Агата Ми́раш – Мятежные наследники: невеста короля (страница 2)

Большинство знали о прибытии важной гостьи, поэтому торжественная встреча была организована заранее. Все обсуждали происходящее событие, параллельно выдвигаясь навстречу встающему солнцу, что, казалось, неспешно выплывало из глубин моря.

– Ничего себе! Сходили, называется, «посмотреть затмение»… С чего вдруг такое столпотворение? – удивился Руслан, нервозно сворачивая удочку в панике от того, что его с другом будут ругать родители, в случае если те попадутся им на глаза.

– Бежим! – приказал Сэм, инстинктивно вжав голову в плечи, чтобы казаться ниже и незаметнее.

Мальчики спрыгнули с обратной стороны скальной возвышенности, оказавшись по колено в воде, после чего спрятались в кустах, которые росли неподалёку. Они обоюдно решили отсидеться там и понаблюдать за происходящим тайно.

В это же время на борту субмарины «Феникс».

Габриэль Фостáрд – семнадцатилетняя принцесса Северной Долины, племянница ныне правящего короля Румынии, дочь трансильванского вельможи. Знатная особа держала курс навстречу своему приговору. Она молча стояла на палубе корабля, любуясь живописным видом скальных водопадов и гор своей родины, которая отдалялась от неё всё дальше.

Отец принцессы дремал в своей персональной каюте с молодой любовницей, а личная служанка, не смыкая глаз, находилась подле хозяйки. Опустив взор на морские глубины, девушка вновь задумалась о своей судьбе, которая вот-вот должна была решиться.

«В нынешних реалиях от происхождения женщины зависит лишь только размер договора, который будут заключать мужчины на основании её династического древа. В остальном женщина – самое зависимое существо на планете, будь она королева или простая крестьянка. Спасти её может только любовь мужа, но это такая же редкость, как, например… солнечное затмение?»

Потемневшие небеса прервали тайный монолог. Небесный луч пронёсся молнией сквозь синеватый оттенок глаз Габриэль, а затем внезапно скрылся под гнётом упрямой луны, что решила побороться с солнцем за право царить на небосводе и полностью затмила соперницу своей полнолунной формой. На какое-то время день сменился ночью, птицы закружились над флагманом принцессы, выкрикивая тревожные песни, поднялся ветер, и море забушевало, словно перед штормом. Издали послышался звон колокола. Всё вокруг казалось дурным предзнаменованием для молодой девушки, которая являлась обыкновенной пешкой в руках родителя и короля Румынских земель. Однако через несколько минут мгла и страх отступили, и на горизонте Чёрного моря снова засияло солнце.

– Госпожа, мы прибываем! Вам необходимо переодеться, – смиренно оповестила служанка, склонив голову.

Алые стрелы восходящего светилы сопровождали схождение принцессы Северной Долины на берег Альдемарана. Народ расступился при виде потенциальной невесты наследника, чей лик был скрыт под алой длинной вуалью, украшенной серебряными необычными узорами далёкой страны, откуда та была родом.

– Здравствуйте, госпожа.

– Добро пожаловать, госпожа!

– Приветствуем вас, госпожа! – разношёрстно твердили крестьяне, улыбчиво склоняясь перед Габриэль Фостáрд и её отцом.

Простые мужики снимали потрёпанные годами картузы и небрежно преклонялись, периодически заинтересованно подглядывая за незнакомкой. Женщины больше внимания обращали на манеры и дорогие ткани, что изысканно сияли под гнётом солнечного света на теле юной госпожи. Помимо простых жителей, гостей с Северных краёв приехал встречать один из представителей правящей здешним краем семьи с дюжиной всадников, которые исполняли роль охраны.

– Приветствую, госпожа! Моё имя – Август Мэгистор. Я приближённый, военный советник династии Эрмистáрдов. Ваша карета уже ожидает вас! — вежливо заявил помощник губернатора, гордо восседая на чёрном породистом скакуне.

– Благодарю вас, – степенно ответила Габриэль, после чего немо отправилась в позолоченную карету, не обращая внимания на будущих подданных, которые явились ранним утром поприветствовать Её Высочество.

Отец юной госпожи, в отличие от необщительной дочери, уделил время людям, что недоумевающе возмутились холодности принцессы. Он вежливо поздоровался с горожанами и раздал кое-какие подарки с национальными сладостями. Ему удалось сгладить углы после первого впечатления от невесты наследника губернатора. Мысленно Генри простил проступок дочери, понимая чувства, что она испытывала тогда. Однако ему трудно было представить, что было бы, если бы он не вмешался со своими презентами.