«…– Дмитрий Михайлович, почему вы целуете мою руку? Это неправильно. – О, не отталкивайте меня, Евгения (вместо Женички-то!) Петровна. Однако все это будет позже. А сейчас Доде – шесть лет, и никто, кроме матери и отца, не знает, как его зовут на самом деле: Даниил ли, Дмитрий ли или просто Василий (у нежных родителей бывают и такие уменьшительные). …»