Даринда Джонс – Четвертая могила у меня под ногами (ЛП) (страница 85)
Может быть, Арт был прав. Может быть, у Харпер действительно были воспоминания, которые она в свое время спрятала в самых далеких уголках своей памяти. Например, о каком-то событии, которое дало ход всему остальному.
Если кто и знал о таком происшествии, то наверняка ее первый психоаналитик.
Я позвонила Куки и после подробного инструктажа, как уменьшить громкость звонка на ее телефоне, получила информацию о первом враче Харпер. Это была психолог по имени Джулия Пенн, которая уже вышла на пенсию. Добыть контактную информацию Куки не удалось, зато она узнала адрес. Джулия Пенн жила в Сандия-Парке (1) прямо у подножия горы. На сегодня у меня было больше тысячи дел. Например, повидаться с Харпер и Квентином, заскочить к парочке старых друзей, то есть к Рокету — мертвому гению, который живет в заброшенной психлечебнице. Но я все-таки решила нанести визит Джулии. Вряд ли это займет много времени.
Я ехала по тихой дороге, занесенной в список исторических ценностей, которую у нас называют Бирюзовой тропой. Богатый пейзаж за окнами вел меня к престижному Сан-Педро — закрытому району для неприлично богатых людей в самом начале Сандия-Парка. Ошеломленная царящей здесь красотой, я снова позвонила Куки.
Экскурсия в реальном времени
— Разве я не говорила, как меня сегодня бесит звонок?
— Откуда у тебя похмелье, Кук? В четвертом часу утра ты была в полном порядке.
— Тогда его еще не было. Оно посетило меня приблизительно в двадцать две минуты восьмого. Это штаны Джеммы?
— Ага.
— А как…
— Понятия не имею. Слушай, на фиг всю эту лабуду с клевой квартирой в нашем доме. Раз мы не можем ее получить, то пакуй вещички. Мы переезжаем сюда.
— Прекрасная мысль, — отозвалась Куки.
— И я того же мнения.
— Вот только у тебя нет денег даже заплатить арендную плату за квартиру.
— Еще одна причина переехать.
— А цены на дома в том районе такие, что ты и сосчитать не сможешь.
— Когда ты так говоришь, вся затея с переездом кажется дурацкой.
— Знаешь, как в домах престарелых иногда бабушек изолируют на двадцать четыре часа в сутки, потому что они смешивают лекарства других бабушек и дедушек и воруют утки?
— Ну да, — сказала я, гадая, к чему она клонит.
— Одной из них когда-нибудь станешь ты.
Наверное, она права. Если, конечно, я доживу до такого возраста.
***
Я подъехала к потрясающей красоты саманному домику с гаражом на три машины и подстриженным газоном. Интересно, смогу ли я позволить себе нечто подобное, если отошлю обратно все свои телепокупки и продам Развалюху? За домом возвышались горы, а перед ним — великолепные красные горные ущелья. Джулия встретила меня у крыльца и повела вокруг дома на задний двор.
— Мне звонила миссис Лоуэлл, — поделилась доктор Пенн, показывая мне открытое патио позади дома. В стилизованном под индейский очаг (2) камине горел огонь. — Я ждала звонка и от вас, но никак не ожидала, что вы появитесь у меня на пороге.
Чудненько. А родительский комитет миссис Лоуэлл тоже успела обзвонить? Или, может быть, всех школьных друзей Харпер? А учительнице второго класса звякнуть не забыла? И еще тренеру университетской волейбольной команды? Бедняжке, наверное, часами на телефоне пришлось висеть.
Доктор Пенн, женщина средних габаритов с длинными седыми волосами, подобранными вверх с помощью заколки, жестом предложила мне сесть. Мебель здесь, во дворе, показалась мне чересчур элегантной для того, чтобы стоять под открытым небом.
— Мне нельзя говорить о пациентах, — сказала доктор Пенн. — Уверена, вы это знаете.
— Я в курсе, что вам нельзя разглашать индивидуальные детали их случаев, поэтому буду задавать вопросы более обобщенного характера. Короче говоря, такие, которые можно было бы задать любому человеку. — Она натянуто мне улыбнулась, и я продолжила: — Вам известны симптомы ПТСР?