«В буфетной комнате волжского парохода за стойкой стоял огромный мужчина и хлестал ладонью по лицу неуверенно качавшегося перед ним молодого парня. У парня было безразличное выражение лица, которое, казалось, говорило: «Ну когда же ты, наконец, закончишь, господи!» …»