Если каждая литература отражает состояние и исторические судьбы народа, то этот след внешних обстоятельств вряд ли можно найти где-либо яснее, чем в чешской литературе. Будучи передовым защитником славянства на западе, чешский народ на протяжении первых веков своей истории (IX–XIV) наблюдал, как славянские племена, соседствующие с ним и охранявшие его границы, постепенно уступали натиску германской народности. Некоторые из них были истреблены германским мечом, который прокладывал путь немецким колонистам, другие добровольно перенимали немецкий язык и образ жизни, превращаясь в яростных немцев. Он видел, как вокруг его земель осыпалась, так сказать, славянская почва, затопляемая немецкой волной, и, в конце концов, остался один, окруженный немцами с запада, севера, юга и даже частично с востока. Он ощущал, как немцы стремились и к нему, как им стало необходимо покончить и с ним, с этим последним славянским клином в разросшемся теле Германии. Борьба за существование стала главной исторической задачей чешского народа…