйму неприятностей.

На лице дяди Боба отчетливо читалось одобрение.

— Да уж, с ней не соскучишься.

Я уже собралась обидеться, но Рейес сказал:

— Это точно, — а потом наклонился и поцеловал меня.

Ей-богу, сразу стало не до обид.

Он ушел, а я не могла насмотреться на стальную задницу в обрамлении краешков передника. Рассеянно сунув в рот еще один кусок энчилады, я вернулась в реальность и вспомнила, что еще не видела остальных блюд на нашем пиру. Кусочки картошки тоже были посыпаны острым перцем, политы начинкой из энчилады и покрыты тонким слоем тертого сыра. Все равно что наркотик на тарелке. К тому же аромат еды заглушал витающий в воздухе запах кофе. Как мне продержаться еще восемь месяцев без эликсира жизни?

— Так что там стряслось у вас с судьей Квимби? — спросил меня дядя Боб.

Вынырнув из томительных мыслей о жалости к себе, я уже собралась ответить, но передумала. Есть вещи, о которых ему лучше не знать.

— Не хочу об этом говорить, — сказала я, принимаясь за следующий кусок.

— Кажется, ты ей нравишься, — заметил Диби.

Я недоуменно пожала плечами:

— Раньше ее выводил из себя один тот факт, что я жива и здорова, а теперь она как будто с этим смирилась. Вот интересно, с чего вдруг она решила поменять свое отношение ко мне?

Диби тут же расплылся во всезнающей улыбке, но быстро стер ее с лица. Правда, не так быстро, как, наверное, хотел, потому что я заметила и уставилась на него с отвисшей челюстью:

— В чем дело?

— В смысле? — уточнил он.

— Ты что-то знаешь!

Отрезав кусок энчилады, дядя Боб сунул его в рот и пробубнил:

— Ничего подобного.

Я подалась вперед:

— Еще как знаешь! Поступим вот как: или ты все сейчас же выложишь и тебе не придется краснеть, пока я буду рассказывать о том, как ты посреди ночи шатался по нашему заднем двору и орал «Стелла!», или будешь и дальше отмалчиваться и прятать голову в песок, пока я в мельчайших подробностях буду описывать эту историю. Ах да! Я однозначно не забуду упомянуть о том, какой на тебе был прикид в тот роковой день.

Дядя Боб выпрямился:

— Не посмеешь.

— Ты вообще меня знаешь? Я невыразимо страдала, увидев тебя в таком вот нижнем белье. Да у меня травма была на несколько часов, если не дней!