Даринда Джонс – Четвертая могила у меня под ногами (ЛП) (страница 55)

Поискав место, я припарковалась позади тату-салона прямо под знаком «Стоянка запрещена». Указаний, кому конкретно запрещена, на нем не имелось, и я решила, что вряд ли речь идет обо мне. Я быстренько метнулась к двери под дождем, но все равно опять насквозь промокла. Мне очень хотелось пожаловаться Пари и Тре, но оба были заняты извлечением мучительных стонов из клиентов, поэтому я не стала им мешать и сразу направилась в импровизированную спальню для гостей. Стоило мне войти, Харпер, которую, кажется, очень интересовали обои Пари, тут же вскочила на ноги.

— Что-нибудь узнали?

— Негусто. Как ты тут? — Я села на диван и жестом предложила ей присесть рядом со мной.

Она села, впрочем, неохотно.

— Все хорошо.

— Сегодня я говорила с твоей мачехой. Почему ты не сказала мне, что все это началось, еще когда ты была ребенком?

Смутившись, она снова встала и отвернулась от меня.

— Я думала, вы мне не поверите. Мне никто не верит, тем более когда я рассказываю все от начала до конца.

— Вот что я тебе скажу, — проговорила я, прекрасно понимая, как она себя чувствует. — Ты пообещаешь доверять мне, а я пообещаю доверять тебе, ладно?

— Ладно.

Мне наконец удалось уговорить Харпер снова сесть, но она спряталась за завесой длинных темных волос.

— Ты можешь рассказать мне, с чего все началось?

— Не знаю. Не помню.

— Твоя мачеха говорит, все началось сразу после того, как она вышла замуж за твоего отца.

Закатив глаза, Харпер повернулась ко мне:

— Она всегда так говорит. Ведь все крутится вокруг нее и их женитьбы. Все это просто не может иметь никакого отношения ко мне и к тому, что надо мной издевались почти всю мою жизнь. — Она расстроенно обняла себя.

Мне понравился мимолетный проблеск настоящей Харпер. Эта Харпер была бойцом. Энергичной и способной постоять за себя женщиной. Я и так это знала, учитывая, что ей отравлял жизнь какой-то психопат.

Я одобрительно улыбнулась:

— Уже лучше.

— Что? — спросила она, сдвинув красивые брови.

— Не обращай внимания. Почему бы тебе не рассказать мне свою версию истории?

Она глубоко вздохнула, прислонилась к спинке дивана и начала:

— Я действительно не помню. Они поженились. Да, мне это не понравилось, но ведь мне было всего пять. Мало ли, что мне нравилось и не нравилось. У них начался медовый месяц, они уехали, а я осталась с мамиными родителями в Боск-Фармсе (4). — Она снова посмотрела на меня. — Это были мои родные бабушка и дедушка, по маме, и они были замечательные. Потом мы вернулись. Тогда-то все и началось. Сразу после медового месяца.

Я достала блокнот из сумки и начала делать пометки. Мне казалось, именно этим сейчас и надо заниматься.

— О’кей. Расскажи мне в подробностях, с чего все началось. Какие воспоминания были самыми первыми?

Харпер пожала плечами:

— Я столько раз проходила через это с психотерапевтами, что уже не уверена, какие события происходили на самом деле, а какие я навыдумывала. К тому же это было очень давно.

— Ну, ты осознаешь, что некоторые твои воспоминания могут быть навязаны врачами. Это меня радует. Такие воспоминания могут быть «подделаны» твоим разумом, который пытался справиться с обстоятельствами. Но давай допустим, беседы ради, что нет. И все, что ты помнишь, происходило в действительности. Что тогда ты мне можешь рассказать?

— Ну, хорошо. Тогда… все началось с того, что я нашла в постели мертвого кролика.

— Настоящего мертвого кролика?